Колька индеец

                К чему сомненья, сильно тянет,
                К охоте тяга велика.
                Но снова гром небесный грянет,
                Собьёт охотку с  едока.


      «Охота, охота, как ты надоел мне с этой
охотой!, -в сердцах сказала женщина. Только, что вошедший сосед нерешительно топтался у двери. Он подмигнул другу, как только хозяйка вышла в другую комнату, и спросил: « Что  твоя тоже ворчит? Моя тоже на меня  всех собак пустила, еле деньги на водку дала, а без её какая охота ? Хорошее дело для удачи обмыть надо». « Да, верно ты паря говоришь, заначка у меня есть, - а вот жена ни в какую не пускает, -ответствовал соседу хозяин. « А мы её уговорим», - пообещал соседу друг. 
Он скинул с плеча ружьё, следом вещмешок, снял сапоги и, подойдя к столу, сел на табурет. « Соседушка – лебёдушка, - лилейно
произнёс он, – налей-ка нам на дорожку чая,  на солонец идём. Колька ходил проверял, следы сохатого есть.  Не упустить бы время».
 Галине ничего  другого не оставалось, как приготовить чай гостю, а то  по деревни  сплетни пойдут: « Хохлушка кипятку пожалела», - подумала она.
  « И ты с нами попей чайку-то, перед нашей дорожкой», - предложил Галине сосед.
Густой чай с молоком пили из гранёных стаканов, аккуратные, маленькие кусочки рафинада смачивали в чае и клали на язык. Сахар таял постепенно, горячий чай разливался по всему телу и наполнял теплом не только тело, но и душу.
« А сколько вас, горе-охотничков, пойдёт на
солонец?» - подобрев, спросила женщина.
« Да человек восемь, ведь не зима ещё, снега нет, мясо  на себе нести придётся. Так, что лишние руки  нам не помешают», - степенно  объяснял сосед. Муж стал скорее собираться, скидывая вещи, как попало в вещмешок, боясь, а вдруг жена передумает.
Галина проводила охотников до калитки и, помахав им в след рукой, вошла в дом.
    Друзья, обойдя дом, чтобы их не увидели жены, и бегом бросились к магазину. Слава создателю, магазин работал. Мужчины, закупив спиртное, повеселев, бодрым шагам пошагали к реке.
  Задержавшихся друзей остальные охотники с нетерпением  ждали в лодках. Мужики, переговариваясь,  поругивались, вставляя для веса своих слов мат. Завели моторы и через тридцать минут были уже на другом берегу реки. Надо сказать, что осень в этом году была затяжной и дождливой. Уже середина ноября, но морозов, какие обычно уже во всю хозяйничали в это время, не было, да и снег шёл   вперемешку с дождём. Было сыро и прохладно, снег исчезал, по утрам превращаясь в гололёд.
Река, разлилась, потемнела, а течение стало сильнее и гуще одновременно.  В лесу полумрак. Охотники шли по хорошо им известной тропе. К солонцу подходили с подветренной стороны. Не доходя метров семьсот,  устроили привал.
           Мужики развели костёр, как всегда выпили за удачу. Тепло от костра, полумрак, лесной вольный воздух, всё это настроило мужчин на лирический лад.
- Коль, а Коль расскажи, как ты спирт на покос возил? – спросил один из присутствующих.
« Да отстань ты от меня, я лучше в кустики схожу», -ответил с раздражением Николай и ушёл.  Был слышен хруст веток, по котором в темноте шагал Колька.
- Ну, а как  же он спирт вёз? – заинтересовались мужики.
- Ладно, расскажу, слушайте. А дело было так. Я, Володя, Николай, Сергей и Василий
перебрались через речку на покос с вечера, чтобы утром по росе косить. –
- И то верно, по росе  сподручнее, легче коса идёт по траве.- согласились мужики.
- Мы, как водится, прихватили себе, для согреву в ночи, спиртное. С ним и ночь короче, да и душе веселее.-
- Понятное дело, - поддержали охотники.
- Но мы малость не под рассчитали,  увлеклись спиртным, а когда проснулись, солнце высоко.-
- Понятное дело, оно вас ждать не стало, - засмеялись мужики.
- Вот и я говорю, солнце высоко, голова трещит, в горле сухо и тошнота…- продолжил рассказчик: « Мы сбросились с мужиками и снарядили Николая в магазин».
