Витки одной спирали 22

ДЖЕЙМС
Наутро я проснулся до будильника - резко, как от толчка. Сразу вспомнилось всё вчерашнее: и пациент Грега, и заседание комиссии, и Рэйчел с её беременностью и опухолью в груди.
Лав ещё спала, но мне надо было вставать. Возраст, понимаете ли, «джи-эйч» там или не «джи-эйч», а простата уже не та. И я выбрался из постели - аккуратно, чтобы не разбудить... кто она мне? Жена? Любимая? Любимая жена? Клятв у алтаря мы не давали – Хаус запретил. Сначала спросил насмешливо, склонив голову по-собачьи к плечу, не надоело ли мне наступать на одни и те же грабли, а потом – уже совершенно серьёзно:
- Уилсон, не делай этого! Я знаю, ты меня не слушаешь, всегда поступаешь по-своему. Из-за каждой ерунды приходится тебе руки выкручивать, но на этот раз измени ослиному упрямству и послушайся. Лав – разумная женщина, она тебе то же самое скажет. Не испорть момент, сечёшь? Я ведь знаю, почему ты тогда разнёс витрину бутылкой. Это твой девиз, которому ты никогда не следуешь: не испорть момент.
И то ли потому, что он употребил наше давно забытое «сечёшь», зацепив во мне какую-то сентиментальную струну, то ли из-за воспоминания о разбитой витрине, и моего понимания справедливости его понимания, то ли я с возрастом поумнел, но на этот раз – в виде исключения – я его совету внял и уже назначенное было бракосочетание отменил. Боялся сказать об этом Лав, боялся обидеть, боялся, что не поймёт. А она выдохнула:
- Ну, слава Богу, а то я сама хотела тебе об этом сказать, да боялась, что ты обидишься. К чёрту церемонии – давай я просто перееду к тебе, а моя квартира подождёт Грега с Рики.
Рики - Эрика Чейз. У меня, правда, не было уверенности, что эти двое непременно соединятся когда-нибудь, но Лав в таких вещах можно было верить, она прогнозировала всё, касаемое отношений, с точностью процентов восемьдесят пять.
В общем, я выбрался из постели аккуратно, чтобы её не потревожить, дотянулся до как попало брошенных костылей – предусмотрительно обмотанных, чтобы не стучали, моими старыми носками. Но они всё равно стучали по старому моему расхлябанному паркету, хоть и тихо. Была у меня, к слову,  когда-то мысль разложить на полу старомодный турецкий ковёр или хоть медвежью шкуру. Но в жилище одноногого такая роскошь, по словам Хауса, орудие самоубийства. А мнению Хауса в чём-в чём, а в этом можно доверять. Да и неэкологично
На часы я не посмотрел, и хотя было уже светло, но так необыкновенно тихо, что с настоящим утром не спутаешь - ни звука проезжающей машины, ни человеческого голоса, ни хлопка дверей. Правда, какие-то птички за окном щебетали, но я в них не разбираюсь, и во сколько заведены будильники у них, понятия не имею.
В одной футболке, длинных спортивных трусах и босиком я стал пробираться, стараясь не стучать костылями, в нужном направлении. Мимо комнаты, в которой обычно спал Грег, но сегодня - Хаус. И поравнявшись с ней, замер от неожиданности: сквозь полузакрытую дверь я увидел, что Хаус, полностью одетый, стоит у окна и смотрит туда, где в чахлом палисаднике кое-как существуют мои розы и пышно разрослись георгины Лав.
На первый взгляд ничего такого: ну, проснулся человек, стоит - смотрит в окно. Но я знаю Хауса много лет, и знаю, в частности, что он - злокачественная сова, и без будильника в такую рань его не поднять, а мы с вечера ещё и довольно крепко приложились к виски.
И тут он, не оборачиваясь, сказал мне:
- Не крадись - я не сплю.
Красться я перестал, но вопрос требовал выяснения, правда отсроченного - помним про простату. Так что я сначала добрался-таки до конечного пункта, где сделал всё, что собирался, но потом вернулся не к себе, а к Хаусу.
- Ты вообще-то спал?
Я подумал, что он из-за Рейчел, что беспокойство не даёт ему спать.
- Спал, - откликнулся он и, не дожидаясь лишних расспросов сам признался, но так, что это прозвучало не оправданием раннего пробуждения, а, скорее, погребальным колоколом:
- Нога болела.
Этого я не ждал и переспросил поэтому малость олигофренически и сипловато:
- Какая нога?
- Твоя! - немедленно окрысился он. - Левая. Та, которую отрезали!
