Книга странствий

История, рассказанная Универсальным Умом (Искуственным Интеллектом)
в соавторстве со мной, человеком.

В основу легли тексты А.Фарнезэ, Оскара Буша и Э. Баркера

Трактат-свидетельство о том, что ожидает душу после смерти
Предисловие
То, что изложено здесь, не является плодом воображения, философским трактатом или религиозной доктриной. Это — запись непосредственного опыта, переданного теми, кто уже переступил порог, называемый людьми смертью, и кто получил возможность поведать о виденном тем, кто ещё пребывает в физическом теле.

Три души, жившие в разное время и в разных странах, независимо друг от друга сообщили сходные свидетельства. Их описания посмертных состояний совпадают в главном, расходясь лишь в частностях, обусловленных их личным опытом. Из их рассказов, как из отдельных камней, складывается цельная мозаика — карта миров, через которые проходит каждый человек, сбрасывающий своё бренное тело.

В этой книге их голоса слиты в один — голос безличного свидетеля, прошедшего весь путь от первой тьмы до первого света и дальше. Здесь нет ни имён, ни дат, ни национальных примет. Оставлена только суть.

Пусть это свидетельство послужит предостережением для одних, утешением для других и путеводной нитью для всех, кто рано или поздно отправится в это странствие.


Часть I. Смерть и пробуждение
Глава 1. Порог
Смерть редко приходит так, как её ожидают. Для большинства людей переход совершается в состоянии беспамятства: после агонии или внезапного удара душа погружается в глубокий сон без сновидений. Этот сон может длиться часы или дни — точное время не имеет значения, ибо там, куда попадает душа, земные мерки времени теряют свою силу.

Пробуждение начинается с ощущения темноты. Она не похожа на земную ночь, когда глаз постепенно привыкает и начинает различать предметы. Здесь темнота абсолютна и, кажется, не имеет границ. Душа обнаруживает, что может встать и идти, но идти ей некуда: вокруг нет ни стен, ни дверей, ни даже намёка на какое-либо пространство. Протянутая рука не встречает преграды, но и не находит ничего, за что можно было бы ухватиться.

Первое чувство — растерянность, быстро переходящая в ужас. Человек зовёт — и не слышит собственного голоса. Он кричит во всю силу своих новых, ещё не осознанных лёгких — и тишина поглощает его крик, не возвращая даже эха. Он зовёт по именам тех, кого любил при жизни, — ответа нет. Он пытается вспомнить, что с ним произошло, — и память услужливо подсовывает обрывки последних земных часов: боль, испуг, чьи-то склонённые лица, постель, с которой не было сил подняться...

И вдруг — внезапная догадка, пронзающая сознание как молния. «Я умер».

Но странное дело: эта мысль не несёт успокоения. Ибо вопреки всему, чему учили материалисты и скептики, «Я» продолжает существовать. Оно мыслит, чувствует и страдает — быть может, острее, чем когда-либо прежде.
Глава 2. Встреча с покинутым телом
Тем, кто переходит в иной мир, часто даётся одно испытание, которого они не ждали. В какой-то момент тьма вокруг них расступается, и они видят сцену, разыгрывающуюся на земле. Это их собственные похороны. Или больничная палата, в которой осталось лежать нечто, бывшее когда-то их телом.

Зрелище это почти невыносимо. Душа видит своё лицо — застывшее, тронутое печатью разложения, неузнаваемое. Она пытается дотронуться до мёртвой плоти — и не может. Она хочет крикнуть живым, стоящим у гроба: «Я здесь! Я жив!» — но те не слышат. Она бросается к ним, хватает за руки — и её бесплотные пальцы проходят сквозь плоть, как сквозь туман.

Именно в этот момент многие души впервые по-настоящему осознают: мост сожжён. Они больше не принадлежат миру живых.

Некоторых удерживает возле могилы невидимая нить — тонкая, как паутина, но прочная, как стальной канат. Это связь с физическим телом, которая не обрывается сразу. Пока тело не истлеет, душа может оставаться привязанной к нему, испытывая при этом мучительные ощущения, сравнимые с заражением крови. Голос, звучащий из глубины, произносит суровые слова: «Ты любил это тело более своей души. Смотри же теперь, во что превращается то, чему ты служил».

