Ромашки

"Ты похожа на гота." - язвительное замечание странного мужчины в супермаркете.

"Типа дединсайд, да?" - скалились одноклассники, тупо смеясь.

"Что, кто-то умер?" - улыбался отец.

И еще миллион похожих комментариев по поводу того, что Рита в очередной раз  решила на себя "напялить". В восьмом классе она, незаметно для самой себя, изменила стиль. Хотя точнее будет сказать, цветовую гамму. Теперь практически любой элемент её одежды был чёрный, не важно, выходила ли она куда-то, или сидела дома. Мать цокала, качала головой, отводя взгляд, и изредка вздыхала. Отец мог шуткануть за ужином, что это "возраст такой". Перебесится.

В день, когда Рита принесла со школы первый выговор от завуча, состоялся серьёзный разговор. Не то чтобы девочке не объясняли существование дисциплины или же она не слушалась просто из вредности. Она терпеть не могла белый цвет, и даже могла объяснить, почему. Но конструктивными её аргументы становились ровно в тот момент, когда она опускала голову на подушку и выключала свет, готовясь уснуть. Стоя же в гостиной перед недовольной матерью, держащей в руке телефон с гневным сообщением, Рита не могла связать и двух слов.

"Почему так сложно одеть обычную белую блузку?"

Ох, но блузка-то была не обычная, Рите было лучше знать. Блузка была даже не белая, она была странного, холодного сероватого оттенка, из грубой ткани, которая при малейшем намёке на пот липла к телу и желтела быстрее, чем ватка, опущенная в йод. Нет, можно же, конечно, надеть блузку, Рита и одевала её иногда. Чёрную, естественно. Чёрный давал комфорт и ощущение безопасноти. Словно маленькая персональная чёрная дыра, изгибающая пространство лишь для тебя одного. Чёрный успокаивал и «прятал» в себе. Чёрный гарантировал уверенность при участии в споре. Вряд ли Рите удалось бы отстоять своё заветное место на третьей парте первого ряда перед той компанией из пяти девочек, основным занятием которых были косметика, сплетни и фотки, если бы она была одета во что-то другое. Даже если бы это была та самая облегающая, словно невидимая, розовая кофточка, как у Леры. 

Лера.

Лера вот никогда не носила чёрное. Всё, что было у неё чёрного, это только её волосы, да и то, родные, которые были жестоко сожжены и убиты краской, превратившей их в желтовато-белый цвет. Опять не чисто-белый. Может поэтому Рита так сильно его не любит? Найти сейчас чистый белый цвет очень сложно. Изобилие оттенков, подтонов, и прочих характеристик пугает. Возьмешь в магазине белую кофту, а приходишь домой - она уже не белая, а молочная. Кинешь по ошибке белую футболку в машинку, не проверив при этом барабан, вытащишь через час — бам! - у тебя есть теперь серая футболка и виновник катастрофы — чёрный носок. Белую одежду носить опасно, ты не сможешь думать ни о чём другом, помимо того, как сохранить её чистоту. Неловкое движение — и белый пиджак испорчен кофейным пятном, которое если и отстирается, то после нескольких часов сидения над тазиком с моющим средством и горячей водой. Если бы какой белый и понравился Рите, так это чистый, без примесей и игр фантазии производителя, чистый, который нельзя испортить неудачной случайностью. Чистый белый цвет, словно лепестки ромашек.

Тех самых ромашек, которые протягивал ей Женя из 10 Б. Рита стояла перед ним, ошеломленная, строго по школьной форме. В старших классах приходилось себя приструнять, да и тот самый "возраст", о котором постоянно говорил её отец, наверное, прошёл. Хотя Рита всё еще отдавала предпочтение тёмным оттенкам. Паренёк почесал в затылке, взъерошивая волосы и неловко отводя взгляд, пока Рита медленно брала букет в руки, заворожённо рассматривая цветы.

- Я не знал, какие твои любимые, и решил, что возьму белые... - тут Женя, словно не закончив мысль, с большим энтузиазмом начал другую. - Я читал, что если поставить их в крашеную воду, они могут поменять цвет! Ха-ха, так что ты можешь сделать их такими, какими сама захочешь!

Рита улыбнулась и провела пальцем по белому лепестку. Тот слабо дрогнул, держась за яркую, жёлтую сердцевину. Она прикрыла глаза и вдохнула запах, напоминающий чай с мёдом.

- Пожалуй, оставлю их такими.

Нет, белый не плохой цвет.

Белым бывает только выпавший, еще не притоптанный людскими ногами снег. Молоко, которое дают выпить на ночь детям, чтобы им лучше спалось, тоже белое. И свадебное платье, в котором Рита вошла в ЗАГС через несколько лет, тоже было белым, несмотря на шутливые предложения отца сделать торжество в «вампирском» стиле. Белыми были голуби, выпущенные в небо из рук гостей, и лимузин, в котором молодожёны поехали в ресторан отмечать.

Немного прошло времени со дня свадьбы, когда Рита снова стояла в чёрном возле глубокой ямы в земле. Она не выделялась, ведь остальные люди тоже были в чёрном. Глаза Риты застилали слёзы, словно не решаясь сорваться и оставить на щеках соленые дорожки. Теперь отец не мог, как обычно, успокоить её какой-нибудь неуместной шуткой.

«Что, кто-то умер?»

Рита больше не любит чёрный.