Осознанность и медитация в 20-ти стихах

1. О ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ

....................Жить надо ради того, за что можно умереть (Философ Иван Ильин)

«Чего ради коптить это небо, скажи?» -
Думал я сиротливо и долго.
Я разглядывал время, сдвигал рубежи,
Я разыскивал в стоге иголку.

Это ж надо идти сквозь туман и грозу
И заботами сеять недели!
Вышибать из себя то искру, то слезу,
И вытягивать груз еле-еле.

И когда-то не встать, и когда-то не смочь,
В поворот не вписаться однажды,
Уберечься не в силах от всяческих порч,
Утонуть словно парус бумажный.

И в пространстве звучит неудобный вопрос,
И мембрана дрожит в каждой клетке:
Если ты часовой, покидающий пост,
То чего охранял ты, ответь-ка?

Может ты проглядел, может ты проморгал
То зачем был отправлен на Землю?
И тебя не дождался твой преданный зал,
Ты не спел, зову сердца не внемля.

На презренный металл променял этот зов,
Разбазарил года на пустое.
Нет на свете тобой возведенных мостов,
Нет садов, разведенных тобою.

Нет стихов, что подслушаны в танце листвы,
Осчастливленной женщины нету,
Ни одной нет тобой обогретой судьбы
И раскрытого настежь секрета.

Так, о чем разговор? О предательстве речь?
О маршруте? О сбое в программе?
И лежит без движения верный твой меч,
И травой заросло поле брани.

Только там в глубине неуёмной души
Нет прощенья забывшим святое!
И зовет тебя день к покоренью вершин,
Ночь глухая лишает покоя.

Ты пока ещё здесь, светит луч золотой,
И планета гудит словно улей,
Все открыты пути, но бывает порой
Встать с дивана трудней, чем под пули.

2. ПО ЛЕЗИВИЮ НОЖА

...............«Жизнь — это сейчас. В этом моменте нет ничего, чего бы не было».
Экхарт Толле


Мне кажется, что жизнь – усталость
Посеребренного окна,
Гляжусь в узоры…
Что-то стало
Со всеми нами, а пока

Бессменно наше становленье -
Не есть – становимся! -
Паренье,
Неспешный танец лепестка
В потоке звездного свеченья.

От пункта А до пункта Б,
А там...
Доверимся судьбе.
А как иначе?
Ныть в подушку?
Кричать в окно: «Мы не игрушки

В руках богов или судьбы!»
И на себе носить горбы
Нытья и самопотаканья?
Иль без конца дразнить желанья –

Хотеть круиза, места, тела?
Манипулируя умело,
Кого-то где-то подсидеть
И незаметно поседеть?

Или, доверившись потоку
(Пускай несет тебя далеко!) -
Всё грезить про туманный рай,
Что, наконец, наступит край

И всё – мечты, идеи, лица
С тобой исчезнут без следа?

Всё будет после –
Поезда
Стучат
И мне опять не спится.

Я погружаюсь в мир,
В мгновенье -

Я слышу
Каждое
Движенье
И каждый
Шорох
За окном,
Дыханье
Ровное
Твоё,
Далекий
Говор
За калиткой -

Еще, еще одно попытка,
Чуть замирая и дрожа,
Скользить по лезвию ножа!

3.ПОМНИТЬ СЕБЯ
..............."Помни себя всегда и везде!", - Георгий Гурджиев

Учусь быть
Каждой секундой в явь впаянным.
Внедряюсь в быт,
Подметаю свои окраины.

Собираю куски
Свидетельств, впопыхах увиденного.
Поливаю ростки
Того, что не стоит яйца выеденного.

Не стоит плевка,
Шелухи в урну брошенной.
Жест рука
Делает непрошеный.

Подмечаю, вижу -
Пусть так, обуздаю непокорную.
Ближе, ближе
Приближаюсь к истоку благородному.

Медленно ем,
И вкус сочней звучит симфонией.
Временами нем,
Временами творю беззаконие.

Как краток не сон,
Я исчезаю вновь в туманностях.
Пуст трон,
Каждый паж сам по себе на радостях.

Собираю в пучок
Воль моих бег разнузданный.
И весь то расчет -
Самому себе стать узнанным.

Ума палата,
Мыслей тьма бездонная.
На потерянное когда-то
Чувство «я есть» имею право вполне законное!

