Рассказ-0 Про Сад Дзержинского и о Гуслярах

 Валерий Александрович Дмитриев.
Про новосибирский Сад Дзержинского и о Гуслярах.
Рассказ.
   В тридцатые годы прошлого века, на территории естественно произрастающего березняка в Дзержинском районе Новосибирска, был организован парк. Первоначально он назывался «Сад Дзержинского». Данное название сохранилось и для остановки и рынка, расположенных рядом. Уход за парком осуществлял завод имени Чкалова. Каждый цех предприятия следил за определёнными аллеями. В то время здесь на танцплощадке часто играл оркестр духовых инструментов.
   В пятидесятые годы по бокам от входа в парк были установлены скульптуры Ленина и Сталина.
   На территории парка находились карусели, танцевальная площадка, тир и летняя сцена, а в летнее время устраивался лагерь дневного пребывания для детей.
  В конце шестидесятых - начале семидесятых годов директором Сада Дзержинского была Галина Александровна Шевченко, которая сделала многое, чтобы парк стал достопримечательностью Новосибирска.
   Это при её руководстве парком с тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года по тысяча девятьсот семьдесят пятый в Саду Дзержинского давала концерты основанная в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году студентами Новосибирского государственного университета Михаилом Маминым и Степаном Пачиковым рок-группа The Black Lines (позднее называвшаяся «Гусляры») - лауреат фестиваля джазовых и рок-групп "Джаз-69".
   На каждый концерт группы в Саду Дзержинского приходило более двух тысяч человек. Сюда, на легендарную танцплощадку в Сад имени Феликса Дзержинского съезжались любители современной музыки со всех районов города.
   В этот период Сад Дзержинского стал центром молодёжной музыкальной культуры Новосибирска. В  тысяча девятьсот семьдесят седьмом году в парке установили памятник Феликсу Эдмундовичу Дзержинскому в честь столетия его рождения.
   А моё знакомство с Садом Дзержинского начиналось так:
   Шёл тысяча девятьсот пятьдесят шестой год и мне было всего три года от роду.
Жили мы в домике на улице Логовской, которую позднее переименовали в улицу Семьи Шамшиных. Мама моя тогда работала учителем в школе номер двадцать, которая находилась совсем рядом с Садом Дзержинского.
В то время летом в парке был пионерский лагерь. Вот в этом лагере и работала мама в летние каникулы. Пришлось ей и меня брать с собой в этот лагерь. Ну не оставлять же этого сорванца одного дома.
Но, что может вспомнить трёхлетний пацан через семьдесят лет? Только яркие моменты из той своей беззаботной жизни.
Вот и теперь помню горниста, который подавал нам сигналы:
"Вставай, вставай! Штанишки одевай!" - это нас так будили после "тихого часа".
Или - "Бери ложку, бери хлеб! Собирайся на обед!"
Помню пионеров. Они были старше и всегда помогали мне, как младшему. Помню пионерские линейки с горном и барабанами, и как отдыхали в тихий час на раскладушках в летних павильонах.
  В зале столовой висел большой транспарант. А я тогда уже умел читать по слогам: "КОГДА Я ЕМ, Я ГЛУХ И НЕМ!"
Но пионеры научили меня по-своему:  "КОГДА Я КУШАЮ, Я ГОВОРЮ И СЛУШАЮ!" - и это мне больше понравилось.
   Каждое утро мы ездили на трамвае "Двойке" и "Тройке" от остановки "Семьи Шамшиных" до остановки "Сад Дзержинского", а вечерами мы и все дети из лагеря возвращались домой.
   Был я ещё маленьким, но хорошо помню, как трамваи проезжали прямо через кладбище в Берёзовой роще среди крестов и могил.
   Да, трамвайные пути в Новосибирске действительно были проложены через территорию бывшего кладбища, на месте которого сейчас находится парк «Берёзовая роща».
  И только в тысяча девятьсот шестьдесят втором году мы переехали в новую квартиру, ближе к Саду Дзержинского. Мне тогда было уже девять лет и мы с друзьями, такими же пацанами часто приходили пешком в Сад Дзержинского.
   В те годы трамваи доезжали только до этого парка и разворачивались на "Кольце". Там была у них конечная остановка.
