Глава 4. Завьялов

В начале апреля Владимир Иванович Завьялов был назначен на должность советника по безопасности президента банка. На внеочередном расширенном заседании правления, куда были приглашены руководители подразделений, президент банка Арон Давидович лично представил Владимира Ивановича и отрекомендовал его как человека в высшей степени «системного».
Арон Давидович, обвел взглядом недоуменных коллег и с непроницаемым лицом, выразил надежды на улучшение ситуации с экономической безопасностью банка в связи с приходом Владимира Ивановича, обладающего столь внушительным послужным списком, зачитывать который нет ни времени, ни необходимости.
Сидящие за столом руководители переглянулись, а некоторые записали в блокноты информацию о Завьялове.
- Владимир Иванович приступает к исполнению обязанностей с сегодняшнего дня и будет находиться в моем прямом подчинении, - с натянутой улыбкой заключил Арон Давидович. – Если у вас нет вопросов, то полагаю, мы все можем приступить к работе. Да, и еще одно, Владимир Иванович будет сейчас входить в работу и, конечно, всех вас я попросил бы оказать ему содействие. Владимир Иванович определит и согласует со мной пул курируемых подразделений и представит нам свое видение, скажем, через месяц? Этого будет достаточно, Владимир Иванович?
- Вполне, Арон Давидович, - скупо ответил Завьялов.
- Ну, вот и отлично! – Арон Давидович взглядом нашел Артура. – Артур, вы ведете протокол?
- Да, Арон Давидович.
- Внесите, пожалуйста, это решение в протокол, чтобы не забыть.
После сказанного, Арон Давидович энергично покинул переговорную комнату, пригласив с собой Завьялова, который больше не вымолвил ни слова и вообще был излишне напряжен, как это показалось Дубенскому и Герману.
Столь неожиданное представление нового советника, некоторым образом озадачило большинство членов правления. Дубенский же сразу понял, что появление такой фигуры несколько смутило не только его и коллег, но и, очевидно, стесняло самого Арона Давидовича. Именно поэтому он уделил Завьялову так мало внимания и столь формально его представил, тем более что введение должности советника было для банка исключительным событием.
- Ну, что скажешь? – Дубенский спросил Германа, возвращаясь в кабинет.
- По виду какой-то «свадебный генерал», - спокойно ответил Герман, - советник-это вообще ни о чем. Похоже, что транзитный пассажир. Квартал посидит у нас и куда-нибудь в госкорпорацию свалит. Очевидно, же, что совсем человек неформатный. Костюм как китель застегнул, а галстук затянул аж физиономия покраснела. Усы какие-то непонятные, а сам почти как шарик, - Герман и Дубенский засмеялись, - Думаю, выпивает. Так на вид под шестьдесят, но реально не больше пятидесяти пяти.  Стопроцентно «отставной» какой-нибудь из хозу МВД или гаишник из центрального аппарата.
- Не торопись с выводами, - Дубенский принял серьезный вид. – Я таких советников на своем веку знаешь сколько видел? И скажу тебе, чем непривлекательней человек, тем больше от него можно ждать гадостей.
- Сергей Петрович, так мы ничем и не занимаемся противозаконным, - Герман пристально посмотрел на Дубенского, - Чего нам бояться?
- Бояться нечего. Надо бдеть, - Дубенский и Герман подошли к кабинету. – Просто присмотрись к нему. Наверняка сейчас начнет с малого, а потом полезет в коммерцию. Все эти «шариковы» вечно лезут в коммерцию и, еще увидишь, начнет тут космические советы раздавать. Я от таких наслушался уже стратегий за свою жизнь.
- Хорошо, присмотрюсь, но я уверен, что через месяц он нарисует какой-нибудь отдел. В отделе будет начальник, под начальником минимум двое подчиненных… в общем, законы Паркинсона в действии, - Герман открыл Дубенскому дверь в приемную. – Хорошего дня, Сергей Петрович.