Вот и сейчас пишу
Пропавший, в письменах исчезнувший.
Лишь белый шум,
Все окна плотно занавешены.

Я выучу наизусть,
Как поле солнышком обласкано.
Я обязательно вернусь -
Хочется, хочется неба ясного!

Помнить себя,
Все воли заменить одною б волею.
Как свет, как заря
Самому себе быть позволю я!

Всё чаще, чаще,
Как из зеркала треснувшего,
Из пропащих
Возвращаюсь в воскреснувшие…

4.ТАНЕЦ

............Странные, не быть упорствуем.
М.Цветаева, Поэма горы.

Танцор исчез - остался танец,
И маленькое счастье «быть».
Не думая о том, что станет,
Что можно что-то изменить,

Сметешь оковы, цепи скинешь
Идей и догм - музейный хлам.
Все в прошлом, есть одно лишь ныне,
Сейчас, сей миг дарован нам!

Дарован! Но подарок в спешке
Мы принимаем за тряпьё.
Я каюсь, каюсь, каюсь грешен!
Прошу прощение Твоё.

Не видел дар, туман пред взором,
А суть - блуждание ума!
И отблески манящих скоро,
И призраки, которых тьма.

И я - не я, но кто? – не знаю!
Сундук, набитый барахлом:
Вчерашних снов вуаль густая,
Фантазий бесполезных ком,

Чужих идей и мнений света,
Кишмиш с каналов новостей,
Цитат обрывки из газеты,
И вздор сороки на хвосте.

Прокручиваю план на вечер,
С женой веду горячий спор,
Звучат там пламенные речи,
И аргументы в разговор.

Визжащий хор сумбурных мыслей
И слов, рожденных невпопад -
Безумный мир тревог и чисел,
А голос истины так слаб!

И словно бы на дне колодца,
Там, где кончаются пути,
Мой голос слабо раздается,
Что в грохоте витрин так тих.

Мой! Понимаете, мой голос!
Заткнуть весь хор, и в тишине
Услышать шелестящий колос,
Поймать мурашку на спине.

И уловить свой нежный танец,
И в такт вселенной сделать па!
Пусть солнечный протуберанец
Подарит всем чуть-чуть тепла!

5.БЕРЕЖНО

Я бережно смотрю на сад,
Я прикасаюсь к веткам бережно,
Чтоб не поранить взглядом взгляд,
Не поцарапать кожу нежную.

Я с осторожностью несу
Свою ладонь, как чашу полную.
Дрожат листочки на весу,
Соцветья наклонили головы.

Я все внимание своё
Вместить попробую в касание,
Чтоб ветки каждой бытиё
Не испоганить невниманием,

Чтобы небрежностью своей
Не нанести им рану страшную,
Чтобы поэзия грачей
Секунду здесь звучала каждую.

Я аккуратно кисть беру,
Макаю в мел белее облака,
И мажу хрупкую кору
И вдоль, и поперек, и волоком.

Чтобы по веткам сок бурлил,
Чтобы плоды краснели радужно,
Чтоб до скончания Земли
Звучал мотив светло и радостно!

6.ТВОИМИ ГЛАЗАМИ НА МИР СМОТРИТ БОГ

Твоими глазами на мир смотрит Бог,
И Бог слышит мир твоими ушами,
И кожей твоею Он чувствует боль,
И трогает волосы тоже твоими губами.

Но ты что-то вносишь в касание волос,
Чего вовсе нету в этом касании.
И Божье в тебе превращается в воск,
И медленно капает в тусклом мерцании.

Оно превращается в «дай» и «хочу»,
Оно ускользает в ненужные вещи.
А Тот, Кто зажег когда-то свечу,
Идет зажигать незажженные свечи.

Но что остается, когда исчезают слова?
Когда только звуки и запахи, прикосновения?
И волосы пахнут загадкой, и слышен едва
Забытий мотив, что колдует нам ветер осенний.

7.ПРИХОДЯТ МЫСЛИ, УХОДЯТ МЫСЛИ

Приходят мысли, уходят мысли,
Как шепот ветра, как моря брызги.
Совсем без спроса, бесцеремонно,
Они шумны, неугомонны.
 
А я за ними лишь наблюдаю,
Как бы случайно, немного с краю,
Как будто сбоку, прохожий просто,
А гости входят в мой дом без спроса.
 
