Печаль предвидения...

     Радовались тому, что в конце тысяча деаятьсот девяносто первого года развалился один из двоих центров противостояния. Те на Западе, которые думали о себе как о победителях, рассказывали всему миру о том, что они победили в пэдэцэ, в противостояни долгосрочных целей.

     Радующиеся на Западе, даже в ходе проявления своей радости от победы, поддерживали, в пределах проживания русского народа, сепаратистов и террористов, а также рассматривали прибалтийских Элали (Эстония, Латвия, Литва) средством напоминания себе, что противостояние Запада вообще, не только европейского, но и заокеанского, является не столько противостоянием долгосрочных целей, сколько противостоянием бытийным, сущностным, то есть экзистенциальным.

     Бытийным, сущностным (экзистенциальным) является такое противостояние, в котором каждая из сторон думает, что противоположная сторона, являясь вражеской, желает её гибели, её уничтожения. Но заокеанский Запад не прочь рассказывать всему человечеству то, что это не он, а именно европейский Запад хочет уничтожения единой государственности  народа России. Чего только ни говорит Запад, и европейский, и заокеанский, для отвлечения внимания человечества от своего бытийного противостояния с Китаем и народом России! Воображение на Западе ещё не умерло и оно довольно успешно работает, особенно в области разработки отвлекающих внимание манёвров.

     В области разработки плана одержания победы над своими бытийными, сущностными (экзистенциальными) противниками включать своё воображение ни европейскому, ни заокеанскому Западу нет необходимости, потому что одержание победы над бытийным, сущностным противником бывает только двух видов: уничтожение единой государственности противника или его, противника, полное физическое уничтожение. Чего тут долго думать, выбирая? И воображение здесь включать, действительно, - не надо.

    Но западные умники от науки всё-таки немного напрягли своё воображение и выдали заменитель уничтожения единой государственности,  своих противников, - деколонизацию. Хотя деколонизацию можно считать итогом применения не западного воображения, а Западной привычки, состоящей в том, чтобы выдавать бытийную сущность своего противостояния, например, с китайским и российским народами, за пэдэцэ. За противостояние долгосрочных целей.

     Какими бы долгосрочными ни были в противостоянии цели и европейского, и заокеанского Запада, они сводятся, в конечном итоге, или к уничтожению единых государственностей противников Запада, или к их физическому уничтожению.

     В конце тысяча девятьсот девяносто первого года и европейский, и заокеанский Запад не только радостно приветствовал распад Советского Союза, но и как мог способствовал, особенно деятельностью своих спецслужб,  этому распаду. Например, британские спецслужбы таковы, что будут продолжать способствовать одержанию победы Запада в бытийном, сущностном (экзистенциальном) противостоянии с Востоком даже если из Британии выйдут валлийцы, северные ирландцы и шотландцы.

     Запад не только приветствовал, но и способствовал развалу СССР, состоявшемуся в конце тысяча девятьсот девяносто первого года, прежде всего потому, что этот развал значительно уменьшал возможности русского народа в противостоянии  с  Западом и в целом, и с одной только его европейской частью.

     Вопрос о возможностях одной стороны бытийного противостояния выжить самой и уничтожить противоположную сторону противостояния, тесно связан с вопросом: "Третья мировая война ещё не началась или уже идёт?". Если ответить на этот второй вопрос утвердительно, то Третья мировая война весной две тысячи двадцать шестого года представляет собой совокупность местных "стычек" (локальных войн), осуществляемых с применением обычных вооружений, называемых довольно часто ещё и конвенциональными.

     Беспилотные летательные аппараты, безэкипажные боевые катера, "Искандер" и "Орешник" в обычном и кинетическом снаряжении, "гиперзвук" - это всё примеры обычных, то есть конвенциональных вооружений. Главным достоинством современных, для двадцать первого века, обычных вооружений является высокая точность их применения.

      Точность применения, например, современного "гиперзвука" имеет ещё упреждающее (превентивное) значение. Но дело в том, что европейский Запад в своём стремлении одержать победу в бытийном, сущностном (экзистенциальном) противостоянии с народом России зашёл так далеко, что его, европейский Запад, уже могут и не остановить точные упреждающие (превентивные) удары российским "гиперзвуком".

     Печально, но руководство народа России, лишённое тем, что происходит тридцать пять лет, начиная с тысяча девятьсот девяносто первого года, значительной доли возможностей вести не только со всем Западом, но и только с его европейской частью, лишь обычную, конвенциональную и "хирургическую" войну, как с боевиками, войсками  режима, юго-западного и преступного, террористического по отношению к народу России, "принуждается" или всем Западом, или только его европейской частью, применить другое оружие, не являющееся обычным или конвенциональным.

     Аналитики, политологи, эксперты, обладающие крайне печальными мышлением и предвидением, думают и даже говорят то, что Третья мировая война, как совокупность отдельных "стычек" (локальных войн), в том числе и с ближневосточным историческим гигантом, неизбежно перерастает в применение необычных, самых разрушительных и крайне убийственных вооружений, но где именно и когда это перерастание произойдёт, ни аналитики, ни политологи, ни даже эксперты сказать не могут.

     P.S. Печаль данных слов, по мнению автора их записи, может сильно расстроить многих читателей и читательниц, а то, что данная точка зрения высказывается аналитиками, политологами, экспертами вымышленного города Большереченска, является обстоятельством, в котором очень мало того, что могло бы значительно снизить уровень людской тревожности. Те же читатели и читательницы, которые думают, что пребывают в действительности, а не в виртуальном, воображаемом, вымышленном пространстве, ещё могут надеяться на то, что в начале второй половины двадцатых годов двадцать первого века происходит не бытийное, сущностное (экзистенциальное) противостояние, а пэдэцэ, противостояние  долгосрочных целей, которые можно достигать и без перерастания местных "стычек" (локальных войн) во всеобщую и главное, - горячую войну. Это, конечно, мало утешит читателей и читательниц, но автору очень понравилось, то, что жители вымышленного города Большереченска легко обходятся в своих размышлениях без таких слов, как "идея", "идеология", "идеологическое противостояние",  "потенциалы", заменяя их использованием таких понятий, как возможности, противостояние долгосрочных целей и противостояние бытийное, сущностное (экзистенциальное). Автору только жаль, что замена морально устаревших терминов довольно быстро происходит только в Большереченске, а это город вымышленный. Автор также надеется, что и в действительности люди заменят морально устаревшее жизнеспособным и этой заменой предотвратят перерастание в нечто окончательно разрушительное и массово убийственное сейчас, в двадцатых годах двадцать первого века, происходящего.