Скандал в царстве философии

О том, как один философ поймал объективность за хвост и что из этого вышло

(Вместо вступления: аудитория кашляет, профессор поправляет очки, молодой человек в третьем ряду уже открыл рот, чтобы сказать «всё субъективно»)

Действие первое. О призраке, который испортил столько нервов

Читатель, знакомься. Есть такое слово — «объективное». Произносится с придыханием, как имя умершей тётушки, которую никто не видел, но все уважают.

Классическое определение гласит: объективное — это то, что существует независимо от сознания. Звучит? Звучит. Только есть одна маленькая, ничтожная, плевая проблема.

А ну-ка вылезь из своего сознания.

Что? Не вылезается? Вот именно. Мы все сидим в собственных головах как мыши в норе. Высунуться и посмотреть на «мир сам по себе» нельзя. Это вам не балкон на восьмом этаже.

И начинается. Один кричит: «Объективность есть!» Другой: «Нет её!» Третий сидит между ними и грустно ест бутерброд.

Спор идёт уже две с половиной тысячи лет. Результат — ноль целых, хрен десятых. Даже у стенки не поставишь, потому что оба правы по-своему и оба неправы тоже по-своему.

Действие второе. Как один наглец переписал правила игры

И тут появляется некто (не будем показывать пальцем, но вы догадались) и заявляет:

— А давайте сменим пластинку.

— ???

— Мы не можем выпрыгнуть из сознания — ну и чёрт с ним. Давайте определим объективное иначе. Не как «независимость от сознания», а как устойчивость при смене позиций.

— Чего-чего?

— Очень просто, дорогие спорщики. Возьми двух разных людей. Или одного, но в разное время. Или даже вообрази марсианина с калькулятором. Если после свободной проверки они соглашаются — утверждение объективно. Если нет — извините.

— То есть как это? А как же «мир сам по себе»?

— А ты его видел, мир сам по себе? Нет. И никто не видел. А вот стол твёрдый — это пожалуйста: ты надави, сосед надави, бабушка с третьего этажа надавит — все скажут «твёрдый». Вот тебе объективность. Без призраков.

— Но это же...

— Договорённость? Да. Но не любая, а та, которую можно проверить и которая не рушится от смены наблюдателя.

Действие третье. Тонкости для зануд (куда ж без них)

Читатель, не спеши закрывать фельетон. Тут есть нюансы, но они — как острый соус к мясу.

Нюанс первый. Объективность бывает разной жирности.

«Два плюс два — четыре» — это алмаз, бриллиант, сто карат. Любое разумное существо подтвердит.

«Бетховен сложнее попсы» — тоже объективно, но чуть слабее. Эксперты сойдутся, а вот твой шурик, который слушает только «та-та-та-уе-уе», может и заспорить. И будет неправ, но спорить будет.

«Мне нравится пирожок с капустой» — вообще не объективно. Оставьте человека в покое.

Нюанс второй. Объективность — дама историчная.

Да, дорогой любитель плюнуть на прошлое, геоцентризм был объективен в тринадцатом веке. Что ты хочешь? У людей были глаза, палки и авторитет церкви. Другого инструмента не дали. Они договорились — и жили спокойно.

Потом появился телескоп. Потом Коперник. Потом Галилея поставили на колени, но это уже детали.

То, что было объективно вчера, может перестать быть объективным завтра. Это не «постмодернистский разврат», как любят шипеть некоторые. Это честность. Мы не говорим, что древние были дураками. Мы говорим: у них был свой уровень согласия, у нас — свой.

Нюанс третий. Это не «все бабки на скамейке согласны».

Объективность требует свободы. Если тебя заставляют согласиться — пистолетом, рублём, авторитетом — это не объективность. Это совещание заложников.

Настоящая проверка — когда ты можешь сказать «нет», можешь проверить сам, можешь предложить другое — и тебя за это не сожгут на костре. Если сжигают — объективность отменяется. Всё просто.

Нюанс четвёртый. А если я один на острове?

Робинзон, привет. У тебя есть два выхода.

Первый: сравнивай себя сегодняшнего с собой вчерашним. Вчера палка была твёрдой? Сегодня тоже твёрдая? Значит, объективно.

Второй: вообрази Другого. Представь, что рядом стоит Пятница. Он бы согласился? Если да — тоже объективно.

А если ты в полной пустоте, без времени, без памяти, без воображения — ну тогда, дорогой, понятие объективности просто не нужно. Оно теряет смысл. И это нормально. Нечего было в пустоту лезть.

Нюанс пятый (для самых подозрительных). А само твоё определение — объективно?

— Ты что, свой собственный критерий применил? А если он не пройдёт?

— А мы и не говорим, что это истина в последней инстанции. Мы говорим: «Ребята, давайте попробуем договориться так. Удобно? Работает? Снимает старые споры?» Это не догма, это инструмент. Как молоток. Ты же не спрашиваешь молоток, объективен ли он? Ты забиваешь гвозди и радуешься.

— Но...

— Если найдёшь лучше — предложи. Пока не нашёл — не мешай.

Действие четвёртое. А зачем всё это было? (короткая реклама)

Старая объективность требовала от тебя веры в призраков. Новая говорит: проверь на другом человеке.

Старая тонула в скепсисе: «А вдруг всё не так?» Новая пожимает плечами: «Если все проверки проходишь — какая разница, что там "вдруг"?»

Старая не знала, что делать с моралью. Новая спокойно объясняет: убивать невинных объективно плохо, потому что любая разумная позиция после честного разговора это подтвердит. И никаких ангелов с табличками.

Финал. Мораль (куда ж без неё)

Итак, граждане.

Объективность — это не священная корова. Это не подарок Вселенной. Это наша общая договорённость, которую мы проверяем на прочность.

Чем шире круг проверяющих, чем больше свободы, чем жёстче процедура — тем объективнее.

И если какой-нибудь бородатый философ (или не бородатый, нынче не до бород) скажет вам, насупившись: «Но это же не настоящая объективность!» — вежливо спросите его:

«А покажите мне настоящую. Только, пожалуйста, вылезьте из своего сознания. Мы подождём».

(Пауза. Тишина. Слышно, как муха пролетела.)

То-то и оно.

Резюме одной фразой (для тех, кто пролистал всё остальное):

Объективно то, что не рассыпается, когда на это посмотрят с разных сторон — и никто не затыкает рот.

Благодарю за внимание. Ваши аплодисменты — лучшая проверка на объективность. Если не похлопаете — значит, я субъективен. А если похлопаете... ну, сами понимаете.

(Автор раскланивается и уходит под нестройные, но искренние хлопки)