Лабрадор мементо

Из клиники, где мы работаем, нас с доктором отправили на вызов к владельцу нашего холдинга. Диагностика на дому. Время — 16:00, без опозданий. Водитель заложил запас на пробки, чтобы ни-ни, не дай бог опоздать. В итоге приехали раньше.

Моя напарница — молодой врач, улыбчивая и лучистая. Ей впервые выпало ехать к пациенту на дом, да ещё  сразу к такой важной персоне. Конечно, она очень нервничает, но старается держаться, подходя ко всему с юмором. Мне подобные вызовы не впервой, хотя волнение присутствует, виду не подаю. Подбадривая друг друга улыбками и шутками, мы вошли в дом премиум-класса, расположенного в самом центре столицы, который уже со входа пах деньгами.

Наш пациент живёт здесь в трёхэтажном пентхаусе на полностью выкупленном 22-м этаже. Холл подъезда весь заставлен качественной мебелью, полы укрыты коврами — как в бухарском дворце. Сказать, что мы испытали восторг — значит соврать. Это был шок с примесью священного трепета, вызванный роскошью, чужой жизнью и непохожими на нас людьми.

Как альпинисты с кислородными баллонами, мы со всей своей аппаратурой, сумками, кардиографом стояли у дверей квартиры, набираясь смелости. От волнения забыв посмотреть на часы, машинально жму кнопку домофона. И тут — как ведро ледяной воды — прилетает сообщение от руководства клиники: «Строго не раньше 16:00».

— Ой, — холодею я, увидев время на телефоне. — Ещё нет четырёх.

— Он что, на нас уже нажаловался? —взбудоражено шепчет доктор мне на ухо. — Раз нам тут же написали?

— Не знаю, — шепчу в ответ. — Не должен. Надеюсь.

Мы замерли, как две статуи, не понимая, как умудрились попасть в такой переплет и потревожили такого важного человека приходом на тринадцать минут раньше. Внутри мандраж. Решили присесть, чтобы выждать время.

Сначала любопытно разглядывали интерьер: диван, шкафы, ковры, чьи-то тапочки, небрежно брошенные на входе, — так по-домашнему. Обсуждали, как таким людям удалось заработать на это все. И ведь это не просто везение у них, не просто трудоголизм. И коротая время, погрузились в рассуждения о том какие они собранные и организованные.

— Я не раз уже выезжала к таким богатым людям. Бывало, приедешь на тридцать минут раньше — и сидишь ждёшь в машине положенного времени минута в минуту. Они очень обязательные и дисциплинированные, и, наверное, это и есть секрет их успешности, — предположила я. — У них время расписано, не то что у нас. Они не делают чего хотят, а четко двигаются по плану. Они умеют заставлять себя, умеют достигать поставленные цели несмотря не на что. Поэтому у них получается все. Это удивительные люди. Они другие. 

— Эврика! — подхватила доктор. — точно! Они просто  дисциплинированные, умеющие ценить своё и чужое время,- согласилась она со мной — Вот сейчас он, наверное, переговоры ведёт, важные дела решает, а ему, может, и не хочется, но он не умеет откладывать дела на потом, ни на завтра, ни на понедельник. Даже при таком количестве денег он не расслабляется. Мы так не умеем.

В общем, и тут нас понесло.

Мы вспомнили, как сами бросаем начатое. И так во всём, на что ни посмотришь. Как диеты летят к чертям после первого пирожного, как купленный абонемент в спортзал пылится на полке. Я рассказала про свои два года фитнеса — почти привычка, почти. Уехала в отпуск, расслабилась, вернулась — и хрен там, ноги не идут. Не могу заставить. Доктор вспомнила свой год на ПП: съела на Новый год эклер — и вот уже четыре месяца лопает всё подряд, включая пельмени в три ночи.

— А они — молодцы, — вздыхаем мы хором. — Не то что мы. Вот и есть у них вот такая богатая жизнь.

Время пролетело как одно мгновение.

Ровно в 16:00 мы вновь у двери. Жму на звонок домофона. Тишина. Стоим, переминаемся с ноги на ногу, уши навострили, стараясь услышать хоть какой-нибудь шорох за этой бронебойной дверью.

В 16:10 снова звоним. Нам не открывают.

— Может, нас уже уволили? — шёпотом, с истерической усмешкой предполагает доктор.

— Не знаю, — неловко пожимаю плечами я.

Стоим, как сироты, бездомные котята с котомками из старого мультфильма, с надеждой, что вот вот им хозяева откроют дверь.

В 16:20 — третий звонок. И опять тишина. Пишу руководству клиники: «Нам не открывают»

Руководство в ответ: « Вы точно пришли к той квартире?»
Отвечаю: «Точно!»
«Сфотографируйте дверь, такого не может быть. Он ждет вас»
Я напрягаюсь. Неужели мы ошиблись этажом. Сфотографировала дверь. Отправила.

Минута тишины. Потом приходит ответ.

Я читаю — и от изумления буквально отвисает челюсть. Перечитываю вслух для доктора:

«Дозвонились до Павла Петровича, он дико извиняется, так как забыл про диагностику и ушёл гулять со своим лабрадором. Просил подождать его ещё полчаса».

И тут элитную тишину премиум-подъезда разрывает наш хохот. Такой дикий, истеричный, облегчённый — не стесняясь камер видеонаблюдения, зафиксировавших двух обезумевших женщин.

Потому что они — эти дисциплинированные, собранные, организованные, умеющие ценить минуты и делать многие вещи через «не хочу» — просто забыли про вызов. И ушли гулять с собакой.

И теперь уже, расслабившись, мы развалились на диване, в ожидании нашего пациента.