Нижние чины полиции

Смоленские городовые и при новом полицмейстере продолжали считать лучшей «поляной» для общения с зелёным змием свой собственный пост в служебное время. В 1908 году приказом № 2 городовой 3-й части Григорий Борисов оштрафован на три рубля за нахождение на посту в пьяном виде. На те же деньги «попал» городовой той же части Прокофий Миронов, обнаруженный в ночь на 21 февраля спящим на посту пьяным до полного безобразия. Тем же приказом № 13 от 25 февраля 1908 года от службы уволен городовой 1-й полицейской части Иван Жорневич, как не соответствующий своему назначению. Но, как выясняется, Гепнер был начальником строгим, но справедливым и не лишённым человеколюбия. Городовой 3-й части Пётр Пимоневук получил от Смоленского Городского Полицейского Управления на похороны безвременно умершей жены и устройство двух малолетних детей из остатков сумм на содержание городовых 25 рублей. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 2,13)
Бывали и у смоленских городовых праздники. 5 апреля 1908 года, присланные при предписании Смоленского Губернского Правления № 3911 от 31 марта ВЫСОЧАЙШЕ пожалованные серебряные медали с надписью: «За усердие», вручены полицмейстером городовым 1-й части Тимофею Денисову и Григорию Антонову. О чём Гепнер объявил в приказе по смоленской городской полиции № 29 от 5 апреля 1908 года. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 30)
Конец апреля в Смоленске замечательное время. Ночи уже тёплые, с тихим плеском бьются волны Днепра-Славутича о высокие берега, на лёгком ветерке шумит молодая листва на деревьях, а как пахнут клейкие молоденькие листочки берёз и лип, только что распустившиеся почки! И городовым вся эта «ляпота» сносит крышу. Ну отслужи ты своё, а уж апосля! Все дороги тебе открыты, хошь с девками гуляй, хошь в трактир или в пивную лавку стопы свои направь, но тут уж нужно поосторожнее, чтобы не вдрызг, «добрые люди» всегда начальству донесут об непотребствах. Да куда там, ждать ещё, понимаешь, конца наряда! Ранним утром 27 апреля помощник полицмейстера проверяя постовую службу нашёл, что «…городовые оставляют посты, не ожидая смены…». На Троицком шоссе не оказалось на посту городового 1-й части Тарасевича, во 2-й части отсутствовали на Рославльском шоссе городовой Литвенюк, на Козловской горе Толкаев, а на Рачевке ушёл с поста раньше времени городовой Данилов. Всё вышеназванные нижние чины оштрафованы приказом по смоленской городской полиции № 40 от 30 апреля 1908 года на 3 рубля. Приставам же приказано вновь и вновь инструктировать подчинённых о правилах несения постовой службы.
Тем же приказом городовой 3-й полицейской части Смоленска Артемий Романчук был оштрафован на 5 рублей за то, что при объяснении со своим приставом позволил себе грубо отвечать, применяя ненормативную лексику. Тут уж и не поспоришь, субординация – основа всей службы. Городовой Романчук был в приказе предупреждён об увольнении, ежели позволит себе такое нарушение ещё раз. Приказом от 3-го мая за самовольную отлучку с поста оштрафован на 3 рубля городовой 2-й части Василий Суражевский. А уже 6 мая городовые 1-й полицейской части Егор Елисеев и Иван Штыба оштрафованы по 3 рубля каждый за «…нетрезвое поведение при несении постовой службы». На ту же сумму были оштрафованы 8 мая 1908 года городовой 3-й части Евграф Байдаков и служащий при отделении Государственного Банка городовой Нил Воронов. Воронов ушёл с поста утром 6 мая, не дождавшись смены, а Байдаков «…позволил себе в час ночи 7 сего мая сесть и спать во время несения постовой службы…». Также приказом № 44 от 8 мая 1908 года частным приставам приказано сделать надлежащие распоряжения о том, чтобы нумерация блях на фуражках городовых была следующей: 1 часть с № 1 по 44, 2 часть с № 45 по 71, и 3-я полицейская часть с № 72 по 109. Посчитать количество городовых в полицейских частях губернского города Смоленска вполне не сложно. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 41,43,44,45)
8 мая 1908 года по резолюции Смоленского Губернского Правления в штат Смоленского Городского Полицейского Управления был зачислен запасной писарский ученик Управления Поречского Уездного Воинского Начальника из крестьян Поречского уезда Касплянской волости деревни Борисовки Пётр Ермолаев. Зачислен сей индивидуум без права Государственной службы для исполнения обязанностей, возложенных законом на околоточных надзирателей, с правом ношения присвоенной оным формы и с содержанием за счёт городовых старшего разряда. Чудны и запутаны пути имперской кадровой бюрократии. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 46)
На 19 и 20 июня 1908 года полицмейстером назначена практическая стрельба из револьвера для всех городовых Смоленской городской полиции. Для чего приставам приказано по согласованию между собой посылать городовых к Свирским казармам в четыре смены. 19 июня в 9 часов утра и в три часа пополудни, а 20-го в то же время. О результатах стрельб приказано донести непосредственно полицмейстеру с представлением ведомостей и стреляных гильз. Во всём нужна сноровка, закалка, тренировка. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 66)
Приказом от 24 июня 1908 года по резолюции Смоленского Губернского Правления в штат Смоленского городского полицейского управления зачислен потомственный почётный гражданин Владимир Яковлевич Терпиловский. Назначен оный гражданин был исполнять обязанности околоточного надзирателя во 2-ю полицейскую часть, с правом ношения присвоенной околоточным надзирателям формы, с содержанием за счёт городовых старшего разряда, но без прав Государственной службы. Единственно, не понятно, уволился ли кто-то из околоточных 2-й части или их стало трое? (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 68)
В большинстве своём городовые в приказах по полиции получали в основном взыскания за различные нарушения, пьянство и прочие неблаговидные поступки. Не раз уже упоминавшийся нами Евграф Байдаков приказом № 44 от 8 мая 1908 года был оштрафован на три рубля за то, что позволил себя в час ночи на посту сесть и спать. Тем же приказом был оштрафован на три рубля городовой, служащий при Отделении Государственного Банка Нил Волков, за уход утром с поста без смены. Оный Нил уже 5 июня был уволен от службы. Приказом от 17 июня 1908 года за нетрезвое поведение оштрафованы на три рубля каждый городовые 3-й полицейской части Ефим Акимов и Анисим Васильев. Приказом № 63 от 24 июня на пять рублей оштрафован городовой 2-й части Дмитрий Ловейко «за неблаговидный поступок». Но не только взыскания доставались нижним чинам полиции. Приказом № 70 от 6 июля объявлена благодарность городовому 3-й части Ивану Солдатенкову и ночному сторожу Резницкой улицы Якову Яковлеву. Солдатенков задержал военного дезертира Пайса, а сторожем Яковлевым был пойман вор Яков Иванов, у которого на руках оказались украденные вещи. Солдатенков получил в качестве награды 5 рублей, а Яковлев 3 рубля. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 46,59,65,68,75)
Не такой и жаркий был июль в 1908 году в губернском городе Смоленске, среднемесячная температура всего-то 17 с половиной градусов, но вот городовым, похоже, и этого хватало. Пекло головушку нижним чинам полиции, и чудили оные чины совсем не по-детски. А полицмейстер только успевал приказы на взыскание подписывать. 12 июля за самовольную отлучку с поста по донесению пристава 2-й части оштрафован на три рубля городовой оной части Даниил Радомский. 14 июля по приказу № 74 уволен от службы городовой 3-й части Пётр Корнилов «…как неоднократно замеченный в пьянстве во время несения постовой службы». Твою ж дивизию, они ж все с револьверами на пост выходили! В том же приказе городовой 3-й части Иван Ландырь оштрафован за пьянство на пять рублей, с предупреждением о полном увольнении от службы, ежели будет ещё раз замечен подшофе.  14 июля 1908 года некий отставной титулярный советник Рыков, изъявивший ранее желание заниматься письмоводством при городском полицейском управлении, был исключён из штата полиции. Рыков был откомандирован для занятий письмоводством во вторую полицейскую часть Смоленска, но в один прекрасный день просто не явился для занятий по назначению. Зелёный ли змий был тому причиной, али ещё какие жизненные коллизии, об том история умалчивает и приказы по полиции не сообщают. 15 июля согласно рапорта пристава 3-й части Смоленска городовой Фёдор Катаев был оштрафован на три рубля за самовольную отлучку с поста. На те же три рубля был оштрафован и городовой той же части Андриян Фёдоров за сон на посту. А вот наш «старый знакомый» Евграф Байдаков поспал на посту аж на пять рублей штрафу. Надо сказать, что судьба у проштрафившихся городовых сложилась по-разному. Даниил Радомский по рапорту пристава 2-й части с 19 июля был уволен, как не соответствующий своему назначению.  А вот Петра Корнилова пристав 3-й части перед полицмейстером отстоял. Городовой был оставлен в штате смоленской городской полиции, но оштрафован за пьянство на 5 рублей.
И, что называется, вишенка на торте. Смоленский губернатор предписание от 11 июля 1908 года уведомил смоленского полицмейстера, что при проезде его, губернатора, по Авраамиевской улице постовой городовой Сидоренков не отдал ему чести и вовсе не обратил на него никакого внимания. Высший чиновник губернии пеняет Гепнеру, что городовые по сие время не знают в лицо губернатора. Ответственными за такие нарушения субординации и служебного долга Николай Иоасафович Суковкин посчитал старших полицейских начальников. Полицмейстеру поставлено на вид, а пристав 2-й части Рабчинский получил очередной выговор. Городового Сидоренкова арестовали на трое суток. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 78,79,81,84)
Из приказов по полиции мы можем видеть, что полицмейстер Гепнер, как и его предшественники, любил побродить по ночному Смоленску, исподтишка наблюдая несение службы своими подчинёнными. После чего разражался очередным приказом. Городовые, по словам Гепнера, совершенно не наблюдают за правильностью движения извозчиков и других подвод. На посту позволяют себе курить папиросы, развлекаться праздными разговорами с посторонними лицами, а ночами и вовсе стоять на тротуарах, прислонившись к стенам домов, а также сидеть и спать. Ночные сторожа, видя отсутствие за собой всякого надзора, также спят сидя на крыльцах домов. Приказом от 16 августа приставам предложено установить строгий надзор за исправным несением службы как постовыми городовыми, так и ночными сторожами. Для чего как можно чаще направлять в ночной обход своих помощников и околоточных надзирателей, каковым приказывать проверять все посты и ночных сторожей, желательно в разное время ночи. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 109)
«Приказ по смоленской городской полиции, № 96-й              18 августа 1908 года
                Параграф 1-й
ЗАЧИСЛЯЕТСЯ кандидат на городового 2-й части АЛЕКСЕЙ НОВОСЁЛОВ на половинное содержание с 16 сего августа.
                Параграф 2-й
УВОЛЬНЕНИЕ ОТ СЛУЖБЫ: Городовой 3-й части ПЁТР КАРНИЛОВ, приказом моим по полиции от 14 июля с/г за № 74 был уволен со службы за пьянство, а затем вследствие особого ходатайства Пристава 3-й части опять был оставлен на службе в той же части. Между тем означенный городовой, как донёс пристав 3-й части 16 сего августа за № 9813, опять позволил себе напиться допьяна при несении постовой службы. Такой полицейский чин, как неисправимый, не может быть терпим далее на службе, а потому увольняется мною со службы, как не исправимый пьяница, с 19 сего августа.
                Параграф 3-й
ВЗЫСКАНИЕ: Околоточный надзиратель при городской полиции СЕМЁНОВ явился сего числа из разрешённого ему 2-х недельного отпуска с опозданием на два дня без всяких уважительных причин, а по обыкновению по своей халатности и небрежности к службе. Причём позволил себе представиться мне без шашки, то есть не по форме одетый, за что в приказе по полиции СЕМЁНОВУ делаю выговор и сверх того назначаю его в распоряжение г.г. Приставов, начиная с Пристава 1-й части в ночные обходы с 9-ти часов вечера до 4-х часов утра, на ТРИ ночи, требуя от Приставов донесений об исполнении им сего наряда.
О чём даю знать приказом по полиции.
И.Д. смоленского полицмейстера»
Тот же Семёнов получил выговор в приказе от 23 августа 198 года за то, что, будучи в наряде в Лопатинском саду, не выполнил прямой приказ губернатора Суковкина о снятии с наряда городовых, бывших в том же саду. Какая-то чёрная полоса в жизни околоточного надзирателя. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 111,113)
Возле дома смоленского губернатора имелся пост городового, но и в самом доме имелся сторож. И вот случилось, история умалчивает почему, но поссорились городовой 1-й полицейской части Емельян Бобров с тем самым ночным сторожем. Результатом стала драка, за которую Бобров был оштрафован полицмейстером на 5 рублей. Приставу 1-й части предложено перевести Боброва на другой пост. Тем же приказом от 21 августа 1908 года оштрафованы на 3 рубля городовой 1-й полицейской части Пётр Назаренков за пьянство, а также городовой 3-й части Андрей Фёдоров за пьянство и неблаговидный поступок. Твоё Высокоблагородие, Адольф-Карл и прочая, ну почему не расписать в приказе тот самый «неблаговидный» поступок, потомкам же страсть как интересно? (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 112)
Чудны и путаны карьерные пути смоленских городовых. Ничто и не предвещало, а поди ж ты…По предложению смоленского губернатора Смоленская Городская Дума рассмотрела в своём заседании 24 июля 1908 года вопрос об упорядочении надзора за несанкционированными свалками нечистот. Отношением своим от 18 августа (да уж, бюрократия, она и в Африке бюрократия) от городской управы было сообщено смоленскому полицмейстеру Гепнеру, что изысканы средства на приобретение и содержание двух лошадей, для снабжения оными городовых, которые будут назначены для наблюдения за свалкой нечистот. Представляете, дорогой читатель, как этих бедолаг будут обзывать? Но проблема была насущной и крайне вонючей. Да ещё и военное ведомство постоянно донимало жалобами полицмейстера и городскую управу о несанкционированной свалке в районе лагерного расположения 1-й пехотной дивизии. Параграфом 6-м приказа № 97 от 21 августа 1908 года в конные городовые для наблюдения за свалкой нечистот в неположенных местах определены: городовой 1-й полицейской части Пётр Назаренков (с переводом во 2-ю полицейскую часть) и городовой 3-й полицейской части Тарас Белошевский. Лошади для этих городовых содержатся при 1-й и 3-й пожарных частях города Смоленска. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 112)
Вот ведь какое радение к интересам службы у исполняющего должность смоленского полицмейстера Николая Николаевича Шершевицкого, пока Гепнер находится в разрешённом губернатором двадцати восьмидневном отпуске. 29 августа в 6 часов утра проехался оный чиновник по Смоленску, проверяя постовую службу городовых. И нашёл в должном порядке и на местах городовых 3-й части губернского города, за что и объявил приставу благодарность в приказе № 103 от 31 августа 1908 года. А вот городовые 1-й полицейской части своего начальника крайне разочаровали. Шершевицкий сделал вывод, что, не смотря на все его приказы и устные требования, городовые продолжают относиться к исполнению долга службы небрежно. Имевший пост на углу Большой Благовещенской и Пушкинской улиц Анисим Павлюченков позволили себе сидеть в трамвайной будке возле магазина Ланина и развлекаться разговором, к службе не относящимся. Городовой Троицкого шоссе Тарасевич и вовсе ЗАБРАЛСЯ В ЛАВОЧКУ В ДОМЕ ПОДЛУЦКОГО И СПРЯТАЛСЯ ТАМ ЗА ПРИЛАВОК.  Начальник требует от частного пристава строгим надзором за городовыми подтянуть постовую службу в 1-й полицейской части.