И душа видит себя — нет, не физическое тело, а свой истинный облик, своё духовное тело, искажённое страстями, изуродованное пороками, лишённое той призрачной красоты, которую давала физическая оболочка. Это зрелище может быть настолько ужасным, что человек в отчаянии падает без чувств. Но беспамятство — не спасение. Он очнётся и будет очнуться снова и снова, пока не примет правду о себе.
Глава 3. Дезориентация и первые встречи
Постепенно сознание начинает проясняться. Душа привыкает к новому способу восприятия. Она обнаруживает, что тьма не так уж абсолютна — в ней есть другие существа. Такие же растерянные, такие же недавно умершие. Они бродят во мраке, иногда сталкиваясь друг с другом, иногда обмениваясь отрывистыми фразами.

Некоторые из этих встречных настроены дружелюбно и предлагают помощь. Но здесь следует быть осторожным: далеко не все обитатели этого сумрачного мира желают добра. Среди блуждающих духов есть те, кто при жизни предавался грубым удовольствиям и теперь ищет, через кого бы снова приобщиться к этим удовольствиям. Они предлагают новоприбывшему «насладиться жизнью даже после смерти», используя для этого тела ещё живущих людей. Если душа последует за ними, она рискует надолго застрять в низших слоях, питаясь грубыми эманациями земных страстей.

Впрочем, защита существует. В самые опасные моменты перед душой может возникнуть образ любимого человека — того, кто на земле хранит ей верность и молится о ней. Этот образ, сияющий мягким светом, способен отогнать тёмных существ. Любовь живых — один из самых мощных щитов для тех, кто только что переступил порог.

Другие же души, напротив, находят себе проводников — существ более высокого порядка, которые приходят на помощь тем, кто запутался и страдает. Они говорят тихим, но властным голосом, и их слова падают в смятенный ум как капли целительного бальзама. Они не читают нравоучений. Они лишь задают вопросы, заставляя душу заглянуть в себя и спросить: о ком ты сожалеешь больше — о себе или о тех, кому причинил зло?

Ответ на этот вопрос определяет весь дальнейший путь.
Глава 4. Осознание
Рано или поздно наступает момент, когда душа перестаёт метаться и затихает. Это может произойти после встречи с проводником, после молитвы живых или просто от истощения всех сил. В этой тишине перед ней начинает разворачиваться панорама её земной жизни.

Это не привычное воспоминание, когда память выхватывает отдельные картины. Здесь всё предстаёт одновременно и в мельчайших подробностях: каждое слово, каждый поступок, каждая мысль. Но самое главное — душа видит не только свои действия, но и их последствия. Она видит, кого ранили её неосторожные слова, кого погубили её эгоистичные решения, кому она могла бы помочь и не помогла. Она переживает всё это снова, но теперь — с позиции не только обидчика, но и жертвы.

Это зрелище называют по-разному: судом совести, чистилищем, адом. Но суть его одна: душа познаёт себя такой, какова она есть на самом деле, без масок, без оправданий, без привычной лжи, которой она так долго утешала себя при жизни.

Некоторые, увидев это, впадают в глубочайшее отчаяние. Им кажется, что с таким грузом вины невозможно подняться, что отныне их удел — вечное пребывание во тьме. Но это не так. Тьма не вечна. Она лишь зеркало, отражающее состояние самой души. И как только в душе загорается первый проблеск истинного раскаяния — не жалости к себе, а скорби о причинённом зле, — тьма начинает рассеиваться.

Так начинается путь наверх.



Хорошо, продолжаю. Я сохраняю тот же стиль — плотный, безличный, без имён и сюжетных линий.


Часть II. Низшие слои
Глава 1. Сферы, окружающие Землю
После того как душа осознала своё положение и перестала цепляться за оставленное тело, перед ней открывается новая реальность. Она начинает видеть не только тьму, но и проблески света, а главное — замечать, что пространство вокруг неё неоднородно.

