Свора

Знаете, что приводит меня в состояние так называемой бессильной ярости?
Когда оскорбляют мёртвых. Тех, кто при жизни заслужил уважение — талантом, своей катастрофически тяжкой судьбой, тяжесть которой обычный человек просто не способен осознать: ни физически, ни морально.

Сегодня я увидел, как некоторые подонки в сети тявкают в адрес Анатолия Владимировича Жигулина. Сволочная, глумливая тявкотня: мол, его выстраданные «Чёрные камни» — бред и ложь.

Я прекрасно понимаю умом: к памяти настоящего писателя, поэта и Человека никакая грязь не пристанет. Да и сам Жигулин вряд ли удостоил бы эту перхоть даже мимолётного взгляда. Но мне почему-то физически больно это видеть и читать.

Элементарно — не могу даже в зубы дать, как они заслуживают. Остаётся одно: выплеснуть возмущение хотя бы на своей странице.

Да, я явно старею. Мою и без того содранную кожу дорывают до конца.

Но вот какая мысль пришла мне сегодня, когда я остыл. Те, кто лает на «Чёрные камни»… Они ведь даже не понимают, на что покушаются. Представьте себе дворнягу, которая, надрывая глотку, кидается на старый, замшелый валун. Валун молчит. Камень, переживший огонь и мороз, выветривание и срок, не чувствует боли от этой возни. Он просто есть. Он тяжелее всей их злобы вместе взятой.

Я больше не хочу бить эту мелкую свору. Я хочу быть как тот камень. Помнить. Молчать. И не отпускать.