Мужчина в убыток глава 13

13


Так у Григория появилось новое препятствие в виде неизвестного ему Котова Алексея П. Он при первой же возможности расспросил обо всём сына: что они делали и где были с этим дядей Лёшей, что рассказывал его сын Рома о своей маме, оставалась ли Тая с Алексеем наедине, как он общался с ним и Настей. Словом, собрал абсолютно возможную информацию и понял только одно – у него появился вполне реальный соперник.
Поразмыслив, Гриша решил, что самое время взять ситуацию в свои руки и, пока не стало поздно, вытеснить из Таиных мыслей образ незнакомого, но заведомо ненавистного Алексея. Хотя насчёт «не поздно» сомнения, конечно, Гришу точили, поэтому борьбу за место под Таиным комфортным зонтиком необходимо было разворачивать смело и решительно, что Гриша и намеревался провернуть.  Надо было во что бы то ни стало убедить Таисию в том, что именно с ним, отцом её детей, ей будет лучше всего, и послать этого дядю Лёшу куда-нибудь… лесом, в общем, пусть чешет! Так думал Григорий, воодушевлённый неожиданно свалившейся на него перспективой неплохого заработка.
Дело в том, что Пётр, его младший брат, недавно предложил ему и второму брату Николаю примкнуть к бригаде шабашников, с которыми Петя работал уже больше года. Им перепал неплохой заказ, но так как сроки его выполнения были сжатые, нужны были дополнительные силы, вот Пётр и подсуетился, порекомендовав своих братьев. Ему пришлось поручиться за них и руками, и ногами и даже головой, так как бригадир у них был непьющий и не терпел никакого алкоголя в бригаде во время работы, если что – выгонял сразу. 
Петя с азартом рассказывал братьям, что это не работа, а курорт. Предстояло соорудить баньку с крытым бассейном на даче у одного богача-выскочки, которому повезло в жизни гораздо больше, чем им, судя по классу иномарки, на которой он передвигался, дачной избушке в три этажа и лёгкости, с какой покрывались расходы на стройматериалы. Трудиться предстояло в живописном природном уголке, да ещё, считай, на полном пансионе – два раза в день строителей обещали кормить и предоставили балок для сна, чтобы им не мотаться в город каждый день, ну чем не санаторий!
Гриша, выслушав брата, согласился сразу без колебаний. Денег-то у него не было, а без них к Тае не подступиться, поэтому он быстро собрался и поехал с братом на стройку. Отработав десять дней и получив аванс, Гриша тут же решил - пора ковать железные мосты к Таиной крепости и, отпросившись у бригадира на полдня, рванул с обеда в город.
 Солнечный сентябрьский денёк добавлял оптимизма настроению Григория, он быстро преодолел расстояние до города и вскоре нарисовался на Таином пороге несмываемой акварелью. 
- Здравствуйте, мои дорогие, как же я соскучился! – восторженно воскликнул он, как только перед ним открылась дверь.
- Артист… круче голливудских звёзд! – усмехнулась Тая. – Ночами-то хоть спал или глаз не смыкал от тоски по нам? Хотя на страдальца ты совсем не похож – довольный вон какой, загорелый…
- Вот ты опять глумишься, Таечка, а я вполне серьёзно… Ты не задумывалась над тем, что человек может измениться, а? – напустив на себя грустную тень, спросил Гриша.
- Человек может, а ты нет! – резко ответила Тая. - Капустин, кончай комедию тут ломать, зачем приехал?
- Я к детям, Тай!
- Да ты прям отец года! – насмешливо ответила она и скрестила на груди руки. - Дети в школе, ты прекрасно знаешь, что Ваня с Настей в этом году учатся во вторую смену…
- Точно, я и забыл… так соскучился просто… - Гриша выглядел расстроенным настолько, что, если не знать его, легко можно было поверить его словам.
- Скучай дальше, - кивнула Тая и начала закрывать дверь, но Гриша быстро поставил ногу, не позволив это сделать.
- Тай, если есть минутка, давай поговорим, - жалобно посмотрел он на бывшую жену, протиснувшись-таки в квартиру.