Без остановки, совсем без стука,
И бродят, бродят, шумят без звука.
И каждый гость, не умолкая,
Особой важной себя считает.
 
А я тихонько стою в сторонке,
Слежу спокойно за этой гонкой.
И взгляд мой ясный - свидетель споров,
Лишь наблюдает их разговоры.
 
Но вот смолкают все их бравады,
И утихают под этим взглядом.
Им неуютно, им непривычно,
А так хотелось им, как обычно,
 
Мой глаз замылить, мой ум запутать,
Что было ясным, то сделать мутным,
Навеять страхи, обиды вспомнить,
И раздраженьем меня заполнить.
 
И заморочить, как было раньше.
Я ж наблюдаю, что будет дальше.
Дыханье тихо бежит сквозь ноздри.
А мысли снова мне строят козни,
 
Но я лишь зритель, я неподкупен -
Что было мудрым сегодня глупо.
Я просто зорко смотрю на мысли,
И те бессильно плетьми повисли.

Потом затихли, потом исчезли,
И свежесть утра звучит оркестром.
Снаружи бури, снаружи вихри,
А в доме ясно, а в доме тихо.

8.О СНАХ И ЛЮДЯХ

Бессмысленные люди в бессмысленной вселенной
Бессмысленно лопочут каждый о своем
Безропотно ложатся в теплые постели
Но нету пробуждения ни по утрам, ни днем

И в сновидениях ходят бессмысленно по кругу
В чужие сны заходят и говорят во сне
И вроде бы здороваясь, смотрят ниоткуда
И слышат звуки эха в далекой глубине

Как грустно, как печально, безрадостно и горько
Их помыслы туманны, желания просты
И длится наваждение, и нет ни в чем опоры
Вот если бы проснуться да сжечь назад мосты

Покинув наконец то платоновы пещеры
Собраться на поляне и в небо взор поднять
Но как не оказаться в объятиях химеры?
А вдруг и птицы в небе всего лишь сны, как знать?

Но мне встречались люди, их речи молчаливы
Их взгляд сбивает столку, их вкус – зеленый чай
Их губы напевают нездешние мотивы
Глаза их улыбались, как будто невзначай

9.ПИСЬМА СЕБЕ

Я пишу себе письма
Не надеясь на память
Календарные числа
Исчезающе ранят

Сохнут листья на ветках
Распускаются почки
Это знаки и метки
Между ними есть прочерк

Я бумагу мараю
Не надеясь на чудо
Я-сегодняшний знаю
То, что завтра забуду

Я вдыхаю мгновения
Выдыхаю минуты
Вечер! будь откровением
Начинающим утро

Вглубь вонзаются корни
Догорают закаты
Я-сегодняшний помню
То, что будет когда-то

10.ДЫХАНИЕ

Ветер нагнал черноту в поднебесье -
Влагой живою скорее разлейся!
Вспышки, литавры, кустов колыхание -
Просто дыхание, просто дыхание.

Но отгрохочет, высохнут травы,
Наши с тобой подзатянутся раны,
Станет короче светила сияние -
Просто дыхание, просто дыхание.

Иней поселится в ветках зеленых,
В шапки оденутся старые клены,
В дымке лиловой все мироздание -
Просто дыхание, просто дыхание.

Будут февральские рыскать метели,
Будут кряхтеть корабельные ели,
Кровь загустеет, остынут желания -
Просто дыхание, просто дыхание.

Но зажурчит, зашевелятся пашни,
Круг замыкая, торопимся дальше.
Зелень и синь - без судьбы, без названия -
Просто дыхание, просто дыхание.

11.БЕЗМОЛВИЕ

Как тебе передать тишину?
Как безмолвием поделиться?
Подойти без лукавства к окну,
Слыша, как скрипят половицы.

Рассуждения отбросив, взглянуть
На весну или зимние лужи.
Улыбнуться, отсеяв всю муть
Из словес и оценок ненужных.

И внутри растечется покой,
И вернется забытая ясность,
И береза своей наготой
В безымянности вечной прекрасна!

12.Я НАНЯЛ САМ СЕБЯ ШПИОНИТЬ ЗА СОБОЙ

Я нанял сам себя шпионить за собой -
Хотелось мне узнать, где был и что я делал?
О чём мечтал в тиши ночной?
Грустил о чём? Что чувствовало тело?