Вскоре после совещания новость разлетелась по офису. В обеденный перерыв сотрудники разного уровня активно обсуждали самые невероятные версии появления Владимира Ивановича. Однако все сходились в одном: человек этот был назначен кем-то «сверху», от очень влиятельной фигуры, с целью «осуществлять контроль за банком». Личность Завьялова еще несколько дней обрастала мифами на уровне среднего персонала, пока естественный интерес не угас в рутине повседневной работы. Некоторые сотрудники пытались найти информацию о нем в открытых источниках, но Владимир Иванович был далек от социальных сетей и чужд той публичности, которая могла бы пролить свет на его прошлое.
Спустя первый месяц работы Завьялов имел уже менее значимую оценку среди топ-менеджмента банка, хотя над ним по-прежнему сохранялся ореол таинственности.
Владимир Иванович осознавал свое положение и не стремился его менять, предпочитая действовать в тени, выполняя свою тайную «миссию». Он присутствовал на совещаниях, но чаще всего отмалчивался или безоговорочно поддерживал предложения Арона Давидовича. Формальная структура подчиненных ему отделов так и не была утверждена или намеренно скрывалась. Задача по систематизации курируемых Завьяловым отделов как-то ловко исчезла из списка поручений Арона Давидовича, что позволяло Владимиру Ивановичу довольно широко интерпретировать свои полномочия и влиять на деятельность ряда подразделений.
Однако, подобное положение дел продлилось не столь долго, как того хотелось Завьялову. Дубенский, уже задумавший развивать филиальную сеть, решил занять «делом» Завьялова, который начинал проявлять несвоевременный интерес к подразделениям, входящим в круг его кураторства. Сергей Петрович, продумав заранее предстоящий диалог с Ароном Давидовичем, запросил у него личной встречи, которой терпеливо ожидал в приемной.
- Сергей Петрович, приветствую вас! – Арон Давидович протянул руку Дубенскому и пригласил к столу. – Прошу вас.
- Доброе утро, Арон Давидович!
- Будете что-нибудь…
- Чай, если позволите.
- Вы знаете, я тоже перешел на чай. Сердце, что-то стало шалить, - Арон Давидович связался с секретарем. – Илоночка, будь добра нам два чая. Спасибо! – Представляете, Сергей Петрович, в выходные супруга сварила кофе крепкий такой, по-турецки и я как выпил, так сердце чуть не выскочило. Потом отлежался и вроде отпустило, а теперь вот боюсь. Да, ну что я все о своем. У вас что-то срочное?
- Арон Давидович, скорее важное, чем срочное.
- Слушаю вас.
- Арон Давидович, хотел бы обратиться к вам с просьбой о содействии.
- Сергей Петрович, не узнаю вас, - Арон Давидович сделал глоток чая. – вам ли обращаться ко мне? Уж вы как никто другой в банке решаете все вопросы самостоятельно.
- Арон Давидович, спасибо за такую высокую оценку, - намеренно льстил Дубенский. – Касался бы вопрос только моей зоны влияния, я и не посмел бы вас беспокоить. Тут ситуация более деликатная и мне не хотелось бы совершить какое-то необдуманное и несогласованное с вами действие.
- Сергей Петрович, вот умеете вы, - улыбнулся Арон Давидович, - подвести, так сказать, собеседника к сути. Всегда мне эта ваша, не знаю, как точно сказать…ну, пусть особенность, нравилась.
- Спасибо, Арон Давидович, - Дубенский почувствовав положительный настрой президента банка, продолжил. – Дело касается Завьялова.
- И что с ним? – насторожился Арон Давидович.
- Арон Давидович, вы знаете, что курируемые мною отделы - это фактически «первая линия», производственные подразделения, говоря простым языком. Сотрудники, которые там работают – это люди ежедневно формирующие прибыль банка.
- Безусловно, - кивнул Арон Давидович. – согласен с вами.