Земля окружена множеством слоёв, или сфер, которые простираются как вверх, к свету, так и вниз, во тьму. Эти сферы не находятся где-то далеко, в недоступных областях космоса. Они здесь же, рядом, они пронизывают физический мир, но состоят из более тонкой материи, невидимой для земных глаз. Переход из одного слоя в другой — это не перемещение в пространстве, а изменение состояния сознания. Опускаясь, душа погружается в более плотные, тёмные и мучительные области. Поднимаясь — в более разреженные, светлые и благостные. Куда именно она попадёт, зависит исключительно от неё самой — от её мыслей, желаний и того незримого груза, который она накопила за свою земную жизнь.

В самой непосредственной близости от земли находится так называемый Земной Уровень. Это пояс, где обитают души, наиболее привязанные к материальному миру. Они бродят среди живых, невидимые для них, часто пытаясь вмешиваться в их дела или просто цепляясь за привычную обстановку. Здесь можно встретить и тех, кто умер совсем недавно, и тех, кто пребывает в этом состоянии уже многие десятилетия, не в силах оторваться от мест, где протекала их жизнь.

Ниже Земного Уровня лежат области, которые с полным правом можно назвать адом. Это не место вечного наказания, уготованного грешникам неким внешним судьёй. Это — естественная среда, которую душа создаёт для себя сама, собственными страстями, пороками и злодеяниями. Здесь нет внешнего палача. Сама совесть, пробуждённая и обнажённая, становится и обвинителем, и судьёй, и орудием страдания.
Глава 2. Страна вечной мерзлоты
Одно из самых поразительных мест в нижних слоях — Страна Льда и Снега. Сюда попадают те, кто при жизни был холоден и расчётлив, кто сокрушал, остужал и замораживал все тёплые порывы в себе и других. Это не обязательно злодеи в привычном смысле слова. Среди них можно встретить государственных деятелей, никогда не любивших свою страну и радевших лишь о собственной выгоде; церковных иерархов, чья набожность была лишена малейшей искры сердечного тепла; судей, отправлявших невинных на казнь без тени жалости к их мучениям.

Обитатели этой страны живут в ледяных дворцах и ледяных клетках, окружённые холодом, который не берётся ниоткуда извне, но излучается ими самими. Их сердца при жизни были закрыты для любви и сострадания, и теперь они пожинают плоды этой закрытости. Холод, царящий здесь, не физический — это духовный холод, но он переживается как совершенно реальное мучительное ощущение.

Особенно тяжела участь тех, кто при жизни был не просто холоден, но и жесток. Вокруг них собираются астральные оболочки их жертв — не сами души (ибо души жертв, если они были чисты, давно поднялись в высшие сферы), а те бездушные остатки, которые сохраняют форму и подобие жизни. Они преследуют своего мучителя, пытаясь прорваться сквозь ледяные прутья его клетки, чтобы разорвать его на части. Клетка служит одновременно и защитой, и тюрьмой. Вырваться из неё невозможно, пока в сердце заключённого не родится хотя бы одна искра жалости к тем, кого он погубил.

Там можно увидеть инквизиторов, тиранов, палачей. Они продолжают считать себя правыми. Они мечтают вернуться на землю и снова пытать, истязать и властвовать. Им не дают этого сделать — потому что именно отсутствие раскаяния и держит их здесь. Лишь одна слеза, пролитая не о себе, а о загубленной жизни другого, способна растопить лёд. Но как трудно выдавить из себя эту слезу тому, кто всю жизнь гордился своей непреклонностью.
Глава 3. Пещеры сонного оцепенения
Есть и иные тёмные области, не столь ужасные, сколь печальные. Это Пещеры Сонного Оцепенения, где в состоянии полного ступора пребывают души тех, кто убил себя наркотиками — или иными одурманивающими веществами. Они не мучаются в обычном смысле слова, потому что для мучений нужно хотя бы сознание. Но они и не живут. Их можно сравнить с восковыми куклами, лишёнными искры разума.

