Каррабас - Кристиан обратный отсчёт

маленькая пьеса, опубликована в апреле 2026 г.
в литературном журнале "Зинзивер" № 2 (152), 2026




КАРРАБАС — КРИСТИАН:
Обратный отсчет
 
ПРОЛОГ

Театр. В зале темно, сцена освещена камерным светом. Каррабас — хозяин театра. Он же: актер, режиссер и автор пьес.

КАРРАБАС: (с самим собой)

Как скучно, каждый день похож на прошлый!
Играть судьбу, как клоун на трубе,
Бессмысленно, ничтожно, глупо, пошло,
Ломать комедию, в бессмысленной борьбе.
И жизнь пуста, и мой герой так пресен,
Что самому себе не интересен!

Настало время все начать сначала.
Сию минуту, здесь, с пустого зала.

ГОЛОС:

Достопочтенная публика!
Скинься по рублику!
Сегодня для вас, единственный раз,
Маэстро Каррабас предстанет анфас!
Кончены сказки! Сорваны маски!
Старый Театр летит в Тарр-татрр!!!

КАРРАБАС: А, это ты, давнишний мой приятель!

(Из вороха реквизита вылезает Буратино.)

БУРАТИНО: Партнер, слуга и друг! Но Карло — мой создатель!

КАРРАБАС:

Терпенья моего осталась капля —
Болтаю с куклой я, как в продолжение спектакля.
Все! Кончено, менять репертуар!
Театр Старый пусть летит в Тартар!!!

Мне меланхолия отныне — друг любезный,
А куклы — хлам никчемный, бесполезный.
Избавиться от них пришла пора,
Вон, в сундуках их целая гора!
Мешает мне идти вперед к вершинам
Тряпье вчерашнее, шуршанием мышиным.
Составлю опись отслуживших кукол
Немедленно, пока не передумал.

Не следует откладывать на завтра
Созданье Современного Театра!


АКТ 1

Подсобное помещение театра. Каррабас открывает сундуки с реквизитом и составляет опись отслуживших свое кукол, зачитывая вслух короткие характеристики.

КАРРАБАС: (читает вслух)
МАЛЬВИНА — холодная, упрямая, пустоголовая красотка. По устаревшим понятиям называлась «душа театра». Пахнет пылью театральных подмостков и детскими снами. Ее улыбка глупа и предсказуема, как орнамент кулис.
ПЬЕРО — вечно плачущий зануда, не умеет держать язык за зубами, слушает больше зрителей, а не режиссера. Для нового театра он лишний, как развязанный шнурок, мешающий быстрой ходьбе.
АРЛЕКИН — умеет веселить, но создает хаос, бесполезный острослов в цветных лохмотьях. Театральной дисциплине не поддается.

БУРАТИНО: (вставляет слово) Не торопись отправить нас в Тартар, не зря народ приходит в твой театр!

КАРРАБАС: Хватит меня учить, лентяй из деревяшки! Захочу, избавлюсь от тебя первого. Еще одно слово, и ты…

В руках у Буратино появляется Золотой ключик. Он покачивает им перед глазами Каррабаса, словно гипнотизер маятником.

БУРАТИНО:

Пусть сердце охватила тьма, ей не свести тебя с ума,
Быть может, разуму научит мой Золотой, волшебный ключик?
Не пустота рождает Слово, а опыт — мудрости основа.
Не предавай своих друзей, построй им «новый Колизей»,
Создай музей «Старинных Кукол»! Вдруг там и мне найдется угол?

КАРРАБАС:

Не беспокойся, друг старинный, мой хитроумный Буратино,
Да разве ж я оставлю вас?!
Склоняю голову с повинной — да, жить негоже напоказ.
Но тьма, как призрак гильотины, еще вернется, и не раз…