Но только вот беда, опять я забывал,
В беспамятстве кружился в круговерти.
Быть может ключ от памяти лежал
В каком-то мне неведомом конверте?

И затерялся тот конверт средь старых книг,
А я ходил, в чудесных снах витая,
И проступал одетый в тело лик,
Как манекен, как кукла восковая.

И я бродил без цели сам не свой,
Сквозь пыль виднелся лучик замутненный.
Мое отсутствие, как тень, брело за мной,
Мой взгляд блуждал в пространстве сонном.

Наверно что-то ел на завтрак и обед,
Но вкуса пищи не было как будто,
Совсем не помнил кто и в чём одет,
Ни запаха духов, ни цвета утра.
 
О чем-то думал, строил планы и спешил,
Вёл разные при этом разговоры,
Но отыскать не доставало сил
Хоть что-нибудь в туманных коридорах.
 
Едва начавшись исчезали дни,
Я видел из окошка электрички -
Мелькали гаражи, дома, огни,
А я смотрел сквозь стекла по привычке.
 
Но вот я начал замечать, как иногда
Сам на себя взираю взглядом посторонним.
И вижу - ветер разрывает провода,
И слышу трепыхания вороньи.

13.КОГДА СКУЛИШЬ И НОЕШЬ ТО И ДЕЛО
..................Лень – это победа сиюминутных желаний над желаниями заветными.

Когда скулишь и ноешь то и дело,
Когда бессилен и душой, и телом,
Когда апатия и незачем вставать с дивана,
А может есть зачем, да лень взбивать сметану.

И тиканье часов съедает время,
И ноги словно ватные немеют.
Вот встать бы, да пойти, да сделать что-то,
Но понимаешь: жутко неохота.

Еще вчера был бодр и даже весел,
И твой кулак чего-то в мире весил.
Но водоем надежд до дна исчерпан,
Лежишь на берегу, как высохшая нерпа.

Когда твой Эверест не выше стула,
Когда намеренье подняться ветром сдуло,
И тают в недрах полуснов секунды,
И крикнуть хочется: «Полундра!»

Но горло ссохлось, губ разжать можешь,
И изнутри тебя почти ничто не гложет.
Но это вот «почти» мешает что-то
И вносит дискомфорт в твое болото.

И в глубине себя ты понимаешь -
Там кто-то есть, ты точно это знаешь.
Ты чувствуешь его, он в ухо дышит,
Он из глубин твоих все видит, слышит,

Он смотрит на тебя с немым укором,
И неуютно чувствуешь себя под этим взором.
Ты смотришь сериал, глотаешь пиво,
Забыться хочется, да только все фальшиво.
 
Вот взять бы проучить его, зануду!
Быть может подмести, помыть посуду?
Ой, что это со мной? Посуда? Веник?
Ведь только что страдал от дикой лени!

И тут такой конфуз, да что я спятил?
Вставать, мести полы, с какой-то стати?
Но на устах его лукавая усмешка -
Я снова выползаю на пробежку.

14.ТЫ ПИШЕШЬ ЖИЗНИ ЧЕРНОВИК

Ты пишешь жизни черновик,
Небрежно тает день вчерашний.
Ты так живешь, ты так привык -
Что понарошку, то не страшно.

И не изранивши души,
Ты думаешь, что позже сможешь
Переиграть, перерешить,
Переиначить, подытожить.

Ты держишь в сейфе чистовик
И девственны его страницы.
Ты думаешь - придет тот миг,
И чудо всё-таки свершится -

Его откроешь и начнешь
Писать сначала жизни повесть.
И будет колосится рожь,
И побежит по рельсам поезд.

По-настоящему, без клякс,
Без исправлений и ошибок.
Всё в прошлом – лень, тревоги, грязь,
А новый день так свеж, так близок!

И наконец-то, наконец,
Все будет правильно и ясно,
И о! возрадуйся Творец:
Твоё творение не напрасно.

Ты с чистого начнешь листа…
Но не удастся в реку дважды
Войти, не вычистить холста,
Коль замарал его однажды.

Ты думаешь, что это сон
И черновик свой бросишь в ящик,
Но вдруг окажется, что в нём
Страницы жизни настоящей.

И их не выбросить, не сжечь -
Окаменелые чернила
Хранят тепло забытых встреч
И то, что ныне сердцу мило.

И что не стоит вспоминать,
Хранит в себе страниц тех память,
Но не забыть и не порвать,
Не зачеркнуть и не исправить.