- Благодаря имеющемуся опыту, я всегда практиковал исключительно динамичную мотивационную модель функционирования вверенных мне подразделений с максимальной вовлеченностью сотрудников.
- Понимаю, - соврал Арон Давидович, не поняв ни одного произнесенного слова Дубенским, чего, конечно, последний и добивался.
- Арон Давидович, проще говоря, я создаю условия для работы, а работник выполняет принятые на себя обязательства. Это очень честный «контракт».
- И что же?
- В последнее время, а я имею ввиду, период с момента появления в нашем коллективе Завьялова, мне, к сожалению, приходится констатировать случаи вмешательства в бизнес-процессы ряда отделов. Очевидно, что Владимир Иванович, человек потенциально полезный для банка и я уверен, что через некоторое время он, безусловно, обозначит вектор своей деятельности, - Дубенский почувствовал, что Арон Давидович «созрел», - но в настоящее время я просил бы вашего содействия и, если позволите, указания Завьялову снизить нагрузку на моих ребят.
- А что за нагрузка?
- Понимаете, к сожалению, сам Завьялов еще не готов работать в системе учета договоров. При этом он постоянно запрашивает контрагентов, суммы контрактов и тому подобное. Я понимаю, что это, видимо, важно, но насколько это срочно? У Зимина сейчас не полностью укомплектованный штат и сотрудники «тащат» еще и чужие участки. Я с одной стороны давлю на людей по показателям второго квартала, а они отвлекаются на Завьялова. Когда же я предъявляю претензии к сотруднику, он оказывается полдня бумажки Владимиру Ивановичу готовил.
- Н-даа, - глубоко вздохнув, протянул Арон Давидович.
- Арон Давидович, с начала июля у нас всегда объективный сезонный спад клиентской активности и тогда бы я сам мог поучаствовать во взаимодействии с Завьяловым.
- Разумно, Сергей Петрович. Это разумно.
- В нашей ситуации, я, в силу известных обстоятельств, не имею права указывать Завьялову и считаю совсем некорпоративными вступать с ним в конфликт.
- Это очень правильно Сергей Петрович. Командная работа должна быть превыше всего.
- Арон Давидович, Завьялов мог бы оказать нам реальную помощь если бы поработал с кадрами и айтишниками. Я не хочу говорить за спиной коллег, но вы знаете, что я часто и открыто поднимал вопрос о кадровой политике, несовершенной системе мотивации и текучке персонала. Крайне важным остается вопрос с электронной системой ведения договоров и технической поддержкой. Возможно, использовать сейчас потенциал такого опытного человека на этих участках было бы гораздо продуктивнее. Извините, что я так говорю. Надеюсь на ваше понимание и поддержку.
- Безусловно, вы правы, Сергей Петрович, - Арон Давидович несколько раздраженно посмотрел в сторону, видимо, не первый раз выслушивая жалобы на Завьялова. – А у вас есть какие-то вопросы, требующие немедленного решения.
- С вашего позволения, Арон Давидович, я течение часа подготовлю соответствующую записку и пришлю Илоне.
- Хорошо, только не откладывайте. Такие вещи надо решать не откладывая.
Дубенский покинул кабинет президента банка с явным удовлетворением. Он чувствовал, что достиг поставленной цели и на время «нейтрализует» Завьялова. Озвучив Илоне поручение от Арона Давидовича, он отправился к себе, чтобы подготовить служебную записку.
Арон Давидович, не приемлющий подобных «сигналов», сразу после получения записки поручил Дубенскому подготовить проект приказа. Сергей Петрович оперативно справился с этой задачей, расширив список подразделений и назначив Завьялова ответственным за работу отдела кадров, IT-департамента, хозяйственной службы и взаимодействие с внешней организацией, обеспечивающей физическую охрану банка. Инициатива Дубенского не осталась незамеченной Завьяловым и послужила началом их противостояния.
