Дальняя дорога

18+

Жаль, конечно, что пришлось ехать на поезде, и уж подавно жаль, что на боковом месте, но тут уж ничего не поделаешь.
Уже завечерело - проносящиеся за окном ёлки сливались в одно чёрное пятно. Матвей разложил свою полку, улёгся под лёгкой простыней и включил в наушниках подкаст, пропуская мимо ушей куски с бессвязной болтовнёй и запоминая те места, где упоминалась нужная ему инфа. Так он стал тихо дремать с полузакрытыми глазами, пока перед ними не появилась какая-то фигура и, кажется, стала легонько махать ладонью у него перед лицом.
Матвей вытащил наушники.
- Здравствуйте, извините, пожалуйста, нельзя вашей розеткой воспользоваться? Моя не работает. А мне очень-очень надо!
Матвей проморгался.
Обращалась к нему улыбающаяся девушка в ярком оранжевом худи с каким-то принтом и уже пыталась положить ему в руку свой телефон вместе с зарядкой.
Матвей сонно посмотрел на пустую розетку, на девушку, на её телефон.
- А не боитесь, что я его украду и вместе с ним выпрыгну из окна поезда?
- Не-а. У вас такое лицо хорошее!
Матвей вздохнул.
- Ну раз хорошее, давайте...
- Ой, спасибо, как вы меня выручили!
Раньше, чем Матвей успел вставить зарядник в розетку, девушка чмокнула его в щёку и сразу убежала в ту сторону, которая была у него за головой.
"Однако", - озадаченно подумал Матвей, потёр щёку и оглянулся в проход. Но она уже успела куда-то пропасть - видимо, где-то там у неё место в купейном отсеке.
Телефон, поменяв положение, сам собой загорелся в руках Матвея. На фоне стояла картинка с белым пушистым котёнком. Ну, ладно - подумал Матвей, положил машину сбоку от себя и вернулся к своей прежней аудиомедитации. Одна беда - уведомления на телефоне девчонка решила не выключать. А идти искать её и просить, чтоб выключила, было... ну, неудобно как-то. И вставать не хотелось. Каждые три минуты на телефон приходили куски рассказа, как он понял, однокурсницы этой девчонки о том, как она с каким-то своим загадочным другом на бэхе ездила к нему на дачу. Что они там пили, ели, как именно он её отшпилил и как она надеется на следующую встречу. Тема, конечно, интригующая, но слогом подруга, чей контакт был озаглавлен как Пу_Пыр_Чик, особо не владела, да и не рассказала ровным счётом ничего, что Матвей не слышал бы раньше десятки раз. Так что оставим пупырчику пупырчиково.
Так прошёл час, два. Чудо-машина с излияниями пупырчика уже давно зарядилась. Матвей стал чувствовать себя некомфортно. Девчушка ещё, чего доброго, забыла про свой телефон, и тогда он действительно станет вором поневоле. Пойти всё-таки поискать её... Да блин... Впарила своё хозяйство, теперь ещё заморачиваться с тем, чтобы ей же его и отдать... Матвей лежал на полке, всё менее внимательно слушая подкаст, и уже начал понемногу ёрзать, как мимо него быстро прошла ярко-оранжевая спина. И окликнуть её он не успел. Пришлось вскочить с полки и рысцой её догонять.
Догнал он девчонку уже в тамбуре.
- Эй! Телефон твой зарядился.
Девчонка обернулась к нему с весёлым лицом.
- Спасибо!
Она достала вейп и включила.
- Здесь нельзя вообще-то.
- А мы никому не скажем. Хочешь?
Она тут же протянула Матвею дымящуюся волшебную палочку.
Матвей немного помешкал. Ну, герпеса у неё на губах не видно, а курить ему и самому, конечно, хотелось... Взял из её рук вейп и затянулся.
В тёмном стекле за её спиной было видно его размытое отражение. Мельком оглядываясь на девушку, Матвей по неизменной мужской привычке определил, что на ней, похоже, нет белья, хотя под принтом на худи это было не слишком заметно. И само собой, пялиться на неё нужно было как можно меньше.
- Слушай... извини, тебе там уведомления всё время со звуком приходили...
Девчонка беззаботно махнула рукой.
- Что, Пупырчик написывала?
Матвей чуть порозовел.
- Ну да.
- И как, понравился тебе её рассказ? - подмигнула девчушка Матвею.
"Однако", - подумал Матвей во второй раз. "Какой у них тут, однако, литературный клуб..."
- Нет, - честно сказал Матвей. - Прости... подруга у тебя не очень умная, парень её, судя по всему, тоже. И спит она с ним, потому что видит в нём потенциального папика. Грустно.
- Всё так, - согласилась девчонка. - Да она мне и не подруга - так, однокурсница. Вбила себе в голову, что она мне глаза на настоящую жизнь открывает. Да и фиг с ней, вреда-то от неё никакого... Ладно, слушай... ещё раз спасибо тебе! а я пойду в вагон-ресторан поужинаю нормально, а то уже полдня не ела.