Также не ускользнуло от внимания начальства отсутствие на своих участках околоточных надзирателей. А им согласно приказам по полиции самое время появиться. Нам же как исследователям повседневной жизни Смоленска интересно, что в это самое утреннее время с 6 до 8 часов производится уборка улиц и развозится мясо по городским лавкам. Не забыл упомянуть И.Д. и неряшливый вид развозчиков мяса и их транспортных средств. Околоточным надзирателям в приказе указано на мало прилагаемое старание по службе, почему и не стоит им рассчитывать на поощрения по службе. Также не обошлось и без упоминания нерадения частных приставов. Согласно приказам Гепнера за номерами 48 и 50 приставам предписывалось принять меры к очистке спусков к реке Днепру от различного рода лесных материалов. И в канцелярию городского полицейского управления поступили исполнительные рапорты от частных приставов. Однако, уже 26 августа Смоленская Городская Управа отношением своим потребовала от полицмейстера освободить Крупошевский спуск в 3-й части Смоленска (напротив впадения в Днепр речки Рачевки, неподалёку от Крестовоздвиженской церкви) от лесоматериалов, принадлежащих лесопромышленнику Иоселю Шмерковичу Шагалову. В приказе приставам подтверждено неуклонное исполнение приказов полицмейстера. Приставу 3-й части дано 3 дня на освобождение Крупошевского спуска. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 118)
Ничего святого нет у смоленских мазуриков. Ограбили даже надвратную Богоматерскую церковь. Но городовой Иван Бубашкин, проявив выдающуюся сметливость, поспособствовал задержанию преступника. За что и был по предписанию Смоленского Губернского Правления от 9 сентября 1908 года за номером 9620 был награждён 20-ю рублями. За проявленную «особо выдающуюся сметливость» при поимке преступника получил благодарность в приказе по полиции и награду в 10 рублей и ночной сторож Ново-Петербургской улицы Парфён Зеновьев. В тот же день Смоленское Губернское Правление наградило двадцатью пятью рублями городового 3-й полицейской части Артемия Романчука «…за оказанную им неустрашимую энергию при задержании двух важных преступников». (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 124,125,130)
Под стать своим начальникам продолжают чудить и смоленские городовые. Приказом 137 от 1 ноября 1908 года уволен от службы городовой 2-й части Игнатий Винокуров. Уволен он был мало того, что за пьянство, так ещё и за задержание без всякого повода смоленского мещанина Ивана Марова. По пьяни, наверное, можно ещё и не то учудить. Под горячую руку полицмейстера попал и городовой 3-й части Павел Воронок, который не доложил своему приставу о задержании Ивана Марова. Воронов оштрафован на 5 рублей. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 154)
1 ноября 1908 года при исполнении служебных обязанностей был убит участковый городовой 3-й полицейской части Смоленска Пётр Пивоваров. Приказом смоленского полицмейстера № 139 от 3 ноября 1908 года Пётр Пивоваров исключён из списков смоленской городской полиции, одетые на покойника мундир и шаровары второго срока приставу 3-й части приказано из инвентарной описи исключить.  Вынос тела Пивоварова состоялся в 9 часов утра 4 ноября из дома Простотина на Проварской улице, гроб был установлен в Нижне-Никольской церкви, где и были отслужены Божественная Литургия и отпевание. Около полудня тело городового Пивоварова предано земле на Тихвинском кладбище. На похоронах по приказу полицмейстера Гепнера присутствовали все свободные от нарядов классные чины полиции и свободные от службы и постов городовые. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 156)
Понятия не имею, как можно сломать шашку, она ж стальная, но у смоленских городовых это дело очень даже хорошо получалось. Всё сломанное вооружение и снаряжение передавалось в Смоленскую Городскую Управу, каковая по своей обычной рачительности пыталась починить переданные вещи и вернуть обратно в полицейскую команду. Приказом № 154 от 5 декабря 1908 года из Смоленского Городского Полицейского Управления в городские полицейские части предназначено из ремонта 21 шашка, и в замену пришедших в негодность 15 ремней-портупей, 16 револьверных кабур и 25 револьверных шнуров. Большинство имущества (11 шашек, 10 портупей, 16 кабур и все револьверные шнуры) передавалось в 3-ю полицейскую часть. То ли в оной части служили наиболее раздолбайские городовые, то ли она была во всём Смоленске самой криминогенной. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 75, лист 173)
1909-й год начался для городовых с переводов, увольнений и конечно же со взысканий. Городовой 1-й полицейской части Смоленска с 1 января 1910 года Евмен Трущенков уволен от службы за переводом на должность полицейского урядника в Краснинский уезд Смоленской губернии. Городовой 2-й части Николай Исаков уволен от службы по собственному прошению. Городовой 1-й части Егор Елисеев переведён во 2-ю часть. С 1-го января кандидаты на должности городовых, пройдя установленные проверки и обучение, зачисляются на полное содержание: в 1-ю часть Герасим Сметанников, во 2-ю часть Яков Годун и в 3-ю полицейскую часть Смоленска Евстафий Голобоков. Ну и взыскания, куда ж без них? Городовые 3-й части Иван Ландырь и Ефим Акимов оштрафованы за самовольную отлучку с поста. Ландырь заплатил 3 рубля, а Акимов пять. Приказом от 6 января околоточные надзиратели 2-й части Иван Тихановский и 3-й части Пётр Ермолаев для пользы службы переведены один на место другого. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 1,3)
Бюрократия в Российской Империи была неповоротлива, но всё ж таки работала. Некто Иов Бобылёв одно время служил полицейским стражником в Краснинском уезде Смоленской губернии. Однажды, пересекшись в Краснинском уезде с полицейским урядником Мстиславльского уезда Могилёвской губернии Юркевичем, исполнявшим свои непосредственные полицейские обязанности, Бобылёв, то ли по пьяной лавочке, то ли от собственной значимости, обругал урядника площадной бранью. Юркевич это дело запомнил, и обратился в суд по месту своей службы. Пока суд да дело, Бобылёв успел уволиться из уездной стражи и поступить на службу городовым в Смоленскую городскую полицейскую команду. Но обвинительное решение Мстиславльского суда было передано в Смоленское Губернское Правление, и приказом от 25 января 1909 года городовой 1-й части Иов Бобылёв был «устранён со службы» с 26 января 1909 года, как состоявший под судом. Положение, как говориться, обязывает иметь «чистые руки, горячее сердце, холодную голову» да и много чего ещё… (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 10)
Периодически Смоленское Губернское Правление подкидывало Городскому Полицейскому Управлению разные кадры для работы. Так 18 января по резолюции Губернского Правления в штат канцелярских служителей Смоленского Городского Полицейского Управления был определён отставной фельдфебель Николай Клементьевич Туровцев. Приказом смоленского полицмейстера от 28 января 1909 года Туровцев был причислен ко второму разряду канцелярских служителей и направлен в 3-ю полицейскую часть Смоленска для исполнения обязанностей околоточного надзирателя. Приставу 3-й части приказано привести нового сотрудника к присяге на верность службе и клятвенное обещание представить в Городское Полицейское Управление. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 12)
Приказ за номером тринадцать, надо сказать, соответствует своему «несчастливому номеру». За пьянство с 1 февраля 1909 года увольняется от службы городовой 1-й полицейской части Смоленска Михаил Васильев. В вину ему вменяются постоянное пьянство и несоответствие своему служебному назначению. За самовольную отлучку без уважительной причины со своих постов полицмейстером оштрафованы городовые 3-й части Роман Сёмин и Афанасий Алексеев. Оба городовых потеряли из жалования аж по пять рублей. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 13)
Сам ли Гепнер объезжал смоленские улицы в ночь на 18 февраля, посылал ли своего помощника, а может и вовсе «добрые люди» не преминули доложить, но приказ от 18 февраля указывает, что на своих постах с часу до половины третьего ночи отсутствовали городовые на 1-й линии Солдатской слободы, на Большой Благовещенской улице у Молоховских ворот, на Никольской улице, на Козловской горе, на Мееровском шоссе в Офицерской слободе, на Большой Покровской горе и у дома Беренцвейга на Петропавловской улице. Приставам приказано выяснить причины отсутствия постовых и донести полицмейстеру, с указанием конкретных фамилий городовых. Естественно в следующих приказах по полиции пошли репрессии. 21 февраля за сон на посту оштрафован на пять рублей городовой 3-й части Алексей Ефимов. Городовой той же части Анисим Васильев за сон на посту в ночь на 18 февраля уволен от службы, как ранее не раз оштрафованный за подобное и прочие неблаговидные поступки, и предупреждённый приказом полицмейстера от 25 июня прошлого 1908 года № 64. Приказом от 5 марта 1909 года за самовольную отлучку с поста оштрафован на пять рублей городовой 2-й части Михаил Клеменчук. За сон на посту в ночь на 18-е февраля (долгонько-ж пристав 2-й части разбирался с подчинёнными) оштрафован на три рубля городовой Иван Сидоренков. Клеменчук в приказе предупреждён, что за следующее нарушение по службе будет уволен. Тогда же 5 марта были уволены от службы по разным поводам, включая и собственное желание, городовой 1-й части Иван Тюваев, городовые 3-й части Степан Рябков и Ефим Якимов, городовой при Смоленском сыскном отделении Григорий Бычков, а также как не соответствующий своему назначению сторож при доме Губернатора Захар Игнатов. Уже 11 марта 1909 года на три рубля был оштрафован городовой 3-й полицейской части Иван Бубашкин за не отдание чести подпоручику Янышеву и не доклад о благополучии на посту по смене с дежурства.  (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 20,21,26,29)
И вновь городовые не хотят исправно нести службу, и вновь полицмейстер штрафует их и побуждает к исполнению долга. Приказом № 34 от 20 марта 1909 года оштрафованы на 3 рубля городовые 1-й части Иван Щерый, Платон Ильин и Кузьма Ефимов, а также городовой 2-й полицейской части Станислав Грицук. Щерый спал на посту, Ильин находился в арестантском помещении, закрывшись на засов. Ефимов был оштрафован за то, что ушёл с поста, не дождавшись смены, а Грицук понёс наказание за самовольное оставление поста. А приказом от 4 апреля уволен от службы за неблаговидный поступок городовой 2-й полицейской части Василий Никифоров. 7 апреля 1909 года «за нерадение к службе» был оштрафован на три рубля городовой 2-й части Николай Трусов. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 34,38)
Ну никак не могли смоленские городовые, затянув потуже кушаки, пройти мимо народных гуляний. Городовой 2-й части Иван Ларькин в ночь на 10 мая ушёл с поста без уважительной причины, позволил себе напиться пьян и пропустил смену поста, за что и был 11 мая оштрафован полицмейстером на 3 рубля. Однако Ларькин выводов не сделал, и был уволен от службы с 17 мая как не соответствующий своему назначению и за неблаговидный поступок. Вот ведь, везде успел.  В последний день Вознесения 11 мая в пьяном состоянии не смог заступить на пост городовой 1-й части Алексей Кондратьев. За что и был оштрафован на те же три рубля. Городовой 3-й части Иван Марочкин в день Святой Троицы напился и как мог в нетрезвом виде вышел на пост. Проявил, так сказать, служебное рвение. Начальство, однако сие не оценило, и попал любитель горячительного аж на пять рублей штрафа. 
И всё ж таки частные приставы старались следить за здоровьем своих подчинённых. По рапорту пристава 2-й части участковый городовой Захар Цвирко приказом полицмейстера № 52 от 18 мая 1909 года по случаю слабого здоровья назначен в часть на телефон. На его место участкового городового переведён городовой той же части Григорий Михайлов. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 69,70,71,72)
Приказ за номером 54 от 21 мая 1909 года в шапке имеет новое дополнение. После номера приказа перед словами «по смоленской городской полиции» теперь значится «смоленского полицмейстера». К чему бы это? Вторым параграфом оного приказа объявляется выговор исполняющему должность околоточного надзирателя 1-й части Панкратию Кузьмину за нерадение по службе, выразившееся в медлительности в производстве дознания по уголовному делу. При повторении подобного поступка Гепнер грозит околоточному увольнением. Интересно, что уже больше полугода в Смоленске работает Смоленское сыскное отделение, а некие уголовные дела всё ещё расследуют чины городской полиции. Толи ещё не определились с разделением полномочий, толи? Другой околоточный той же части Яков Савицкий, опоздавший из отпуска на одни сутки, получил в приказе строгий выговор, как замеченный в подобном проступке уже в третий раз.
Взыскания же на нижних чинов полиции сыплются градом. Оштрафован на три рубля за сон на посту городовой 1-й полицейской части Семён Антонеев. В приказе № 55 Семён предупреждён, что в следующий раз будет уволен со службы. Городовой той же части, назначенный в наряд в Лопатинский сад, и вовсе заснул на крыльце театра у ложи смоленского губернатора. Благо на глаза начальнику губернии не попался. Но за нерадение пришлось расплачиваться сутками ареста.  Совсем легко отделался городовой 1-й части Станислав Убель, вышедший 1 июня 1909 года на пост возле Отделения Государственного Банка без револьвера, а посреди ночи и вовсе заснувший. Тут Гепнер ограничился только выговором в приказе. 12 июня 1909 года городовой 3-й части Иван Ландырь получил выговор в приказе за опоздание в камеру городского судьи 2 участка, куда был вызван в качестве свидетеля. Тем же приказом № 60 были оштрафованы на три рубля каждый городовые 3-й части Фёдор Пухловский и Тит Пирогов. Первый за самовольную отлучку с поста без уважительной причины, а второй за то, что позволил себе напиться пьяным и сидеть на посту.   (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 74,75,76,78,80)
«Приказ № 61-й по смоленской городской полиции            13 июня 1909 года
                Параграф 1-й
К СВЕДЕНИЮ: По резолюции Смоленского Губернского Правления, состоявшейся 8-го сего июня, и.об. Околоточного Надзирателя 3-й части Канцелярский служитель Смоленского Городского Управления, не имеющий чина Николай Туравцев перечислен в штат Поречского Уездного Полицейского Управления с допущением к временному исполнению должности Полицейского Надзирателя 2-го участка г. Поречья, а потому предлагаю Приставу 3-й части объявить Туравцеву о том, чтобы он немедленно отправился к месту нового назначения.      
                Параграф 2-й
К СВЕДЕНИЮ: Отставной Канцелярский служитель Минского Губернского Правления, не имеющий чина Владимир Римкус временно допущен к и. об. Околоточного Надзирателя в 3-ю часть г. Смоленска с 11 сего июня, с содержанием старшего городового и с правом ношения формы одежды, этой должности присвоенной.
О чём даю знать приказом по полиции.
СМОЛЕНСКИЙ ПОЛИЦМЕЙСТЕР         ГЕПНЕР.» (ГАСО, фонд 1146, опись2, дело 81, лист 81)
Что-то, убей Бог, непонятное твориться в смоленской городской полиции. Недели не прошло, как городовой 1-й части Станислав Убель за сон на посту получил выговор, а ведь кого другого полицмейстер бы штрафанул рубля на три. И вот «за нетрезвое поведение и несвоевременную явку на службу» тому же Убелю в приказе от 17 июня 1909 года поставлено на вид. Непонятно, от слова совсем! Да вот, чего далеко ходить. Приказ № 66 от 25 июня 1909 года - постовой городовой 2-й полицейской части Смоленска Кузьма Наумов оштрафован на 3 рубля за сон на посту. 1 июля на три рубля оштрафован городовой 3-й части Прокофий Рябенков «за самовольную отлучку с поста в пивную лавку и распитие в ней пива».
В том же приказе за задержание конокрада с уворованной лошадью, принадлежавшей смоленскому мещанину Дмитрию Ивонову, награждён десятью рублями городовой 3-й полицейской части Смоленска Владимир Крынский.
23 июня за поимку дезертира Антона Матесевича получил награду в пять рублей старший городовой 3-й части Никита Антонов.
А городовой той же части Иван Сургунда, похоже что-то украл в части, и во время расследования нанёс побои городовым Егору Новикову и Григорию Архипову. За что с 16-го июня уволен от службы и предан суду. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 82,84,86,89)
Интересно всё ж таки, как по-разному пьют водку смоленские городовые, и как по разному их настигает возмездие за дружбу с зелёным змием. Приказом по смоленской городской полиции № 72 от 7 июля 1909 года за пьянство уволен городовой 2-й полицейской части Спиридон Котов, с пометкой «как не соответствующий своему назначению». А вот городовой той же части Емельян Фомушкин за пьянство и появление в городе в пьяном виде всего лишь арестован на пять суток при первой полицейской части.
Или вот, тянется нижний чин полиции к знаниям, читает, изучает по газетным статьям политическую обстановку в стране и в мире. Зачем же ж его за то наказывать? Но вся беда, что для чтения газет городовой 1-й части Иван Тарасевич не нашёл места лучше, чем собственный пост. В каковом чтении полицмейстер усмотрел халатное отношение к службе. Тарасевич был оштрафован на три рубля с предупреждением, что в следующий раз за любой свой проступок будет уволен от службы. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 92,93,97)
Приказы от 27 и 31 июля почти полностью посвящены взысканиям с нижних чинов полиции, каковые провинились на службе. А что делать, нужно принимать меры, ежели тот же городовой 1-й полицейской части Иван Матарыгин за одну ночь аж дважды накосячил. Застал его спящим на посту проверяющий посреди ночи, подумай над собой как следует, но нет же в ту же ночь самовольно ушёл с поста. Оштрафован на три рубля.  Надо сказать, что Матарыгин своё наплевательское отношение к службе не поменял. Приказом от 16 сентября 1909 года за самовольный уход с поста неизвестно куда Иван был уволен от службы. Постовой городовой 3-й части Фёдор Пухловский за самовольную отлучку из казарменного помещения, опоздание на пост на 2 часа и пьянство приказом от 31 июля был арестован на одни сутки при 2-й части с предупреждением об увольнении за любой непотребный проступок в будущем. Постовой городовой той же части Владимир Крынский был замечен Шершевицким на Ново-Петербургской улице не на посту, а у бараночной лавки, где и развлекал себя праздными разговорами. Приставу 3-й части приказано объявить Крынскому выговор перед всем строем городовых означенной части (это уже что-то совсем новое Шершевицкий выдумал, не встречалось ранее такого «перед лицом своих товарищей!»). Но имелся во смоленской городской полиции и вовсе Мегасом, ой, простите, Мультиокунь. Извините дорогой читатель, конечно же ПОЛИКАРП. Городовой 2-й полицейской части Поликарп Свичинский был командирован в сыскное отделение для сопровождения задержанной особы. Однако ж на обратном пути не смог устоять перед «зелёным змием», напился пьян, в непотребном виде бродил по центру города. Мало того, утерял разносную книгу, и, вломившись в кинотеатр «ПА-ДЕ-ПАРИ», вёл себя вызывающе с публикой и обращал на себя внимание. Приказом от 27 июля городовой Свичинский со дня был уволен со службы. Приказом по полиции было обращено внимание всех частных приставов на непозволительную распущенность нижних чинов полиции.