- Да он же до вечера до вас не добрался бы, одной ходьбы сколько! – возмутились охотники.
  - Как бы не так, - отвечал рассказчик, - мы всё продумали и с собой захватили велосипед. Двадцать минут  до лодки, двадцать пять переправа, а до сельпо рукой подать. И столько же на обратную дорогу, а вы говорите…-
-Мудрецы! - восхитились  мужики.
- Вот, отправили мы гонца, а сами сели в карты играть, раскинули дурака. Ждём час, ждём другой, ждём третий. Володя и говорит: «Мужики, дело нечистое, или жена
Кольку выловила, или что-то случилось».  Солнце стояло высоко, жарило беспощадно,
Не разбираясь, с больной ты головой или нет. Косари, ели волоча ноги,  пошли на встречу Кольке. Видят, велосипед валяется под кустом. Неужели на Кольку кто-то напал? Мужики, вооружившись палками, спустились  к ручью. Страшная  картина , открылась их взорам. Лежит  около ручья Николай, ели живой. Друзья на мгновенье привели потерпевшего в чувство, облив холодной водой. Он произнёс одну единственную фразу: « Чем добру пропадать, пусть лучше пузо лопнет!», - и опять  впал в беспамятство.   Косари оглядели место происшествия. Колька, торопясь к товарищам, зацепился колесом за корень  и слетел с велика. Три пол-литра спирта были разбиты, но на осколках  ещё оставалось прилично неразведённого спирта. Собрать и унести  Коля их не мог, оставалось только одно, выпить, а где и слезать. Николай собирал по каплям спирт и запивал его водой из ручья. Ночные посиделки и жара довершили злое дело, Колька спал сном невинного младенца до следующего утра.
-Мужики, а где наш герой? –
-Колька, Николай, - стали кричать охотники. – Обиделся, - сделал кто-то предположение.
- Слышите сопит. Было слышно,  как раздосадованный  Колька шумно дышал и ломал от злости ветки.-
 Мужикам надоело его уговаривать и звать к столу, они разлили по алюминиевым  кружкам водку, но даже на звон  кружек Николай не вышел. Опять уснул, шутили мужики, они совсем не беспокоились за обиженного друга, ведь Колька был знатным охотникам и тайгу знал как свои тять пальцев. Вдруг начал накрапывать дождь.
Он пошёл по-осеннему тихо без грома и молний. А Кольки всё не было. Ночь окутала тайгу и в двух  шагах от костра ничего не было видно. Мужики шутили, устраиваясь на ночлег, продолжая развлекать себя байками.
Из-за дождя охот отложилась до утра, а мужики вынужденно ставили палатку. Послышался хруст веток и стон, из леса вышла странно согнутая, вся измятая и покрытая листьями фигура
-Колька! – ахнули мужики.   Николай стоял белый, как полотно, даже в темноте было видно, как по его мраморному лицу текла кровь.
- Коля, что случилось? – обеспокоено спросили товарищи.
- Не знаю, я стал править нужду и тут, такая боль, больше ничего не помню. Пошёл дождь, я очнулся. Пощупал руками ветки, ну,
думаю, деревом придавило, стал вставать, дикая боль в голове, пощупал, волос нет. Опять потерял сознание, но ненадолго. На шее какая-то тряпка. А это мой скальп.-
   Охотники  схватились за ружья и фонари. Пошли смотреть  следы. Николай от костра отошёл где-то на метров двадцать,  следы лепёшки медведя были на каждом шагу. Но выследить медведя им не удалось, 
 Кольке стало плохо. Друзья дали выпить  Николаю кружку водки. Другой кружкой водки промыли скальп и приложили  на голову пострадавшего. Колька впал в беспамятство. Мужики соорудили носилки
и понесли товарища к лодкам.  Всей толпой отправились в больницу. Молодой, весёлый хирург, быстро обработал странную рану, пришил скальп.  – Николай, - пошутил хирург, когда пациент пришел в себя, у тебя, как у индейца скальп  сняли.-
То ли руки у хирурга были золотыми, то ли обработка водкой помогла, но кожа с волосами крепко приросла к Колькиной голове, только глубокий, тонкий шрам остался на лбу, как первая морщинка. А прозвище Колька – индеец, с лёгкой руки хирурга насмерть приросло к мужику.
      И чего только не бывает на этой охоте, и ведь не зря говорят – охота пуще неволи!