- Пойдём вместе, - на автомате бросил Матвей, не задумываясь над своими словами.
- Да, давай, - улыбнулась девушка. - Кстати, меня Карина зовут! А тебя?
- Матвей. - Парень слегка насупился - не очень любил своё имя.
- Матвей? Звучит почти как "дед Мазай и зайцы".
- Типа того, - пробухтел Матвей.
- Извини, я тебя не обидела?
- Да нет, чего уж там... неплохой мужик был этот дед Мазай.
Они шли через несколько вагонов, и всё это время Матвей смотрел в оранжевую спину и раздумывал, о чём будет говорить за ужином с её владелицей. Надо выпить взять, вот что.
"Однако", - в третий раз подумал дед Мазай. Неожиданное свидание.
В нужном вагоне они уселись за стол, и Карина быстро выбрала себе плов, а Матвей, не особо разглядывая меню, заказал сэндвич.
Несколько секунд он думал, что предложение может прозвучать двусмысленно, но... иначе он не будет знать, о чём говорить, кроме безвинно страдающих зайцев деда Мазая.
- Слушай, раз мы тут так душевно сидим... давай чего-нибудь хорошего выпьем?
Карина слегка приподняла бровь, но снова улыбнулась.
- Давай. У меня сейчас душа лежит к белому вину.
Матвей, идя на поводу у стереотипа, что перед девушкой нельзя ударить в грязь лицом, заказал дорогого белого вина, и Карина ему с благодарностью улыбнулась.
Странное дело. Три часа назад Матвей был целиком настроен на скучную монотонную поездку в окружении людей, которые в лучшем случае были ему безразличны. А теперь он сидит в условном "ресторане" и поит вином девушку, которая ему добродушно улыбается. И у которой уже появился чуть пьяноватый блеск в глазах. До этого она была приветливой, но чувствовалось, что, несмотря на свою... эээ... непосредственность... она при этом не говорит и не делает ничего необдуманного. Теперь же, как во всяком человеке под лёгким хмельком, появилась в ней какая-то тёплая темнота, которая их обоих затягивала сильнее, чем жизнерадостные мимолётные чмоки в плацкарте.
- Значит, ты учишься... а ещё чем увлекаешься?
- Чёрной магией, - тут же ответила Карина, отпивая из бокала с солнечной влагой.
Матвей поперхнулся вином.
- Знаешь... есть у меня друг один, год назад у меня бабки занял и до сих пор не отдаёт. Можешь на него порчу навести, чтоб он бабки отдал?
- Могу, - кивнула Карина. - Давай втроём в городе встретимся. Обсудим, почему его папка каждое воскресенье ремнём лупил и почему его бывшая о нём теперь анекдоты рассказывает. Через полчаса всё отдаст.
- Вот она, значит, какая - чёрная магия.
- Самая чёрная, дед Мазай. Ну, - Карина отставила пустой бокал, - пойдём обратно.
Матвею слегка взгрустнулось от её слов - приятно было из скучного плацкарта выбраться сюда.
Они вошли в пассажирский вагон, наполненный голосами, и тут Карина как-то незаметно, как будто не хотела, чтобы даже незнакомцы это видели, взяла Матвея за руку. Пальцы у них обоих были холодные - от холодных бокалов с вином. А внутри деда Мазая одновременно с этим стало что-то теплеть.
Теперь они шли уже неторопливо. В одном из отсеков сидела женщина в форме проводницы и весело что-то обсуждала с пассажирами - кажется, это были её знакомые. Карина слегка толкнула в бок Матвея и чуть сжала его пальцы. Он недоумённо на неё оглянулся.
Когда они поравнялись с распахнутым и пустующим купе проводницы, Карина вдруг прошептала ему на ухо:
- Пойдём-ка сюда.
Ловко толкнула Матвея в купе, быстро закрыла дверь и выключила свет.
И тут же стащила с него футболку. Захмелевший Матвей оказал минимум сопротивления.
В темноте он слышал, как Карина тихонько смеётся. Жалко было, что он стоял лицом к окну, а она наоборот. На него ложился отсвет дорожных фонарей, а на неё нет. А ему так хотелось бы сейчас её получше разглядеть.
Её холодные пальцы стали скользить по его торсу. Хорошо, что всё-таки вина заказал - иначе сейчас бы по привычке стал смущаться своего худосочного тела. Узких плечей, по которым Карина нежно водила руками, выпирающих рёбер. А вот уже её пальцы где-то возле пупка и стали двигаться вниз по центру...
Матвей в долгу оставаться не пожелал и решил проверить, верно ли бы его наблюдение в тамбуре.
Верно.
Пальцы у неё были холодные, а вот грудь - очень горячая. Наверное, худи хорошо грел. Как, блин, приятно чувствовать, что девушка, которой совершенно точно нравится сейчас здесь быть с тобой, под твоими руками мгновенно покрывается мурашками - хоть это во многом заслуга всё тех же холодных бокалов с вином. Как она мгновенно откликается на твоё прикосновение, и самое чувствительное место на горячей коже с упрямой красноречивостью тебе говорит, насколько ей нравится всё, что ты сейчас с ней делаешь, и насколько ей хочется, чтобы ты себя сдерживал ещё меньше...