АКТ 2

Каррабас поднялся в гримерную, сел за столик перед трехгранным зеркалом, посмотрел на свое отражение и задумался.
Его рука медленно потянулась к ножницам: сначала осторожно, а потом все смелее стал он отстригать свою длинную густую бороду, ощущая в душе странное чувство радостного самоистязания. Обкорнав бороду, ему захотелось сбрить усы. А увидев результат, он решительно подстриг буйную шевелюру.
Карабас смотрел на свое новое отражение, и события недавних двух часов, словно дурной сон, проплывали перед глазами.
Он пытался осознать свой неожиданный поступок, в одно мгновение изменивший жизнь и его, и театра. Удивляло то, что он вдруг прислушался к чужому мнению, понимая, что наглый Буратино прав: «Новое рождается не от избавления от старого, а из умения увидеть связь между старым и новым» Да, он откроет «Музей старых кукол», и все будут довольны: старые куклы уйдут на заслуженную пенсию, а он, Каррабас, сможет собрать новую труппу и создавать современные спектакли. Но что-то в глубине души мучило его, не давало покоя. И вдруг в голову пришла безумная мысль: может, это он — лишний в театре?
Из зеркала на него смотрел незнакомый симпатичный мужчина средних лет с умными карими глазами.
Каррабас остался доволен результатом и, неожиданно для себя, сказал: «Ну что, брат, давай знакомиться!»
Он долго смотрел в глаза своему отражению, между ними словно возникла некая пуповина, и в памяти всплыло имя — Кристиан.
«Да, именно так меня зовут! Что же могло со мной приключиться такого, чтобы я превратился в Каррабаса?!»
В тот же миг открылись шлюзы воспоминаний, и картины прошлого, как кинолента, поплыли перед глазами. Каррабас увидел всю свою жизнь — с самого рождения.
Он с детства мечтал стать артистом. Но для этого существовало непреодолимое препятствие: заикание. Над ним смеялись, советовали выкинуть из головы напрасную идею. Но один старый актер посоветовал ему пойти в цирк коверным клоуном.
Так КРИСТИАН стал КАРРАБАСОМ.
Сначала выходить в манеж и смешить публику было - счастьем. Он раздобыл рыжий парик, красный нос, сделал сердитые черные брови, а лицо разрисовал белилами. Каждый его выход имел оглушительный успех. Так Кристиан — Карабас нашел свою мечту на арене цирка.
Однажды в труппе появилась новая артистка — прекрасная канатоходка Мальвина. У нее была хрупкая, словно фарфоровая, фигурка и пышные голубые волосы.
Кристиан влюбился с первого взгляда, ему казалось, что и он тоже нравится Мальвине. Она всегда приветливо улыбалась ему, взлетая под купол цирка, а один раз подарила ярко алую розу. Кристиан уже был готов сказать о своей любви, но вдруг увидел ее, флиртующей с акробатом Пьеро. Кристиан решил, что Мальвина видит в нем только смешного рыжего клоуна, и затаил в душе обиду и разочарование.
В этот момент КАРРАБАС окончательно вытеснил КРИСТИАНА.
Некоторое время он жил, как во сне, а вскоре навсегда покинул цирк и создал свой Театр. Но не с живыми актерами, а с куклами. Каррабас стал хозяином бездушных кукол, за невозможностью управлять живыми людьми. Он заказал в театральных мастерских куклу Мальвину — точную копию канатоходки, и куклу Пьеро — точную копию своего соперника акробата. Он придумывал для них сюжеты о неразделенной любви и радовался их кукольным страданиям. Но и это не избавляло от сжигающей душу обиды.
И к чему он пришел? К выгоранию, к самоуничтожению. По сути, он не прожил свою судьбу, малодушно сбежал, из страха получить отказ, спрятался за стенами Театра!
А ведь мог набраться смелости, смыть клоунский грим и объясниться в любви живой Мальвине, и кто знает, может быть, она выбрала бы его?