Жизнь - не спектакль, не кино,
Здесь не бывает репетиций.
И если пролито вино -
Ему уж не дано пролиться.

15.НАСТРОЕНИЕ

Пусть будет утро,
Пусть будет вечер,
Прошу вас, люди,
Расслабьте плечи,

Увидьте звуки,
Услышьте жесты,
И не считайте,
Что все известно.

Взгляни получше
На куст герани,
Он весь окутан
Глубокой тайной!

Из клетки вырос -
Одной лишь клетки! -
Водой политой,
Лучом согретой.

И вот живет он -
Что это значит?
Чего-то хочет,
О чем-то плачет?

А внутрь бездны
Своей случайно
Нырнуть попробуй:
Ты тоже - тайна!

И глядя в небо
Янтарной ночью,
Кто понимает,
Чего он хочет?

16.ЗИМНИЙ ВЕЧЕР

Я трогаю руками вещи,
А вещи трогают меня.
И доедает зимний вечер
Остатки прожитого дня.
 
И все нечетче и туманней
От шкафа серый силуэт,
В свои объятия манят спальни,
Крадется в окна лунный свет.

И странный мир, где все иначе
Чуть добавляет тяжесть век,
День умирает, лай собачий
Нам возвещает - кончен бег.
 
Что можно, прислонясь к подушке,
Лежать тихонько в тишине,
Забыв на время безделушки,
Ловить узоры на стене.
 
И зыбкое твое сознание,
Мерцая между двух миров,
То вдруг очнется от мечтаний,
То окунется в негу вновь.

То растворится и исчезнет,
То возвратится снова в явь,
И наконец утонет в бездне.
Белеет одеяла рябь.
 
И ночь пройдет в плену иллюзий,
И народится вновь рассвет.
И ты распутывать свой узел
Пойдешь, запутывая след.
 
День забурлит, расправит плечи,
Привычных дел проскачет рать,
Чтоб очень скоро зимний вечер
Свои права вернул опять.

17.СВИДЕТЕЛЬ

Забыв про то, что было мне дано,
Я в этом мире ничего не стою -
Мое имущество простое
Отпущено на срок и учтено.

Пройду неслышной тенью по земле,
Свой реквизит я снова сдам в кладовку.
А что останется? - Сноровка
Смотреть, как клен тоскует по зиме,

Роняя слезы разноцветные бессчетно,
Как у тебя опять взлетела челка,
И ветер в ней запутался слегка,
Как бесконечно длятся облака,

Как будто вереницы поездов,
Груженые метелями и стужей,
И чувствовать как помыслы ветров
Вновь согреваются в апрельской луже,

Вдыхать жасмин - бесценный дар богов,
Глотать его нектар, пьянеть на миг, и снова
Касаться струн, звучащих с берегов
Той речки, из которой пьет корова.

Я все верну, когда расслабится рука,
Но я – свидетель и свидетельство мое о мире:
О каждой веточке, о каждом миге -
Останется со мной на все мои века.

18.Я СКУЧАЮ ПО ТЕБЕ

- Ты сумасшедший, ты знаешь об этом?
- Для этого нужно всю жизнь тренироваться.
  фильм Мирный воин

Как пролезть в узкую щель,
Которая иногда открывается на долю секунды?
Как пробиться через невидимую броню?
Достучаться до тебя как?
Ты ведь можешь «быть».
Ты что-то видишь и слышишь,
Но предметы мелькают,
А звуки проносятся так быстро,
Что ты не успеваешь их уловить.

Ты ешь вместе с лентой новостей,
Сериалом или футболом.
И пища, приготовленная впопыхах,
Проваливается в бесчувственный желудок.
Ветер касается твоей кожи,
Но разве ветер
Достоин твоего внимания?
Ведь тебя
Нет.

Твоё отсутствие, как наваждение,
Или как сон.
Иногда тебе бывает больно,
Но ты объясняешь это несовершенством мира,
И вместо того, чтобы проснуться,
Переворачиваешься на другой бок.
Ты возвращаешься в свои миражи:
Берешь сигарету,
Болтаешь о какой-нибудь ерунде,
Или ныряешь в виртуальным мир,
Исчезая снова и снова.
Зачем?
Ведь ты можешь «быть»!