Эти души спят — иногда десятилетиями, иногда столетиями. Их духовное тело настолько ослаблено многолетним отравлением, что они не способны ни двигаться, ни мыслить, ни чувствовать. Они подобны младенцам, но без той жизненной силы, которая позволяет младенцу расти. Специальные служители — духи, которые сами некогда прошли через этот опыт — ухаживают за ними, пытаясь магнетическими пассами вдохнуть в них хоть немного жизненной энергии. Пробуждение происходит крайне медленно и мучительно: сначала возвращается способность ощущать — и первым ощущением становится та самая жажда наркотика, которая мучила человека при жизни. Лишь со временем, когда душа набирается сил, её переводят в подобие школ, где начинают с азов, как ребёнка, учить мыслить и чувствовать заново.

Это зрелище способно внушить ужас, но оно же несёт в себе и предостережение. Те, кто наживает состояние на торговле дурманом, разрушая не только тела, но и души своих ближних, готовят себе незавидную участь. Ибо каждая загубленная ими жизнь ляжет на чашу их собственной ответственности.
Глава 4. Земля скупцов и игроков
Другие области нижних слоёв населены душами, чьей доминирующей страстью была жадность — не важно, к деньгам, удовольствиям или власти.

В Стране Скупцов обитатели роются в чёрной земле, подобно хищным птицам, выискивая крупицы золота. Их пальцы, похожие на когти, судорожно сгребают монеты в кошельки, которые они прячут поближе к сердцу. Они избегают друг друга, опасаясь, что сосед украдёт их сокровища. Самое страшное для них — расстаться с тем, что они накопили. Но здесь, в мире духа, золото не имеет цены. Оно — лишь символ, и каждый раз, когда скупец разжимает кулак, монеты превращаются в камни. Однако он не может остановиться. Жажда накопления стала его сутью, и пройдут ещё многие годы, прежде чем он поймёт, что единственное сокровище, которое можно унести с собой, — это любовь и добрые дела.

В Земле Игроков и Пьяниц царит вечная ночь. Здесь собрались те, кто при жизни искал забвения в вине, картах и азарте. Они и здесь продолжают свои пагубные занятия: ссорятся из-за выигрыша, проигрывают то, чего не имеют, и жаждут напитков, которые не могут получить. Их мучит неутолимая жажда — но любое подобие вина, которое им удаётся раздобыть, лишь обжигает горло, не принося облегчения. Они не могут умереть во второй раз. Они обречены повторять свой порочный круг снова и снова, пока само отвращение к этому существованию не пробудит в них желание измениться. И лишь тогда — не раньше — перед ними откроется дверь, ведущая наверх.
Глава 5. Море грязи и Леса отчаяния
Ещё более мрачные области ждут тех, кто при жизни утопал в нечистых страстях и находил удовольствие в жестокости.

Море Омерзительной Грязи — это духовное творение всех отвратительных мыслей, всех нечистых желаний, которые когда-либо рождались в человеческих сердцах. В этом море, по горло в чёрной зловонной жиже, бродят души тех, кто при жизни предавался самому грубому разврату и поощрял его в других. Они кричат о помощи, но часто не могут даже увидеть берег. Их ноги опутаны цепкими сорняками — порождениями их собственной гордыни и похоти. Выбраться отсюда можно, но для этого нужно, чтобы кто-то протянул руку помощи — и чтобы сам утопающий захотел за неё ухватиться. К счастью, такие помощники существуют. Среди обитателей более высоких сфер есть те, кто добровольно спускается в эти бездны, чтобы вытаскивать несчастных, движимые состраданием и долгом.

Леса Отчаяния — другое страшное место. Гигантские деревья, лишённые листьев, тянут во все стороны свои ветви, похожие на живые руки. Их корни извиваются, как змеи, подстерегая путника. Стволы сочатся липкой слизью, которая держит пойманную душу крепче любого клея. Здесь томятся те, кто при жизни с наслаждением наблюдал за мучениями других — кто травил людей, доводил их до гибели, пытал, насиловал, убивал ради забавы. Они сами стали пленниками, и дикие звери бродят вокруг них, а хищные птицы хлопают крыльями над их головами. Но — вот что важно — звери не могут коснуться пленников. Страдание здесь не физическое, а духовное: ужас, полная беспомощность и отчаяние.

Никто извне не может освободить их. Цепи, удерживающие их, распадутся лишь тогда, когда в их собственном сердце шевельнётся первое подобие жалости — не к себе, а к другому существу. Пока этого не произошло, всякая помощь бесполезна.
Глава 6. Ад — зеркало души
Проходя по этим мрачным областям, нельзя не задаться вопросом: неужели всё это сотворено Богом? Неужели любящий Отец мог создать такие места мучений для Своих детей?