- Нет у меня ни минутки, ни секунды для тебя, у меня работа… Ты в курсе, что люди работают? Деньги зарабатывают, семьи содержат - детей, жён, представляешь, как бывает? – горько иронизировала она. – Мне вот только не повезло, самой приходится и зарабатывать, и детей содержать… Ты помнишь, когда в последний раз алименты присылал?
- Но, Тая…
- Что Тая? Что Тая? – голос её набирал высоту. – Если бы не родители, я вообще не знаю, как справлялась бы со всем! Ты знаешь, сколько пар обуви надо Ване на лето? А подготовка к школе в какую сумму обходится, знаешь? – воскликнула она и, не дождавшись ответа, посмотрела на него с укоризной. - Конечно, не знаешь, ты ни одного ребёнка в школу не собирал!  Так поинтересуйся, дорогой мой, поинтересуйся! Впечатляющая сумма… Ещё детей кормить надо, одевать… А они вырастают из всей одежды за считанные месяцы и надо уже другую, представляешь?
- Тая, я же вот и пришёл для этого, вот! – он достал из кармана несколько купюр, сложенных пополам, и протянул ей. – Я это… на работу устроился, это не так много, конечно…  как заработаю ещё, сразу вам привезу…
- Да ладно, - опешила Тая, – погоду не испорти… - она посмотрела, какую сумму он ей дал, и покачала головой. – Ты же понимаешь, что это пару раз в магазин забежать, а твой долг по алиментам гора-а-аздо больше…
- Я же говорю Тая, как заработаю – привезу ещё… так может поговорим?
- Я уезжаю сейчас на урок, у меня нет времени на разговоры, да и о чём нам с тобой говорить? Дети придут из школы, с ними пообщаешься…
- А можно я с тобой поеду, по дороге поговорим, а потом вместе вернёмся, дети как раз и придут…
- Мне сопровождающие не нужны! – резко ответила Таисия. – И вообще, о чём нам говорить, Гриша? Мы уже всё обговорили при разводе в суде, нового ничего нет!
- Как это нет? Есть! – выкрикнул он, теряя терпение. - Ты собралась отчима моим детям притащить?
- Что? Он котёнок, что ли, чтобы его притащить? – рассмеялась она.
- Ой, не цепляйся к словам, главное - смысл!
- Гриша, я тебя достаточно хорошо знаю, чтобы поверить, что ты так уж беспокоишься о детях! - рассердилась она. – Ты долгое время о них не вспоминал, не приходил и не спрашивал, предвидится ли у них отчим, не так ли? А сейчас что вдруг случилось, паспорт случайно раскрылся на странице «Дети»? Или что? С чего вдруг такая забота?
- Ты же не знаешь, вспоминал я или нет! – он тоже повысил голос. – Я и не забывал о них, чтобы вспоминать! Я всё время думаю о вас и всё про вашу жизнь знаю, я слежу за вами!
- Да что ты! Следи-и-ишь? Надо же! – насмешливо произнесла она и даже руками всплеснула. – А что же тогда не проведал сына, когда он год назад с тяжёлой пневмонией попал в больницу? А дочь почему не поздравил, когда её собственное стихотворение про родной край, посвящённое юбилею села, опубликовали в районной газете этой зимой? Настюшку все знакомые и соседи поздравили, только вы, Капустины, не заметили такого пустячка, как успех дочки и внучки! Ой прости, ты же, как рaзведчик, наверняка проследил за этим и всё знал, но выдавать себя не стал, да? – съязвила Тая, щёки её раскраснелись, а карие глаза возбуждённо блестели. – Ну, что же ты замолчал? Следил он…  И давай уже, шагай, мне собираться надо, иначе я опоздаю!
- Таечка, послушай, ты права! Права, милая! – Гриша поменял тактику и перестал нападать, решив слегка отступить. -  Но я и хочу всё исправить, хочу стать хорошим отцом и мужем, Тая… я не могу без вас, мне плохо…
- Как так, хорошо же всё было? – продолжала она иронизировать.
- Ну вот ты опять… Тая, хорошо было, когда мы были все вместе, помнишь? Ты не можешь не помнить, как было всё у нас… А этот Алексей… ты же не знаешь его! Ну кто он такой, может, подлец какой-нибудь или ещё какой прощелыга…
- Вроде тебя?
