Кто выиграл?

Анна Петровна Тришина, 60 лет, пенсионерка, г. Москва


  Были с мужем моим, отдыхали на хуторе как раз целый месяц. К Учителю Привозят человека настолько больного, я вам даже передать не могу. Руки и ноги у него все вот так вывернуты. И на руках, на поролоне его внесли в дом. На машине они приехали. Привёз его Миша Коробков и ещё какой-то мужчина.

  Учитель говорит, что пусть он там с Настенькой в комнате, напротив её кровать и будет спать. Всё так и сделали. Ночь прошла, наступает утро.
 
  Учитель говорит:
 
– Я вас сейчас приму.

  Он принял Мишу, принял его друга. И подходит к этому инвалиду (я даже не знаю, как его звать) и говорит:

– А вас принимать не буду.
 
– Почему это Он меня принимать не будет?

– А мне не разрешила Природа.

– Как это Природа не разрешила?
 
  Учитель ему объяснил. Он два раза не повторяет. И пошёл к себе в комнату.
  А этот инвалид сидел на диване в той комнате, где телевизор стоит. Я к нему подхожу и говорю:

– Как же так. Ты такой больной, иди подойди к Учителю, скажи: Учитель...

  Да вспомнила, когда Учитель говорил ему:
 
– А Мне Природа не разрешила тебя принимать.
 
  И тут же ему вопрос задаёт:

– А ты для чего ко Мне приехал?
 
  А он и говорит:

– Посмотреть на Тебя, поговорить с Тобой.

  Учитель опять ему задаёт вопрос:
 
– Ты для чего ко Мне приехал?

  Он у него вытягивает, чтобы здоровья тот попросил…
 
  А он твердит:

– Посмотреть на Тебя, поговорить с Тобой.
 
  Учитель третий раз ему говорит, опять такой же ответ:

– Посмотреть на Тебя и поговорить с Тобой.

  Учитель повернулся и пошёл в свою комнату, стал писать.

  Вот тут-то я подхожу к этому инвалиду и говорю:

– Как ты можешь так говорить? Ты бы хоть попросил у Него, а ты: посмотреть, поговорить.

  Подходит вечер. А Учитель обычно ляжет на кровать, и все, кто приезжал, беседовали с Ним.

– Говорите, что вы там хотите Меня спросить или что...

  Тут же обступили кровать. Он на меня:

– Вот ты в Москве, а вот ты — в Ленинграде, а вот ты живёшь в ... А ведь Я лежу здесь, на кровати. А вы Меня просите, а Я лежу на кровати... Ты понимаешь как?

  Ну всё понятно, ясно.

  Мы говорим:
 
– Да дух-то твой там ведь (показываем вверх).

  Теперь этот инвалид, значит (стулья ему сделали, усадили), говорит:

– Вот, Учитель, Ты мне руки не подал. Я был в Загорске, священник мне руку подал. А Ты мне руку не подал, не принял меня.

  А Учитель ему спокойно так отвечает:

– Я ж против Природы не пойду.
 
  Он начинает:

– Какой же ты Учитель, когда к Тебе приехал такой человек, и ты ему ничего не можешь сделать?

  Учитель, чувствую, немножко из терпения вышел и говорит:

– Да Я знаю, в какой ты день умрёшь!..

  А мой муж удивлялся. Уж на что он не верил, и то говорит:
 
– Я ещё, мать, такого не видел, чтобы его Учитель спрашивал, а он – ни кушать не может, ничего – посмотреть пришёл, поговорить.
 
  Тогда Учитель им сказал:

– Вы поезжайте.

  И они уехали. Утром встали и уехали. Потом присылали письма Учителю Коробковы и писали, что тот инвалид очень долго у них живёт. Учитель им такое последнее письмо написал:

– Немедленно проводить, немедленно. Ну вот и всё.

  Учитель разговаривал с Природой. Она Ему говорила. Вот перед уходом Он сказал:
 
– Всё плохое на земле, а всё хорошее там (показывает вверх).

  Я с Учителем прошла одиннадцать лет. А мой муж, чего он только ни делал: и глаза выкалывать собирался мне, и волосы драл. Я приеду к Учителю и говорю:
 
– Да я ж больше не могу так жить, родненький мой! Он меня сегодня чуть не задушил.
 
  А Учитель как-то мне говорит:

– Петровна! Да ради Меня прости ему!
 
  Я заплачу и пойду. Думаю: «Господи! Извините за выражение, и пьяный, и ...
И ты «ради Меня прости ему».

– Гад, сколько же ты боли мне сделал! Прощаю тебя!

– Вот спасибо, спасибо...

  Учитель пошёл в Свет 35-ти лет. У Него была дочка, она умерла, и двое сыновей: Андрей и Яков. Природа Учителю сказала, чтобы с женой не жить (как мужу), и это Ульяна Фёдоровна сама мне рассказала:
 
– Я, – говорит, – на коленях перед кроватью у него просила: «Пашечка, я ведь молодая! Поживи со мной...»
 
  А Он ей отвечал:

– Уляшечка, если Я с тобой поживу, то погибну Я и погибнет весь мир!

  А Природа здесь вот что сделала: через некоторое время Ульяну Фёдоровну положили в больницу, и у неё удалили женские органы, чтобы она Учителя не искушала. Вот как Природа сделала! Операция шла пять часов, и Учитель Ульяну Фёдоровну на руках вынес.

   В 1970–1971 годах это было. Была я в Сулине у Учителя, когда Он решил кому-то дать сознательный голод на месяц. А Мария Матвеевна говорит:
 
– Учитель, дай мне!
 