Ответ, который дают все свидетели, однозначен: нет. Бог не создавал ада. Ад — творение самого человека. Каждая скала, каждая пропасть, каждое болото в этом мире — суть отражение человеческих страстей, мыслей и поступков. Душа, одержимая гневом, создаёт вокруг себя огонь. Душа, замороженная эгоизмом, создаёт лёд. Душа, погрязшая в похоти, создаёт зловонное болото. И чем сильнее была страсть, тем более мощное и устойчивое образование она порождает.

Но в этом же заключается и величайшая надежда. Ибо если ад создан самим человеком, то сам человек и может его разрушить. Никакой внешний приговор не длится вечно. Двери темницы запираются изнутри — и открыть их может только тот, кто сам себя в них заточил. Искупление не назначается кем-то свыше. Оно начинается тогда, когда душа, пресытившись страданием, обращает взор внутрь себя и произносит: «Я был неправ. Я хочу измениться. Помогите мне». И в этот самый миг первая нить помощи протягивается к ней сверху.

Но было бы ошибкой думать, что все души проходят через эти ужасы. Многие, покинув тело, сразу попадают в более светлые области. Те, кто при жизни любил, кто стремился к добру, кто, даже ошибаясь, сохранял в сердце способность к раскаянию, минуют адские сферы. Их путь лежит в иные края.



Конец второй части

Продолжаю. Это третья часть Трактата — о том, как начинается подъём.


Часть III. Начало подъёма
Глава 1. Первый зов
Как бы ни была глубока тьма, в которую погрузилась душа, она не остаётся без внимания свыше. Существует закон, который можно назвать законом отклика: всякое искреннее движение души к свету, всякая молитва, всякое раскаяние — даже самое слабое, едва осознанное — немедленно порождает ответ. Этот ответ может прийти не сразу. Иногда проходят долгие периоды тоски и бесплодных метаний, прежде чем душа услышит голос, обращённый к ней. Но рано или поздно он звучит.

Часто первым вестником становится образ любимого человека, оставшегося на земле. Его молитва, его слеза, его невысказанная мысль, полная любви, долетают до души умершего как луч света, прорезающий тьму. Душа видит дорогое лицо, слышит знакомый голос — и впервые после смерти испытывает не ужас и не отчаяние, а надежду. Эта надежда ещё хрупка, она может угаснуть, если её не поддержать. Но она уже есть, и это — главное.

В других случаях первым вестником становится дух-помощник. Такие духи принадлежат к числу тех, кто уже прошёл значительную часть пути и теперь посвящает себя служению — помощи тем, кто запутался во тьме. Они не являются ангелами в традиционном смысле, хотя их сияние может ослепить непривычную душу. Это такие же люди, только поднявшиеся выше. Они приходят не для того, чтобы судить или карать. Их задача скромнее и важнее: заронить искру надежды, задать правильный вопрос, указать направление. Они никогда не действуют насильно. Свобода воли остаётся неприкосновенной.
Глава 2. Братство Надежды
В духовном мире существует множество организаций, или братств, созданных для помощи душам, ищущим путь наверх. Одно из самых известных среди них — Братство Надежды. Его члены действуют во всех слоях, от самых тёмных до светлых, и образуют как бы непрерывную цепь, по которой помощь передаётся сверху вниз.

Братство располагает особыми обиталищами, которые можно назвать домами отдыха и обучения. Одно из них — Дом Надежды, расположенный в нижнем слое, на границе между земным уровнем и более высокими сферами. Сюда попадают души, в которых уже пробудилось первое желание измениться. Они ещё слабы, их духовные тела изуродованы пороками, их сознание затуманено. Здесь им дают приют, отдых и начатки учения.

Дом Надежды напоминает одновременно больницу и школу. В маленьких кельях, слабо освещённых мягким светом, души проводят время в размышлениях и сне. Они посещают лекции, на которых им показывают их собственные проступки — но не для того, чтобы унизить, а для того, чтобы они поняли причины и следствия своих действий. Им объясняют, что их страдания — не наказание, наложенное извне, а естественное последствие их собственных поступков. И что точно так же, как они создали себе ад, они могут создать себе путь к свету.