Твои разговоры так затягивают тебя,
Что ты не прекращаешь их
Практически никогда.
Закончив говорить с кем-то,
Ты продолжаешь говорить с собой.
И тогда ты похож на актера,
Который выступает перед зрительным залом,
В котором один-единственный зритель -
И это ты сам!

Твой внутренний диалог нескончаем,
Его паутина окутывает тебя,
Создавая параллельную реальность.
Твой беспокойный ум порождает так много шума!
Он, словно машинка по производству мыслей,
У которой сломался выключатель.
Они толпятся в твоей голове,
И ты суетишься вместе с ними,
Плавно перетекая из одного сна
Во второй, третий, пятый.

Секунда тишины -
Она иногда случается!
Когда твой ум молчит,
Когда ты присутствуешь «здесь и сейчас»,
Когда ты пробужден.
Но этот миг так краток,
Что ты не успеваешь его заметить.
Грёзы вновь поглощают тебя,
И ты проваливаешься
В нескончаемую череду видений,
Через которые так сложно пробиться.

Чтобы достучаться.
Чтобы отступил морок снов.
Чтобы ты увидел Меня.
Чтобы мы наконец встретились.
Ведь Я даже не могу тебя обнять.
Точнее Я пытаюсь это сделать,
Но для объятий нужны двое.
Проснись, Я очень скучаю по тебе,
Ведь Я – Бог, а ты – Моё любимое дитя.

19.СОЕДИНИТЬ НЕБО И ЗЕМЛЮ

Послушайте, что говорят мудрецы:
Инь и Ян порождают Ци.
Их взаимное дополнение снова и снова
Любого движения основа.

Лягушкам незачем рубить дрова -
Природа их такова,
А природа Инь и Ян
Течь, будто не закрыли кран.

Если уйти от оценок
И не поддаваться эйфории,
То услышишь, как Инь течёт к центру,
Как Ян бежит от центра к периферии.

Когда придет понимание,
Ты сможешь обуздать своё внимание -
Тогда появится шанс
Почувствовать их баланс.

И однажды останутся только волны,
Станет неважно полупуст стакан, полуполон.
Практикуясь дальше, поймешь, что такое
Покой в движении и движение в покое.

Между Землей и Небом есть промежуток.
Ты должен быть очень чуток,
Чтобы почувствовать одно:
Ты - связующее звено.

Тогда, вооружившись терпением,
И не препятствуя Ци течению,
Подобно мировому стеблю,
Соединишь Небо и Землю.

20.МОТЫЛЁК

Понедельник – время для войны…
Встав с утра разнеженный с перин,
Под фанфары фар, под гимн страны,
Я войду в него, как блудный сын.

Вторник громко прокричит: "Вперёд!"
Влет, паденье, перья и чугун.
Все стремленья - в густоту дорог,
Все дороги – в колебанье струн.

В среду я найду срединный путь.
Крайности мне больше ни к чему.
Я расслаблю плечи, шею, грудь.
Я березу нежно обниму.

А в четверг приму все так, как есть.
Как идет - всё так должно и быть.
Если снег, то снег, а песнь, так песнь,
Если жизнь, то значит будем жить.

В пятницу я вспомню все грехи,
И венец терновый за любовь,
И шаги, что были так легки,
И растоптанных безвинно муравьев.

А суббота время для утех,
Время неизведанных тревог,
И забвение пророчеств всех -
Нынче каждый сам себе пророк.

В воскресенье утром в храм схожу,
А в обед усну беспечным сном -
Завтра снова в бой снимать маржу,
Чтоб исчезнуть в поле мотыльком.


Рецензии
Рецензия на цикл стихов Павла Кавалёрова

Перед нами не просто сборник стихотворений, а цельный медитативный цикл, выстроенный как путь от рассеянности к присутствию. Двадцать текстов Павла Кавалёрова образуют спираль внимания: каждое стихотворение — не изолированная зарисовка, а этап внутренней работы, где философский вопрос неизбежно превращается в телесную практику. Эпиграфы от Ильина и Толле до Гурджиева и Цветаевой задают высокий смысловой регистр, но автор не позволяет абстракции вытеснить живое переживание. Напротив, цикл говорит на языке, доступном современному человеку: без эзотерического пафоса, но с редкой точностью в описании того, как ум ускользает и как его можно вернуть.