Владимир Иванович, оставив за собой право на ответный ход, в кратчайшие сроки подготовил предложение о создании аналитического отдела. Ему удалось настоять на назначении на должность руководителя своего бывшего сослуживца, Олега Дмитриевича Прудникова, человека исполнительного, порядочного до известного предела и абсолютно преданного.
Создание аналитического отдела привело к появлению ежедневной справки по широкому кругу вопросов. Завьялов ухитрился лично доставлять эту справку Арону Давидовичу каждое утро. Порой «настроение» в банке зависело от оттенка интерпретаций, которыми Владимир Иванович дополнял свою сводку. Ко второму месяцу активной работы Завьялова и Прудникова на справку уже накладывалась резолюция Арона Давидовича, и сотрудники разных управленческих уровней стали получать соответствующие поручения с четкими сроками исполнения. Невыполнение этих поручений влияло на размер ежемесячных выплат, поскольку они стали неотъемлемой частью ключевых показателей эффективности.
Владимир Иванович, тем временем не сбавлял обороты в наведении дисциплины и возглавил несколько комиссий и в том числе комиссию по экономии, в результате чего случилась экономия бумаги, питьевой воды и образовался тендерный комитет, который под председательством Завьялова принимал все решения по закупкам расходных материалов, обеспечивающих функционирование банка. Докладывая Арону Давидовичу промежуточные результаты своей работы, он в числе прочих «заслуг» упомянул о существенной экономии расходных материалов, поимке нескольких сотрудниц бухгалтерии, распечатавших курсовые работы своих детей и пресечении запрещенной парковки на территории банка.
Влияние Завьялова на Арон Давидовича достигло такой степени, что должности начальника аналитического отдела и советника по безопасности прочно заняли свои строчки в списках согласующих для многих нормативных документов банка. Отбиться от такого положения дел смогла только бухгалтерия, посягать на которую побаивался даже Арон Давидович.
Упомянутый инцидент на парковке, попавший в итоги работы Завьялова за июнь, касался Германа, которого Дубенский уже утвердил решением правления в качестве кандидата на должность руководителя сети филиалов. Теперь же, после нелицеприятного замечания Арона Давидовича Дубенский ждал Германа в своем кабинете в самом плохом расположении духа.
- Герман, ну что там у тебя с этим Завьяловым?- раздраженно начал Дубенский.
- Сергей Петрович, да задрал он меня уже! – Герман, был вне себя.
- Герман, это твоя машина на фотографии? – строго спросил Дубенский.
- Ну, моя и что?
- Я сегодня уже выслушал из-за тебя у Арона Давидовича, - Дубенский был по-настоящему раздражен и не скрывал этого. – Зачем ты поставил машину у входа, где Завьялов нарисовал место для пожарной машины?
- Сергей Петрович, я привез клиентку в банк. Шел дождь. Она там типа вся на лабутенах. Парковка забита была. Одно место было в углу у забора в луже. Я что ее туда должен был высаживать? – оправдывался Герман.
- А дальше что?
- Вылез какой-то охранник и начал нас «строить». Мне даже неловко перед ней стало. Это помните, Яна, которая на спа-салоны деньги ищет?
- Помню, - недовольно ответил Дубенский.
- Она вообще в шоке была, - Герман изобразил недоумение, - Ну я ему сделал замечание и потом мы ушли, а через сорок минут она уехала. Потом я машину переставил. Вот и все.
- Значит, ты не кидал в охранника ключи от машины, как в своей справке пишет Завьялов, и не приказывал ему самому припарковать машину, чтобы не мешалась?
- Не помню, Сергей Петрович, может в сердцах и погорячился. Больше не повторится, обещаю.
- Герман, у меня на следующей неделе доклад на совете директоров. Ты же знаешь, что я предложил тебя в качестве самостоятельного руководителя филиала с правом подписи?
- Да, конечно.
