Вечерний comfort cooking

В среду в девятом часу вечера я решила испечь к завтраку запеканку. Две пачки творога, четыре желтка, две ложки сахара, немного ванили, две ложки муки с горкой, изюм, если ты любишь изюм. Перемешиваем. Я делаю это вилкой, немного перетирая творог в процессе. Если хочется, чтобы запеканка была по консистенции как чизкейк, рекомендуют пробить творог блендером, но у меня нет блендера. В Минске был, а в Лондоне нет, зато есть миксер. Для запеканки яичные белки нужно взбить с сахаром и щепоткой соли до мягких пиков. Одна минута и готово. Дочка чистит зубы и что-то поёт. Я беру силиконовую лопатку и аккуратно выкладываю белки в творожную смесь. Нужно выкладывать частями, но я задумалась и выложила всё сразу. Белки похожи на пену, на сугробы из детских книжек, на безе. Дальше перемешивать нужно осторожно всё той же силиконовой лопаткой, без резких движений, чтобы не разрушить структуру белка. Что это значит, я не имею понятия, и решила, что знать не хочу. Структура белка очень хрупкая — это всё, что мне известно. Моя задача: приготовить пышную запеканку, а не сдать экзамен по химии.

(Примечание от Оли.

Во время взбивания белок образует эластичную сетку, которая удерживает пузырьки воздуха. Перемешивать нужно осторожно, чтобы не разрушить эту сетку и не выпустить воздух. Нет необходимости вымешивать тесто до полной однородности — допустимо оставить мраморную сетку из белых «прожилок» белка. В общем, чем меньше вымешиваешь, тем пышнее будет запеканка. В духовке пузырьки воздуха расширяются — магия! — творожная масса поднимается и получается воздушная, нежная текстура.)

Оля сould be pretty annoying. Стеклянную форму для запекания я смазала кусочком сливочного масла, выложила тесто и поставила на 45 минут в разогретую духовку. Пришло время навести порядок на кухне.

Дочка притихла. Сейчас она читает вторую часть фантастической трилогии Филипа Пулмана «His Dark Materials» (Тёмные начала). Трилогия занимает третье место в списке 200 лучших книг по версии BBC. Первую часть мы купили в благотворительном магазине, и она её быстро проглотила. Вторую я взяла в среду в библиотеке. В перерыве между книгами дочка прочитала «Dark Lord: The Teenage Years» Джейми Томпсона. В читательском дневнике напротив названия этой книги она написала: «Quite an easy read. It’s nice sometimes to have a break from hard stuff» (Довольно лёгкое чтение. Иногда приятно отдохнуть от сложных вещей). Согласна, доча.

Я каждый вечер перед сном читаю по одной главе из «Ходжи Насреддина» Соловьёва — это мой способ отдохнуть от сложных вещей. Сейчас перечитываю «Очарованного странника», и эта часть, по сравнению с первой, ощущается как более зрелая, менее дерзкая, но не менее жизнеутверждающая. Соловьёв писал её из ссылки, куда его отправили за «антисоветскую агитацию и террористические высказывания». Ха-ха, время идёт — мало что меняется. Позже писатель скажет, что в ссылке ему не было плохо, потому что внутри себя он не был в заточении. Знаю, нужно отделять автора (пьянство, измены, два тяжёлых развода) от его творчества, но творчество — это часть автора, поэтому я всё равно не понимаю, откуда в Соловьёве было столько добра, остроумия, веры, жизнелюбия? Будто в горах Коканда он нашёл источник вечного воодушевления и надежды.

(Примечание от Оли.

Я читала, что это может быть связано с микробиомом и тем, какие бактерии населяют твой кишечник. Соловьёв долго путешествовал по Туркестану и изучал среднеазиатский фольклор. Уверена, он пил много айрана и кумыса, но это неточно. Плюс, разумеется, на ощущение мира влияет гормональный фон, а ещё, возможно, мама с папой его любили, хотя это тоже неточно.)

Оля пытается всё объяснить, потому что ей хотелось бы знать способ сохранять вечное воодушевление. Однако, как сказала одна знакомая шестилетка, «ни один взрослый не знает ответов на все вопросы, даже Оля». True that. Я же просто рада, что у меня на полу возле кровати лежит дилогия Соловьёва, от которой я могу напитаться его жизнелюбием. Когда я читаю «Ходжу Насреддина», я чувствую, как моё сердце становится больше.

Слежу за запеканкой. Поднялась. Красивая. По дому распространился тёплый запах ванили, лучше любых аромасвечей. Иду укладывать дочку. Она уже сонная. Обнимается. От тебя так вкусно пахнет запеканкой, мама, я хочу тебя съесть. Скорей бы завтра. А у нас есть сметана? Да. Скорей бы завтра.

(Примечание от Оли.

Чтобы запеканка не опустилась и не потеряла пышность, не доставай её сразу: просто выключи духовку и приоткрой дверцу, чтобы масса остывала постепенно.)

Окей, это хорошее примечание. Спасибо, Оля. Пока запеканка отдыхала в тепле, я решила почитать новости. В комнате было темно, горела только настольная лампа. Я взяла плед, села в кресло по-турецки и положила ноутбук на колени. Через несколько минут вокруг меня начали появляться предметы и люди: золотой унитаз, Ермак, Эпштейн, Мерц, Мадуро, журналистка ABC News, замороженная жена какого-то китайца, круизный лайнер. В воздухе повисли слова и фразы: «26 погибших», «волатильность — дар верующим», «бессмертие через 6-7 лет» (six-seven), «Roblox». А что ещё? А что ещё? А ещё у меня с недавних пор появилась утятница, и, пожалуй, я завтра куплю целую курицу и запеку её с яблоками на ужин. А что ещё? А ещё мне нужно сходить в мастерскую и забрать часы, в которых мне меняли батарейку. Аналоговые часы, с настоящими стрелками. Тикают. А ещё нужно найти дочкину зимнюю шапку. А ещё у неё варежки порвались. А ещё математика. А что ещё? А ещё нужно в страховую написать. Бумажные полотенца закончились. Детская зубная паста закончилась. Салат у черепахи тоже закончился. Яиц и молока нет. А что ещё? А что ещё? А что ещё? Ладно, Оля, пора ложится спать. Что-то ещё точно было, но всё завтра, всё завтра. Сизифов труд. Сизиф счастлив.

Мне снился прилив, который был больше похож на цунами, но вода не была угрожающей, её просто было очень много. А потом случился резкий отлив, и там, где раньше было море, появилась зелёная поляна, а на ней стол, накрытый к чаепитию. Микротортики и расписные фарфоровые чашечки.

Утром было -1С. Сонная, босыми ногами по холодному полу. Доча, пора вставать. Ма-ма, я не хочу в школу. Я не хочу на кружок. Можно я не пойду? Тёплая запеканка со сметаной и мятным чаем на завтрак. Ма-ма, мне уже получше. А есть добавка?