Хороший, не значит любимый. 3 Новый роман. Т. Дума

3
Вновь за окном замелькали ничем не прерываемые ночные просторы, рассвет еще не внес хотя бы легких высветленных участков.
Я уже различал вопрос, который пока не подпускал ближе – что заставило меня изменить своим привычкам и отправиться с Женей в этот далекий Камчатский край? Вспышка, осветившая детскую историю, начала прокладывать дорогу к этому пониманию.

Это было летом, двор был пустынный, ребята разъехались кто к родственникам, кто к морю с родителями, а кто лагерь. Ни у меня, ни у Жени не было и не родственников и не дачи, этим летом у родителей отпуск не выпал на лето. Я скучал на скамейке один, когда с газетой в руке выбежал Женя

- Вот мы с тобой тут скучаем, а у людей такое происходит! Ты только послушай, и он начал с выражением читать заметку
- В поселке Усть-Камчатск на Камчатке зафиксировали выпадение вулканического пепла из-за извержения вулкана Безымянного. Жителям начали бесплатно раздавать защитные маски. 26 ноября вулкан Безымянный выбросил пепел на высоту пять с половиной километров над уровнем моря. Шлейф распространился на 50 километров. Вулкану присвоен оранжевый код авиационной опасности.

-Ну и что? – меня не взволновало это известие, это было где-то очень далеко.
- Ну как ты не понимаешь, там люди переживают такое событие. Представь только, выброс пепла на 5 км, а шлейф распространился аж на 50. Природа показывает – человек не все может контролировать. Ученые изучают вулканы, пытаясь предотвратить беду. Это не всегда бывает точно, - глаза его сияли, он испытывал большое волнение, таким мне его не приходилось видеть, - Я хочу научиться слышать вулканы. Знаешь, я недавно понял, что Земля живая. У нее своя жизнь и видимо, свои планы. Ты что-то про вулканы знаешь?

- Женя, мама показывала мне картину. Последний день Помпеи. Так там не только пепел, там камни летели и, кажется, лава уже вырвалась. Город и все его жители погибли. А на Камчатке только выброс пепла. Бывает и мощнее.
- Можно я посмотрю у вас энциклопедию? – он знал, что у нас была довольно большая библиотека. Папа любил энциклопедии и разные справочники, а мама собирала альбомы по искусству, она преподавала в художественной школе.

Да, он мне долго больше ничего не рассказывал про вулканы, почувствовав мое безразличие к теме, а перед окончанием школы сообщил, что решил стать вулканологом. Тогда меня это немного удивило, он последнее время больше про океаны читал.
 Я свою профессию не выбирал, это само получилось. Отец был фотокорреспондентом, сотрудничал со многими изданиями, в доме было много разной техники, и фотокамеры и видеокамеры, разные объективы, это меня интересовало. Он брал меня при случае с собой на съемки. Порой смеялся, что голодным я уже не останусь, ассистентом меня кто-то возьмет, потяну. Не сразу я увлекся всем этим, но постепенно погружался в  тонкости профессии все больше. Трагическая смерть отца не изменила планов – я поехал учиться, твердо зная, чем хочу заниматься в жизни.

Нас связывало что-то большее, чем общие увлечения. Женю совершенно не интересовала техника,  он видел у нас дома много разной аппаратуры отца, я мог бы многое ему рассказать.Его в какой-то момент заинтересовало море. Он его никогда не видел, а мы с родителями почти каждый год куда-то ездили отдыхать. Я привозил ему морские звезды, раковины, разные причудливые камни, у нас возникали общие темы, но ненадолго.
Даже внешне мы были совершенно разными. Он был крепкий, сбитый, осанистый, а я высокий, голенастый, мама называла меня африканец, если не брать во внимание цвет кожи и голубые глаза, то действительно было что-то такое в моем облике. Несмотря на полное, казалось бы,  различие, мы не могли друг без друга. Нас тянуло, как магнитом, мы могли просто читать, молча совершать прогулки. В раннем детстве мы всегда стояли друг за друга во время дворовых разборок.

Мы разъехались, учились в разных городах, виделись не часто. Мне кажется – нам выпал счастливый случай – наша дружба оказалось крепкой, время и расстояния были над ней не властны. Ни я, ни он долго не женились. Наша кочевая жизнь шла своим  ходом, мы были мобильны и легки на подъем. Семейная жизнь нас пугала.

Поезд совершал крутой поворот, я еле удержался на своем месте. Я вспомнил нашу неожиданную встречу.
Так уж сложилось – моя карьера складывалась легко и успешно. В этом была огромная заслуга друзей моего покойного отца. Они меня не бросили на произвол судьбы. Одной из немногих вещей, которые я взял после смерти мамы, была рабочая записная книжка отца. Когда я уезжал после похорон, один из его друзей посоветовал мне тех, к кому я смело могу в случае необходимости обращаться за помощью. Это были уже известные мастера, участники и победители разных международных конкурсов. Я обращался не часто, но всегда получал поддержку и полезные советы. Пару раз еще студентом благодаря одному из друзей отца я попал в рабочую группу серьезной экспедиции.  Мне пришлось в самом начале исколесить свою страну, участвовать в интересных экспедициях, а с опытом появились предложения участвовать и в международных проектах. Я, практически, жил без простоя – заканчивалось одно, а следом начиналось уже другое. Все происходило естественно, я не хлопотал специально, но так удачно всегда все складывалось.

У Жени все шло со скрипом. Казалось, жизнь испытывает его. Он не отступал. В конечном счете дела стали складываться удачно и у него, он уже писал докторскую диссертацию, продолжая участвовать в экспедициях.

 Его звонок застал меня врасплох. Я только вышел из душа, возвратясь из дальней командировки. Его голос я никогда не мог спутать – слегка глуховатый, но напористый
- Старик, какая удача. Я тебя застал именно сегодня. Ты дома?
- Привет, ты где? Приезжай.
- У меня другое предложение, я жду тебя в ресторане. Сколько тебе нужно на сборы? – это я умел делать быстро, тем более, по тону его голоса, меня ждали новости.
- Обозначь хотя бы цель встречи. Как я должен выглядеть? Нам предстоит очаровывать милых дам? – такое бывало не раз, мне хотелось соответствовать ситуации.
- Пижон, ты не меняешься, - послышался глухой смешок, - Как душа просит. Ты всегда будешь первым, успокойся. - Он быстро закончил, продиктовав мне адрес ресторана.
- Ревнуешь? Ладно, понял. Форма свободная.

Да, такого я не ожидал.

Меня накрыли воспоминания о той встрече, но они принесли не тревогу, а успокоение. Я прилег и заснул почти мгновенно, мерное постукивание колес перестало напрягать, а было своеобразной колыбельной.