Когда Матвей подумал, что пора бы уже нормально её поцеловать и расстегнуть джинсы, снаружи в дверь забарабанили.
- Катька! - заорал кто-то, и, не дождавшись ответа, тяжело затопал вперёд.
Карина испуганно ойкнула, тут же выскользнула из рук Матвея, рывком распахнула дверь и понеслась в следующий вагон - видимо, к своему месту.
Матвей матернулся сквозь зубы и стал искать в темноте свою футболку. От спешки не сразу попал башкой в горловину, потом наконец выскочил вслед за Кариной и бросился её догонять.
Но в коридоре её уже нигде не было видно. Матвей сбавил шаг - поймать их точно уже никто не поймает. Дошёл до своей места и двинулся дальше, оглядывая полки. Но нигде не мелькало оранжевое худи. В этих вагонах люди уже укладывались на боковую, и Матвей мог разглядеть только завёрнутые в простыни спины. Прошёл ещё один вагон - то же самое. Странно он, наверное, выглядел - украдкой пробирающийся по вагонам и старающийся оглядывать пассажиров так, чтобы при этом не привлекать внимания.
Не было оранжевого худи.
Хотелось плюнуть со злости.
Матвей добрался до туалета, потом вернулся к себе, расчехлил заначку с безопасным снотворным и завалился спать.

***

Утром Матвей мрачнее тучи выгрузился на перрон и побрёл к зданию вокзала. Опять хотелось курить. Он запустил руку в карман и внезапно нащупал там вейп Карины - видимо, когда он к своему собственному удивлению вчера за ней увязался, машинально его туда положил. Всё равно ещё придётся терпеть, пока на улицу не выйдешь...
И тут, как оранжевое проклятие, в нескольких десятках метров впереди замаячило то самое пятно. Матвей сжал зубы. Догнать и спросить её, чё за дела? Неужели так трудно было его дождаться? Ну не в том купе - так нашли бы ещё место... Проводницы, как и мы, деньги любят, можно было честно подкупить другую, чтобы она на часик ушла попить чаю...
Но сил на всё это не хватило.
Покачиваясь от душевной усталости, Матвей машинально побрёл за оранжевым пятном. Так они, на невидимой привязи, вместе спустились в метро. Матвей зашёл в соседний вагон, рассматривая Карину через стекло. Она вышла через пять станций, и он всё так же брёл за ней, на всякий случай нахлобучив капюшон куртки на голову, хотя его и раздражали киношные образы, в которых городские "сталкеры" без этого хомута на башке шагу ступить не могли.
Так они добрели до многоэтажки, которая, к счастью, на земле занимала компактный квадрат. Матвей дал Карине зайти в подъезд и спустя минуту отметил, какое окно зажглось электрическим светом.
Вот ты и попалась. Хотя что дальше делать с этим уловом, Матвей плохо понимал. Заявиться к ней и потребовать продолжения банкета? Нет, конечно, внутренняя справедливость в этом есть, но теперь он будет уже выглядеть как маньяк-насильник. Девчонка выдаст что-нибудь вроде - ах, нам было хорошо в тот вечер, но звезды не сошлись, а теперь мне надо к Витальке-Игорьку-Петеньке-Сашеньке. Или влепит ему по морде. А скорее всего - насмерть испугается.
Минут через десять кто-то ещё пошёл в подъезд, и застывший в раздумьях Матвей решил скользнуть за ним. Забрался на лестничный пролёт чуть ниже этажа, на котором квартировалась Карина. Достал вейп и стал, не переставая, курить, застряв в гипнозе своего тяжкого внутреннего монолога.
Он слегка потерял из виду ход времени, наверное, так прошло полчаса. Сверху на лестнице послышались шаги. Матвей подобрался, ожидая встречи с кем-нибудь из местных жильцов, которым чаще всего не нравятся бесцельно слоняющиеся на площадках типы.
И тут оранжевое проклятие снова материализовалось в воздухе.
Может, сразу куда-то по делам отправилась. Может, продуктов хотела купить.
Карина несколько секунд молча на него смотрела.
- Привет дед Мазай. Я так понимаю, мне сейчас надо опрометью кинуться в свою квартиру и начать названивать брату кикбоксеру, чтобы он срочно сюда ехал?
- Не надо, - устало покачал головой Матвей. - Если хочешь, я уйду. Хочешь?
Карина ещё немного помолчала.
- Не хочу.
Матвей вынул изо рта её вейп.
- Будешь?
- Давай.
Она подошла к нему, пристально на него глядя и явно стараясь решить какую-то причудливую задачку.
- Рад видеть тебя сегодня, - сказал Матвей, последним ударом прикончил сомнения в своей голове, положил свою руку ей пониже спины и резко притянул к себе.
Приятно было смотреть ей в глаза и видеть там увлечённость и смущение одновременно.