- Да что ты язвишь-то без конца!
- А ты обиделся? Так не приставай ко мне со своими мудрыми мыслями и уходи… я точно опоздаю, если ещё на минуту задержусь тут с тобой! – она взяла его за плечи и, развернув лицом к выходу, легонько подтолкнула, - вечером к детям на часок-полтора можешь заглянуть, - разрешила она и почувствовала очередной укол ревности, представив, как обрадуется ему Ванюшка.
Григорию ничего не оставалось, как уйти. Он злился, что не удалось на раз-два завоевать расположение Таисии и поначалу едва зубами не скрежетал от злости, но потом немного успокоился и решил, что не отступится и не позволит этому Алексею занять место рядом с Таей, ведь у него самый главный козырь – его дети.
«Ну ладно Настя… эта тихоня на стороне матери, с ней каши не сваришь, а Ванька – мой! – с гордостью подумал Гриша, пока ждал во дворе, когда вернутся домой Тая с детьми. – Он-то меня не оставит, сын есть сын!»
Устав сидеть в машине, он вышел, прошёлся по двору и сел на лавочку возле подъезда. С высоких карагачей и тополей, ещё не окрасивших свои кроны в яркие краски, временами лениво слетали листья и ложились на тротуар и площадку перед домом, напоминая о том, что близится осенняя пора. В этих краях сентябрь обычно был ещё довольно тёплым, порой даже жарким. Лишь ночная прохлада остужала асфальт улиц и стены многоэтажек, чтобы днём вновь согреть их знойным южным солнцем.
- Папа! – услышал он радостный крик сына и, повернувшись, увидел, как он бежит к нему, придерживая лямки рюкзака, бьющего по спине.
- Сыно-о-ок! – Григорий сделал несколько размашистых шагов ему навстречу и, подхватив ребёнка, прокружил его вокруг себя, отчего тот залился радостным смехом. – Ты один? А где сестра?
- У Насти ещё один урок, а я не захотел её ждать! Папа, я не знал, что ты приехал, но хорошо, что раньше пошёл домой, да? Настя не хотела мне ключ давать, сказала, чтобы я её ждал, а я сказал, что у меня живот болит, и тогда она отдала мне ключ! – взахлёб рассказывал он отцу всё, что теснилось в его голове в этот момент.
- Хорошо, сынок, хорошо, пойдём скорее домой, тебе прилечь, наверное, надо, раз живот болит, - и он заботливо помог ему снять рюкзак, чтобы было легче.
- Нет, пап, у меня ничего не болит, это я специально, чтобы не ждать Настьку и ключ забрать у неё, - рассмеялся сын, довольный своей находчивостью.
- Какой ты умный, сынок! – похвалил его отец, даже не задумавшись, что поощряет его ложь.  – Надо же, сообразил, дай пять! – и он ободряюще хлопнул по детской ладошке.
Поднявшись в квартиру, Гриша решил использовать отсутствие Таи, чтобы поговорить с сынишкой.
- Вань, а скажи, мама общается с этим дядей Лёшей, с которым вы вместе на море были? Он звонит ей по телефону?
- Да, он звонил один или два раза, - бесхитростно сообщил Ваня. 
- Да? О чём они говорили, не знаешь?
- Рассказывали что-то друг другу, мама смеялась, потому что дядя Лёша весёлый, он нас на море всегда смешил, а ещё в футбол с нами играл и мороженым угощал, - охотно поделился мальчик с отцом.
- Ты знаешь, сынок, если он ещё раз позвонит, ты мне расскажи, ладно?
- Ладно, а зачем? Ты хочешь с ним познакомиться?
- Нет, просто, знаешь, сынок, он наглый этот дядя Лёша, он хочет стать вашим папой! – просветил он сына. – Ты хочешь, чтобы он был твоим папой?
- Нет! – Ваня энергично замотал головой. – Не хочу, у нас же есть папа - это ты!
- А хочешь, чтобы мы все вместе жили, как раньше – я, ты, мама, Настя, хочешь? – давал он сыну надежду, зная, что эта мысль устами ребёнка непременно будет донесена матери, как его желание, что, в общем-то, было правдой.
