Звездная метка. Книга 1. Лис Лисыч. Глава 47

47 глава. История бумаженции.
    В тот роковой момент, когда Асман написал на клочке бумажки «заветные слова», никто из наших героев не представлял себе важности каждого слова.
    Когда заветный «клочок» бумажки,  оказался у Серафимы в лапах она,  развернув её , стала читать то, что на ней было написано….
    Текст записки  не произвёл  на Симу никакого впечатления, кроме двух слов, которые  практически загипнотизировали волчицу…
    «…. Ничего не ешьте…»,,, «ничего не ешьте»…. «ничего не ешьте»…
     Сима, как мантру,  повторила их несколько раз…затухающим голосом, словно бы, в моменте,  обдумывая каждое слово.
… «ничего не ешьте»…
    Она как-будто «пробовала эти слова на вкус», перекатывая каждый звук с одной тональности в другую. То усиливая голос  , то делала его тише, словно бы сама при этом угасала…
    Со стороны создавалось впечатление, что она «дегустировала» каждое слово, произнесенное ею из раза в раз…
    Серафима была не просто ошарашена прочитанным. Она была под гипнозом.
    Внезапно, она встрепенулась. Глаза ее снова стали изумрудно-зеленого цвета.  Повернувшись в сторону Короля она надрывно и резко спросила у него, еле еле сдерживая переполнявшие ее эмоции.
    - Где??? Где вы взяли эту записку?, - практически, ,  с истерикой в голосе, прорычала Сима и, не сдержав свое звериное начало,  лязгнула зубами так, что вся четверка вздрогнула от неожиданности, потому что в тот момент, четыре пары глаз были прикованы к её фиолетовым незабудкам.     Как показывала ранее практика,  от взгляда волчицы, оторваться было невозможно.  Фиолетово-желтый  цвет глаз Серафимы, ввергал всех, кто попадал под их влияние,  в гипнотическое состояние.
    - Где вы взяли записку?, - еще раз надрывно, спросила у Короля волчица, при этом голос у нее был очень требовательный, как отметили для себя все, кто присутствовал при этом действии.
    - Мне… продиктовал её мой друг. Так, по крайне мере, он позиционировал себя,  в трудный для меня час, - на выдохе,  произнес Король.
     -Что вы боитесь забыть, Ваше Превосходительство ?, -  вступил в диалог Герасим.
    - Себя! Я боюсь забыть себя! Тк если это произойдет, я забуду, кто я и откуда я пришел. Забуду о своей миссии. О тех, кого оставил и о тех, кого потерял.- подытожил Король и замолчал.
    - И тех, кого любил?, - тихо спросил священник.
   - Да. И тех, кого люблю,- подытожил Его величество, -да. Именно так.
   - Тогда ничего не ешьте! Ничего, что можно съесть, не зная сути съеденного!,- улыбнулся Герасим.- Либо ешьте только то, что, к примеру, растет. Или то, что приготовите сами! Или то, что знаете на сто процентов, не принесет вам вреда. И не сыграет с вами «страшную шутку», когда вы сможете забыть то, ради чего вы здесь. С нами.
    - Я так и делаю, что бы не забыть! Но почему, -обратился Король к Симе, - вас так взволновала эта записка? Что такого важного, о чем я даже не подозреваю, вы в ней прочли? Создалось впечатление, что этот текст вам уже  знаком.
    - Возможно, вы не поверите, мой друг, - сказала Сима, - но точно такая же записка,  была изначально  найдена, потом, через, практически «мгновение»,  потеряна, а впоследствии,  счастливым образом заново обретена,  нашими друзьями. В другой, такой же реальности. И,  что странно, бумажка была не целой. Лишь фрагмент ее остался нетронутым ни временем, ни обстоятельствами. И именно этот фрагмент был  вот  точно с таким же текстом. Слово в слово…
   -  «ничего не ешьте», - каким-то странно «чужим» и, одновременно, таким знакомым, Королю,  голосом, повторил фразу Рубин.
    Его Величество насторожился.
   - Ты знаешь автора записки, Мой алый друг? – спросил Его величество,   Рубина.
    - Я знаю только то, что один из вас точно что-то, да знает. И знает это именно тот, кто, по его словам, не знает ничего, - замысловато и таинственно ответил Королю,  куцый птенец.
    - Я,  что-то знаю,  - неожиданно включился в беседу, вечно молчаливый лось, при этом взгляд его был,  совершенно отсутствующим.
    - Что здесь происходит?, - сказал в недоумении Милош,- Вы что-то знаете? Мы вас готовы слушать.
    - Сейчас-сейчас, - продолжал бормотать, себе под нос, Герасим, при этом взгляд и всё его внешнее проявление транслировало «отсутствие самого присутствия»…
    Было видно, что он чем-то очень озадачен.
    Он, с особой тщательностью и упорством,  воссоздавал в своей голове события недавнего прошлого. Тот самый момент, когда он впервые увидел этот злополучный клочок бумаги.
    Это было в тот самый миг, когда он и его товарищи пришли к разрушенной, непонятно по какой причине,  харчевне. В тот миг, когда нелепо одетый Кузьма, наперерез хозяину разрушенного домишки, рванул за жеванной бумаженцией, на которой были написаны, те же слова, которые Серафима транслировала, как заклинание. В тот миг, когда внезапно, откуда ни возьмись, вернее,  практически из ниоткуда, перед его глазами появилась милейшая девочка в розовом платье, которое было сплошь усеяно  сердечками черного цвета.