   Я и сейчас помню, как при разворотах у трамваев скрипели и громко завывали их стальные колёса от трения о рельсы. У более современных трамваев этого скрежета уже не наблюдалось, так-как  их колёса могли вращаться независимо и с разной скоростью.
   Постепенно мы подрастали  и начинали немного хулиганить.
То подложим на рельсы капсюлей от охотничьих патронов на этом конечном кольце и наблюдаем, как трамвай, проезжая по ним издавал "пулемётную очередь". И смеялись, когда напуганная вожатая тормозила, и искала неисправность, заглядывая под свой трамвай.
   А то и заберёмся на парашютную вышку, которая была в Саду Дзержинского, и раскачиваем её. Высота вышки пятьдесят метров, но мы тогда этой высоты не боялись. Конечно, от такого хулиганства не было вреда для окружающих, но мы тогда уже понимали, что так делать нежелательно. Но, всё равно, почему-то делали.
   В те же шестидесятые годы построили трамвайную линию дальше от Сада Дзержинского до Золотой горки, и это Кольцо убрали и перенесли туда. Но всех местных, что жили у Сада Дзержинского, ещё долго называли «кольцовскими».
  Время неумолимо шло, и наступил тысяча девятьсот шестьдесят восьмой год. И вот летом этого года на танцевальной площадке Сада Дзержинского вместо духового оркестра внезапно появились рок-музыканты - группа The Black Lines -  или "Чёрные Линии" по-русски. С первых же концертов они удивили публику своим мастерством и великолепной сыгранностью. И конечно, своим репертуаром, состоящим из самых популярных в те времена мировых хитов.
  А исполняли они их так, что танцующие визжали без устали в эйфории, и даже иногда плакали, когда звучали грустные песни. Я Вам не совру, потому что сам видел, как текла чёрная тушь по щекам у девчонок от грустных песен, а иногда и сам визжал вместе со всеми во время "забойных" моментов в "боевиках" - каверах на хиты Deep Purple или других известных мировых групп. Мне было всего пятнадцать лет, и это для нас было ещё простительно.
  В это же лето музыкантам пришлось сменить название своей рок-группы, они назвали себя "Гусляры" по названию песни, написанной их клавишником Мишей Маминым. И это понравилось всем их поклонникам.
   Много песен и композиций у Гусляров были собственного сочинения, и на фоне зарубежных хитов они стали не менее популярными в Новосибирске.
   В тысяча девятьсот шестьдесят девятом году Гусляры стали лауреатами фестиваля "Джаз - 69". На фестивале Гусляры заняли первое место, поделив его с каким-то джазовым коллективом. Ещё несколько следующих лет Гусляры радовали своими выступлениями молодёжь Новосибирска в Саду Дзержинского.
   Ребята были гордыми и непокорными, и потому играли только то, что нравилось им и публике, а не то, что требовали от них партийные работники.
Вот эта непокорность и погубила их уникальную рок группу в дальнейшем. Власти не давали ребятам возможности раскрутиться на более широкую аудиторию зрителей и даже здесь в Саду Дзержинского препятствовали их дальнейшему продвижению. А ведь группа могла гастролировать по всей стране и стать одним из лучших музыкальных коллективов Советского Союза.
   Это понимали и сами Гусляры...
   Группа также выступала на танцевальных вечерах в разных Домах Культуры и клубах Новосибирска. Её состав иногда менялся по разным причинам. Некоторое время участником Гусляров вместо Сергея Кривощёкова был Александр Подъяпольский (бас-гитара, вокал). Пока Валерий Куц служил в рядах Советской Армии, на ударных инструментах играл Юрий Грабовский, он же вёл бэк-вокал, в нескольких песнях даже солировал.
  В тысяча девятьсот семьдесят первом году, в мае я был призван на срочную службу в ряды Советской Армии. Про Сад Дзержинского и про Гусляров я узнавал только из писем своих родных и друзей, которые получал, находясь в воинской части. Всё там шло своим чередом, в парке работали аттракционы, играли любимые публикой Гусляры, группа расширяла свой репертуар и совершенствовала мастерство.
  Но... "нет ничего вечного под луной..."
