Восьмой случай

   Свежий осенний ветер гонял по бульвару первые упавшие листья. Вика уже давно сидела на скамейке, нахохлившись и засунув руки глубоко в карманы куртки. Ну вот, и ещё один день прошёл, и опять без толку.
   Редкие прохожие молча косились на одиноко сидевшую девушку. Вика тоже мрачно оглядывала их исподлобья. Нет, всё не то, всё не то.
   Ещё один мужик в куртке с капюшоном и с сумкой на плече показался в конце аллеи. Этого мужика Вика уже видела – он недавно проходил в противоположном направлении. Ну что ж, придётся действовать более активно…
   Она вытащила из карманов руки, закрыла ладонями лицо и весьма убедительно изобразила безутешные рыдания, ведя наблюдение через щель между пальцами.
   Прохожий покосился на неё, тормознул, неуверенно потоптался на месте.
   – Девушка, у вас что-то случилось? – участливо спросил он.
   Вика отняла ладони от лица.
   – Я потерялась, – жалобно сказала она. – Пошла погулять и потерялась.
   Прозвучало это, конечно, наивно. Такая взрослая тётя – студентка, как минимум – и потерялась! Не девочка же с бантиком из детского садика…
   – А вы, что, не здешняя?
   – Ага… Я к бабушке приехала на каникулы, – соврала Вика и прикусила язык. Какие ещё, к чёрту, каникулы в сентябре…
   – Ну-у… могу вас проводить, если не возражаете.
   Вика торопливо поднялась со скамейки.
   – Ага… проводите, пожалуйста.
   Они пошли вместе по аллее в сторону проспекта. Вика подумала, что идти молча нет никакого смысла, и надо завести светскую беседу.
   – А ваша жена не рассердится, если увидит вас с посторонней женщиной?
   – Моя жена?
   – Да.
   – Она умерла. Два года назад.
   – Извините…
   Начало беседы вышло неудачным, и Вика стала обдумывать дальнейшие действия. Наверное, лучше отвязаться от провожатого и вернуться на скамейку.
   – Здесь небезопасно гулять, – небрежно произнёс её спутник. – У нас в городе завёлся маньяк. Разве вы не слышали? Нападает на женщин. И как раз в этом районе.
   Так. Начало хорошее. Возврат на скамью отменяется. Только вот как теперь грамотно ответить – слышала или не слышала?
   – Да вы что? – ужаснулась она. – В самом деле?
   – Так ведь везде об этом пишут! И в газетах, и в соцсетях. Неужели не читали?
   Вика спохватилась.
   – Да-да, что-то припоминаю. – Она решила сменить тактику и перейти от обороны к нападению. – А может, это вы – тот самый маньяк и есть?
   – Я?
   – Да, вы!
   Мужик хихикнул.
   – А что, похож?
   – Да не так, чтобы уж очень. Хотя…
   – Правильно! – одобрил мужик. – Надо подозревать всех. Осторожность никогда не помешает.
    Он вдруг резко наклонился – так, что капюшон съехал ему на лицо – и стал завязывать шнурок на ботинке. Вика притормозила, развернувшись вполоборота и отступив на шаг в сторону. И тут же на неё буквально налетел какой-то бегун в тёмно-зелёном спортивном костюме со свёрнутой в моток скакалкой в ладони. Лицо у него было неприятным и злым. Он дёрнулся к Вике, словно хотел стегнуть её этой скакалкой, и она инстинктивно подняла руки для защиты. Но бегун лишь скользнул взглядом по спине согнувшегося над ботинком мужика и, медленно повернувшись, бесшумно побежал дальше.
   Вика внимательно посмотрела ему вслед.
   – Странный какой спортсмен, – услышала она сзади голос и вздрогнула: её спутник уже справился со шнурком и теперь стоял у неё за спиной. – Бегать? Здесь? Да ещё в такое время…
   – Я его и не заметила сразу, – отозвалась она. – Тихо как подбежал. Кроссовки, наверное, хорошие.
   – Ага. И форма у него под цвет зелени – не заметишь. Да ещё скакалка в руке… Просто идеальная экипировка для маньяка.
   Вика повернулась и оглядела своего собеседника. Совершенно невзрачный тип, незапоминающееся лицо. А ведь у него тоже куртка зелёная…
   – А зачем вы с собой носите верёвку?
   – Верёвку?
   – Да! А что вы всё время переспрашиваете? Со слухом плохо?
   – Почему переспрашиваю?
   – Да!
   – Просто такая привычка дурацкая с детства. Никак не избавлюсь.
   – Понятно. Так как насчёт верёвки?
   – Верёвки? Где?
   – Да у вас в сумке! Вон – проступает.
   – А-а… Так это не верёвка, это провод.
   – Провод?
   – Ну да, вэ-вэ-гэ. Я же электриком работаю. Вот и инструменты тут: нож, отвёртка…
   Он расстегнул молнию на сумке и продемонстрировал Вике содержимое. Действительно, электрик…
   Они пошли дальше. На аллее уже слегка стемнело – наступал вечер.
   – О! Смотрите-ка! – произнёс мужик через несколько шагов.