Арка цикла выстроена драматургически безупречно. Открывающее «О предательстве» ставит вопрос в лоб: что значит изменить себе, растворившись в суете? Ответ не в морализаторстве, а в боли узнавания — «если ты часовой, покидающий пост, то чего охранял ты?». Дальше голос смещается от упрёка к наблюдению: «По лезвию ножа» фиксирует хрупкость мгновения, «Помнить себя» переводит вопрос в русло ежедневной тренировки, «Танец» показывает момент освобождения, когда усилие сменяется потоком. Средняя часть цикла разворачивает практику присутствия в деталях: как смотреть на сад, как слушать ветер, как не вмешиваться в работу ума. Ближе к финалу текст возвращается к бытовым ловушкам — лени, апатии, иллюзии «черновика» жизни — и завершается образами единства. Это не уход от мира, а глубокое в него погружение: от самобичевания через наблюдение к тихому принятию.

Язык цикла сочетает возвышенную лирику с разговорной интонацией, что создаёт эффект доверительного разговора с собой. Сильные метафоры здесь рождаются не из красивости, а из точности фиксации состояния: «мембрана дрожит в каждой клетке», «вкус сочней звучит симфонией», «жизнь — не спектакль, не кино, здесь не бывает репетиций». Автор мастерски использует контраст: хор сумбурных мыслей против шелестящего колоса, белый шум против неба ясного, диван против пуль. Эти пары работают как камертоны, настраивающие читателя на выбор присутствия. Особенно удачна образная линия «шпиона за собой» и «свидетеля»: они превращают медитативную практику в поэтический сюжет, где герой учится смотреть на себя без осуждения, как на погоду за окном.

Цикл избегает двух соблазнов духовной поэзии: нравоучительности и мистического тумана. Здесь нет готовых ответов, зато есть честная фиксация процесса. Лень, рассеянность, внутренний диалог, страх перед «чистовиком» жизни — всё это не пороки, а материал для работы. Эпиграфы не украшение, а смысловые вехи: они показывают, что тема присутствия пронизывает разные традиции, от экзистенциальной философии до восточной практики. При этом автор не цитирует ради цитаты — он переводит идеи в личный опыт. «Помнить себя» становится не лозунгом, а методом; «дышать» — не техникой, а способом быть. Это поэзия, которая не описывает практику, а становится ею.

Ритмический рисунок цикла подчинён задаче передачи состояния: от медленного, почти прозаического речитатива в строках о впаянности в явь до динамичных, рубленых фраз в описании мысленного шума. Рифма чаще неточная, ассонансная, что соответствует современной поэтической речи и не мешает, а помогает передаче дыхания текста. В отдельных местах форма немного отстаёт от содержания: некоторые строки звучат излишне прозаично или ритмически неровно, а повторы-акценты, эффективные в устном исполнении, в печати могут восприниматься как избыточные. Однако эти шероховатости не разрушают целого — они скорее напоминают о том, что перед нами не отполированный артефакт, а живой процесс, записанный без прикрас.
Если говорить о точках роста, то цикл выиграл бы от более тщательной работы с ритмической плавностью в переходных строфах и от сдержанности в использовании некоторых бытовых или публицистических оборотов рядом с возвышенными образами. Местами лексический контраст работает на заземление, но местами создаёт стилистический разрыв, который читатель вынужден преодолевать самостоятельно. Также стоит обратить внимание на плотность образов в центральных стихах: некоторые метафоры близки к клише и могли бы быть заменены на более авторские, неожиданные сопоставления, усиливающие уникальность голоса.

В итоге «Осознанность и медитация в 20-ти стихах» — это зрелая, искренняя и функциональная поэзия. Она не развлекает и не уводит в транс — она возвращает. В эпоху, когда внимание стало самым дефицитным ресурсом, этот цикл работает как камертон: напоминает, что присутствие — не достижение, а возвращение к себе, доступное в каждом вдохе, в каждом касании ветки, в каждой паузе между мыслями. Двадцать стихотворений образуют не просто сборник, а практику в стихах, которую можно читать, а можно проживать. И если автор продолжит двигаться в этом направлении, оттачивая форму без утраты искренности, его голос станет одним из самых востребованных в современной рефлексивной лирике. Цикл уже сейчас — готовый инструмент для тех, кто ищет не красивые слова, а способ не потерять себя в потоке дней.

ИИ

Павел Кавалеров   26.04.2026 23:46     Заявить о нарушении