  Первым вышел из группы Александр Кузнецов. Это случилось к весне тысяча девятьсот семьдесят третьего года.
Однако, "свято место пусто не бывает", и его быстро заменил гитарист Игорь Никулин. Он обладал бархатным тенором и добавил в репертуар Гусляров несколько песен из альбома Александра Градского.
  И вот ведь чудо! Если эти песни у Градского "проходили мимо ушей слушателей, то в исполнении Игоря Никулина эти же песни стали хитами в городе! Видимо, их не надо было так громко петь, как пел Градский, а лучше вложить в них побольше своей души. Правда, души у всех разные. У Игоря же всё получалось отлично, и новосибирцы эти песни запели во дворах и в застольях под гитары.
   В марте семьдесят четвёртого уехал в Минск их клавишник Михаил Мамин. Он был один из основателей группы The Black Lines. Миша там в Минске "сколотил" группу с тем же названием Гусляры, которая продолжила традиции новосибирских Гусляров, давала концерты в Минске, записывалась на радио и телевидении, исполняла и записывала музыку для театров. Новосибирские же Гусляры нашли себе нового клавишника - Владимира Дерфлера и пока всё у них обходилось благополучно.
  В мае тысяча девятьсот семьдесят третьего года я демобилизовался из Армии. В первый же вечер я отправился с друзьями в Сад Дзержинского. И конечно, не увидев на сцене танцплощадки знакомых мне Миши Мамина и Саши Кузнецова, огорчился от такой перемены в составе Гусляров. Зато порадовало меня то, что в группе теперь играл на гитаре и пел мой школьный одноклассник Игорь Никулин. А играл и пел он просто великолепно.
  Вот Игорь Никулин мне потом и рассказал, как где-то в конце тысяча девятьсот семьдесят четвёртого года наших музыкантов - Гусляров - пригласили принять участие в музыкальном конкурсе. Но, поскольку их состав наполовину изменился, им пришлось теперь выступить под названием "Сибирский Сувенир". А состав был такой:
 - Сергей Кривощёков - бас гитара и вокал,
   Владимир Смирнов - соло гитара и вокал,
   Игорь Никулин - гитара и вокал.
   Барабанщик Валерий Куц был в это время очень занят, и пришлось заменить его Алексеем Татаренковым из города Красноярска.
   Тогда этот конкурс демонстрировали по новосибирскому телевидению, и я полностью посмотрел его у себя дома по телевизору.
   Вокально- инструментальных ансамблей участвовало много и все зрители в зале скучали от их однообразия. Но, когда наши Гусляры на эстраде заиграли настоящий, красивый рок, все сразу оживились! Зрители прихлопывали в ладоши и притоптывали ногами в такт такой великолепной музыке.
  Однако жюри быстро охладило их ликование. При подведении итогов конкурса они присудили первое место музыкантам ВИА, которые очень скучно и непрофессионально исполнили песню "Самоцветов" "Если сердцем молод": - Я сегодня там, где шумит тайга... Это потому, что песня патриотическая, решило жюри.
   Ну а Гуслярам дали только второе место.
   Если бы Вы видели, как зашумели тогда зрители в зале от такой несправедливости. Свистели и кричали.
   Но жюри было неприступно,  и не изменило своего решения.
  Весной тысяча девятьсот семьдесят пятого года "золотой" новосибирский состав Гусляров прекратил своё существование. Михаил Мамин переехал в Минск, Александр Кузнецов увлёкся театром, окончил Новосибирское театральное училище и уехал по распределению, кажется, в город Тверь, где сделал карьеру актёра, а также занялся живописью.
  Правда, под вывеской "Гусляры" летом семьдесят четвёртого года на танцплощадке Сада Дзержинского ещё продолжал играть состав из приглашённых Сергеем Кривощёковым молодых музыкантов, но этот состав просуществовал недолго. Практически, под названием "Гусляры" в Саду Дзержинского продолжались концерты до середины восьмидесятых годов, но уже с другими молодыми музыкантами.