- Ты же видишь, как этот дурак влияет на Арона Давидовича?
- Вижу.
- Тогда, какого черта ты вытворяешь?
- Сергей Петрович, неужели вы думаете, что Арон Давидович и правление завалят вашу идею с филиалами из-за этого «сапога»? – оправдывался Герман. – Ну, очевидно, же, что Завьялов пытается отыграться за тот приказ. Кстати, слава Богу, что он к нам с тех пор особо не лезет.
- Не лезет? – недовольно ухмыльнулся Дубенский. – Договоры то он уже потоком ставит на проверку и без его визы ничего не продвинешь. Это он к тебе пока не лезет, а так уже пустил тут корни везде.
- Сергей Петрович, объективно, с его функционалом было бы странно надеяться, что он не займется договорами.
- Пусть занимается чем хочет, - Дубенский был раздражен. – Ты сам не понимаешь, как себя надо сейчас вести?
- Сергей Петрович, эта Яна сами знаете от кого. Я и так с ней две недели ношусь, хотя она никаких документов на кредит представить не может. Ну, привез я ее. Не сдержался. Что теперь из этого шоу устраивать?
- Что у тебя с твоим секретарем? – недовольно спросил Дубенский.
- Лизой? – переспросил Герман
- Наверное. Я что должен всех секретарей помнить?
- Ничего. Я с ней, - Герман замялся, подбирая нужное слово, - сожительствую.
- Сожительствуешь. Ничего умней не придумал? В Москве девиц что ли мало?
- Я не скрываю своих отношений и никого тут по углам не тискаю…
- Ну, спасибо, хоть за это, - недовольно произнес Дубенский
- Может я женюсь на ней и что? Я должен это с Завьяловым обсуждать?
- Ох, Герман, Герман…ничего то ты не понимаешь, - с досадой произнес Дубенский.
- Возможно, Сергей Петрович, - спокойно ответил Герман, - только я хочу сказать, что мы тут в очень посредственном банке сидим, чтобы терпеть таких дураков как Завьялов. - Герман принял самый серьезный вид. - И если бы не вы и наш, так сказать, долгий совместный путь, который я очень ценю, то я бы задумался об увольнении.
- О чем ты?
- О том, что здесь полбанка кому-то какая-то родня, знакомые и еще непонятно кто. Корпоративные клиенты вообще какой-то сброд. Приходят по звонку от «Ивана Ивановича». Отдел постоянно не укомплектован. Сейчас июль, а они с января не могут вакансии закрыть. Я пошел сам в кадры навел там «шухер», а мне потом шепчут на ухо, что я там чью-то сестру обидел. Да, мне, признаться, похрену чью сестру я обидел. Я что себе в карман что ли прошу?
- Ладно, не заводись. Я все это вижу и знаю. Мне тут в жилетку не надо плакаться, - Дубенский решил немного снизать «градус» диалога, видя раздражение Германа. -
Ты во многом прав. Спорить не стану, но … - Сергей Петрович задумался. – мне кажется, мы недооценили Завьялова и, к сожалению, переоценили демократичность и самостоятельность Арона Давидовича. Похоже, человек, который пристроил Завьялова очень влиятельная персона. Боюсь, что Завьялов очень скоро на поляну залезет.
- Пока не залезет, - уверенно сказал Герман.
- В смысле?
- Он пока увяз в своих проблемах. Народ потихоньку разбегается. Никто с такими совковыми замашками работать не хочет. Айтишники уже воют от этого идиота и похоже после «кварталки» свалят через одного. Просто, он же теперь курирует кадровую политику, вот и скрывает «текучку». Но вы правы в том, что рано или поздно он доберется до нас и, скажу вам честно - мое терпение тоже не безгранично.