Надо отметить, дорогой мой читатель, что кинотеатр «ПА-ДЕ-ПАРИ» был, прямо-таки местом притяжения для всех чинов смоленской полиции. И вот 2 августа 1909 года в синематографе столкнулись исполняющий должность смоленского полицмейстера титулярный советник Николай Николаевич Шершевицкий и пьяный в зюзю городовой 2-й части Иван Сидоренков. Видимо, настроение у чиновника было хорошее, посему он просто приказал пьянице уйти домой и не позориться. На что был послан в пешее эротическое путешествие. Вспылив, Шершевицкий приказал бывшему тут же городовому Денису Мухину вывести пьяного буяна из очага культуры. Мухин или не смог, или не захотел этого сделать. Как бы там ни было, приказом от 3 августа 1909 года Иван Сидоренков был уволен от службы, а Мухин арестован на трое суток при 3-й полицейской части. Приставу 2-й части поставлено на вид за распущенность подчинённых. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 102а, 103,107,127)
Кстати, из того же приказа от 27 июля мы узнаём, что 23 июля 1909 года оружейным мастером 3-го Нарвского пехотного полка были осмотрены револьверы системы «Смит-и-Вессон», собранные со всех полицейских частей города. Оружие, признанное годным к употреблению, приказано было выдать в части (в 1-ю часть 13 револьверов, во 2-ю – 10 и в 3-ю часть – 13 штук), а вот 25 штук револьверов, признанные негодными, оставили в Полицейском Управлении до особого распоряжения. Зная вечное отсутствие денег в Смоленской Городской Управе, оного распоряжения ждать было долгонько. Интересно, а городовые на пост только с шашками выходили или всё-таки были какие-то передаваемые по дежурству револьверы? (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 102а)
«Приказ № 91-й по смоленской городской полиции             17 августа 1909 года
                Параграф 6-й
ВЗЫСКАНИЕ: За последнее время мною замечена крайняя бездеятельность как городовых к постовой службе, так и Околоточных Надзирателей к наружной службе вообще. Стоя на постах городовые нередко курят, сидят на ступенях лестниц, отвлекаясь праздными разговорами безучастно относятся к урегулированию ломового и легкового движения; воинскую честь отдают небрежно и с большим невниманием. Околоточных Надзирателей свободно можно встретить в садах и на улицах города праздно разгуливая со своими дамами под руку. Околоточный Надзиратель 1-й части САВИЦКИЙ, вопреки приказу по полиции от 30 апреля 1908 года, за № 40, будучи дежурным в саду «Эрмитаж» 16 сего Августа, при явке моей в сад, не явился ко мне с рапортом о благополучии, демонстративно разгуливая по саду с дамой, при чём находился в женском обществе сидя в театре, представляя из себя публику, праздно развлекаясь разговорами. За такое неумное и не отвечающее порядку службы поведение объявляю Околоточному Надзирателю САВИЦКОМУ строгий выговор и назначаю его на ТРИ наряда не в очередь на дежурство, предупредив, что такое отношение его к службе далее терпимо быть не может. При этом обращаю внимание Г.г. Приставов на поведение и знание службы как городовых, так и Околоточных Надзирателей, деятельность которых должна быть под неуклонным руководством классных чинов полиции, несущих также ответственность за их служебные упущения и недочёты.
О чём даю знать приказом по полиции.
И.Д. СМОЛЕНСКОГО ПОЛИЦМЕЙСТЕРА         ШЕРШЕВИЦКИЙ» (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 111)
Из дневника М.М. Пришвина:
«Пришло время, когда грибам стало тесно, и они появились везде на лесных дорожках. В такое-то туманное, грибное и охотничье утро выхожу в лес и жду, с чего начнется та параллельная жизнь природы, субъективная моя жизнь поэтическая или философская, — не знаю, как ее вернее назвать.
Я знаю в самой природе какое-то мое личное зернышко, и если я найду его, подгляжу, то и начнется тогда моя внутренняя жизнь в полном соответствии с природой: тогда, на что бы я ни поглядел, все природное встает в моем духе. Ио зерно это мое в природе, мелькнув, начав, само исчезает, и я никогда не в состоянии бываю сказать, с чего же мне все началось, и какое это зерно. И надо усилие, чтобы желанное повторилось.
Знаю, конечно, что надо прежде всего устроить свое внимание.» Это я, собственно, к чему? А к тому, что проказник-август совсем закружил голову околоточному надзирателю Ивану Тихановскому. И уже пристав 3-й части 17 августа пишет рапорт на имя Шершевицкого, в коем указывает на нерадение своего подчинённого и небрежное отношение его к исполнению служебных обязанностей. Приказом от 19 числа околоточный надзиратель 3-й полицейской части Смоленска Иван Тихановский поставлен на пост на угол Большой Благовещенской и Пушкинской улиц с полудня до 6-ти часов вечера. Также Тихановскому указано, что следующий рапорт от пристава по поводу его служебного нерадения будет последним, уволят. В следующий раз Тихановского за неблаговидный поступок выставили на тот же пост с полудня до 6 часов вечера 11 декабря 1909 года. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 112,160)
За внешним видом полицейских чинов в Смоленске следят не только публика и их непосредственные начальники, но и сам губернатор. 17 августа 1909 года в Смоленское Городское Полицейское Управление поступил циркуляр от ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВА, в котором указано, что, не смотря на предписание губернатора от 2 июля 1909 года, многие чины полиции «позволяют себе отступать от установленной формы, не носят на околыше фуражки герба города и имеют погоны офицерского образца». Приказом по смоленской городской полиции № 93 от 19 августа всем смоленским полицейским вменено в обязанность в отношении присвоенной им формы одежды руководствоваться требованиями циркуляра Министерства Внутренних Дел от 1 мая 1885 года № 1039 и ВЫСОЧАЙШЕ утверждённого образца оной формы. Все чиновники полиции, допустившие несоблюдение формы после объявления им циркуляра смоленского губернатора, будут подвержены самым строгим взысканиям. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 113)
А Шершевицкий всё сыпет и сыпет взысканиями. 19 августа 1909 года объявлен выговор постовому городовому Никольской улицы 2-й части Станиславу Грицуку за халатное и небрежное отношение к постовой службе. 28 августа городовой той же части Егор Елисеев, после рапорта пристава в управление, за невнимательное отношение к постовой службе и разговоры с частными лицами, до службы не относящиеся был оштрафован на 5 рублей. А пристав 2-й части пишет донесения по начальству без остановки. На основании его рапорта от 22 августа вернувшийся из отпуска полицмейстер Гепнер объявил выговор околоточному надзирателю 2-й части Петру Еромлаеву. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 113,116,117)
Между приказами всего день разницы, а такие разные… Параграф первый приказа по смоленской городской полиции № 109 от 20 сентября 1909 года оповещает о предании суду городового 2-й полицейской части Смоленска Петра Назаренкова. Сей Пётр при исполнении служебных обязанностей избил крестьянина Никиту Иванова, что было доказано после проведённого дознания. О предании суду городового Смоленское Городское Полицейское Управление выходит с ходатайством в Смоленское Губернское Правление, а Назаренков до особого распоряжения остаётся на службе. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 129,130)
И снова взыскания с городовых за проступки и небрежение по службе. Но, теперь у нас добавляются новые действующие лица – Смоленское сыскное отделение. И есть, похоже, небольшая ревность у городской полиции. 22 сентября 1909 года городовой 3-й части Евстафий Голобоков за неоказание содействия полицейскому надзирателю сыскного отделения Ячичко приказом полицмейстера был назначен на пост в не очереди на три дежурства. А 3 октября городовой Смоленского сыскного отделения Михаил Карпов «…за невнимательное и небрежное отношение к службе» назначен дежурным по сыскному отделению на 5 дежурств. Тем же приказом оштрафован на три рубля за самовольную отлучку с поста и пьянство городовой 3-й полицейской части Платон Горченков. Также ему вынесено предупреждение об увольнении со службы при любом последующем проступке. А вот тут у нас кандидат в городовые, уже зачисленный на половинное жалование, не прижился в части и по рапорту пристава был уволен как несоответствующий своему назначению. Эти неудачником стал кандидат на должность городового 1-й части Степан Ковалёв. 8 октября городовой 2-й части Емельян Фомочкин «…одетый в полицейскую форму позволил себе зайти в пивную, пить пиво и завести ссору с посетителями…». Был это первый проступок, замеченный за Фомочкиным, посему он был только оштрафован на 3 рубля с предупреждением об увольнении за подобное поведение впредь. Тем же приказом городовой 3-й части Степан Лонгинов за пьянство с посторонними лицами и непристойное поведение арестован на трое суток при второй полицейской части Смоленска.  (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 131,135,136)
Не забыл отметить наступление зимнего времени и постовой городовой 3-й части Анисим Максимов. В результате чего в ночь на 2-е ноября напился в лоскуты совместно с ночным сторожем Ефремовым, с каковым вместе (надеюсь не в обнимку) спал на посту. Так как пьяный образ жизни был замечен за городовым и ранее, Максимов был уволен от службы с 4-го ноября. О стороже Ефремове информации в приказах нет.
А городовой 2-й части Станислав Грицук, ранее не раз штрафованный за самоволку, продержавшийся с 18 сентября 1909 года без нарушений по службе, 4-го ноября таки ушёл с поста без уважительной причины, что и было замечено проверяющим посты приставом. Согласно его донесению, смоленский полицмейстер уволил Грицука от службы без прошения с 8 ноября. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 146,148)
Первым параграфом приказа № 128 от 5 ноября 1909 года в штат Смоленского городского полицейского управления канцелярским служителем переведён околоточный надзиратель Московской столичной полиции Иван Михайлович Корольков. По резолюции Смоленского Губернского Правления от 26 октября 1909 года Корольков был допущен исполнять обязанности околоточного надзирателя с окладом жалования старшего городового и с правом ношения формы, этой должности присвоенной. Однако по той же резолюции прав Государственной службы московскому гостю не предоставлено. Исходя из расписок полицейских на приказе от 25 ноября 1909 года, служит Корольков в 3-й полицейской части Смоленска. Только 28 ноября 1909 года Смоленское Губернское Правление определилось со статусом губернского секретаря Ивана Королькова, и он по приказу полицмейстера был приставом 3-й части Смоленска приведён к присяге на верность службе (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 148,156)
Декабрь на дворе, в воздухе разлито предвкушение праздника. Вскоре Рождество и Новый год. Вот городовые, надышавшись на постах морозным воздухом, и чудят. А Гепнер применяет доступные ему меры. 11 декабря 1909 года городовые 1-й части Савелий Катуров и Василий Остапенков без уважительной причины оставили свои посты. Каждый оштрафован полицмейстером на три рубля. Конный городовой 2-й полицейской части Емельян Фомочкин за пьянство и непристойное поведение на улице (будем надеяться, что к служебной лошади Емеля не приставал, может просто по пьяни у днепровской проруби со щуками общался) уволен от службы без прошения с 13 декабря.16 декабря постовому городовому 3-й части Алексею Горлачёву объявлен строгий выговор с предупреждением об увольнении за халатное и небрежное отношение к постовой службе. О чём полицмейстеру доложил пристав 3-й части 11 декабря. Городовые той же части Ефим Котов и Роман Сёмин за пьянство на посту (понятно, по холоду грелись робяты) арестованы при 1-й полицейской части на трое суток каждый.  22 декабря 1909 года был выдержан сутки под арестом при 2-й полицейской части городовой 3-й части Василий Одринский. По рапорту пристава 3-й части Одринскому вменялось в вину неисполнение распоряжения начальства. В тот же день был оштрафован на три рубля городовой 1-й части Николай Трусов, который позволил себе самовольно отлучиться с поста у подъезда здания Дворянского Собрания 20 декабря.  Последнее взыскание в 1909 году было наложено на постового городового 2-й части Владимира Сорокина. Его преподаватель Духовного училища Меньшиков пригласил в канцелярию училища для засвидетельствования факта подчисток в книгах. А Сорокин своему приставу по смене с поста об этом факте не доложил. За что и получил два наряда вне очереди. (ГАСО, фонд 1146, опись 2, дело 81, лист 160-162,165,169)
Первый приказ 1910 года вменял в обязанность постовым городовым поднимать воротники шинелей, стоя на посту, только при температуре ниже минус пяти градусов Цельсия. При температуре выше, воротники должны быть опущены. И уже приказом от 27 января были оштрафованы на один рубль каждый городовые первой полицейской части Платон Ильин и Павел Матюхин. Каковые городовые по донесению пристава 1-й части вопреки приказа стояли на постах при нулевой температуре с поднятыми тёплыми воротниками. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 461, лист 1,7)
К взысканиям, куда же без них. Приказом № 2 от 9 января 1910 года постовой городовой 3-й части Роман Сёмин по донесению пристава оной части за самовольную отлучку с поста без уважительной причины был оштрафован на три рубля с предупреждением, что это в последний раз. Тем же приказом уволен от службы с 10 января 1910 года за самовольную отлучку с поста городовой 3-й части Алексей Горлачёв. Горлачёв уже дважды штрафовался за подобные проступки, причём второй раз с предупреждением об увольнении, но не внял своему начальству. Приказом от 21 января городовой 3-й части Михаил Сидоренков уволен от службы за самовольную отлучку с поста «…для покупки пальто у неизвестного лица, благодаря чему, вблизи его поста из магазина Лисовского совершена кража». Думается мне, что скреативили смоленские мазурики. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 461, лист 3,5)
Второй параграф приказа по смоленской городской полиции за номером 6 от 25 января 1910 года сообщает нам о поощрении городового 3-й части Смоленска Алексея Хворостина. По предложению Смоленского губернского правления Хворостину за особо выдающиеся отличия при задержании в доме терпимости известного вора Владимира Толкачёва полицмейстером назначена награда в 10 рублей. Но, и это совершенно новое в приказах по полиции, с удержанием десяти процентов в инвалидный капитал. Инвалидный капитал в Российской империи был предназначен для выдачи пособий и пенсий раненым военнослужащим, отставным, а также вдовам и сиротам убитых и умерших от полученных ран. Судя по всему, таковой был заведён и при смоленской городской полиции. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 461, лист 6)
«Приказ № 11-й Смоленского Полицмейстера   
                по Смоленской городской полиции. Февраля 12 дня 1910 года 
                Параграф 1-й
НАГРАЖДЕНИЕ МЕДАЛЯМИ: Присланные при предписании Смоленского Губернского Правления от 6 сего февраля, за № 456, ВЫСОЧАЙШЕ пожалованные старшему городовому 3-й части Никите Антонову и 1-й части Антону Мишталю две золотых шейных медали с надписью: «За усердие», на Владимирской ленте, выдать по принадлежности, взыскав с них, на основании статьи 762 Учреждения об орденах и других знаках отличия, единовременно по 45 рублей с каждого, и внести таковые в местное Казначейство в депозит Александровского Комитета о раненых.
                Параграф 2-й
К ИСПОЛНЕНИЮ: Смоленская Городская Управа отношением своим от 9 сего февраля, за № 998 сообщила мне, что лица, занимающиеся ломовым извозным промыслом, до сих пор не выбирают установленных номеров на право езды в сём 1910 году, а потому предлагаю г.г. Приставам установить через подведомственных им чинов полиции наблюдение за тем, чтобы ломовые извозчики более не появлялись в городе без установленных номеров на сей 1910-й год, привлекая виновных в этом лиц к судебной ответственности, на основании обязательных постановлений городской думы. При чём оказывать содействие городским агентам: по надзору за извозчиками Карцеву, Ожаровскому, Чепикову, Кудрявцеву и Иванову на случай, если они будут обращаться к постовым городовым.
О чём даю знать приказом по полиции.
СМОЛЕНСКИЙ ПОЛИЦМЕЙСТЕР    ГЕПНЕР».
Серебряную медаль с надписью: «За усердие» для ношения на груди на Александровский ленте ВСЕМИЛОСТИВЕЙШЕ пожалованную 20 ноября 1909 года по предписанию Смоленского Губернского Правления от 20 марта 1909 года в приказе по полиции от 6 апреля 1910 года приказано приставу 1-й части выдать старшему городовому Илье Давыдову, за что взыскать с него 7 рублей 50 копеек в пользу Александровского комитета о раненых. Об исполнении донести напрямую полицмейстеру, с указанием числа, месяца и номера квитанции, под которую сданы деньги в депозит. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 461, лист 11,35)
2 июля 1910 года городовой 1-й части Антон Прудников был уволен от службы за кражу денег у старшего городового той же части Ильи Давыдова. Деньги в сумме 857 рублей предназначались для выплаты жалования всем нижним чинам части. Надо думать, Прудникова сослуживцы малость «покритиковали», воровать у своих не хорошо. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 461, лист 76)
Уже 3-го января 1911 года был уволен от службы за пьянство городовой 1-й части Иван Миронюк. Приказ № 3 от 9 января 1911 года весь посвящён нижним чинам полиции. И хоть я и зарекался писать о кадровых вопросах, но давайте оный приказ рассмотрим. Запасной рядовой 20 Восточно-Сибирского стрелкового полка Фёдор Тихонов зачисляется кандидатом в городовые без содержания во 2-ю полицейскую часть на основании собственноручно поданного прошения. Городовой 2-й части Михаил Сакулин уволен от службы по домашним обстоятельствам с 9 января 1912 года. Крестьянин Смоленского уезда Корохоткинской волости Дмитрий Иванович Андреев вследствие поданной им докладной записки, представленной по начальству приставом 2-й полицейской части, зачислен в оную часть городовым с возложением на него обязанностей исключительно телефонного городового. Городовому 2-й части Егору Кареневскому разрешён пятидневный отпуск с 10 января. Околоточному надзирателю 1-й части Марьенкову разрешается полицмейстером отпуск для поездки в г. Поречье на заседание Смоленского окружного суда в качестве свидетеля с 16 по 21 января 1912 года. 11 января приказом по смоленской городской полиции околоточного надзирателя 3-й части Конаха за небрежение обязанностями службы приказано арестовать на трое суток при Смоленском городском полицейском управлении с предупреждением о более строгом взыскании впоследствии. Тем же приказом оштрафован на один рубль городовой 1-й части Василий Зайцев за допущение беспорядка на бирже извозчиков около Благородного собрания в ночь с 3 на 4 января.  (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 463, лист 1,3,4)
Приказом № 4 от 11 января 1912 года смоленским частным приставам предложено представить полицмейстеру наградные списки на нижних чинов полиции, которые согласно статьи 770 тома 1 части 2 Учреждения об орденах и других знаках отличия выслужили пятилетний срок для награждения их медалями «За беспорочную службу в полиции» для ношения на груди на Анненской ленте. Вышеозначенные чины будут награждаться смоленским губернатором медалями два раза в год, а именно 1 января и 1 июля. Посему полицмейстер требует, чтобы наградные списки представлялись ему не позже 15 мая и 15 ноября. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 463, лист 4)
В номере 9 «Смоленского вестника» от 13 января 1911 года в разделе местная хроника указано, что Всемилостивейше награждены медалями нижние полицейские чины, среди прочих золотой медалью с надписью: «За усердие», для ношения на шее на Владимирской ленте младший городовой Смоленской полицейской команды Иван Бобровский.
Приказом № 5 от 13 января 1911 года городовому 3-й части Смоленска Беденкову объявлена благодарность за внимательное отношение к своим служебным обязанностям. 18 января был оштрафован на три рубля постовой городовой 2-й части Васильев за отлучку с поста 17 января в половине двенадцатого дня. 25 января 1911 года по тем же самым резонам был оштрафован на три рубля городовой 3-й части Середа. И ещё о городовых. Приказом от 25 января за номером 9 приставам указано при морозах выше 20 градусов Цельсия отдать распоряжения о раскладке костров на местах стоянки городовых. Необходимые дрова следовало получать в Смоленской Городской Управе с коей у городского полицейского управления имеется договорённость. Тем же приказом был уволен от службы по семейным обстоятельствам городовой Смоленского сыскного отделения Пахом Николаев. Приказом от 27 января приставам приказано представить полицмейстеру списки городовых на получение жалования за январь месяц, включив в оные списки и кандидатов в городовые, как на половинном содержании, так и без оного. (ГАСО, фонд 916, опись1, дело 463, лист 5,7,9,10)
Приказом от4 марта 1911 года № 19 уволен от службы городовой 2-й части Иван Васильев, который по донесению пристава 2-й части Смоленска не соответствует своему назначению. Тем же приказом как не соответствующий назначению уволен городовой 3-й части Середа, а городовой той же части Воронов оштрафован за пьянство на три рубля. Приказом от 10 марта уволен со службы городовой Смоленского сыскного отделения Михаил Ермолинский. Сей «Агент» сопровождал в тюрьму арестанта Морозова, зашёл с ним в ресторан «Дагмара», где преступник от пьяного сыскаря сумел скрыться. (ГАСО, фонд 916, опись1, дело 463, лист 19,22)
5 апреля 1911 года до сведения чинов Смоленской полицейской команды доведено, что агент Смоленского сыскного отделения Баженов назначен урядником Духовщинского уезда, а на его место по распоряжению смоленского губернатора назначен с 1-го апреля урядник Духовщинского уезда Пыриков. Младший городовой 3-й части Егор Бусов приказом от 7 апреля за нарушение долга подчинённости по службе и оказание неуважения помощнику пристава при Смоленском городском полицейском управлении Петрову, находящемуся притом при исполнении служебных обязанностей (в наряде), назначен 11 апреля на пост в районе 3-й полицейской части на две смены. Приказом от 4 мая № 40 городовой 3-й части Григорий Зарецкий оштрафован на два рубля за неоказание должного содействия городовому Макаренкову во время несения постовой службы. Тем же приказом оштрафованы городовые 1-й части Евдокимов и Баранов. Первый за самовольную отлучку с поста, а второй за сон на посту. Городовой 3-й части Герасим Андреев со 2-го мая по рапорту пристава зачислен на половинное содержание. 25 мая приказом по полиции объявлен строгий выговор постовому городовому 1-й части Баранову за не отдание чести проходившему мимо офицеру. А так как Баранов и ранее был замечен в небрежном отношении к службе, городовому объявлено предупреждение об увольнении от службы за любой проступок в будущем. (ГАСО, фонд 916, опись1, дело 463, лист 28,29,40,48)
Приказом от 8 сентября 1911 года уволен от службы как несоответствующий своему назначению городовой 3-й части Герасим Андреев, который «…в бытность на посту отлучился в пивную и играл там на бильярде и ранее не раз был замечен в пьянстве». Тем же приказом за самовольную отлучку с поста арестован на одни сутки при 3-й полицейской части Смоленска городовой 1-й части Дроздов. Приказом № 104 от 28 сентября постовой городовой 3-й части Иван Бобров награждён тремя рублями за внимательность к постовой службе. Бобров задержал в Смоленске по ориентировке воров из Витебска с похищенными вещами. 4 октября по рапорту пристава за появление на улице в нетрезвом виде и учинённое в казарме буйство арестован на трое суток городовой 1-й части Алексей Гришаев. Тем же приказом объявлена благодарность городовому Смоленского сыскного отделения Михаилу Абрамову за задержание двух беспаспортных лиц, прибывших в Смоленск для совершения кражи.  (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 463, лист 102,112,113)
Приказом по смоленской городской полиции от 8 ноября 1911 года во исполнение решения Смоленского Губернского Правления от 21 октября 1911 года исполняющий должность околоточного надзирателя крестьянин Смоленской губернии Поречского уезда села Каспли Макар Кузьмич Марьенков зачислен в штат Смоленского городского полицейского управления с причислением к 3-му разряду канцелярских служителей. Приставу 1-й части приказано привести Марьенкова к присяге и клятвенное обещание передать полицмейстеру. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 463, лист 130)
«                Приказ № 118. По Смоленской Городской Полиции, 9 ноября 1911 года
                Параграф 1.
К ИСПОЛНЕНИЮ: Пристав 3 части г. Смоленска рапортом донёс мне, что 7 сего ноября, между 6-7 часами вечера постовой городовой той же части Андрей Бадюлин, находясь при исполнении служебных обязанностей и проходя в районе части по линии Р.-У. ж.д. был убит проходившим поездом.
Погребение умершего состоится 10 сего ноября в Никольской города Смоленска церкви в час дня, почему предлагаю Приставам командировать к означенному времени свободных от службы городовых для сопровождения тела умершего до места погребения.
Бадюлина из списков служащих Смоленской Городской Полиции исключить за смертью.
                Параграф 2.
К СВЕДЕНИЮ: выздоровевшего городового 3 части Ивана Бубашкина показывать на лицо.
О чём даю знать приказом по полиции.
СМОЛЕНСКИЙ ПОЛИЦМЕЙСТЕР ГЕПНЕР.» (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 463, лист 131)
«                Приказ № 121. По Смоленской Городской Полиции, 19 ноября 1911 года
                Параграф 1.
К ИСПОЛНЕНИЮ: По рапорту Пристава 3 части о смерти городового Бадюлина, мною с разрешения г. Исп. Д. Смоленского Губернатора г. Вице-Губернатора выдано Приставу из сумм от остатков на содержание городовых двадцать пять рублей на похороны, мундир и шаровары, постройки срока 1910 года, при выдаче городовым одежды этого срока предлагаю Приставу 3-й части выдать недостающие мундир и шаровары из постройки срока 1911 года.» (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 463, лист 135)
Ох, и весёлые дела творились в богоспасаемом городе Смоленске. 23 января 1912 года пьяный в лоскуты городовой Смоленского сыскного отделения Майдин бродил, судя по всему без надобности, по 3-й части города. То ли ему кто-то что-то такое недоброе высказал, то ли с пьяных глаз померещилось что сыскарю, но Майдина обуяла жажда служебной деятельности. И сыскной агент, ничтоже сумняшеся, снял с поста себе в помощь постового городового 3-й части Рожанова. Что Майдин постовому наговорил, остаётся тайной, но Рожанов таки пошёл с пьяным сыскарём. Закончилась сия история на следующем же посту в 3-й части, где городовой Воронов арестовал Майдина за пьяный дебош и, скрутив, потащил в часть. Рожанов же был возвернут на пост. Протрезвев в камере, Майдин на следующий день отправился к начальнику сыскного отделения и накатал жалобу на беспредел городской полиции. 24 января на столе у полицмейстера лежали рапорта и начальника сыскного отделения и пристава 3-й части с описанием произошедшего, естественно, с диаметрально противоположных точек зрения.  Однако, Гепнер, по проведению некоторого дознания, приказом от 25 января 1912 года наказал всех участников происшествия. Городовой Смоленского сыскного отделения Майдин за нетрезвый образ жизни и незаконное снятие с поста городового 3-й части арестован на двое суток при 2-й полицейской части. Городовой 3-й части Воронов за самовольный, без доклада своему приставу, арест Майдина арестован на четверо суток. Его коллега Рожанов арестован на трое суток за нетактичный поступок и неправильный доклад приставу. Также в приказе выражено полицмейстером неудовольствие начальнику сыскного отделения и приставу 3-й части Смоленска за слабый надзор за нравственностью подчинённых и не разъяснение им своих служебных обязанностей. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 511, лист 10)
14 апреля 1912 года приказом по смоленской городской полиции во исполнение резолюции Смоленского Губернского Правления от 6 апреля исполняющий должность околоточного надзирателя 1-й полицейской части Смоленска Афанасий Корнильев зачислен в штат канцелярских служителей Смоленского городского полицейского управления. В том же приказе за невнимательное и небрежное отношение к постовой службе объявлено взыскание городовым 3-й части Павлу Беденкову и Тимофею Базенкову. Беденков арестован на трое суток и предупреждён об увольнении, а Базенков арестован на сутки при 1-й части. 21 апреля по собственному желанию был уволен городовой 3-й части Фёдор Романов. Приказом от 1 мая 1912 года по домашним обстоятельствам были уволены от службы городовые 3-й части Кузьма Бушинский и 2-й части Маркел Иванович Денисенков. А вот городового 3-й части Александра Дей уволили за неоднократно замеченное приставом пьянство. Его коллегу Дмитрия Кругликова за самовольную отлучку с поста и пьянство приказано выдержать двое суток под арестом и предупредить об увольнении. Приказом от 3 мая 1912 года городовых 3-й части Хворостина и Алёшенкова приказано поставить на пост в течение одних суток каждого за неисполнение распоряжения помощника пристава при городской полиции относительно наряда в Лопатинский сад 4 мая. И всё же не наказанием единым жив нижний чин смоленской полиции. Тем же приказом от 3 мая городовому 3-й части Беденкову за точное исполнение своих обязанностей, связанное с риском для себя, выразившуюся в задержании испугавшейся лошади (вот оно что арест животворящий делает!) объявлена благодарность полицмейстера и выдана награда в три рубля.  (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 511, лист 39,42,44)
Приказом № 52 от 5 июня 1912 года городовой 3-й части Анищенков увольняется от службы с 10 мая за переводом его на должность стражника в Ельнинский уезд. Его коллега Телегин арестован на двое суток при 1-й части за пьянство. За небрежное отношение к постовой службе, замеченное полицмейстером при проезде по городу, арестован на двое суток городовой 1-й части Мартьянов. По тем же резонам приказом № 57 от 18 июня 1912 года арестован на двое суток при 1-й части городовой 3-й части Никаноров. Надо сказать, что городовой Иов Мартьянов не изменил своё отношение к службе после отсидки.  28 июня Гепнер вновь заметил его сидящим на тумбе при несении постовой службы. Приказом № 60 от 28 июня Мартьянов от службы уволен с 1 июля без прошения. По резолюции смоленского Губернского Правления от 18 июня 1912 года канцелярский служитель Смоленского городского полицейского управления, откомандированный исполнять должность околоточного надзирателя 1-й части Смоленска не имеющий чина Афанасий Ефимович Корнильев допущен к временному исполнению должности полицейского надзирателя Смоленского сыскного отделения. 4 августа приказом по полиции объявлено, что 10 января 1912 года Смоленским губернатором пожалованы серебряные медали для ношения на груди на Аннинской ленте с надписью: «За беспорочную службу в полиции» городовым: 1-й части Ивану Лукьянову и Герасиму Косареву, 2-й части Александру Бай. Тем же приказом уволен от службы городовой 1-й части Фома Жаков за буйство на улице в нетрезвом виде. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 511, лист 53,58,61,73)
Приказом от 5 сентября 1912 года во исполнение Высочайше утверждённого мнения Государственного Совета о преимуществах службы городовым частным приставам Смоленска приказано подать в канцелярию Смоленского городского полицейского управления списки городовых, которые имеют право на прибавку к жалованию. В списках должно быть указано: имя, отчество, фамилия, срок службы и оклад получаемого жалования. Так же должны быть указаны все имеющиеся прибавки к жалованию городового.
Тем же приказом уволен от службы городовой 3-й части Иван Соболев, как неоднократно замеченный в пьянстве и небрежности к постовой службе. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 511, лист 79)
Параграф 3 приказа № 2 предлагает частным приставам явиться в Смоленского городское полицейское управление для получения новых револьверов для вооружения городовых. Приставу 1-й полицейской части должно быть передано 31 револьвер, приставу 2-й части 17, а приставу 3-й части 26 револьверов. Расписки в получении револьверов в полной исправности должны быть представлены полицмейстеру до 16 января 1913 года. При выдаче револьверов городовым, приставы должны объяснить им конструкцию оружия и уход за ним, руководясь циркуляром Департамента полиции № 1163, каковой был передан в части смоленским полицмейстером 12 октября прошлого 1912 года. Приказом номер 3 от 5 января начальнику Смоленского сыскного отделения Ткачёву были выданы 4 револьвера для вооружения городовых (агентов) сыскного отделения. Параграфом шестым приказа № 5 от 10 января 1913 года приставам приказано возвратить в управление все негодные револьверы, оставив в частях оружия только по штату городовых. Кроме того, полицмейстер приказал прислать требования на патроны к новым револьверам, из расчёта один комплект в револьвер, второй в запас. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 2,3,5)
Приказом от 5 января 1913 года городовой 3-й части Смоленска Павел Беденков уволен от службы за неблаговидный поступок. Городовой нашёл на Толкучей площади кошелёк с деньгами и продержал его у себя без доклада по начальству шесть дней. Приказом № 4 от 8 января «награда нашла героя». По указу Смоленского Губернского Правления № 8 от 3 января городовой 3-й полицейской части Исаев был арестован на семь суток при первой части за грубое обращение со штабс-ротмистром Черниговского гусарского полка Кологривым во время проводов Иконы Смоленской Божией матери Одигитрии в село Бородино 3 августа 1912 года. Гепнер предлагает приставам внушить подчинённым вежливое обращение с обывателями под угрозой строгой за неисполнение ответственности. А вот пятым приказом от 10 января объявлена благодарность смоленского губернатора всем чинам городской полиции, бывшим в наряде во время Крестного хода на Иордань. 13 января в следствие отношения Смоленского отделения Государственного банка были уволены от службы городовые Кутовенко и Симонов, состоявшие при оном отделении, в виду закрытия этих должностей. Тем же приказом был подвергнут аресту на двое суток при 2-й части городовой сыскного отделения Михаил Абрамов, оскорбивший крестьянина Павла Осипова. Те же двое суток ареста получил городовой 2-й части Иван Довганов за самовольную отлучку с поста в мелочную лавку для праздных разговоров. Иван Довганов, надо сказать, обиделся на такое к себе отношение, и подал прошение об увольнение по домашним обстоятельствам. Каковое и было удовлетворено в приказе №7 от 18 января. Какой-то у нас репрессивный приказ за номером 6 получается. Параграфом 3-м оного приказа арестован при 1-й полицейской части на трое суток постовой городовой 3-й части Иванов за не отдание установленной чести ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ Господину Управляющему Губернией. Приказом от 20 января 1913 года городовой 3-й части Егор Елисеев уволен от службы, как неоднократно замеченного в пьянстве. Приказом № 10 от 26 января уволен от службы городовой 2-й части Фёдор Андреев за нетрезвое поведение и как несоответствующий своему назначению. 30 января 1913 года, окончившего школу урядников Петра Лысенкова, Гепнер зачисляет околоточным надзирателем в 1-ю полицейскую часть Смоленска. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 3,4,5,6,7,9,11)
Пятый параграф приказа № 7 от 18 января 1913 года представляет к награде городового 3-й полицейской части Смоленска Афона Куликова, каковой проявил выдающуюся храбрость, стойкость и мужество при отражении учинённого на него 14 января нападения. Начальник Смоленского сыскного отделения докладывал судебному следователю 2-го участка г. Смоленска «В половине девятого вечера городовым 3-й части г. Смоленска Куликовым, стоявшим на посту на Ново-Петербургской улице, был задержан хулиган Сергей Афонасьев, нанесший побои неизвестной женщине. При доставлении Афонасьева в часть для удостоверения личности, на городового Куликова с целью отбить своего товарища напали остальные хулиганы в числе семи человек, которые, сбив его с ног, нанесли побои, отбили задержанного и, с отобранной у городового шашкой, продолжили нападать, но нападение было отражено Куликовым выстрелом из револьвера, во время которого был убит крестьянин деревни Конопельчиц Старотолочинской волости Оршанского уезда Могилёвской губернии Максим Лисовский.»
Пристав 3-й части в своём рапорте смоленскому полицмейстеру раскрывает много больше деталей происшедшего. Вечером 14-го января из трактира Ребикова, что в доме наследников Вороновых на Базарной площади, вышла партия хорошо подвыпивших молодых людей. Возле дома братьев Лизунковых на Ново-Петербургской улице компания встретила прилично одетую женщину.  Некто Сергей Афонасьев, загородив дорогу, попытался завести с ней разговор, но был послан по известному адресу. На сей посыл, хулиган отреагировал нехорошо, наотмашь ударив женщину по лицу. Пострадавшая смогла добежать до постового городового на Ново-Петербургской улице и заявила об избиении. Городовой Куликов по указанию потерпевшей задержал пьяного буяна и конвоировал его в часть для выяснения личности. Но у дома Бибекина на городового набросились все семеро приятелей задержанного, повалил на землю и стали избивать. Один из них, как выяснилось позже некто Максим Лисовский, вырвал у Куликова из ножен шашку и попытался рубануть оной вставшего уже на ноги полицейского. Куликов выхватил револьвер из кобуры и предупредил хулиганов, что будет стрелять.  Но Лисовский, подстрекаемый пьяными дружками, попытался-таки достать клинком городового, однако Куликов уклонился и нажал на курок. Тяжело раненный «рубака» упал на снег, и, когда полицейский подбирал шашку, кто-то из хулиганов ударил его в лицо. После чего компания разбежалась. Однако боевой городовой Куликов, подхватив шашку с земли, кинулся в погоню и смог задержать одного из хулиганов, некоего Егора Петрова по кличке Садков. Задержанного Куликов передал постовому городовому Одринскому, а сам на извозчике повёз раненого Лисовского в Губернскую земскую больницу. В больнице двадцатиоднолетний Максим Лисовский скончался, пуля попала ему в левый бок и вышла из заднего прохода. Крестьянин Оршанского уезда Могилёвской губернии Лисовский проживал в Смоленске без прописки. Полицией задержаны следующие участники нападения на городового Куликова: Егор Фёдорович Щебяков, 20 лет, проживает по улице Ковальской в доме Келина, три раза судим за кражи; Сергей Иванович Афонасьев, 19 лет, проживает во 2-й части по улице Загорной в доме Березкина; Егор Осипович Петров, проживает по улице Ильинский ручей в доме своего отца и Иван Митрофанович Резвин, проживающий в доме Сержантович по Загорной улице. Имена ещё трёх нападавших пока не выяснены.  В своём рапорте пристав 3-й части просит полицмейстера ходатайствовать о награждении младшего городового 3-й полицейской части Смоленска Куликова Афона Минаевича, запасного рядового из крестьян деревни Вяльково Спасской волости Смоленского уезда и губернии, православного, служащего в полиции с 1 февраля 1912 года орденом Святой Анны 3-й степени. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 7; фонд 1146, опись 1, дело 291, лист 7-11)
Приказом № 13 от 2 февраля 1913 года городовой 3-й части Осип Никаноров за небрежное отношение к постовой службе уволен от службы без прошения. Городовой той же части Иван Амиличев тем же приказом арестован на двое суток при второй полицейской части за отлучку с поста без уважительной причины. Приказом № 18 от 15 февраля городовому 3-й части Ивану Бубашкину выдана награда в три рубля за задержание похитителя с похищенной им лошадью. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 14,20)
Приказом № 28 от 7 марта 1913 года городовому 1-й части Наумову за проявленную энергию в деле задержания взбесившейся крестьянской лошади объявлено полицмейстером спасибо. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 30)
Приказом № 43 от 8 апреля 1913 года старший стражник Феллинского уезда Лифляндской губернии Василий Маруселев зачислен городовым в 3-ю полицейскую часть и на полное содержание в виду его прежней полицейской службы. Приказом от 16 мая во исполнение предписания Смоленского Губернского Правления исполняющий должность околоточного надзирателя 1-й части Смоленска Сергей Кишик был поставлен на пост на угол Пушкинской и Большой Благовещенской улиц с полудня до 6 часов вечера на пять дней, с 17 по 21 мая включительно. Причиной сему стало непристойное поведения околоточного. 18 мая 1913 года приказом № 62 постовому городовому 1-й части Болеславу Рожкову «…за честное и умное, с опасностью для себя, исполнение долга службы…» выдана награда в пять рублей. На Блонье появилась бешеная собака, которую городовой Рожков должен бы был застрелить. Но побоявшись поранить гуляющую городскую публику, а может и вовсе понимая, что стрелок из него хреновый, постовой бросился на собаку с обнажённой шашкой. Ранив животину холодным оружием, Рожков загнал псину на пожарный двор, где и застрелил. Тем же приказом арестован на трое суток городовой 2-й части Александр Баев за неаккуратное выполнение своих обязанностей по надзору за уборкой улиц. Наказание городовой должен отбывать при 1-й полицейской части.  (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 46,66,67)
Приказом от 21 июня 1913 года смоленский полицмейстер Гепнер объявил замечание исполняющему должность околоточного надзирателя 2-й части Смоленска Виктору Мироевскому за неумение держать себя в трамвае при поездке по городу. Приказом № 89 от 17 июля объявлен выговор постовому городовому № 39 Дмитрию Богослову за праздные разговоры с публикой во время несения постовой службы вечером 16 июля 1913 года.  Приказом от 20 июля по резолюции Смоленского Губернского Правления от 18 июля 1913 года канцелярский служитель Смоленского Губернского Правления, откомандированный в распоряжение Смоленского Полицмейстера не имеющий чина Константин Авдеев назначен исправляющим должность полицейского надзирателя Смоленского сыскного отделения. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 81,95,98)
Приказом от 13 сентября 1913 года арестован на 3-е суток при 1-й части младший городовой 2-й полицейской части Леон Шевелёв, за праздные разговоры на посту. Приказ подписан исполняющим должность смоленского полицмейстера капитаном Борисом Васильевичем фон Вернер, каковой, судя по памятной книжке Смоленской губернии вскорости должен был быть утверждён в должности полицмейстера. 20 сентября 1913 года во время богослужения в Кафедральном Соборе, старший по наряду пристав 2-й части Рабчинский приказал околоточному надзирателю 1-й части Королькову доложить полицмейстеру о начале Херувимской песни. Однако Корольков вместо Городского Полицейского управления дал знать в 1-ю полицейскую часть, причём не назвал себя, и вместо Херувимской песни сказал, что началась панихида. На вопрос городового: «Кто говорит?», Корольков ответил «кто бы не говорил, а ты доложи!» Был ли пьян околоточный мы уже не узнаем, но последствия у его поступка были.   Приказом по смоленской городской полиции исполняющий должность околоточного надзирателя 1-й части Корольков арестован на семь суток при городской гауптвахте. Вот так вот, новая метла по-новому метёт. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 550, лист 133,168)
Приказом от 4 января 1914 года увольняются от службы без содержания за пьянство городовой 3-й части Ананий Смешной № 63 и городовой 1-й части Даниил Волосенков. Поводом к увольнению послужили рапорта приставов вышеназванных частей. Тем же приказом арестованы при 1-й части на пять суток каждый городовые оной части Тарас Федосеев № 27 и Дмитрий Богослов № 39, которые вопреки приказу по полиции позволили себе «…ходить по магазинам с поздравлениями с Новым годом с целью получения за это денег…». Приказом от 9 января городовой 2-й части Кузьма Бубель № 66 за пьянство и неуместные возражения начальнику арестован на трое суток, а после отбытия ареста уволен от службы без содержания. Приказом № 13 от 12 января 1914 года исполняющим должность околоточного надзирателя 2-й полицейской части Смоленска назначен бывший полицейский урядник Смоленского уезда мещанин города Смоленска Григорий Бычков. 16 января умер городовой 3-й части Стефан Михайлов. Приказом от 17 января 1914 года Шершевицкий выписал в расход полицейской команды 25 рублей, каковые и передал жене усопшего на погребение. Также приказано передать мундирную одежду 1-го срока для обмундирования умершего городового. Приказом № 18 от 18 января городовой 3-й части Стефан Михайлов знак № 103 исключён из списков служащих Смоленской городской полицейской команды. 20 января уволен от службы без содержания городовой 1-й части Логин Линьков. Сей запасной писарь старшего разряда из крестьян Поречского уезда был зачислен в городовые только 14 января, но уже сумел отличиться. Уволен как несоответствующий своему назначению. Приказом от 25 января городовой 3-й части Пётр Сорочинский знак № 72 арестован на пятеро суток при 1-й полицейской части за появление на улице в нетрезвом виде. Приказом по смоленской городской полиции № 26 от 26 января 1914 года городовые 1-й части Михаил Орлов № 6 и Василий Храпченков № 3 отчислены от должности городовых для письменных занятий по найму в канцелярии пристава 1-й части.  28 января отчислен от должности городовой 3-й части Никон Алещенков. Он будет заниматься по письменной части в канцелярии пристава 3-й части, о чём тот просил полицмейстера в рапорте от 26 января № 1254. Тем же приказом арестован на 5 суток при 2-й части городовой 1-й части Алексей Кондратьев знак № 22. Сей субъект явился на дежурство в часть пьяным и заснул у арестантского помещения, каковое должен был охранять. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 3,8,12,13,17,18,20,25,26,28)
Дорогой мой читатель, помнишь городового, что отбился от восьмерых нападавших? Так вот, пройдя все жернова имперской бюрократии, награда таки нашла героя. Приказом по смоленской городской полиции № 24 от 24 января 1914 года объявлено, что городовой 3-й части Смоленска Агафон Куликов 4 ноября 1913 года ВСЕМИЛОСТИВЕЙШЕ пожалован знаком отличия ордена Святой Анны № 14429. Всего-то год с лишком прошёл. Подвиг свой Куликов совершил вечером 14 января 1913 года. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 24)
Посетив камеру арестованных в 3-й полицейской части 26 января 1914 года, полицмейстер нашел оную в ужасно загрязнённом состоянии. Также у фон Вернера состоялся разговор на повышенных тонах с охранявшим камеру городовым Фролом Шаклиным знак № 73. Результатом стал арест Шаклина при 2-й части на неделю, а также поставлено на вид приставу 3-й части. Тем же приказом № 29 от 29 января 1914 года объявлена благодарность и выдано 5 рублей городовому 1-й части Антону Мишталь знак № 40 за находчивость, проявленную при задержании с поличным вора Гришанкова. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 29)
Приказом от 5 марта 1914 года городовой (агент) Смоленского сыскного отделения Евгений Майдин уволен от службы за пьянство, как совершенно не соответствующий своему назначению, а на его место зачислен городовой 1-й полицейской части Матвей Юдин знак № 42. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 67)
Приказом по Смоленской городской полиции от 19 марта 1914 года по резолюции Смоленского Губернского Правления исполняющий должность околоточного надзирателя 1-й полицейской части Макарий Марьенков назначен на должность полицейского надзирателя Смоленского сыскного отделения. На открывшуюся вакансию в первой части переводится и.д. околоточного надзирателя 2-й части Вознов, а на его место допускается к исполнению должности околоточного надзирателя командированный в распоряжение смоленского полицмейстера канцелярский служитель Смоленского Губернского Правления, не имеющий чина Григорий Николаевич Толкачёв. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 81)
Приказом № 116 от 25 апреля 1914 года арестован на пять суток за самовольную отлучку с поста городовой 2-й части Семёнов знак № 60. Тем же приказом арестован на трое суток городовой 3-й части Боков знак № 102 за неточное исполнение приказа смоленского полицмейстера. Городовой 1-й части Бобылёв арестован тем же приказом на двое суток при 3-й части Смоленска за неумелый разговор с фон Вернером по телефону. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 122)
10 мая 1914 года новый смоленский полицмейстер, числящийся по армейской пехоте поручик Владимир Александрович Семёнов приказом за номером 132 зачисляет городовым знак № 11 в 1-ю полицейскую часть Смоленска запасного ефрейтора 120 пехотного Серпуховского полка крестьянина Смоленского уезда Богородицкой волости деревни Ройновки Михаила Кузьмича Рачкова и откомандировывает его в Смоленское сыскное отделение. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 138)
Из приказа № 132 от 10 мая 1914 года: «К ИСПОЛНЕНИЮ: Вчера при объезде города мною замечено, что городовые не вполне усваивают своё назначение на посту.
Вместо того чтобы в пределах соответствующего участка города стоять на страже порядка, я видел, как городовой сидел на скамейке около дома, держа под руку какую-то женщину, почти обнявшись с ней и беспечно с ней беседовал. 
Проезжая почти рядом около этого городового, он меня сразу не заметил и не отдал установленной чести.
Когда же я, подозвав к себе, спросил его: «Для чего он стоит на посту?» - то он вместо толкового ответа стал просить прощения.
Если бы городовой ясно понимал свои обязанности на посту, то столь же ясно ему было бы – насколько он совершает большой проступок, если позволяет себе беспечную болтовню вместо непрерывно зоркого наблюдения поста.
Этот же городовой и по внешнему виду заставляет желать много лучшего, хотя на нём обмундирование было вполне хорошего качества, но общий вид его был крайне небрежен: фуражка закинута на затылок, кушак не затянут, вялость в движении и вообще распущенный вид.
Ограничиваюсь на первый раз тут же на месте сделанным замечанием этому городовому, но предупреждаю, что впредь к городовым, относящимся беспечно к своим серьёзным служебным обязанностям на посту, буду относиться с полной строгостью вплоть до увольнения со службы.
Предлагаю Приставам установить самое строгое наблюдение за соблюдением постовых обязанностей городовыми и притом в самое разное время суток. Необходимо внушить городовым, что для того чтобы стоять на страже порядка в городе, надо самому быть в полном порядке, как в нравственном отношении, так и во внешнем виде.
Требую от Приставов установить строгий внешний осмотр заступающих на пост городовых и проверку знания ими своих служебных обязанностей.
Постовые городовые за всё время пребывания на посту должны сохранять бодрый и молодцеватый вид, время суток не должно ни в коем случае отражаться на степени этих необходимых качеств постового городового.
Необходимо внушить городовым, что как днём, так и ночью они должны быть на своих постах, а не проводить время на скамейке у ворот в весёлом разговоре или для отдыха.
Нельзя мириться с тем, чтобы искать постового городового, если он для чего-то нужен; постовой городовой должен быть всегда заметен и не только Начальнику, проверяющему его, но и каждому городскому обывателю.