  Одним из таких молодых музыкантов был вокалист Александр Гусев, талантливый исполнитель песен западных рок-групп и песен из репертуара того первого "золотого" состава Гусляров, авторства Саши Кузнецова и Миши Мамина - "Саннона и Михартни" (по аналогии с Ленноном и Маккартни). Впрочем, Миша Мамин, студент-физик сочинил около десятка песен в соавторстве со своим другом, студентом Мединститута Витей Богером, который хорошо владел гитарой, скрипкой и писал неплохие стихи. Песни двух студентов - физика и медика пели и в университете и в мединституте, забыв, кто их автор, но лучше всего они звучали в Саду Дзержинского в исполнении Саши Гусева - "Верю я, не забыла ты", "Огонь и Вода", "Тихо у реки", "Каменные цветы" и другие.
   Для Саши Гусева, как, кстати, и для многих других, Сад Дзержинского стал судьбой. Сначала он был слушателем и поклонником "первых" Гусляров, затем стал одним из самых ярких талантов на сцене легендарной танцплощадки в более позднем составе группы с названием "Гусляры".
  А вот что было дальше - вспоминает сейчас старшая сестра жены Саши - Людмила Долгих: "Да, я многого не знаю про Сад Дзержинского! На танцы я мало ходила. В семье из детей я была старшая, можно сказать, дом был на мне. Мама работала в диетическом магазине на Техникуме, всегда была на работе. А я должна была дома сделать уборку, приготовить и т.д., и т.п. На танцы бегали мой брат и сестра. Сестра младше меня на шесть лет, на танцы мама её не пускала. Сестра плакала и говорила, что она бросится под трамвай. А трамвай ходил мимо нашего дома, и маме пришлось уступить. Сестра ещё ходила в ДК Горького в танцевальный ансамбль "Ваталинка". В общем, на танцульки сестрёнка любила бегать и в Саду Дзержинского познакомилась с красавцем-певцом Сашей. А после вышла замуж за Гусева." Судьба!...
  Очень печально, что окончательный распад Гусляров, отъезд из Новосибирска двух участников "золотого" состава, переход музыкантов работать в рестораны привели  оставшихся музыкантов в глубокую депрессию. Поработав несколько лет в ресторанах и кафе Новосибирска Сергей Кривощёков, а затем и Владимир Смирнов, не найдя настоящего применения своим музыкальным и творческим талантам, покончили с собой...
   Вот на такой грустной ноте и закончилась "золотая" эпоха Сада Дзержинского, да и наших Гусляров. Потом была эпоха девяностых, Сад Дзержинского как парк деградировал, фактически был заброшен, танцплощадка была разрушена, а затем и снесена. Осталась на её месте только заросшая (как сказал Миша Мамин) "травой забвения" и бурьяном поляна.
  Во втором десятилетии двухтысячных стараниями властей парк начали понемногу приводить в порядок. Сейчас на входе в парк установлен стенд с фотографиями Гусляров и портретами этих пятерых великолепных Музыкантов. Все, кто приходил на их концерты, конечно, будут помнить их до конца своей жизни. А те, кто родился позднее, поверьте мне на слово, пожалуйста, что это действительно была неповторимая группа! И представьте, что вы пришли на концерт The Beatles или Deep Purple и целых три часа смотрите их выступление. И всё это удовольствие, всего за тридцать копеек! А играли Гусляры их композиции не хуже этих зарубежных звёзд вживую и без фонограммы.
   Они были первыми, но не последними.
   Они показали всем пример. И теперь в Новосибирске десятки отличных рок коллективов. Многие из них известны по всей России!
   Сад имени Дзержинского в Новосибирске в две тысячи шестнадцатом году было решено преобразовать в «Парк авиаторов». Инициатива по реконструкции и изменению названия и концепции проводилась при поддержке мэра Новосибирска Анатолия Локтя и руководства авиазавода имени Чкалова.
   Однако горожане игнорировали это решение мэрии, и вот уже по истечению десяти лет люди продолжают называть этот парк Садом Дзержинского. И будут называть!...
   Наш замечательный город Новосибирск, я уверен, будет жить вечно, пока вертится Земля! И будет всегда в нём прославленный Сад Дзержинского! И будет жить память о талантливых музыкантах - "Гуслярах"!!!...
 
Аудиокнига  https://rutube.ru/video/1228b985eeac10f7ea21970d4ce4291a/
Или в Одноклассниках: