Экспресс-проверка

(черновик, будет правиться)


На объекте суета – все ждут лютого инспектора из Москвы. Едет не просто генерал, а цельный генерал-лейтенант.

Тут от генерал-майора можно букет нервенных расстройств подхватить от энуреза до инфаркта, а уж генерал-лейтенант в 2-3 раза страшнее.

А если генерал-полковник припрется, то проще сразу застрелиться.
На этот раз едет генерал-лейтенант с внеплановой инспекторской проверкой и драть будет по-взрослому - не вынимая.

Поэтому на объекте драят все и вся – от документации, до оконных стекол. Асфальт помыли, бордюры покрасили раза четыре, не меньше. Мэр Москвы рыдал бы от зависти – в столице таких эталонных бордюров не сыскать.

Провисшую колючую проволоку на заборе натянули словно струны на скрипке Паганини. Ветер прям «Времена года» Вивальди воспроизводил по периметру объекта.

Траву выщипали на всей прилегающей территории, включая обочины на подъездной дороге за три километра до объекта. Да-да, не скосили, а выщипали. Причем тщательней, чем невесту перед свадьбой на лазерной эпиляции.

Оборудование отдраили, боевую технику вычистили так, словно час назад с завода прислали.

На здании штаба даже кирпичную кладку внешних стен от копоти и птичьего помета отмыли. Не штаб, а пряничный домик прям – стоит и сияет.

В фойе здания все командование стоит и с ноги на ногу переминается. Все выбриты на два миллиметра под кожей, одеколонами благоухают так, что аж в горле першит и глаза слезятся, о стрелки брюк порезаться можно.

В столовой стол накрыт, всем банкетам на зависть – повара всю ночь кошеварили. Из дома разносолы и консервацию принесли. Нач.столовой прапорщик Степаныч фирменную хреновуху замастрячил, которая вместе с рюмками в морозильнике до -24 градуса остывает.

Это традиционно на встречу сурового инспектора, чтоб с дальней дороги выдохнул, расслабился и уровень потенции в грядущих претензиях неминуемой проверки понизил, и эрекция праведного гнева до состояния умиротворенной вялости снизошла.
Все готово и все готовы, ерзает народ в ожидании сексуальных утех в извращенной форме.

Любая проверка в армии – а-ля-томление султанского гарема напоминает. Все знают, что гарантировано выдерут, но не знают, когда и за что именно.
Поэтому ждут проверяющего с волнительным вожделением и смиренной безысходностью.

Все готово к гарантированной случке – народ собран, чистота наведена идеальная, порядок «не придраться».

Последние штрихи остались – уборщица пол в фойе шваброй елозит, чтоб на полу блеск влажной свежести генерала встретил, ущербность затертой от времени кафельной плитки скрывая.

Была бы ковровая дорожка типа «кремлевки», постелили бы… но нет такой на балансе объекта и за ночь соткать невозможно.
Пробовали в прошлый раз. Не вышло.

- Ееееееее-дут! Еееееее-дут!
Заорал нач.штаба, разглядев в бинокль стремительно приближающуюся кавалькаду черных машин.

Уборщица заметалась в фойе с ведром и шваброй, уронив от неожиданности мокрую тряпку на пол.

- Исчезни… куда-нибудь!
Процедил командир.

Уборщица мгновенно испарилась в недрах коридоров, а тряпка так и осталась лежать на полу.

Командир, чертыхаясь, схватил тряпку и, рванув дверь туалета, швырнул ее в раковину.

- Смирно!
Заорал дежурный по штабу, открывая дверь генералу.

Полковник вскинул руку в воинском приветствии и строевым шагом рубанул навстречу инспектору.
- Тащгенерал-лейт…
- Потом, потом! Туалет где? Растрясло с дороги!
Отмахнулся инспектор и заметив на двери фигурку «писающего мальчика», метнулся в недра сантехнической комнаты.

Все замерли в ожидании – проверяемые в предвкушении знатного порева, свита столичного инспектора перед рутинной процедурой тотального изнасилования дремучих провинциалов.

Из туалета раздались звуки, напоминающие натужный запуск танкового дизеля на морозе, потом вздох облегчения, шум спускаемой воды в унитазе, затем шум воды в рукомойнике.

Вскоре из туалета вышел довольный генерал, вытирая руки и лицо… половой тряпкой.
Принимающая сторона сбледнула до состояния алебастровых статуй. Проверяющая сторона недоуменно рассматривала портрет шефа, на котором виднелись грязные разводы…

Столичный инспектор, вытирая лицо, непроизвольно принюхался к тряпке, которая явно отличалась от вафельного полотенца для рук, причем как цветом, так и запахом.

Посмотрев на руки, и обнаружив характерные признаки грязи, генерал раздраженно швырнул тряпку на пол, и грозно рявкнул.
- Двойка, мать вашу!
Прыгнул в машину и стремительно отбыл… очевидно обратно в Москву.

Командир задумчиво почесал, выбритый до синевы подбородок, и всплеснув руками тихо промолвил.
- Самая короткая проверка в моей жизни.
- 3 минуты 57 секунд!
Доложил дежурный по штабу.
- Зато нервы массажировать не будут!
Добавил замполит.
- Инфарктов с инсультами не ожидается и ладненько.
Подал голос нач.мед.
- Пошли пообедаем, что ли?! А то плов стынет…
Предложил зам.по МТО (материально-техническому обеспечению).
- И хреновуха греется!
Резюмировал прапорщик Степаныч.



з.ы. Инспекторскую проверку все же прошли успешно… повторную - через месяц. Причем инспектор попросил полотенце… до визита в туалет.