- Герман, не торопись. Я, понимаю, о чем ты говоришь, поэтому и хочу вывести нашу работу на новый уровень, но работа с акционерами не очень простая. Ты же ведь сам знаешь, что это за люди. Я надеюсь, что сейчас, когда мне пришлось провести так много незаметной работы с акционерами и людьми, принимающими решения ты все же не совершишь поспешных шагов.
- Сергей Петрович, давайте дождемся окончательного решения по филиалам и тогда посмотрим. Я, к сожалению, не верю словам, а верю бумажкам.
- Будет тебе бумажка. Но я хочу знать здесь и сейчас, что могу рассчитывать на тебя, - Дубенский пристально посмотрел на Германа. – Если ты не готов, то лучше будет разбежаться сейчас, хотя мне это и не очень приятно говорить.
- Можете рассчитывать - Герман улыбнулся, - если, конечно, меня этот главный аналитик Прудников еще с чем-нибудь не поймает.
- Спасибо за откровенный разговор, - Дубенский протянул Герману руку.
Завьялов, тем временем, был полностью удовлетворен развитием событий. Он был убежден, что в полной мере воздал Дубенскому и Герману. Расхаживая по своему кабинету, он с видимым удовольствием похлопывал себя по животу. Остановившись перед зеркалом, он сложил руки за спиной и принял самый назидательный вид: немного втянул шею, манерно нахмурился и несколько раз перекатился с пятки на носок
«Вот, так-то Сергей Петрович, - чуть слышно рассуждал Завьялов, глядя на себя в зеркало. - Здесь вам не балаган какой-то, а я вам не клоун какой-нибудь. Интрижки свои плести с женой будете или с кем там у вас… и мальчишке вашему урок будет, а то вздумали оба, черти…»
Простояв еще несколько минут возле зеркала и бурча что-то себе под нос, он вызвал Прудникова и поделился с ним последними событиями. Прудников примчался по первому зову и учтиво сел напротив, достав из бокового кармана пиджака маленький и уже довольно плотно исписанный блокнот.
- Ну, что же Олег Борисович, разрешите доложить, - игриво начал Завьялов.
- Так точно, - подхватил Прудников и они оба засмеялись.
- В общем, с машиной и с Зиминым ты ловко придумал. Хотел тебя поблагодарить, - Прудников встал, - да не надо, что ты.
- Рад стараться, Владимир Иванович.
- Я, как ты и попросил, прям с утра к Арону Давидовичу справку отнес и рассказал про этого… хмыря. Арон Давидович завелся мгновенно. Что, говорит, за бардак! И все такое. Ну, я маслица чуть подлил и говорю, что Зимин во всем себя так ведет. Видимо, говорю, Дубенский ему покровительствует, что они плевали на все указания и с секретаршами живут. Ну, тут понеслось, - Завьялов довольно усмехнулся. – При мне позвонил ему, да так «навставлял», что я и сам не ожидал…
- Прям «навставлял»?
- Конечно, не как у нас в управлении, но чувствительно. Они тут все народ интеллигентный, поэтому ругань у них тут не в ходу.
- Понимю, вас…
- Ага, в общем тот молча все выслушал, а я прям вот физиономию его вижу, и обещал Зимину поставить на вид.
- Ловко вы Владимир Иванович!
- С такими-то помощниками, - обмен «любезностями» прервал телефонный звонок мобильного телефона.
Подвинув телефон к себе Завьялов изменился в лице и жестом показал Прудникову покинуть кабинет.
- Здравия желаю, Петр Петрович! – Завьялов встал из-за стола и вытянулся по стойке «смирно». Некоторое время он имел совершенно каменный вид. – Есть Петр Петрович! Буду через час.
Завьялов опустился в кресло. Он выдвинул верхний ящик стола, который до этого был заперт. Среди небрежно накиданных в ящик бумаг он нашел красную папку. Быстро собравшись, Завьялов вызвал такси и отправился в условленное место, где он регулярно встречался с Петром Петровичем раз в две недели.
