Сага о криминальной династии

Марк рос вундеркиндом и отличником. Правда, не в привычном понимании.
Он был продолжателем династии.
Прадед Марка, сапожник, ещё до революции помогал большевикам — изготавливал для них фальшивые печати, за что и  отбывал каторгу на Сахалине. Позже он входил в клуб старых большевиков, а потом его репрессировали. Разумеется, «ни за что».
Дед Марка обладал редким талантом художника. Но так как рос он без отца и семья .нуждалась, дед Марка научился рисовать настоящие деньги.
Папа Марика собирался стать экономистом. Параллельно занимался боксом и подавал большие надежды. На спортивной карьере крест поставила тяжёлая травма. На карьере экономиста — Перестройка. Отец Марика хотел стать криминальным бухгалтером, но до этого нужно было ещё расти и расти. И тогда, в девяностые, он стал криминальным коллектором.
В Израиле Блохер-старший продолжил дело предков. Он выдавал нуждающимся в еврействе справки о наличии оного с печатью, почти как настоящие. По фальшивым документам покупал и продавал чужую недвижимость. Кидал лохов с работой, предварительно взяв с них комиссионные под видом службы трудоустройства…. Но, в конце-концов, вернулся к прежней своей профессии — находил должников и выбивал из них долги. Себя он скромно называл коллектором. Суровой наружности,папа Марика был не чужд ничего человеческого и сам выдавал просителям ссуды. Выбивая долги, оправдывался: «Мне же тоже как-то жить надо». Это была чистая правда — у него имелись не одна и даже не две семьи.
Марк с детства видел, как тяжело отцу. Он хотел поскорее вырасти и начать помогать папе.
Начал Блохер-младший с велосипедов. Со своими помощниками угонял их и через папиных знакомых продавал целиком или по частям. Когда начался бум мобильных телефонов, Марик переключился на мобильники и быстро стал лучшим в этом деле, о чём свидетельствовало количество открытых против него уголовных дел.
Детская комната полиции Тель-Авива стояла из-за маленького, тщедушного Марика на ушах. Молодые следовательницы, беседуя с ним, иногда теряли сознание. Со взрослыми ребёнок разговаривал иначе: преданно смотрел в глаза, слушал с открытым ртом. Опытные педагоги были уверены, что после таких бесед мальчик непременно встанет на путь исправления. А потом обнаруживали пропажу кредитных карточек и прочих финансовых аксессуаров.
К тому времени Марычек, как ласково называла его приёмная бабушка, уже переключился на финансы и зарабатывал значительно больше.
Отец гордился сыном и ставил его в пример своим подопечным. Особенно это касалось Боруха, в миру Бори — ближайшего к Марку в иерархии малолетних бандитов. Борух выделялся своими габаритами и огромными кулачищами. На его фоне Марк — маленький, тощий, похожий повадками на ящерицу,  выглядел настолько жалко, что даже в самом безжалостном  полицейском шевельнулась бы человечность, поймай он Марика прямо за руку на месте преступления.
Папа Марка и не подозревал, какую роль в жизни сына сыграет этот телохранитель.
Марк уже интересовался хакерством и мечтал открыть собственное дело, как у отца. Вот они с Борухом и открыли бордель — чтобы, как говорили приятели, «по-быстрому срубить бабла». Но они не поделили проституток.
Весовые категории компаньонов оказались несопоставимы. Тем более что Марк не умел плавать, а разборка происходила на пустынном в несезон тель-авивском пляже.
Обезображенный труп Марика прибило к берегу чуть ли не на границе с Ливаном.
Отец тяжело вздыхал и поклялся отомстить. Но у него были ещё семьи, и их нужно было кормить. Месть не терпела спешки.
Борух улетел за океан по паспорту Бенджамина - канадского подданного. “Всё, всё пришлось отдать за вот эту корочку!” - сокрушался он потом в кругу самых близких. Те в ответ только тяжело вздыхали. Говорят, за океаном, Борух сначала развернулся, а потом оказался в федеральной тюрьме, где и коротает свои дни.
А о Марке, больше всех сокрушалась его мать — простая учительница, от которой он ушёл в двенадцать лет. Сын называл  её «училкой» и считал, что она воспитывает его неправильно.
Она же корила себя за то, что не уберегла сына.