 И.д. полицмейстера поручик        СЕМЁНОВ.» (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 211, лист 138)
Приказом от 4 января 1915 года командированные в распоряжение смоленского полицмейстера стражники Ельнинского уезда Василий Одринский и Капитон Архипенков откомандировываются для исполнения обязанностей городовых, Одринский в 1-ю часть, а Архипенков во 2-ю. Вместе с полицейским надзирателем города Дорогобужа Петровым в распоряжение Семёнова были присланы два полицейских стражника Дорогобужского уезда. Приказом № 6 от 6 января Ефим Червяков откомандирован исполнять обязанности городового в 3-ю часть Смоленска, а Ефим Прокопенков в 1-ю. В первую же полицейскую часть приказом от 7 января 1915 года был направлен стражник Юхновского уезда Абрам Киселёв. А уездная полиции Смоленской губернии всё пополняет и пополняет ряды городовых Смоленской городской полицейской команды. Приказом от 8 января Семёнов направил в 3-ю часть городовыми командированных полицейских стражников Смоленского уезда Гавриила Атрохова и Илью Зеленцова. Стражники Александр Терещенков (Вяземский уезд) и Тимофей Зюськин (Поречский уезд) тем же приказом откомандированы во 2-ю полицейскую часть Смоленска.  На следующий день 9 января 1915 года стражник Сычёвского уезда Владимир Осипов по приказу полицмейстера заступил на службу в 1-ю часть. А гжатский конный стражник Фёдор Коваленков направлен на нелёгкую службу в Заднепровье, в 3-ю полицейскую часть. Но имелось и обратное движение, приказом от 10 января 1915 года городовой 1-й части знак № 4 Фёдор Иванович Михеенков уволен от службы в связи с переходом на службу полицейским стражником в Смоленский уезд. Приказом № 17 от 17 января 1915 года арестован на семь суток при 1-й части городовой 2-й части Иван Гурченков. Базарным смотрителем городовому Гурченкову было приказано препроводить на городские бойни неклеймёную коровью тушу. Городовой же доложил своему приставу, что крестьянин с тушей от него скрылся. Полицмейстер углядел в сём проступке небрежное исполнение своих служебных обязанностей. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 593, лист 4,6,8,9,10,17)
12 января смоленский полицмейстер получил рапорт от пристава 3-й полицейской части о смерти городового знак № 76 Ивана Боброва. Странно, конечно, но кроме как приказа об исключении умершего городового из списков, никаких других действий от Семёнова не последовало. Только приказом от 23 января 1915 года из описи имущества 3-й полицейской части исключены мундир и шаровары 1-го срока носки, в которых Иван Бобров и был похоронен. В полночь 12 января смоленский полицмейстер объезжал город. На железном мосту через Днепр обнаружился спящим постовой городовой знак № 13 Семён Шутков. Сеня спал настолько крепко, что его с трудом смог разбудить подозванный Семёновым городовой с соседнего поста. Однако репрессий не последовало. Приставу 1-й части было приказано строго внушить Шуткову, что за небрежение к службе он может быть уволен. При объездах города штабс-капитан Семёнов заметил, что постовые городовые предупреждают друг друга условными тревожными свистками. Приказом от 16 января 1915 года приставам предложено довести до подчинённых нижних чинов, что за подобное будут налагаться взыскания. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 593, лист 15,16,24)
Приказом № 38 от 7 февраля 1915 года исполняющий обязанности околоточного надзирателя 2-й части Григорий Толкачёв уволен от должности с 1 февраля в виду поступления его по жребию на службу в войска по призыву 1915 года. Приказом от 10 февраля на должности околоточных надзирателей назначены канцелярский служитель Рославльского уездного полицейского управления Николай Алексеевич Паршин и окончивший школу полицейских урядников в Смоленске городовой 1-й части Борис Матвеевич Гольцов. Паршин назначен в 3-ю полицейскую часть, а Гольцов во 2-ю. 13 февраля на семь суток был арестован с содержанием на городской гауптвахте исполняющий обязанности околоточного надзирателя 1-й полицейской части Егор Анищенков. Пристав оной части донёс полицмейстеру о ряде служебных упущений со стороны Анищенкова, выразившихся в несвоевременном и небрежном исполнении порученных околоточному надзирателю переписок. Приказом от 17 февраля арестован на пять суток при 2-й части городовой 1-й части Иван Клембо знак № 42 за не доклад своему приставу о происшествии на его посту. 19 февраля 1915 года на трое суток арестован городовой 1-й части Наумов знак № 51 за несвоевременную явку в полицейское управление по вызову полицмейстера. В тот же день получил выговор околоточный надзиратель Мироевский за слабый надзор за уборкой улиц и неаккуратное исполнение приказаний пристава. 21 февраля арестован на трое суток при 2-й части городовой 1-й полицейской части Виктор Карменков за самовольную отлучку с поста. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 29,32,34,37,40,44,46,48)
Приказом № 66 от 7 марта 1915 года прикомандированного в распоряжение смоленского полицмейстера полицейского стражника Смоленского уезда Гавриила Атрохова приказано исключить из списков прикомандированных к Смоленской городской полиции. Основанием послужил приказ № 7 от 27 февраля 1915 года по Смоленскому уездному полицейскому управлению об увольнении от службы Атрохова, как не соответствующего своему назначению. Приказом от 16 марта 1915 года частным приставам было указано разъяснить прикомандированным к смоленской полиции уездным полицейским стражникам порядок полицейской службы и субординацию, ибо оные стражники крайне небрежно отдают установленную честь и становятся во фронт. За дальнейшие подобные нарушения Рабчинский грозит прикомандированным взысканиями вплоть до увольнения. 31 марта околоточный надзиратель 3-й части Григорий Бычков был арестован на семь суток с содержанием при первой полицейской части. Основанием для ареста стал некий «поступок, не соответствующий его служебному положению» в адрес помощника пристава Броневского. 27 апреля 1915 года исполняющего обязанности околоточного надзирателя 3-й части Андриана Протонина, назначенного конным стражником в Лихвинский уезд Калужской губернии приказано исключить из числа служащих Смоленской Городской Полиции. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 62,71,85,111)
Приказом от 5 апреля 1915 года арестован на семь суток в арестантском помещении 1-й части исполняющий обязанности городового стражник Червяков. Как выяснилось при объезде полицмейстера Червяков отсутствовал на посту на вокзале возле трамвайной будки, посему наблюдение за колёсным движением в это время не производилось. Тем же приказом по рапорту пристава 3-й части от 2 апреля арестован на семь суток постовой городовой Симоненков знак № 91 за самовольную отлучку с поста. Приставам приказано довести до нижних чинов, что впредь за самовольную отлучку с поста городового будет следовать немедленное увольнение. 16 апреля 1915 года городовой 1-й части знак № 44 Борис Андрианичев уволен от службы как совершенно не соответствующий своему назначению. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 90,101)
Приказом по смоленской городской полиции № 134 от 12 мая 1915 года городовой 3-й полицейской части № 97 Дмитрий Чернышёв уволен от службы за самовольную отлучку с поста и как совершенно не соответствующий своему предназначению с 12 мая 1915 года. Тем же приказом за небрежное несение постовой службы по рапорту пристава 2-й части арестован на семь суток городовой оной части № 54 Яков Тишкин. Весь интерес в том, что следующим приказом № 135 от 13 мая городовые 3-й части № 97 Дмитрий Чернышёв, № 85 Дмитрий Кругляков и № 92 Тимофей Шалыгин арестованы на семь суток каждый за самовольную отлучку с поста с содержанием при 2-й полицейской части. Твоё Благородие, товарищ штабс-капитан, что-то вы заработались, как мне кажется, как это арестовать уволенного вчера?
Вот, кстати, о городовых. Нет больше никаких кандидатов в городовые, зачисления на половинное жалование и прочих служебных вывертов. Приказом от 19 мая 1915 года ратник ополчения 1-го разряда из дворян Поречского уезда Смоленской губернии Александр Петрович Чеславский зачислен городовым в 1-ю полицейскую часть. Тем же приказом, согласно поданного прошения, уволен от службы по болезни городовой 2-й части Абрам Фридман.   (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 125, 129,135)
27 мая 1915 года, назначенный в цирк «Горец» околоточный надзиратель явился на дежурство только в 9 часов вечера. В приказе своём от 29 мая Семёнов относит такое пренебрежение службой к слабому надзору участкового пристава. Околоточный надзиратель никакого наказания не понёс.
Это сегодня смоленский обыватель, как селёдки в бочке набившись в общественный транспорт, безропотно едет куда-нибудь на работу али ещё по каким делам. До революции все обстояло немного не так. Вагоновожатый обязан был при заполнении мест в трамвайном вагоне выставить соответствующую табличку и пассажиров сверх нормы в трамвай не сажать. Начало июня, жара в Смоленске, только что брусчатка на улицах не плавиться, пылит по пригородным слободам разный люд, купаются в той же пыли куры. Идёт себе из-за Днепра в город трамвайный вагон номер 9, заполненный до отказа нужно сказать. А вагоновожатый № 3, оставшийся для нас к сожалению, безымянным, усмотрев на мосту четырёх знакомых женщин, идущих с базара с большими корзинами, не смотря на громкие заявления пассажиров о переполненности и вагона, и даже подножек, таки посадил их в трамвай. И вот один из пассажиров, поправив песне, вот почему-то мне думается что сие был какой-то интеллигент чеховского облика, сойдя с трамвая, направился к магазину Забалуева, где на посту стоял городовой 1-й полицейской части № 20 Егор Никитин. И высказал пассажир своё недовольство действиями вагоноуважатого № 3 постовому полицейскому. Егорка, собрав волю в кулак, ВЕЖЛИВО разъяснил близорукому заявителю, что сие есть не его, собственно, постового городового, дело. Каков молодец, вежливо, знаем мы смоленского городового, наслышаны, мог ведь и в пешее эротическое путешествие отправить интеллигента. А так просто переложил ответственность на службу ГАИ, каковая, правда, в смоленской области будет образована аж через 21 год.
Но оборудованный пенсе пассажир оказался въедливым и отправился в городское полицейское управление, где от него приняли соответствующее заявление. По проведённому дознанию выяснилось, что городовой Никитин не только игнорировал заявление о нарушении правил перевозки людей в трамвае, но и не доложил о происшествии своему приставу после смены с поста. Приказом от 5 июня 1915 года городовой Егор Никитин арестован при 2-й полицейской части на семь суток. Приставам же приказано внушить всем подведомственным городовым, что всё заявления смоленских обывателей необходимо выслушивать внимательно, получив заявление, немедленно принимать меры к устранению недоразумения и докладывать по команде о случившемся. Грозит Семёнов строгими карами, вплоть до увольнения, за невнимательность и бездействие при обращении к чинам полиции смоленского обывателя. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 145, 153)
Не привык, видимо, полицейский стражник Сычёвского уезда Владимир Осипов, прикомандированный к 1-й части Смоленска для исполнения обязанностей городового, к почти армейской дисциплине, практикующейся в Смоленской городской полицейской команде с лёгкой руки полицмейстера Семёнова. Вот и вышел у него казус с приставом 1-й части. 31 мая 1915 года Осипов позволил себе разговаривать с непосредственным начальником на повышенных тонах, после чего швырнул некую казённую бумагу в сторону полицейского чиновника. Пристав доложил полицмейстеру, а тот затребовал от Сычёвского уездного исправника замены Осипова. Исправник оказался мужиком резким, и уволил Егора Осипова от службы как не соответствующего своему назначению с 5 июня. Приставу 1-й части предложено объявить уволенному стражнику, что он должен немедленно отбыть в Сычёвку для сдачи казённого имущества и получения жалования. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 156)
16 июня 1915 года по резолюции Смоленского Губернского Правления от 11 июня того же года исполняющий обязанности околоточного надзирателя 2-й полицейской части канцелярский чиновник Смоленского городского полицейского управления коллежский регистратор Виктор Алексеевич Мироевский уволен в отставку по собственноручному прошению в виду поступления на военную службу. Тем же приказом № 168 для пользы службы исполняющий обязанности околоточного надзирателя 2-й части Гольцов переведён в 3-ю полицейскую часть Смоленска. По приказу от 17 июня 1915 года № 169 дворянин Черниговской губернии Григорий Петрович Левдин зачислен исполняющим обязанности околоточного надзирателя во 2-ю полицейскую часть с 18 июня. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 163,164)
18 июня 1915 года выговор получил околоточный надзиратель Давыдов, допустивший во время дежурства 14 июня в кинематографе «Грёзы» настолько безобразное переполнение зрительного зала, что публика занимала все проходы. Семёнов, вспоминая долголетнюю беспорочную службу околоточного, грозит ему и всем остальным чинам полиции, проявившим халатность на дежурстве, строгими взысканиями. Приставам же приказано обязать всех владельцев кинематографов расписками о недопущении переполнения зрительных залов.  Приказом от 27 июня 1915 года был арестован на четверо суток городовой 1-й части № 4 Григорий Антонов, который 25 июня без уважительных причин не вышел на уборку улиц, пока его не направил в том направлении околоточный надзиратель. 28 июня на трое суток был арестован при 2-й полицейской части стражник Демьян Поляков, который на замечание околоточного надзирателя позволил себе ответить: «что вы ко мне придираетесь, я буду жаловаться». Пристав 1-й части рапортом доложил Семёнову, а тот посчитал такой ответ нижнего чина недопустимым. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 165,174,175)
Что-то крайне неладное творится в 3-й полицейской части богоспасаемого города Смоленска. Так в приказе № 171 размышляет смоленский полицмейстер, указывая на то, что за текущий год уже было совершено не менее трёх побегов из арестантского помещения оной части. Вот и 16 июня по недосмотру дежурного городового из арестантской сбежал некто Иван Васильевич Бочек. По проведению дознания, провинившиеся городовые были преданы суду, однако Семёнов видит проблему в неправильной постановке дела окарауливания и сопровождения арестованных, потому что неоднократные указания начальника полиции по сему вопросу приставами не исполняются. Приставу 3-й части Алалыкину поставлено на вид с предупреждением о более строгих мерах в будущем, если часть не будет приведена в должный порядок. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 166)
7 июля 1915 года помощник полицмейстера, обходя центр Смоленска, обнаружил около Богоматерской часовни на Большой Благовещенской улице некоего стражника, ведущего праздные разговоры со штатскими лицами. На вопрос начальника, что он делает, стражник, заложив руку за борт мундира, дерзко ответил «стою на посту». При этом вместо отдания чести небрежно махнул рукой в стороне от собственной фуражки. Стражник Денисенков, ибо это был он, арестован приказом полицмейстера на семь суток при первой полицейской части. Все нижние чины полиции предупреждены, что при повторении подобных выходок будут уволены от службы немедленно. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 189)
В приказе от 15 сентября 1915 года за № 197 смоленский полицмейстер предпринял интересное кадровое решение. Крестьянин Млотчинской гмины Варшавского уезда Евгений Ермолин, служивший ранее добровольцев в 69 пехотном Рязанском Князя Голицына полку и уволенный в отпуск по 31 сентября вследствие полученных ранений, с согласия Смоленского уездного воинского начальника временно зачислен городовым 1-ю полицейскую часть. Однако сие зачисление на службу не должно помешать по окончанию отпуска Ермолину продолжить военную службу, о чём штабс-капитан Семёнов приказывает позаботиться заведующему запасным столом Смоленского городского полицейского управления и выправить документы об отчислении Ермолина из смоленской полиции не позднее 15 сентября 1915 года. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 194)
«О ВЗЫСКАНИИ ПО СЛУЖБЕ: Пристав 2-й части рапортом от 3-го сего июля за №…донёс мне, что 27 июня сего года городовой 2-й части Роженков был приглашён городским Смотрителем за правильным убоем скота Г. Алфимовым в мясную лавку Б…. для осмотра мяса; при осмотре обнаружено: коровьи ноги, уши и губы совершенно не пригодны к употреблению и покрыты червями. Алфимов оставил Роженкова в мясной лавке для надзора, а сам пошёл за санитарным врачом для составления протокола, но Роженков, не дождавшись возвращения Алфимова ушёл, оставив указанное выше мясо без всякого надзора, а когда Алфимов возвратился в мясную лавку, то уже найденных ног, ушей и губ на месте не оказалось, а лишь на том месте ползали черви.
За такое небрежное отношение к службе городового Роженкова арестовываю на семь суток с содержанием при арестантском помещении 1-й части. При повторении подобного проступка кем-либо из нижних чинов полиции виновные немедленно будут увольняться от службы.