- Да, папа, хочу! Очень-очень хочу! – сын прижался к нему и Грише даже стало на миг совестно, что он так использует ребёнка, но он тут же успокоил свою слегка встрепенувшуюся совесть, что делает это как раз ради своих детей, и сам поверил в эту мысль.
С этого дня он не отпускал на самотёк ситуацию с устранением соперника Алексея. Ваня с удовольствием доносил ему о каждом телефонном разговоре матери с дядей Лёшей, радуясь, что помогает отцу вернуться в семью.
Григорий работал в бригаде до окончания строительства, благодаря чему у него появились деньги, и он приезжал к детям с гостинцами – шоколадками или конфетами, а пару раз даже с тортом. Настя сдержанно принимала сладости, тихо благодарила и, положив гостинцы в вазочку на столе, уходила в комнату, а Ваня в день визитов отца светился счастьем. И отец, и сын давили на Таю, уговаривая её простить Гришу и позволить семье воссоединиться.
Таисия вышла на работу в школу, где учились её дети. Одна учительница ушла в декретный отпуск и классный руководитель Насти, зная о том, что Тая - педагог, сообщила ей о вакансии. Официальное трудоустройство обеспечивало педагогический стаж, поэтому Тая долго не раздумывала, но и от репетиторства полностью не отказалась, оставив несколько учеников и занимаясь с ними по вечерам и в выходные дни. 
При такой загруженности она очень уставала. Иногда хотелось просто лечь на диван и остаться в неподвижном состоянии хоть пару часов, чтобы никто не трогал и ни о чём не спрашивал. Но это было невозможно, потому что помимо уроков и домашних забот, были ещё обещания детям сходить в кино, в парк, а с наступлением зимы и на каток.
- Давай я свожу детей в кино, - как-то предложил ей Гриша.
- Ты? – удивилась она.
- Да, а что! Я ведь отец, почему бы и нет?
- Хорошо, сходите, - согласилась Тая и с того дня Гриша почти каждое воскресенье общался с детьми вне дома.
Настя иногда отказывалась идти с ними и оставалась с матерью или уходила гулять с подружками. Но Ваня был невероятно счастлив благодаря общению с отцом. Тая удивлялась обострившимся вдруг отцовским чувствам бывшего мужа, но не возражала – так она получала немного свободного времени для уборки, готовки или глажки, а ещё могла просто отдышаться от всех забот и подумать о чём-то приятном. В такие моменты она перечитывала письма Алексея, которые становились всё более нежными и откровенными, а ещё желаемыми для неё и уже очень необходимыми.
Но когда все возвращались домой, возвращалось и обычное напряжение, потому что Гриша не упускал возможности вновь и вновь просить её о прощении и озвучивать своё желание вернуться в семью. Об этом же упрашивал маму и Ваня, вынося ей мозг. Тая, сердясь и раздражаясь, пресекала подобные разговоры, но Григорий становился всё назойливее, а Ваня настойчивее.
Зная загруженность дочери в работе, родители почти каждые выходные приезжали теперь к ним сами и иногда заставали здесь Гришу. Опасаясь, что дочь может совершить глупость, вновь связав свою жизнь с этим проходимцем, мать с отцом не уезжали без поучительной беседы с ней.
В общем, жизнь в Таиной семье нельзя было назвать скучной и застойной, она била ключом, то и дело норовя больно стукнуть для профилактики успокоенности.
Всё изменилось ранней весной после очередного телефонного звонка Алексея.
- Таюшка, дорогая, как ты смотришь на то, что я к тебе приеду? – спросил он и, выждав с полминуты её молчание, поинтересовался: - Ты не хочешь меня видеть или впала в счастливый ступор? Я бы предпочёл второе.
- Конечно, я очень хочу тебя увидеть…
- Приятное вступление, но после него непременно должно быть какое-то «НО», да? - рассмеялся он, почувствовав её смятение. - Тая, ты не думай, я меньше всего хочу поставить тебя в неловкое положение… Я поселюсь в гостинице… И даже больше скажу: я уже забронировал номер и купил билет… В общем, если ты не против, то через неделю я приеду в твой город!
- Правда? – голос Таи прозвучал воодушевлённо.
- Истинная! – рассмеялся он.