Завьялов направлялся на встречу, ощущая приятный эмоциональный подъем после победы над Дубенским в локальном корпоративном противостоянии. Однако он еще не определился, стоит ли сегодня об этом докладывать, решив сначала выслушать Петра Петровича.
- Петр Петрович, здравия желаю! - подойдя к столику в ресторане рапортовал Завьялов.
- Ладно, давай тут без устава. Садись, докладывай. – Завьялову показалось, что Петр Петрович был не в духе. Взгляд его серых глаз сегодня был особенно неприятен, а сухое лицо с небольшим шрамом над левой бровью было доттоого непроницательным, что Завьялов растерялся.
- Вот, Петр Петрович, - Завьялов положил папку на стол.
- Что это? – Петр Петрович недовольно открыл документы.
- Здесь все оперативные наработки товарищ г… Петр Петрович.
- Я должен сейчас здесь сидеть и читать что ли? Завьялов, ты…
- Петр Петрович, виноват. Давайте, я постараюсь устно обобщить, - Завьялов занервничал. – Это я аналитикам передам.
- Ну…
- В общем, сейчас стараюсь установить доверительные отношения с несколькими работниками, которые могут иметь отношение по существу дела. Определен круг лиц, которых необходимо взять в проработку и установить…
- Ты чего Владимир Иванович? – сказал Петр Петрович, недовольно ухмыльнувшись. – Ты что пресс-секретарь следственного комитета? Заканчивай мне тут казенные фразы читать. Что по Дубенскому?
- Дубенский вынес на совет директоров проект предложения по открытию нового филиала в Москве. Структура и зона ответственности пока не определены. Есть у него такой фаворит Герман Зимин, - Завьялов произнес имя последнего с нескрываемым недовольством, - так вот он его туда прочит руководителем. Скорее всего, филиал будет иметь обособленный документооборот и тогда, конечно, мне трудно будет иметь полный контроль по коммерческим договорам. «Безопасник» там не предполагается, а главный юрист банка Розенберг этого Зимина близкий друг и …
- И сам ты ничего знать не будешь и стучать некому. Так? – нахмурился Петр Петрович. – Я правильно понимаю?
- Никак нет. Есть кандидат. Новая сотрудница. Сейчас оформляется. Я все кадровые перестановки отслеживаю, кадры подо мной плотно сидят, - Завьялов намеренно скрыл, что Полина кандидат Дубенского. - Полина Гончарова, сторонний кандидат. Намереваюсь ее проработать.
- Это хорошо, - ехидно улыбаясь, заметил Петр Петрович. – Вот тут у меня, кстати, своя аналитика из других источников. Это, конечно, не папка как у тебя, - Петр Петрович достал из кармана пиджака листок бумаги. – Вот здесь все твои нововведения по пропускам, парковкам, обновление правил ГО и ЧС и организация мест для курения, организация зоны стоянки автомобилей на случай ЧС …. на вот взгляни.
Владимир Иванович бегло прочитал все свои «подвиги» в банке отчего немного покраснел и почувствовал резкую головную боль.
- Петр Петрович, я …
- Хватит, - Петр Петрович ударил по столу. – Я смотрю ты уже, вон, костюмчик себе с ботинками новый купил в ЦУМе. Зарплата у тебя за миллион перевалила. Ездишь на представительском классе, так глядишь, завтра бабу себе заведешь? Ты думаешь, что за твоими выкрутасами никто не следит? Или ты считаешь, что офицер ФСБ глупее офицера МВД?
- Петр Петрович, я… нет, совсем не считаю, - боль отдавалась в висках страшными волнами, - Делаю, что могу. Ну, я ведь ей Богу не шпион какой-нибудь.
- Я потому тебя и вытащил из задницы, что тебя полковника с окраины никто не знает, а шпионов у меня и без тебя достаточно. Ладно, - Петр Петрович повернулся в сторону официанта, - поменьше бестолковой активности. Прорабатывай эту…
- Полину?