И.д. полицмейстера штабс-капитан Семёнов.» (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 198)
Приказом по смоленской городской полиции от 3 августа 1915 года городовой 2-й полицейской части Афанасий Тарасюк был арестован на семь суток с содержание при арестантском помещении 1-й части за то, что, будучи дежурным 8 июля при арестантском помещении своей части, ушёл на обед в казарму, оставив арестантов без надзора. Что и было обнаружено при проверке приставом. Надо вам сказать, дорогой читатель, что бранил своих подчинённых Семёнов за «тормознутость» не зря. Тарасюк нарушил устав 8 июля, рапорт пристав 2-й части подал только 30-го. Явно знакомые буквы вспоминал!  12 августа 1915 года был арестован на трое суток городовой 3-й части Иосиф Шиманский. Сей индивидуум, дежуря на телефоне в квартире полицмейстера, улёгся спать, в каком состоянии и был найден начальством. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 213,223)
1-го сентября околоточные надзиратели 1-й части Вознов и 2-й части Котов, не смотря на неоднократные требования смоленского полицмейстера, не вышли в промежуток с 6 до 7 часов утра на наблюдение за уборкой улиц на своих участках. Каждый арестован на семь суток с содержанием на городской гауптвахте.  Приказом от 2 сентября постовой городовой 1-й части Егор Елисеев был арестован на семь суток. Причиной ареста городового знак № 14 стал его уход с поста на Большой Благовещенской улице без всякой причины и праздные разговоры с другим городовым у магазина фирмы «Зингер». Где обоих и застал с проверкой пристав 1-й части. В тот же день прикомандированные в распоряжение смоленского полицмейстера городовые Брестской полиции Ефим Щербин и Иван Петрович показаны в Смоленске на лицо и направлены для несения службы: старший городовой Щербин в 3-ю полицейскую часть, а младший городовой Петрович в 1-ю. По приказу от 5 сентября 1915 года № 249 во исполнение предложения Смоленского Губернатора № 7673 околоточные надзиратели Брест-Литовской полиции Евсеев, Евтуховский, Янович и Федоровский временно откомандированы в распоряжение Смоленского Уездного Исправника. Приказом от 8 сентября 1915 года городовой 3-й полицейской части города Смоленска Алексей Хворостин, находящийся при домах терпимости, в виду закрытия сих злачных заведений переводится на службу в 3-ю полицейскую часть с получением содержания от Смоленской Городской Управы по положению.
«Дополнение к приказу по Смоленской городской полиции на 9 сентября 1915 года № 254
О ВЗЫСКАНИИ ПО СЛУЖБЕ: один из командированных в моё распоряжение городовых Брест-Литовской городской полиции подал непосредственно Управляющему Губернией прошение, в котором просит об освобождении его от наложенного мною на него дисциплинарного взыскания. Прошение это ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО передал мне, не входя в рассмотрение по существу.
Не освобождая означенного городового от ранее наложенного на него взыскания, я приказал арестовать его на семь суток за нарушение порядка подчинённости, выразившееся в подаче прошения по поводу моих служебных действий как Начальника Полиции не по команде, а непосредственно Управляющему губернией.
Такою мерою взыскания по отношению к означенному городовому за его проступок я ограничился на этот раз только снисходя к его умственному неразвитию. Каждый городовой должен знать, что жалобы на дисциплинарные взыскания не допускаются, если начальник не превысил доставленной ему власти, и всякие прошения по служебным делам могут подаваться только по команде.
Предписываю Приставам разъяснить это всем городовым, как прикомандированным, так и …, предупредив их, что за проступки подобного рода они будут увольняться от службы как совершенно не соответствующие своему назначению.
И.д. полицмейстера штабс-капитан Семёнов» (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 250,253,255,256)
В ночь на 9 сентября смоленским полицмейстером было поручено провести проверку постовой службы городовых, при которой выяснилось, что в промежутке с 2 до 3 часов ночи на постах отсутствовали нижеследующие городовые: на углу Пушкинской и Малой Дворянской улиц знак № 58 Никифор Романюк, около Городского Полицейского Управления знак № 110 Степан Корделевич, на Ильинском ручье знак № 85 Варфоломей Овсяник, на Днепровском мосту знак № 75 Григорий Косарев и на Козловской горе знак № 53 Григорий Кореневский. Каковой Кореневский вскоре появился на своём посту, доложив проверяющему классному чиновнику, что отлучался к себе на квартиру для замены летней обуви на тёплую.
Приказом № 255 от 11сентября 1915 года городовые Романюк, Овсяник, Корделевич и Косарев были арестованы на семь суток каждый с содержанием в арестантском помещении при 2-й полицейской части. Кореневский же арестован на трое суток с содержанием при 1-й части. В приказе Семёнов угрожает за подобные проступки уже не арестом, а вовсе даже увольнением от службы. Также полицмейстер требует от частных приставов довести до постовых городовых, что при несении постовой службы их место на улице, а не на крыльце или в воротах домов. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 257)
20 сентября 1915 года пристав 1-й части «неожиданно вспомнил», что в ночь на 2-е сентября с поста без уважительной причины отлучился не только городовой № 14 Егор Елисеев, но и городовой № 17 Иван Евдокимов. И если Елисеев приказом № 246 был арестован, то Евдокимов за свой проступок наказания не понёс. Вот тут штабс-капитана Семёнова дважды просить не нужно, Евдокимов был арестован на семь суток с содержанием при 2-й полицейской части.
24 сентября пристав 1-й части доложил смоленскому полицмейстеру о неподобающем поведении городового знак №40 Антона Мишталя, состоящего при Городском Полицейском Управлении. Мишталь, встретив пристава в коридоре Управления, вопросил нагло: «Почему не исправлен водопровод и их, городовых, заставляют сидеть без воды?». Вопрос-то, конечно, правильный, но классный чиновник обиделся и побежал докладывать по начальству. Городовой Мишталь, в уважение к его долгой беспорочной службе, был арестован на семь суток с предупреждением об увольнении за подобное в будущем.   
Всё тот же пристав 1-й части 30 сентября жаловался в рапорте полицмейстеру на небрежное отношение к служебным обязанностям околоточного надзирателя 2-й части Левдик. 22 сентября на замечание пристава о некоей переписке Левдик в канцелярии 2-й части при помощнике пристава и нескольких городовых дерзко ответил: «Это чёрт знает, что такое, это придирка.» Приставу пришлось уйти из канцелярии, дабы не выслушивать дерзости от околоточного надзирателя. Когда же на следующий день Левдик был вызван в кабинет пристава для дачи объяснений, он заявил, что и вовсе не желает с этим приставом служить, служба мне вовсе неинтересна и демонстративно ушёл. Приказом № 274 от 30 сентября 1915 года исполняющий обязанности околоточного надзирателя 2-й полицейской части Смоленска Левдик уволен от службы с 1 октября как совершенно не соответствующий своему назначению.   (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 265,271,279)
«ОБ УВОЛЬНЕНИИ ОТ СЛУЖБЫ: Пристав 1-й части рапортом своим от 12 сего октября № 19135 донёс мне, что постовой городовой Семён Канашенков зн. № 31 самовольно отлучился со своего поста на Днепровском мосту и уснул на тротуаре около крепостной стены, где, будучи освещён электрическим фонарём, обращал на себя внимание прохожих.
Я уже много раз в приказах о городской полиции объявлял о том, что городовые, оставившие свои посты без уважительных к тому причин, будут немедленно увольняться от службы, но предупреждения эти, по-видимому, не достигают цели.
В данном случае городовой Канашенков не только оставил пост, но уснул на тротуаре под электрическим фонарём и соответственно своею комической фигурой этот спящий блюститель порядка внушал насмешку со стороны проходивших.
Дальнейшее предупреждение в этом отношении я нахожу бесперспективным и потому городового Канашенкова увольняю от службы с 13 октября. Такая мера мною будет применяться в отношении всех городовых, которые позволяют себе отлучиться с поста или уснуть на таковом.
Предписываю Приставам приказ этот объявить под роспись всем городовым.
О ВЗЫСКАНИИ ПО СЛУЖБЕ: Пристав 1-й части рапортом от 12 сего октября № 19133 донёс мне, что состоящий в моём распоряжении городовой Брест-Литовской Полиции Никифор Романюк, отвечая на вопросы обратившегося к нему полковника, держал себя слишком развязно и не приложил руку к головному убору.
Непочтительность городового, обязанного воинской дисциплиной по отношению к офицеру не допустима. Постовой городовой должен быть вежлив со всеми обращающимися к нему по делу, а офицерам по закону обязан отдавать честь. Виновные в неисполнении этих основных требований службы будут подвергаться самым строгим взысканиям вплоть до увольнения.
Городового Романюка на этот раз арестовываю на семь суток при 2-й полицейской части.
И.д. полицмейстера штабс-капитан Семёнов» (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 288)
Приказом от 19 октября 1915 года № 293 после доклада полицмейстера Начальнику Губернии околоточный надзиратель Матвей Ушкевич за невежливый и неуместный разговор по телефону с начальником Смоленского почтово-телеграфного округа, относительно содействия в приобретении керосина, арестован на семь суток с содержанием на городской гауптвахте. Представляете себе этот телефонный разговор? «Это прачечная?» Ну и так далее по старому советскому анекдоту. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 292)
4 ноября 1915 года смоленский полицмейстер в приказе объявил выговор околоточному надзирателю 2-й полицейской части Смоленска Скробко. Не смотря на личные указания своего пристава обходить гостиницы до 9 часов утра, узнавая о приезде высокопоставленных лиц и докладывать приставу по телефону, 21 октября Скробко этого не сделал. Чем сорвал доклад полицмейстеру о прибытии в город неких высоких военных чинов. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 306)
Приказом от 21 ноября 1915 года прикомандированный в распоряжение смоленского полицмейстера городовой Брест-Литовской городской полиции Михаил Кирик знак № 63 арестован на семь суток за то, что стоя на посту на Большой Благовещенской улице на углу Троицкого переулка, не оказал требуемого содействия служащему Смоленского сыскного отделения в задержании подозрительных лиц. (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 321)
Приказом от 3 декабря 1915 года уволен от службы, как полностью не соответствующий своему назначению околоточный надзиратель 3-й полицейской части Галицкий. Пристав оной части рапортом от 27 ноября доложил по начальству, что Галицкий, пребывая на дежурстве в части, уже во второй раз отпускает задержанных воров без составления протокола. Приказом от 5 декабря 1915 года был оштрафован на три рубля самовольно покинувший свой пост на 2-й линии Солдатской слободы городовой Федосеев.
Приказом № 345 от 8 декабря 1915 года канцелярский чиновник Смоленского Губернского Правления, командированный в распоряжение смоленского полицмейстера, Григорий Костроминов зачисляется исполняющим обязанности околоточного надзирателя во 2-ю полицейскую часть с откомандированием для несения службы при Городском полицейском управлении.
«О ВЗЫСКАНИИ ПО СЛУЖБЕ: Исп. Об. Околоточного надзирателя 2-й части гор. Смоленска, приняв 19 сего декабря из городского полицейского Управления телефонограмму на имя Пристава о высылке 20 декабря к 9 часам утра на вокзал 15 обывательских подвод для перевозки военного груза, хотя и сделал по этому поводу некоторые распоряжения, но Приставу телефонограммы не доложил и за своевременной явкой подвод наблюдения не установил, вследствие чего подводы прибыли с опозданием.
  За такое небрежное отношение к службе исп. об. Околоточного надзирателя Солдатову объявляю выговор, но предупреждаю, что при повторении подобного упущения кем-либо из чинов полиции, на виновных в этом буду налагать самое строгое дисциплинарное взыскание.
И.д. полицмейстера штабс-капитан Семёнов» (ГАСО, фонд 578, опись 1, дело 252, лист 332,334,338,356)
Из приказа по Смоленской городской полиции от 4 января 1916 года мы узнаём, что пристав 2-й части Смоленска рапортом ещё от 18 декабря 1915 года донёс полицмейстеру о неявке на посты городовых Брест-Литовской городской полиции, прикомандированных ко 2-й части. За самовольство городовые Климчук, Янчук и Талан были арестованы на семь суток каждый при арестантском помещении 1-й части. Приказом № 7 от 7 января полицмейстер объявил благодарность всем классным чинам полиции, бывшим в наряде для поддержания порядка во время Крестного хода 6-го января. Молодцам-городовым в приказе объявлено «спасибо». Особая благодарность выражена помощнику полицмейстера Рабчинскому, приставам Семыкину, Толкачёву и Алалыкину. Приказом № 13 для пользы службы исполняющий должность околоточного надзирателя 2-й части Бычков переведён в 1-ю часть, а околоточный надзиратель 1-й части Листратов во вторую. Ещё 24 декабря 1915 года постовой городовой 2-й части № 51 Кузьма Наумов задержал на Большой Благовещенской улице возле кондитерской за попытку кражи денег из кошелька девицы Софии Яновской известного вора-карманника Фёдорова. Пойманный воришка предлагал городовому 3 рубля в качестве взятки, каковые деньги Наумов взял и… доставил преступника в часть, где и передал вместе с деньгами дежурному для составления протокола. Приказом по Смоленской городской полиции № 14 городовому Наумову объявлено «спасибо».  26 января 1916 года, прикомандированный к смоленской городской полицейской команде городовой Брест-Литовской городской полиции знак № 109 Максим Савоневский исключён из списков смоленской полиции за смертью. Правда умер городовой ещё 3 января 1916 года. Чего ждал Семёнов, не понятно. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 613, лист 4,8,14,15,26)
«Приказ по Смоленской городской полиции на 7 февраля 1916 года             № 38
К ИСПОЛНЕНИЮ: Старшего по команде городовых 3-й части околоточного надзирателя Никиту Антонова за смертью, последовавшей 5 сего февраля, исключить из числа чинов по Смоленской городской полиции с 5 сего февраля.
Предписываю Приставам для присутствия на проводе назначить по одному околоточному надзирателю и по пяти городовых от каждой части. Приставу 3-й части лично проводить гроб до кладбища.
Антонов прослужил в городской полиции …неразборчиво… и всегда был хорошим примером для всех городовых и был любим населением.
Мир праху его – этого честного труженика, всю жизнь свою посвятившего труду на пользу ближнего.
И.д. полицмейстера штабс-капитан Семёнов.» (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 613, лист 37)
23 января 1916 года в кинематографе «Художественный» произошёл конфуз. В зал вошёл некий офицер, однако дежурный городовой даже и не подумал встать со стула. Его Благородие, решив показать, кто тут власть, рявкнул и потребовал отдания воинского приветствия. Прикомандированный к Смоленской городской полицейской команде стражник Слупецкого уезда Калишской губернии Станислав Островский, видевший ли вообще в своих болотах офицеров вживую, нехотя поднялся и на несколько секунд бросил руку к головному убору. После чего стоял, расставив ноги и заложив руки за спину. Обалдевший от такого неуважения офицерик, побежал жалиться полицмейстеру. Стражник Островский за небрежное отношение к дисциплине был арестован приказом полицмейстера на 7 суток при 2-й полицейской части. А состоящий по армейской пехоте смоленский полицмейстер штабс-капитан Семёнов в приказе своём от 8 февраля предупредил всех нижних чинов смоленской полиции, включая прикомандированных, что подобная распущенность недопустима, и будет наказываться строго, вплоть до увольнения. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 613, лист 38)
Видимо, всё-таки у полицмейстера масса работы в городе, если похвалить отличившего околоточного надзирателя руки у него дошли только через три недели. 28 января в 8 часов вечера к лавке в доме Рубинова, что на Тюремном переулке в 3-й части города Смоленска, подъехала подвода с тремя неизвестными, по виду крестьянами. Запугав владелицу, грабители забрали много вещей, некоторые продукты, и скрылись. На их беду неподалёку оказался исполняющий должность околоточного надзирателя Жуковский, к которому и бросилась потерпевшая. У очевидца событий рядового 8-го маршевого батальона Михаила Возжинского Жуковский узнал, что преступники поехали по Витебскому шоссе. Околоточный, поймав извозчика и мобилизовав маршевого рядового, кинулся в погоню. И ведь догнал!  Грабители попытались оказать сопротивление, но общими силами были схвачены и доставлены в 3-ю полицейскую часть. Двое из задержанных оказались беглыми воинскими нижними чинами. Из саней преступников извлекли несколько булок ситного хлеба, три бутылки «Ситро» и около четверти ведра денатурированного спирта, разлитого в стеклянные бутылки. Потерпевшая Рубинова опознала продукты за украденные у неё. Задержанные Ильин, Иванов и Прохоров переданы приставом в распоряжение судебного следователя 3-го участка Смоленска. А вот похвалить околоточного Жуковского полицмейстер Семёнов вспомнил только 18 февраля. Да и то, за проявленную при задержании злоумышленников энергию объявил своё «спасибо». Мог бы и денег дать, жадина! У околоточного-то жалование как у старшего городового, не разгуляешься.  (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 613, лист 47)
7 февраля 1916 года постовой городовой 3-й части Дмитрий Чернышёв знак № 97 в 8 часов вечера после смены с поста обнаружен в бесчувственно пьяном состоянии, причём у него не оказалось казённого револьвера. Приказом смоленского полицмейстера городовой Чернышёв уволен от службы с 20 февраля 1916 года. Тем же приказом приставу 3-й части приказано приобрести за счёт оного городового револьвер системы «Наган». Приказом от 8 февраля прикомандированный городовой Брест-Литовской городской полиции Александр Обнинский откомандирован в распоряжение Брест-Литовского полицмейстера для письменных занятий с 20 февраля 1916 года. Приказом от 25 февраля городовой 2-й части Смоленска Михайлов арестован на семь суток при 1-й части. 19 февраля в 6 часов вечера сей субъект явился в кинотеатр «Ампир» и уселся во втором ряду, где сидели офицеры и военные врачи. На замечание дежурного городового Михайлов ответил в том ключе, что, мол, не ваше собачье дело.  Сам, дорогой читатель, для себя реши, в каких выражениях был высказан сей посыл. Но на беду Михайлова в зале оказался помощник полицмейстера. Он и выдворил нарушителя из очага культуры.
Судя по всему, главное в службе полицмейстера «меньше спать, и вовсе не давать спать подчинённым». В 6 утра 18 февраля штабс-капитан Семёнов объезжал посты по городу. Результатом стал приказ от 26 февраля 1916 года в каковом, городовые 1-й части Михаил Кирин знак № 63 (пост на Троицком шоссе) и Тихон Свитюк знак № 95 (пост на Днепровском мосту) за самовольную отлучку с поста без уважительной причины арестованы на семь суток каждый. Тот же срок получил и городовой 3-й части Дмитрий Кругликов, который отлучился со своего поста на углу Петроградской и Петропавловской улиц, уйдя на Нижне-Никольскую.
Городовой 1-й части Фёдор Федынич при проезде мимо него полицмейстера не отдал положенной чести, а на замечание Семёнова заявил, что высокого полицейского начальника не узнал. На что штабс-капитан решительно заявил нижнему чину, что оный чин должен отдавать воинское приветствие всем проходящим или проезжающим мимо офицерам, а не только своему непосредственному начальству.  В результате – арест на семь суток при 3-й части.
Тогда же не обнаружился на своём посту, на углу Петроградской и Петропавловской улиц на повороте к виадуку, городовой 3-й части Иван Кондратюк. Как выяснилось при дознании, Кондратюк, задержав на улице двух лошадей, неизвестно кому принадлежащих, повёл их на постоялый двор Кузьмина для сдачи на хранение. Поступок, вроде бы, самый что ни на есть рабочий, но Кондратюк после этого на пост не вернулся, и сменявшему его городовому Ивану Лень о происшествии не доложил, то есть не сдал пост. Кондратюк приказом полицмейстера от 1 марта 1916 года арестован на семь суток при 2-й полицейской части.  (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 613, лист 50,52,53,66)
Приказом от 3 марта 1916 года постовой городовой 3-й части Николай Исаков знак № 82 был уволен от службы и 4 марта приставом 3-й части передан Смоленскому уездному воинскому начальнику как запасной нижний чин. Надо сказать, по заслугам. Полицмейстеру доложили, что Исаков получил сведения о незаконной торговле спиртными напитками неким евреем Вульфом Израильтелем, но по команде об этом не доложил. За что и поплатился. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 615, лист 70)
С 1 апреля 1916 года участковый городовой 3-й полицейской части Смоленска Михаил Царьков назначен старшим городовым той же части с правом ношения формы присвоенной околоточным надзирателям. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 615, лист 95)
4 мая 1916 года на Базарной площади Смоленска у мещанина города Вязьма Владимира Васильевича Иванова из кармана неизвестные украли аж 700 рублей денег. Вовремя заметив пропажу, Иванов обратился к городовому, которому и описал тёршихся рядом с ним подозреваемых. Полиция сработала чётко и вскоре в 3-ю часть доставили крестьян Ново-Александровского уезда Солькинской волости Луку и Антона Войдалович, у которых и были обнаружены украденные деньги. При конвоировании в часть Антон Войдалович предложил старшему городовому Михаилу Царькову взятку в размере 25 рублей, попросив протокол уничтожить, а их с братом отпустить. Царьков деньги взял, но воришек всё-таки предъявил пред грозны очи частного пристава, рассказав и о попытке подкупа. За проявленные энергию при задержании Войдаловичей и правильное понимание долга службы старшему городовому 3-й части Царькову объявлено спасибо в приказе. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 615, лист 145)
16 мая 1916 года в 3-й полицейской части дежурным околоточным надзирателем Жуковским была принята телефонограмма, в каковой требовалось от пристава представить к 9 часам вечере список всех колбасных заведений и других торговых предприятий, которые торгуют свининой. Однако Жуковский понял телефонное сообщение по-своему, и колбасники с мясоторговцами явились всем скопом к 9 часам в кабинет смоленского полицмейстера. Икалось околоточному долгонько. А приказом от 18 мая Семёнов и вовсе арестовал Жуковского с содержанием на гарнизонной гауптвахте, на семь суток за небрежное отношение к служебным обязанностям. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 615, лист 148)
21 мая 1916 года пристав 2-й части обнаружил, что постовой городовой на Козловской горе отсутствует. Прикомандированный к Смоленской городской полиции городовой Брест-Литовской городской полиции Потап Нагорный через достаточно большой промежуток времени был обнаружен в чайной на Сенной площади. Приказом смоленского полицмейстера Нагорный был арестован на семь суток с содержанием в арестантском помещении 2-й части. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 615, лист 155)
Приказом от 14 июля 1916 года согласно резолюции Смоленского Губернского Правления от 11 июля 1916 года полицейский надзиратель смоленского сыскного отделения коллежский регистратор Макар Кузьмич Марьенков назначен приставом 2-го стана Духовщинского уезда. На его место переводится канцелярский служитель Смоленского городского полицейского управления, исполняющий обязанности околоточного надзирателя 1-й части города Смоленска Виктор Илларионович Семенцов. Марьенкову приказано немедленно отбыть к новому месту службы. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 614, лист 15)
Что-то наш дорогой полицмейстер заигрался в военную службу. Пусть состоящий по армейской пехоте кадровый штабс-капитан, но не по всякому поводу нужно к Уставам обращаться. А то ведь вон чего выдал, городовые да и прочие чины полиции ох…удивились страшно! На основании параграфа 36 Устава внутренней службы, понимашь, воинские чины не имеют права сидеть во время антракта на театральных представлениях, концертах и прочих постановках. Дорогой наш, драгоценный штабс Семёнов, руководствуясь тем, что при исполнении полицейской службы установлена воинская дисциплина, требует того же от всех классных и прочих чинов Смоленской городской полиции. Мол, не сидеть во время антракта в театрах, цирках и на прочих концертах! Однако смоленский полицмейстер оговаривает, что по разъяснению Главного Управления Генерального Штаба, требования сии не распространяются на кинематографы. Успокоил, блин… (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 614, лист 18)
14 июля 1916 года городовой 3-й части Семён Шутков сопровождал арестованного смоленского мещанина Фёдора Глебова в камеру следователя 2-го участка Смоленска. Однако шустрый мещанин умудрился сбежать. Пристав 3-й части по указанию начальства провёл дознание, а Шуткова за такие шутки отправили под арест на неделю. Приставу городовой объяснил, что Глебов с самого начала пути ныл, что у него больные ноги. Посему городовой и решил везти арестованного в город на трамвае. В переполненном трамвайном вагоне Фёдор Глебов смог замешаться в толпу и убежать. Такое объяснение явно разозлило полицмейстера Семёнова, каковой в своём приказе напомнил всем полицейским чинам, что по 22 параграфу обязательных постановлений Смоленской Городской Думы больные и пьяные арестованные перевозятся на извозчике бесплатно, от биржи до биржи. А это все городовые Смоленска должны знать, как Отче Наш. Да и с больными ногами, язвил полицмейстер, мещанин Глебов вряд ли бы смог сбежать от полицейского. В дополнение к приказу № 144 от 31 мая полицмейстер требует от приставов, чтобы они внушили городовым, что при сопровождении арестованных нельзя садиться в трамвай. Вести же арестанта следует только по мостовой, держась правой стороны улицы, не заходя на тротуар, где преступник может легко смешаться с толпой. Приказано также под расписку довести до нижних чинов полиции, что городовой, создавший условия для побега арестанта, помимо предания суду, будет уволен от службы. Эта угроза, так угроза, напомню идёт третий год Мировой войны, и уволенный из полиции мужчина сразу попадает в поле зрения смоленского уездного воинского начальника, у которого по жизни в новобранцах недобор. (ГАСО, фонд 0916, опись 1, дело 614, лист 30, 33)
9 августа 1916 года во исполнение резолюции Смоленского Губернского Правления от 29 июля 1916 года, исполняющему обязанности околоточного надзирателя 1-й части Смоленска Григорию Бычкову объявлена благодарность «…за энергичную его деятельность, выразившуюся в задержании дезертира Тайманова». (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 614, лист 44)
Новый исполняющий обязанности смоленского полицмейстера титулярный советник Рабчинский уже 13 августа 1916 года в приказе по Смоленской городской полиции обратил внимание частных приставов на разнобой в обмундировании постовых городовых. Частью они стоят на посту в летних куртках, частью в шинелях. Приставам приказано войти в сношение по телефону промеж собой, и договорится об однообразии обмундирования постовых в Смоленске. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 614, лист 51)
11 сентября 1916 года городовой Смоленского сыскного отделения Михаил Абрамов переведён в 1-ю полицейскую часть, а на его место направлен городовой 1-й части Исаев. 17 сентября приказом по Смоленской городской полиции прикомандированные стражники Ленчицкой уездной полицейской команды Калишской губернии, находящиеся при Губернском Правлении Яков Родин, при 1-й полицейской части Егор Замаренов и при Смоленском сыскном отделении Андрей Тимощук согласно предписания Смоленского Губернского Правления от 12 сентября 1916 года № 63006 откомандировываются в штаб армии Западного фронта. Приставу 1-й части и начальнику сыскного отделения приказано донести полицмейстеру о выбытии вышеназванных нижних чинов. Тем же приказом, исполняющий обязанности околоточного надзирателя 3-й части Жуковский, уволен от службы как несоответствующий своему назначению. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 614, лист 83,85)
1 ноября 1916 года «спасибо» в приказе от полицмейстера получил городовой 3-й части Ефим Поляков за задержание бежавшего с позиций унтер-офицера 1-го Сибирского стрелкового полка Ивана Семёновича Шевцова. Как мы можем констатировать денежные награды за служебное рвение ушли в прошлое. 20-го же ноября приказом по полиции за слабый надзор за арестованными при части, о чём полицмейстера запрашивал смоленский губернатор, прослышавший о побеге нескольких заключённых из арестантского помещения, уволены от службы городовые 3-й полицейской части Илларион Михайлов, Иосиф Поплавский и Алексей Горлачёв. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 614, лист 135,153)
«О НАЗНАЧЕНИЯХ ПО СЛУЖБЕ: по резолюции Смоленского Губернского Правления, состоявшейся 8-го сего декабря, дворяне Смоленской губернии Лука Георгиевич Прокопович и Ковенской губернии Леонид Викентьевич Станчик определены на государственную службу с назначением исправляющими должность Полицейских Надзирателей г. Смоленска.
Канцелярские служители Смоленского Городского Полицейского Управления Георгий Моисеевич Анищенков, Пётр Николаевич Лысенков, Иван Алексеевич Котов, Георгий Алексеевич Краснов и коллежский регистратор Николай Алексеевич Паршин – исправляющими должность полицейских надзирателей г. Смоленска, все с 1-го сего декабря.
Полицейских надзирателей Станчика и Анищенкова назначаю в 1-ю часть, Котова и Краснова во 2-ю часть, Прокоповича, Лысенкова и Паршина в 3-ю часть.
Приставам 1-й и 3-й частей предписываю привести к присяге на верность службе полицейских надзирателей Станчика и Прокоповича и клятвенные обещания представить мне.
ТОЖЕ: По резолюции Смоленского Губернского Правления, состоявшейся 8-го сего декабря, крестьянин Гродненской губ.  Слонимского уезда Деревенской вол. деревни Тальковщина Вацлав Викентьевич Жуковский определён на государственную службу и назначен столоначальником моей канцелярии с 1-го сего декабря.
Помощнику Полицмейстера немедленно привести Жуковского к присяге на верность службе.
По резолюции Смоленского Губернского Правления, состоявшейся 8-го сего декабря, Полицейские Надзиратели Смоленского Сыскного Отделения: Губернский Секретарь Николай Степанович Сапожников, Коллежский регистратор Константин Дмитриевич Авдеев и не имеющий чина Виктор Илларионович Семенцов, согласно закона 23 октября 1916 года назначены Полицейскими Надзирателями Смоленского Сыскного Отделения 1-го разряда с 1-го ноября 1916 года.
И.д. полицмейстера     Рабчинский.» (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 614, лист 171-172)
2 января 1917 года появились и первые жертвы новогодних праздников. Исполняющему должность полицейского надзирателя 1-й части Станчику за неявку на службу без уважительной причины в приказе объявлен выговор. 7 числа, после празднования Рождества, количество неработающих полицейских чинов увеличилось. Помощник пристава 2-й части Тихановский за неявку на службу без причины получил выговор в приказе. Полицейский надзиратель той же части Краснов схлопотал выговор за нерадение к долгу службы. Похоже пили друзья-товарищи вместе. Городовой 1-й части Рыженков на посту своём появился, но был так «очарован» зелёным змием, что стоять у него не очень получалось. Ну а чего, он же на посту, порядок блюдёться? Арестован на семь суток при 2-й части. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 624, лист 2,8)
«О НАЗНАЧЕНИИ НА СЛУЖБУ: По резолюции Смоленского Губернского Правления 31 января 1916 года состоявшейся, почётный член Екатерининского попечительства Детских приютов ведомства учреждений Императрицы Марии Алексей Павлович Петров, Ковенский мещанин Трофим Козловский и потомственный почётный гражданин Иван Николаевич Орловский назначены: первые Полицейскими Надзирателями, последний исполняющим должность Полицейского Надзирателя г. Смоленска с 1 декабря 1917 года. О чём даю знать приказом по полиции.
Полицейских Надзирателей Петрова назначаю в 3 часть и Козловского во 2-ю часть, а исп. об. Полицейского Надзирателя Орловского в 1-ю часть.
Приставам 1-й, 2-й и 3-й частей немедленно привести к присяге на верность службе Полицейских Надзирателей Петрова и Козловского и исп.об. Полицейского Надзирателя Орловского и клятвенное обязательство представить мне.
За и.д. полицмейстера    Семыкин». (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 624, лист 9)
20 января 1916 года городовой 1-й части Иван Евдокимов за неисполнение приказания своего пристава арестован на семь суток с содержанием при 2-й полицейской части. После ареста Евдокимов переведён во 2-ю часть для несения службы. Тем же приказом городовой 1-й части Сергей Баранов, командированный для занятий при канцелярии полицмейстера, за неисполнение распоряжений о окарауливании сопровождаемых арестантов арестован на семь суток при 2-й части и командирован в свою часть. Приставу 1-й части приказано немедленно командировать городового в канцелярию полицмейстера вместо Баранов. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 624, лист 22)
По резолюции Смоленского Губернского Правления от 25 января 1917 года канцелярский служитель Смоленского городского полицейского управления, не имеющий чина Николай Иванович Бухмостов, согласно его прошения, назначен регистратором Смоленского уездного полицейского управления.  17 февраля 1917 года городовой 1-й части Семён Беляков, прикомандированный к канцелярии полицмейстера за не отдание установленной чести исполняющему обязанности полицейского надзирателя 1-й части Орловскому и неуместный с ним разговор арестован на двое суток при 2-й полицейской части. Канцелярские занятия расслабляют нижних чинов полиции, ой расслабляют. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 624, лист 35,50)
По резолюции Смоленского Губернского правления от 21 февраля 1917 года ельнинский мещанин Борис Матвеевич Гольцов, крестьянин Пермской губернии Оханского уезда Сивинской волости села Сивино Матвей Алексеевич Юдин и крестьянин Смоленской губернии Ельнинского уезда Хмарской волости Денис Матвеевич Симоненков с 1 января 1917 года назначены полицейскими надзирателями 2-го разряда Смоленского сыскного отделения.
По резолюции того же правления 31 января 1917 года состоявшейся, крестьянин Каменец-Подольской губернии Ольгопольского уезда Войтовской волости села Войтовки Павел Илларионович Семенцов назначен исправляющим должность чиновника, заведующего регистрацией преступников и перепиской по розыскам и наблюдениям при Смоленском сыскном отделении с 1 января 1917 года.
Кстати, согласно резолюции Смоленского Губернского Правления от того же 31 января 1917 года дочь подполковника Лидия Николаевна Чурская, согласно её прошения и закона от 23 октября 1916 года, определена на государственную службу и назначена заведующей Смоленским Адресным столом. С 1 января 1917 года. (ГАСО, фонд 916, опись 1, дело 624, лист 42,50)