- Не злись, - попросил я, помолчав. - Глупо спросил, да. Но я… я просто растерялся. Я же думал, она у тебя больше уже никогда...
Он криво усмехнулся:
- Да я тоже думал, что уже никогда.
Тут уж я взял себя в руки и "включил"доктора:
- Сильно? Сколько времени болела?
- Слабее, чем прежде. С час. Внезапно вступило, внезапно отпустило…
- И здорово напугало… - это я пробормотал, как бы сам себе. Но он отозвался:
- А ты думал?
- Психосоматика, - выдал я уверенно своё заключение. - Это потому что всё с Рэйчел навалилось на тебя, вот мозг и вспомнил привычную порочную связь.
- Лекцию мне читать решил с утра пораньше?
- Как будто я в этом виноват…, - проворчал я, а внутри продолжал разгораться огонёк подступающей паники: неужели всё снова, неужели эта гадина, его боль, преодолела всё – «джи-эйч», блокаду, клиническую смерть - две клинические смерти подряд - и снова собрала рассыпавшиеся кубики, чтобы мучить моего друга до конца его дней. Ах, стерва!
И если мне сейчас так нехорошо и муторно, то как, должно быть, кисло самому Хаусу. Ну, а что я могу поделать?
- Всё равно уже надо вставать, - проговорил я, глядя мимо него в окно. – Пойду кофе сварю… Может, боль не вернётся больше – с чего ты взял, что это обязательно регресс? Случайность. Может, спал неудобно, передавил там что-нибудь, ты же ноги плохо чувствуешь, тем более, что мы вчера малость того… перебрали.
- Вари, - разрешил он, голосом таким убитым, что мне сделалось совсем нехорошо – отвратительная смесь жалости и страха, от которых Хауса, если он почувствует, пожалуй, стошнит прямо на пол. Так что я побыстрее рванул на кухню, пока он не почувствовал, и занялся кофе обстоятельно, как самопровозглашённый бариста. И вслед, в затылок мне, донеслось:
- Не говори никому.
А я уже прикидывал в уме, какие можно составить относительно безопасные анальгезирующие коктейли, чтобы удержать его боль от эскалации, чтобы не вернулось всё на прежние круги, и чтобы с болью не вернулась его зависимость. Было несколько соображений – я ведь тоже все эти годы не в носу ковырял: что-то читал, что-то сам придумывал, у меня даже статьи были о взаимодействии анальгетиков и миорелаксантов. Но только Хаус – это Хаус, такого «послушного» или, как сейчас говорят, комплаентного пациента не дай Бог никому.
Но к тому моменту, как я включил мельничку, основная часть паники уже улеглась, и кофе я готовил более-менее спокойно. А с кофе иначе и нельзя – бурда получится. Хаус появился в кухне минут через пять, не то, чтобы хромая, но двигаясь своей деревянной киберпоходкой – слава Богу, всё-таки привычной. Что-то, кстати, я завспоминался об имени Божьем в это утро. Всуе, притом.
А Хаус оседлал табуретку и начал подкалывать насчёт того, как я управляюсь с костылями под мышками – мол, не было ли у меня в роду жонглёров, и чтобы я взял с них, с костылей, пример и хоть носок надел, а лучше и штаны, не то созерцание моей одинокой босой лапы и болтающейся культи  его эстетически ранит.
- Ничего, - отозвался я. – Потерпишь, эстет! – и махнул культёй в его сторону, словно мяч пнул. – Мне в протезе ещё весь день скакать.
- Ладно, не отвлекайся, а то забудешь корицу положить.
- Уже положил. Сливки надо?
- Да садись ты, успокойся уже, хозяюшка.
Ну, я и сел. И заверещали в два голоса не выключенный мною будильник в спальне и другой, в гостиной. Потому что на работу надо и Грегу, и Лав. Ну, и чтобы уж трио было полным, взорвался громким назойливым рингтоном телефон Хауса. Я все его мелодии знаю на память, так что опознал безошибочно: Кадди.
Что она там говорила, мне слышно не было. Уже то хорошо, что он не стал сбрасывать, а ответил:
- У Уилсона… Трезвый… Приду…Знаю… Знаю… Не знаю.
В общем, очень содержательно. Я даже хотел эту содержательность прокомментировать, но в кухню вошла Лав и сразу стала готовить сэндвичи, чтобы мы «не нажили по роскошной язве, снимая похмелье гольным кофе». Но посматривала она на Хауса с лёгкой тревогой – чуткая, как электронный барометр. На него с тревогой, на меня вопросительно, а я двигал бровями и молчал – обещал же.
Сэндвичи она подогрела, выложила на тарелку и пошла будить Грега, который на будильник особенного внимания не обратил.