   Впереди из кустов вылез кот – пушистый, упитанный и сугубо домашний, потому что был в шлейке.
   – Кис-кис-кис!
   Кот вальяжно подошёл к незнакомцу, обнюхал его ботинки и потёрся загривком о штанину.
   – Любят меня животные. – Мужик наклонился и почесал кота за ухом. Потом резко выпрямился и прислушался.
   – Тихо! – Он приложил палец к губам. – Меня нет.
   И отступил в кусты. Вика не успела ничего понять, как с противоположной стороны дорожки заросли затрещали, и из них вывалился неопрятный толстый субъект в плаще с поднятым воротником, шляпе и громадных очках. В руках у него была длинная верёвка, оказавшаяся, при ближайшем рассмотрении, поводком для животного. Кот лениво оглянулся, увидел появившегося человека и решил, видимо, смыться, но был схвачен.
   – Э-э… девочка… – жалобным бабьим голосом начал ныть толстяк, – ты мне… это… не поможешь? Мне дверь в подъезд нужно открыть… а Бонифация держать надо… а карабин сломался…
   Кот Бонифаций упирался мягкими лапами в плащ толстяка, пытаясь вырваться. Вика, конечно, помогла бы ему с удовольствием (такой случай!), но она помнила про второго, который спрятался в кусты. А за двумя зайцами погонишься…
   – Нет, извините, не могу. Мне мама не разрешает с незнакомыми дядями общаться, – ответила она ему со скрытым сарказмом.
   – Ах… ах… как жалко… а, может, всё-таки…
   – Нет!
   Толстяк еще повздыхал, поныл и потащил куда-то своего брыкающегося кота. Вика смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду. Поводок-то у него длинный и крепкий на вид – не порвёшь…
   – Хороший какой предлог. – Её спутник опять неслышно возник за спиной. – Кота подержать, подъезд открыть… А потом в подъезде – раз – и поводок на шею!
   – Да, очень может быть… Последнюю жертву как раз задушили сзади удавкой, – заметила Вика и тут же спохватилась – она ведь прикинулась, что ничего не знает про маньяка. А-а, ладно, плевать! Что-то сегодня много интересных прохожих! Один с проводом, другой со скакалкой, третий с поводком… Да-а… Одни маньяки кругом!
   – Ну ладно, пошли… – И она двинулась по дорожке в глубокой задумчивости. Мужик в зелёной куртке молча шёл рядом. Кусты по краям аллеи стали гуще и совсем закрыли окружающие дома.
   И тут спутник внезапно схватил Вику за руку.
   Реакция была мгновенной и безошибочной. Обманное движение в сторону противника, резкий удар в локтевой сгиб (хватка сразу ослабла), рывок – и чёткий, как на тренировке, удар ногой с разворота в голову. Нападавший, несмотря на явное преимущество в весовой категории, вполне ожидаемо отлетел в сторону и растянулся мордой вниз на траве.
   Вика неторопливо обошла его кругом, зашла с наиболее безопасной стороны и потыкала ногой в бок.
   – Ну что, попался?
   Поверженный враг трепыхнулся, потом медленно перекатился на спину и с трудом сел. Из его ноздри побежала струйка крови, он вытерся рукой, затем достал платок и приложил к носу.
   – Что это? – гнусаво спросил он. – Это вы меня? Зачем?
   – А зачем надо было хватать меня за руку? – грозно спросила Вика, сохраняя боевую стойку.
   – Вас?
   – Да!
   – За руку?
   – Да!!!
   – Так ведь там же люк…
   – Чего-чего?
   – Люк открытый… вон там, на дорожке…
   Вика оглянулась и, действительно, увидела посреди полосы асфальта, слабо освещённой уличными фонарями, канализационный люк. Крышка была слегка сдвинута в сторону какими-то нехорошими людьми, и только наступи на край – если не провалишься, то ноги переломаешь точно.
   Вика расслабилась и опустила руки.
   – А что, словами нельзя было сказать? – недовольно спросила она.
   – Так я бы не успел. Вы уже ногу занесли. – Мужик перевернул платок другой стороной. – А ловко у вас получилось. Вы что, из полиции?
   – Из полиции? Ещё чего! Да разве полиция может что-нибудь сделать? – Вику прорвало. – Да если бы они хотели, давно бы могли его поймать! Устроили бы засаду, выпустили на бульвар переодетую сотрудницу – как на живца! Ведь уже семь случаев за два года! Се-емь! – Она вдруг осеклась и посмотрела на недавнего противника. – Два года… А, извините… ваша жена…
   – Она была первой, – печально произнёс мужик и закрыл лицо руками.
   Наступило неловкое молчание. Побитый кандидат в маньяки сидел на траве, утираясь и осторожно ощупывая кости черепа. Вика потопталась на месте, не зная, что сказать, и принялась пинками загонять крышку люка на место.
   – Так вы, значит, тут в качестве живца? – спросил у неё за спиной мужик, бесшумно поднявшийся с земли. – Одна, без всякой помощи?
   – Ага.
   – Поразительно! А вдруг он окажется сильнее?
   – Я шесть лет каратэ занималась, – надменно сказала Вика.
