Глава 3. Пустая комната

Замок поддался лишь после пятого удара. Мы ввалились внутрь почти одновременно — я, Артур Харпер и Бенджамин Парк. За нашими спинами уже толпились гости, но я резко вскинул руку:

— Стоп! Никому не входить!

Комната была совсем небольшой. Не больше нашей с Глорией кухни. Высокое трюмо на противоположной стене, справа шкаф для одежды, большой комод слева с массивным распятием на нем. Первое, что бросилось в глаза — свадебный букет на столике перед трюмо. Аккуратный, невинный, святой, как облатка, которую тебе на Рождество дает священник. Белые, чуть распустившиеся розы и гипсофилы. Казалось, его минуту назад небрежно отложили в сторону.

Элизабет в комнате, конечно, не оказалось.

Я вошел, внимательно осматриваясь. Воздух еще хранил сладковатый запах женских духов и еще чего-то... Но тогда я не понял, чего именно. В глубине комнаты я увидел приоткрытую дверь, ведущую в небольшой сад, который вплотную примыкал к густому, мокрому и не особо приветливому Forest Park. На самом пороге этой двери лежала фата. Белоснежная, длинная, слегка смятая, словно ее сорвали на бегу и бросили.

Первая мысль, которая пришла мне в голову, была простой, как удар под дых: «Сбежала».

Я прошел к двери, присел на корточки возле фаты, не прикасаясь к ней.

— Ну вот и все, — тихо пробормотал я себе под нос. — Красивая сказка закончилась еще до того, как началась.

За спиной слышался встревоженно-изумленный шепот гостей.

— Сиби! Девочка! — крикнул Артур, хотя было совершенно очевидно, что никто ему не ответит. — Милая, ты где?!

Бенджамин Парк стоял как вкопанный, лицо его стало цвета старой газетной бумаги.

— Она не могла… — начал он и замолчал, потому что уже и сам бы не поверил своим словам.

Она смогла...

Я выпрямился и повернулся. Голос вышел сухим, даже жестким:

— Пока все выглядит так, будто она просто вышла через эту дверь в сад и ушла. Букет на месте. Фата брошена. Никаких следов борьбы. Дверь в коридор заперта изнутри.

Артур резко развернулся ко мне. Его лицо налилось тяжелой, нездоровой кровью.

— Ты что несешь, Гэллоуэй?! — почти прорычал он. — Моя дочь не сбежала бы с собственной свадьбы! Она не какая-нибудь малолетняя истеричка! Это свадьба! Это ее свадьба! Она здесь!

— Артур, давай без истерик. — спокойно, но жестко ответил я. — Как ты уже заметил, Элизабет здесь нет. В коридор к тебе она не выходила. Дверь в сад открыта. Возможно она курит где-то за церковью или, того хуже, напивается. И явно не потому, что спешит на собственную свадьбу.

Я указал на фату.

— Она не могла сбежать! — выкрикнул Артур. Голос его дрожал от ярости и страха одновременно. — Ты ее совсем не знаешь! Сиби мечтала об этом дне два месяца!
Артур кинулся к открытой двери в сад, огляделся и снова стал звать дочь.

Бенджамин Парк, сам выглядел как сбежавший из дома мальчишка на перекрестке дорог, решая в какую сторону повернуть.

— Она бы не бросила меня. Не так. Не сегодня.

Остальные, кто толпился в дверях, загудели. Я слышал: «Невозможно», «Ну, а если...», «Сбежать с собственной свадьбы?!»

Я почувствовал, как внутри поднимается знакомая, тяжелая усталость. Двадцать лет в убойном отделе научили меня одной простой вещи: когда все вокруг начинают кричать «невозможно», обычно невозможное оказывается единственной правдой. Уж поверьте.

— Хорошо, — сказал я, уже не скрывая раздражения. — Давайте не будем гадать на кофейной гуще, а начнем действовать. Первое: Артур, просмотри список гостей и выясни, все ли они и их машины на месте. Второе: ты, Бенджамин, садись на телефон и начинай обзванивать всех ваших друзей, которые были приглашены, но не пришли. Говори спокойно, не рассказывай, что Элизабет... — я помялся, — исчезла. Просто поинтересуйся, почему они не доехали. А я с твоими друзьями осмотрю часовню. Может, она просто сейчас сидит в подсобке и рыдает. Короче, если она здесь, мы ее найдем. Если нет… тогда будем думать дальше. И думать уже серьезно.

Вернулся Артур. Таким растерянным я не видел его еще никогда.

— Ее нигде нет — пробормотал он.

— Артур, главное, что она есть. В этом я абсолютно уверен. Осталось лишь выяснить — где.

Бенджамин молча повернулся и первым вышел из комнаты. Его плечи были напряжены, как у человека, которому взвалили на спину мешок картофеля. Я осторожно переступил через фату, одиноко лежащую у двери, и вышел в сад. Оглянулся. Еще раз оглядел пустую комнату. Букет белых роз на столике теперь выглядел почти издевательски. А лес невдалеке стоял тихо, равнодушно, будто уже знал то, чего мы еще не могли знать. Смотрел на меня чернеющими глазницами своей глубины. Я поежился.

Предчувствие, которое мучило меня с самого утра, медленно поднималось из живота к горлу.

Это была не обычная свадьба.

И Элизабет Харпер никуда не сбегала.

***

Друзьям Бенджамина, Марку и Патрику, я сказал, чтобы вышли к саду через центральный вход. В комнате невесты и так немало наследили. Тем временем я огляделся. Садик был совсем крохотный, похожий скорее на большую, украшенную цветами беседку. Посреди ухоженных клумб и дорожек, вымощенных декоративным камнем, стояла скамейка, еще мокрая от дождя. По обе стороны сада ровной стеной — аккуратно постриженные кустарники самшита.