  А Он ей отвечает:

– Ты не выдержишь.

  А она настаивает. Она была очень сильная женщина, у неё была очень большая природная сила такая, что если кто заболевал чем-то и у тебя температура высокая, она пройдёт, тебя выкупает холодной водой, подержится руками за голову – и всё у тебя проходит через некоторое время.

  И Учитель разрешил ей взять это терпение и сказал:
 
– Бери терпение, а Я буду копаться в твоих кишочках.
 
  Было ей тогда 78 лет. Она после этого всё с себя поснимала: и чулки, и трико. Осталась в платье и жакеточке. А осень на дворе, холодно уже. Приезжают они в Москву, у Фроси на обед люди собрались.

  Учитель всем объясняет, что Мария Матвеевна у нас взяла сознательное терпение: месяц не кушать, и что всё идёт хорошо, уже 16 дней.
 
   И вдруг Мария Матвеевна усомнилась, не может дальше, и просит нас:
 
– Купите мне сливочек.

  Мы все начали её уговаривать:

– Не надо, тебе же Учитель сказал.
 
– Нет, купите мне сливочек, я не могу больше терпеть.

  И она начала кушать. А она вообще много пила, и после голода у неё началась большая жажда. От этого у неё очень сильно опухли ноги, и вся она раздулась. Тут надо было до конца стоять, раз взялась делать – делай, а то получается непослушание. С тех пор Мария Матвеевна стала сильно болеть: ноги все опухшие, потрескались, из них течёт гной – невозможная картина!

   Случилось это в сентябре, а болезнь длилась до апреля. Врачей не вызывала, ничем ноги не мазала, терпела. Это надо большую силу воли иметь, чтобы при таких болях ни разу не охнуть. И она говорила:
 
– Это мне наказание за моё невыполнение.
 
  Мы дали телеграмму Учителю, и Он приезжает. Уже весна наступила. Учитель занимался с ней целый день, водил её по квартире. Она уже и ходить разучилась за это время. И Он говорит мне:

– Ты завтра приедешь и выведешь её на двор.

  Приезжаю я назавтра, она нормальная, отёков нет, говорит мне:

– Учитель меня только Своими ручками потрогал – и всё сошло.
 
  А на улицу идти отказалась, говорит:

– Хорошо тебе, ты здорова.

  Опять она не выполнила. А через две недели, когда я к ней пришла, она вдруг просит:
 
– Вынесите меня на улицу!
 
  Мы её вынесли вместе со стулом, но всё надо делать вовремя. Вскоре она умерла. Вот так это всё получилось.

  В 1978 году мы все держали большое терпение: Учитель, Валя, я и ещё кто-то. Учитель и Валентина держали больше всех. А я, мало, сорвалась. Я держала уже 25 дней, когда это случилось. Последние несколько дней Учитель в воскресенье и в четверг давал по полчашки простокваши. Мы каждый день ходили на став купаться. Это километра два от хутора. Купались вместе с Учителем. И вот, поплыли мы через этот став: мужчины-москвичи и я за ними поплыла. А Коля говорит мне:

– Ты, Петровна, не дури – иди по берегу обратно.

  А я ему отвечаю:
 
– Ну да! Пойду я ноги колоть по этой гальке.
 
  И поплыла с ними обратно. А сила у меня была тогда большая, об меня Валентина грелась – я как огнём горела. И Учитель радовался мною очень. И тут я плыву: как же, я – герой!
 
  Вылезаю на берег, где Учитель был, и кричу Ему:
 
– Вот, дорогой Учитель, какая у меня сила! Став переплыла туда и обратно.
 
  А Он мне говорит:

– Кто тебя за язык тянул?!

  Поругал Он меня.

  Пришли мы домой, у меня левую ногу дёргает. Я молчу, Ему ничего не говорю. Назавтра Он мне говорит:
 
– Начинай кушать. Мне Природа сказала: «Не будешь кушать – помрёшь!»

  Вот тебе и наше похваление. Я не соглашалась сначала, а Валентина говорит мне:
 
– Учитель сказал, ты Его Слово знаешь, оно не пропадает даром, что ты помрёшь!

  Что делать? Заплакала я, поцеловала Учителя: Его Слово – закон. Пошли мы с Ним на кухню, где Он велел Вале дать мне сметаны 200–300 грамм. Началась у меня жажда после неё, а Учитель не разрешает пить. Только вечером дал мне выпить чашку чая. На второй день дали мне борща похлёбку и без хлеба. А пить всё равно очень хочется, я хожу, прошу у Него, а Он говорит:
 
– Ну, пей чаёк с лимончиком!

  И у меня тоже ноги опухли, как когда-то у Марии Матвеевны, но не так.

  Валентина говорит:
 
– Учитель, у Петровны ноги пухнут.
 
  А Он взял мои ноги и говорит:

– Ты, Петровна, не бойся, не слушай её. Всё будет хорошо.
 
  И правда, всё обошлось.

  Я шла в саду по дорожке, а Учитель спрашивает:

– Петровна, ты знаешь притчу о мытаре и фарисее? Фарисей богатый был, а мытарь – бедный очень. И вот, богатый пришёл в храм и свечи ставил от избытка своего богатства данного, и вознёсся. А мытарь зашёл в храм и говорит:
 
– Господи! Нет у меня за душой ни копейки, не на что и свечку купить. Это мне простится? За что меня наказал так?
 
– А Я тебя не наказывал.
 
  Учитель спрашивает:

– Кто выиграл, фарисей или мытарь?