Купальская ночь 5 часть

Ни свет ни заря, резкий стук в окно вырывает меня из сна.
Это Прошка, рыжий малец, что помог пробраться на ярмарку,
ломает наши с Еремеем утренние планы — пойти к Старейшине.
Запыхавшийся, он торопливо поведал о просьбе Марфы: надо немедленно
явиться к ней.

И вот мы уже у крыльца её дома. Старушка, взволнованная чем-то,
встретила нас и провела внутрь. Долгое молчание висит в воздухе,
а затем Марфа начинает говорить, её голос звучит тихо, но веско:

— Мне велено вам рассказать историю озера. Духи озера знают,
что вы ищете песню озера, хотите вернуть его мелодию.
Они признательны вам. Зачем вам знать историю озера, его тайну?
Затем, чтобы вы поняли, почему духи так поступили с той девушкой.

Она сделала паузу, её взгляд устремился куда-то вдаль, словно она
видела прошлое.

— Слушайте, и всё поймёте.

И Марфа начала свой рассказ.

Давным-давно, когда мир был моложе, живописное
озера щедро поило и кормило деревню.
Но однажды в нём поселилась нечистая сила.
Словно змея, вползла в его кристальные воды, привлеченная чьим-то неосторожным словом. Как ядовитый корень, проросла в сердце озера.
Говорят, кто-то из местных жителей, в порыве гнева или зависти,
накликал нечисть на озеро.

Озеро, прежде полное жизни и покоя, начало мучиться. Нечисть хозяйничала
в его глубинах, как дикий зверь в лесу. То щедро бросала рыбакам
в сети серебристую рыбу, то, в приступе злобы, опустошала их сети
до последней чешуйки. Деревня, привыкшая к изобилию, начала голодать.
Дети плакали от голода, а взрослые с тревогой смотрели на пустые сети и на темнеющую гладь озера, в которой, казалось, таилось зло.

Но духи озера, древние и мудрые, не могли смотреть на страдания людей.
Они видели, как их родное озеро изнывает под гнётом нечисти, как
его воды мелеют от скорби. Собрав всю свою силу, всю свою любовь к этому краю, они вступили в схватку с тёмной сущностью. Битва была долгой и изнурительной. Вода бурлила, небо грохотало, а деревья на берегу стонали от ветра, вызванного вихрями битвы

Наконец, духи одержали победу. Нечисть была изгнана, её зловонное присутствие рассеялось, как утренний туман. Озеро, освобождённое от
гнёта, снова стало чистым и прозрачным. Духи, забыв о той обиде,
которую кто-то из жителей деревни нанёс озеру, снова стали щедро поить и кормить людей. Рыба вновь наполнила сети, а вода стала сладкой и живительной.

Но даже в этой новой благодати, в этом возвращённом изобилии,
оставалась обида. Обида, нанесённая озеру, не была забыта. Она,
как невидимый шрам, осталась в его глубинах.

И озеро, хоть и дарило жизнь, теперь хранило в себе тихую печаль,
ожидая, что когда-нибудь кто-то из людей,
сможет исцелить его рану истинным, искренним раскаиванием.

С тех пор проходит много лет. Деревня процветает, люди живут в достатке, но никто уже не помнит, кто именно и за что обидел озеро.
Лишь старики, сидя у вечерних костров, иногда шепчутся о той давней беде, о том, как нечисть терзала их предков, и как духи озера, забыв о своей боли, спасли их. Но слова эти звучат как сказка, как отголосок прошлого, не имеющего отношения к их благополучной жизни.
__
Марфа снова молчит. Вздыхает, смотрит печально на нас,
и в её глазах отражается грусть.

— Духи озера узнали о планах чужаков, — её голос тих,
но проникает в самую душу. — Они хотели украсть песню,
музыку озера, и завладеть властью над ним и нашей деревней.
Узнали, что это злодеяние поручили девушке. Чтобы не повторилась
та далёкая, страшная история, которую я вам рассказала, духи забрали душу девушки. Вот так чужаки не успели воспользоваться тайной власти озера.
А музыка, песня озера сейчас у ветра, злодеи не сумеют её достать.

Сказав это, Марфа медленно поднимается с лавки. Я понимаю, что нам пора уходить. Но её рука мягко касается моего плеча, останавливая.

— Духи озера просили вас больше не бояться чужаков, — говорит она, — они вам ничего не сделают.
Их уже в деревне нет. А та давняя, старая обида на деревню исчезла.
Вы сами, того не ведая, искупили её.

С Еремеем молча идём к выходу. Тяжесть, что давила на нас, кажется, начинает рассеиваться. Но вдруг Еремей останавливается и, обернувшись,
спрашивает женщину:

— Марфа, а ты кто на самом деле? Про тебя в деревне всякие небылицы ходят.

Марфа улыбается. И я вижу, как от этой улыбки она становится моложе, словно сбрасывает груз прожитых лет.

— Я — Хранительница знаний, — отвечает она, и её глаза светятся мудростью.
— Ведунья, знающая секреты природы. Только вам я доверяю свою тайну.
Ступайте с Богом.

Ошеломлённые рассказом Марфы, мы возвращаемся в дом Еремея. Неужели всё закончилось? Неужели тайна озера раскрыта, а угроза миновала?
А как же девушка? Может, духи вернут ей душу? И она будет жить.

Внезапно я вспоминаю про машину, брошенную мной на косогоре. Прощаюсь с Еремеем и иду к ней. Поднимаюсь на косогор. Машина стоит там же, где я её оставил, словно ждёт меня. Открываю дверь, сажусь, поворачиваю стартер и… о чудо, машина завелась! Радость наполняет меня. И тут же запиликал телефон. Моему удивлению нет конца.

Выхожу из машины и иду к краю косогора. Хочется ещё раз взглянуть на озеро и деревню, запомнить их такими, какие они есть. Но то, что я вижу внизу, заставляет меня замереть.

Озера нет. Нет лугов с пасущимися коровами и пёстрыми козами. Нет и самой деревни. Только бескрайнее поле, покрытое густой, высокой травой.
В изумлении я опускаюсь на землю. Что это было? Сон? Галлюцинация?

Позже, уже дома, просматривая новостную ленту на компьютере, вижу странное сообщение: в начале прошлого века за одну ночь исчезло то самое озеро и деревня, что была на его берегу. Учёные до сих пор пытаются разгадать эту тайну.

Смотрю на экран, как так? Марфа. Еремей. Прошка.
Духи озера. Песня. Всё это было и я был очевидцем удивительной,
какой-то древней, непостижимой истории, в которой мне довелось сыграть свою роль.
И я понимаю, что некоторые тайны лучше оставлять неразгаданными.