Я осмотрел скамейку. Капли дождя равномерно покрывали лакированные доски. «Значит на ней никто не сидел. По крайней мере сегодня» — отметил я.

Подбежали Марк и Патрик.

— Значит так, парни. Ты, Патрик, проверь все помещения часовни: туалет, ризницу, конфессионал, подсобки... Короче, все. Если найдешь хоть что-то, связанное с Элизабет, ничего не трогай и сразу зови меня. Ты понял, сынок?

Патрик с готовностью мотнул головой:

— Да, сэр!

— Ты, Марк, возьми ключи у отца Томаса и проверь все подвальные помещения, а я осмотрюсь здесь.

Я прошел за кустарниковую ограду. Буквально в паре метров от нее в стене часовни я обнаружил старый погрузочный люк для угля. Он был накрыт двумя металлическими створками, запертыми на увесистый навесной замок. Я присмотрелся к нему. Замок был не ржавым. Им явно кто-то пользовался не так давно. «Хм, значит, часовню все еще отапливают углем» — заключил я.

Мои размышления прервал Артур. Он еще издалека затараторил:

— Джимми, я проверил всех. Все машины и гости на месте. Бенджамин сказал мне, что не пришли только двое: Рик Лэнгли и Пол Мэдисон. Один лежит с простудой, а другой просто надрался вчера в «Old Oak Tavern».

— Отлично, Артур! Это мы легко проверим.

Я с трудом встал с корточек. Помассировал ноющую спину. Туфли давили так, словно меня пытали в казематах инквизиции.

— Попроси, пожалуйста, гостей пока не расходиться. Кстати, а где эти два парня, которые работали с нами сегодня утром?

— Не знаю. Я их не видел после начала церемонии, — озадаченно ответил Артур.

— Так найди их! — сказал я таким тоном, словно это не я двадцать лет проработал его подчиненным, а — он.

— Думаешь, это кто-то из них? — вытирая со лба пот, спросил Артур.

— Пока рано что-либо думать. Ты же профессионал, Артур. Сейчас главное — улики. А они могут быть связаны с кем угодно.

В глазах бывшего шерифа я увидел все чувства старика, который в мгновение ока вдруг оказался у разбитого корыта.

Надежды людей рушатся так мгновенно! Ты готовишься к новому статусу, и, кажется, судьба на твоей стороне. Но наступает новый день, и все летит в тартарары. А ведь мир полон незнакомцев. Да и сам ты никогда не знаешь, к каким катастрофическим последствиям могут привести твои же слова и действия. В этом мире нет смысла что-либо планировать, на что-либо надеяться. Сотни тысяч поколений уже подтвердили этот неутешительный факт. Но из года в год мы упорно верим.

Я подошел к Артуру, положил руку на его плечо.

— Мы найдем ее. Я обещаю.

Я обещал, хотя совсем не был уверен, что это обещание возможно выполнить. По крайней мере — в ближайшие двадцать четыре часа.

Обошел церковь. С другой стороны, в четверти мили от нее, стоял с виду заброшенный домик. Подошел, заглянул в окно. Окликнул хозяина. Никто не отозвался. Дернул входную дверь. Она была заперта.

Я вернулся к церкви, прошел в неф. Атмосфера, я вам скажу, была там не особо праздничной. Первым делом подошел к Артуру.

— Ты ведь был последним, кто видел Элизабет?

Артур как-то странно глянул на меня.

— Да. А что ты хочешь этим сказать?

— Ну уж точно не то, что ты выкрал собственную дочь с ее же свадьбы. — умиротворяюще, похлопывая его по плечу, ответил я. — Просто, ты был единственным в коридоре возле комнаты, где была Элизабет. Ведь все гости уже были в нефе.

— Все верно, Джимми. Я был один. Но то, что Сиби в этой комнате мне сообщила Сара...

— Сара? — нетерпеливо перебил я. — Какая Сара?

— Дружка Сиби. Да вот же она!

Артур показал пальцем на девушку в ярко-алом платье, о чем-то эмоционально перешептывающейся с группкой девушек у самого алтаря.

Сара немногое мне смогла сообщить. Лишь то, что за минут десять до начала церемонии Элизабет шепнула ей, что хочет «припудрить носик» и зашла в комнату невест. Я спросил видела ли она своими глазами как Элизабет зашла туда. Сара ответила, что да. Тогда я спросил, не заходил ли еще кто-то с ней в ту комнату. Она, минуту поколебавшись, сказала, что нет. Но вдруг вспомнила, что в коридоре еще был фотограф, специально нанятый Артуром.

Фотограф подтвердил, что был в этот момент поблизости от комнаты невест и сделал несколько снимков. По его словам, Элизабет еще немного попозировала ему перед тем как скрыться за дверью комнаты. Артур так же заверил, что когда вошел в коридор, то там никого не было.

Ясности делу все эти сведенья не додали. Я уже понимал, что гостей нужно отпускать. А также то, что заявление сегодня полиция не примет. Я бы сам не принял. Подумаешь делов-то, невеста сбежала. А выглядело все именно так. Кроме того, мне хотелось, чтобы на месте преступления, если это действительно место преступления, в ближайшие три дня ошивалось как можно меньше народа.

— Артур, отпусти гостей. — устало садясь на скамью и снимая туфли, сказал я. — А потом потолкуем. Да! И Кэтрин пусть едет домой. Может быть Элизабет уже давно у камина сушит свои свадебные туфли.