   – Но ведь он же сзади напасть может! Ударить по голове. Или удавкой…
   – Ха-ха три раза! Я же не дура! Я подготовилась. Вот! – Вика постучала по голове пластмассовым стуком. – У меня под шапкой каска детская, хоккейная – бейте, сколько хотите! А под свитером – бандаж такой, типа воротника Шанца – ну, знаете, который носят, когда шею сломают? Так что удавкой меня не взять.
   – Да-а… – Мужик только удивлённо покрутил головой.
   – Я вам ещё кое-что скажу, – продолжила Вика после паузы. – Я поспорила на крупную сумму, что выловлю этого мерзавца. И всего пять дней осталось…
   Она вдруг отступила на шаг и подозрительно оглядела собеседника с ног до головы.
   – А почему вы не спросили, куда меня проводить? В какую сторону? – тихо поинтересовалась она.
   – Почему не спросил?
   – Да.
   – В какую сторону?
   – Черт возьми, да!
   – Так ведь тут только одна дорога к жилым домам. Вон туда. А в той стороне – заводы, промзона… Ну ладно, не буду больше отбирать у вас время. – Мужик закинул сумку на плечо. – Вижу, что вам ничего не грозит и провожать вас не надо. Всего доброго!
   – До свидания.
   – Удачной охоты, храбрая амазонка!
   Электрик в зелёной куртке повернулся и ушёл в темноту.
   Вика стояла посреди аллеи, вдыхая полной грудью свежий осенний воздух. На небе уже зажглись первые звёзды – наступал тихий сентябрьский вечер, наверное, последний такой тёплый перед осенними холодами, и уходить ей не хотелось. «Нет, – думала она – это не он. Кишка тонка. Кто же из тех двух – бегун или тот, толстый, с котом?»
   Её мысли были прерваны топотом ног по асфальту. Бывший спутник почему-то спешил обратно, придерживая болтающуюся сумку.
   – Там… там… скорее… надо позвонить… в полицию. – Он подбежал к Вике, показывая куда-то взад себя рукой и с трудом переводя дыхание. – У вас есть телефон? У меня батарея…
   – Да-да, конечно, – торопливо отозвалась Вика, выхватывая из кармана мобильник. Экран привычно засветился и вдруг разлетелся множеством ярких искр от сильного удара сбоку по голове. Сознание провалилось в какую-то яму, а потом стало медленно выбираться из неё, пульсируя в такт ритмичным ударам по пяткам. Вика открыла глаза и первым делом увидела свои ноги, стянутые проводом вэ-вэ-гэ и прыгавшие со ступеньки на ступеньку оттого, что её тащили за капюшон вниз по лестнице. Она задергалась, стараясь освободить связанные за спиной руки, и попыталась закричать, но из заклеенного скотчем рта раздалось лишь глухое мычание.
   Её приволокли в какой-то подвал и бросили в тёмном углу. Лицо её недавнего попутчика, освещённое слабым светом фонаря, склонилось над ней.
   – Как вы думаете, почему меня до сих пор не поймали? – зловеще ухмыляясь, вкрадчиво спросил он.
   И в его руке тускло сверкнул нож.
   Вика непроизвольно зажмурилась. Её обдало жаром, кровь прихлынула к голове в ожидании ужасной, резкой, страшной, боли в груди – там, где сердце. Вся прошлая жизнь ускоренной киносъёмкой промелькнула в мозгу – детский сад, школа, безуспешная попытка поступить в институт, мама, папа…
   Дальше произошло что-то непонятное – какие-то крики, вопли, удары. Боль, наконец, пришла – скотч осторожно отдирали с губ.
   – Простите нас, девушка, – произнёс смутно знакомый голос. – Хорошо, что мы вовремя успели.
   Вика разлепила глаза. Подвал был плохо освещён лежащим на полу фонарём, но она даже без шляпы и бутафорских очков сразу же узнала склонившегося над ней владельца кота Бонифация. Любитель кошек отодвинулся и стал старательно распутывать провод вэ-вэ-гэ. Вика повернула голову – бегун в зелёной форме вёл к лестнице её бывшего попутчика, завернув ему руку за спину.
   – Вы что, из полиции? – слабым голосом произнесла Вика.
   – Разумеется, – ответил толстяк. – Мы его уже брать собирались, когда он вас за руку схватил.
   – А вы что, знали, что маньяк – это он?
   – Предполагали. И Бонифаций его опознал. Только потом этот тип нас чуть не провёл, когда…
   Толстяк не договорил и, освободив ноги несостоявшейся жертвы, принялся развязывать руки.
   – Он меня тоже обманул, – вздохнула Вика. – Какая же я дура…
   – Ничего, зато при деньгах. Вы же выиграли пари.
   – Так вы знаете?
   – А как же! Думаете, почему мы здесь? Эх, молодёжь, молодёжь…
   По лестнице уже спускались какие-то люди. Потерпевшей заботливо помогли подняться на ноги. В голове ещё звенело после недавнего удара, побаливали затёкшие кисти рук, но где-то внутри Вики медленно нарастало чувство непередаваемого огромного облегчения. Как же хорошо жить…