- Да, и смотри, если провороним кредит – сядешь. - Петр Петрович пристально посмотрел на Завьялова. – Закроем Дубенского и всех, кто с ним связан - будет и на твоей улице праздник.
- Так точно, - дрожащим голосом произнес Завьялов. – Разрешите идти?
- Подожди. Вот тебе информация для работы, - Петр Петрович выпил кофе. – Дубенский месяц назад приобрел дом в Испании и выставил свой под Москвой на продажу. Все говорит о том, что собирается валить и выжидает последнюю «сделку». По моим данным будет у него человек из региона. Кто и откуда – не знаю. Ты контролируешь входящих в банк?
- Да, сотрудники по своим картам, а остальные, кто на встречи по гостевым. Гостевая карта выдается по паспорту. Я заставил делать копии и хранить. Это, не очень законно, но у меня там свой человечек, - рапортовал Завьялов.
- Узнай, кто за текущий месяц приезжал из регионов, хотя вряд ли они встречались в офисе, но все же посмотри. Региональных людей отдашь моим. Скорее всего пустой труд, но давай посмотрим.
- А как я определю из региона человек или нет?
- Как хочешь. Копируй прописку. Я что ли должен за тебя думать? – раздраженно произнес Петр Петрович, - данные по людям отдашь моим, они сами «пробьют».
- Есть, - Завьялов задумался. - Они еще для встреч в специальной программе бронируют переговорные комнаты. Можно попробовать оттуда вытащить что-нибудь.
- Попробуй… хотя это очень открыто, - Петр Петрович имел самый задумчивый вид. – Пробуй все. Тебя туда затем и посадили. Проверь корпоративный транспорт. Может какой-нибудь водитель в путевом листе отметил поездки Дубенского в рабочее время. Посмотри все маршруты кроме дома. Проверь адреса, кафе, рестораны, может что-нибудь всплывет и, давай-ка, включайся. Что я тебе объясняю элементарные вещи? Я что ли оперативной работой занимался?
- Сделаю, Петр Петрович!
- И не светись особо. То, что ты там правил нагородил бестолковых это может и к лучшему. Пусть они теперь думают, что ты типичный служивый из МВД и дальше идиотских процедур не зайдешь, - Петр Петрович, видя несколько оскорбленный вид Завьялова, - Ты обиделся, что ли?
- Петр Петрович, у них там куда ни ткни везде бардак.
- Вот и борись с бардаком и с Дубенским держись ровно, - после этих слов Завьялов отчетливо почувствовал давление. – С ним не конфликтуй.
- Понял.
- У тебя там есть кто из исполнителей.
- Да, Петр Петрович.
- Кто?
- Прудников Олег Дмитриевич.
- Кто такой?
- Мой бывший следак. Следак от Бога.
- Сколько лет?
- Пятьдесят восемь. На три года старше меня.
- Вот пусть твой Прудников и возится с этими задачами. Ты сиди и внимания Дубенского не привлекай, а лучше подружись с ним. Пригодится.
- Хорошо, - чуть дыша ответил Завьялов
- Напоминаю вводные еще раз. Человек из региона – представляет интересы группы лиц, связанной с людьми аппарата главы региона. Дубенский точка входа. Временные рамки – месяц. Твоя задача только определить человека, который обратится за кредитом.
- Принято.
- Действуй и, подумай, как стукачка внедрить в филиал. Это важно.
Завьялов покинул ресторан в подавленном настроении. Петр Петрович оказался прав: создание отдельного филиала действительно затрудняло одновременное наблюдение за Германом и Дубенским. Стало ясно, что искать информатора нужно среди ближайшего окружения Германа и такой человек должен был испытывать к нему личную неприязнь.
Решение поставленной Петром Петровичем задачи казалось Завьялову невыполнимым в столь короткий срок, если бы не удивительная случайность, которая произошла через несколько дней.

Продолжение следует...