АКТ 3

От нахлынувших воспоминаний Каррабасу — Кристиану стало душно. Словно пьяный, он вышел на улицу. Вечерело. Он брел без цели и не заметил, как оказался на городской площади.
Вдруг, прямо перед собой, он увидел цирковой шатер. Видно было: его только что установили и представления еще не начинались. Ноги сами понесли его внутрь, он узнал родное шапито, где впервые, рыжим клоуном, вышел в манеж!
Внутри шатра было пусто, только униформисты выполняли последние приготовления к началу сезона. Кристиан прошел во внутренний дворик к цирковым вагончикам. На них были наклеены афиши различных программ. Его взгляд остановился на старой афише: канатоходка с пышными голубыми волосами жонглирует булавами и бросает их вниз, а внизу их ловит рыжий клоун.
Сердце бешено заколотилось в груди: Мальвина и он, вместе на одной афише!!!
«Да, это редкая афиша, можно сказать, единственная в своем роде» — раздался голос.
Кристиан вздрогнул от неожиданности. Рядом с ним стоял немолодой мужчина, по виду, работник цирка.
«На афише запечатлена история не состоявшейся любви. Видите красавицу с голубыми волосами? Это Мальвина — канатоходка. А внизу — клоун Каррабас. Он был влюблен в нее, но внезапно покинул цирк.
А она тоже его любила, и когда он исчез, так переживала, что упала из-под купола цирка во время выступления. Чудом осталась жива, но работать артисткой больше не смогла».
«Что же стало с ней?»
«Научилась делать кукол и открыла собственную мастерскую в этом городе».
От неожиданной догадки у Кристиана перехватило дыхание: неужели куклы его Театра сделаны в мастерской Мальвины, быть может, ее руками?!
«А откуда Вам это известно?» — спросил он собеседника.
«Я Пьеро, цирковой акробат. По иронии судьбы, до сих пор безответно влюблен в Мальвину. Она флиртовала со мной, чтобы вызвать ревность Каррабаса и подтолкнуть его к объяснению, но он, видимо, решил, что она любит меня и исчез из цирка».
Кристиан хотел еще что-то спросить, но собеседник исчез. Кристиан, пользуясь моментом, заглянул внутрь шапито. Там не было ни души, и он, по старой памяти, прошел к манежу. Ничего не изменилось с тех пор! Ему на миг показалось, что вернулся тот самый день, когда все произошло.
«Что произошло?!» — застучала в голове мучительная мысль — воспоминание, запрятанное глубоко в подсознании, воспоминание об ужасном поступке, о преступлении, совершенном…
Кристиану стало душно, дыхание перехватило, перед глазами все поплыло, и он схватился за конструкцию, стоящую в манеже. Это оказался аппарат воздушных гимнастов с натянутой подвесной лонжей. Лонжа… Его охватил жар, ладони вспотели. Он вспомнил все: Мальвину, флиртующую с Пьеро, и себя, перед началом представления забегающего в манеж, чтобы повредить трос — крепление лонжи Мальвины. Музыка, овации, смех зрителей. Вот Мальвина, легкая, как перышко, взлетает под купол, делает пируэт, а потом — звук падающего тела, истерика толпы, крики. И пробел в памяти на долгие годы.
Каррабас — Кристиан долго бродил по городу и к вечеру оказался перед входом в полицию. «Арестуйте меня, я убил чело…» — еле выговорил он.
Инспектор полиции выслушал его рассказ и попросил изложить все на бумаге, после чего Кристиана заключили под стражу до выяснения обстоятельств дела.
В камере он всю ночь ходил из угла в угол и только под утро забылся беспокойным сном. Ему снилась улыбающаяся Мальвина, она прощала его!
На следующий день группа полицейских отправилась на городскую площадь, но не обнаружила там циркового шапито. Как выяснилось, ни вчера, ни раньше, ни тем более сейчас никакой цирк в город не приезжал.
Кристиана выпустили за отсутствием состава преступления.
Ему очень хотелось возразить и поспорить с инспектором полиции, что шапито не могло так просто исчезнуть с городской площади! Но он сознательно удержался от собственной провокации, сообразив, что его окончательно сочтут сумасшедшим, и не дай бог, упекут куда-нибудь похуже тюрьмы.
Он возвращался домой с чувством душевного возрождения. Пережив за сутки столько полярных эмоций: от обиды, злости и ненависти до раскаяния и самоуничижения. Он ощущал, как невыносимо тяжелый груз упал с души, и темный морок подсознания отпустил, наконец, воображаемых демонов разума.
Кристиан теперь ясно представлял, каким будет его театр.
Он не отправит своих маленьких артистов на пенсию и не станет открывать Музей старых Кукол!
Он напишет новую пьесу и поставит спектакль под названием «Цирковой роман», а для этого закажет в кукольных мастерских двух новых кукол: рыжего и белого клоунов — «Каррабаса» и «Кристиана».
И, как бы ни было велико искушение прийти в мастерские лично, в надежде встретить Мальвину, он не сделает этого.
В день премьеры в театре был аншлаг. Спектакль имел большой успех, зрители не скупилась на аплодисменты. Кристиан окинул взглядом зал. В 8-м ряду сидели два человека: мужчина и женщина. У женщины были пышные седые с голубым отливом волосы, а в мужчине он узнал незнакомца, встретившегося ему в несуществующем шапито.


ЭПИЛОГ

БУРАТИНО: Я бы и слова не произнес, если бы не был идейным вдохновителем Каррабаса — Кристиана с самого начала истории.
И пусть я всего лишь простая неодушевленная деревяшка по имени Буратино — мой совет возымел действие.

А посему, уважаемая публика, позвольте откланяться!
Милости просим на представление, в Новый Театр маэстро Каррабаса — Кристиана и вашего покорного слуги!!!