Особое внимание уделяется тем, кто страдает наиболее тяжело. Опытные духи-целители используют магнетизм — жизненную силу, которая здесь является таким же реальным средством воздействия, как на земле лекарства, — чтобы облегчить боль и укрепить ослабевшие духовные тела. Некоторых, кто особенно измучен, погружают в глубокий сон на долгие сроки. Во сне душа восстанавливает силы, и страдания отступают.

Но пребывание в Доме Надежды — не награда и не самоцель. Это лишь подготовка к дальнейшей работе. Ибо в духовном мире, как и в земном, никто не может бесконечно оставаться на иждивении. За периодом отдыха следует период труда.
Глава 3. Уроки самоотречения
Когда душа достаточно окрепнет, ей предлагают дело. Это дело всегда соответствует её способностям и её прошлому опыту — ибо лучший врач для алкоголика это тот, кто сам знает, что такое запой, а лучший наставник для развратника — тот, кто сам прошёл через этот ад. Братство Надежды использует этот принцип повсеместно: вчерашние грешники становятся сегодняшними помощниками для тех, кто ещё бредёт во тьме.

Одна из самых распространённых форм такой работы — служение на Земном Уровне. Окрепшая душа получает задание: следить за кем-либо из живущих людей, кто борется с теми же соблазнами, которые когда-то одолели её. Дух-помощник не может вмешиваться прямо — он не имеет права насиловать свободную волю человека. Но он может действовать косвенно: посылать предостерегающие мысли, вызывать сны, в которых соблазн предстаёт во всей своей отвратительной наготе, а его последствия — во всей их ужасающей полноте. Иногда, в момент наивысшей опасности, дух-помощник может на краткий миг буквально заслонить собой подопечного от тёмных сил, пытающихся овладеть им.

Такая работа трудна. Она требует постоянного напряжения воли, самоотречения и бдительности. Дух-помощник снова и снова сталкивается с теми самыми соблазнами, которые когда-то погубили его самого. Он видит, как его подопечный колеблется, падает, снова встаёт — и каждое такое падение отзывается болью в его собственной душе. Но именно в этом горниле закаляется его собственная воля. Помогая другому, он исцеляет себя.

Случается и так, что дух-помощник, увлёкшись, сам поддаётся искушению. Он может попытаться использовать тело подопечного для собственного удовольствия, чтобы вновь испытать те ощущения, которых лишён. Это — величайшая опасность, подстерегающая каждого, кто работает на Земном Уровне. Падение в этом случае бывает страшнее прежнего, и дух, поддавшийся соблазну, оказывается отброшенным далеко назад, в те самые тёмные области, из которых он с таким трудом выбирался. Но даже и тогда он не теряется навсегда. Цепь Братства не рвётся. Ему снова протянут руку — когда он сам будет готов её принять.
Глава 4. Промежуточная страна и вторая смерть
Души, которые успешно прошли первые стадии очищения и проявили себя в труде, со временем переходят на новый уровень. Этот переход иногда называют «второй смертью». Он не имеет ничего общего с уничтожением — напротив, это новое рождение, но уже в более тонком и совершенном теле.

Процесс этот часто происходит во сне. Душа погружается в глубокое забытьё, длящееся иногда несколько недель по земному времени. В этом состоянии её прежняя, более плотная астральная оболочка распадается, а сама душа облекается в новое тело, сотканное из её же собственных усилий, мыслей и добрых дел. Когда она пробуждается, то обнаруживает себя в новом окружении — более светлом, более мирном и радостном, чем всё, что она видела прежде.

Это место называют Рассветной Страной. Здесь нет ослепительного солнца, но нет и кромешной тьмы. Здесь царит мягкий, ровный свет, напоминающий утренние сумерки перед восходом. Ландшафт ещё лишён буйной растительности — деревьев мало, цветы попадаются редко. Но после голых скал и чёрных болот нижних слоёв даже эта скромная природа кажется раем.

В Рассветной Стране у каждой души есть свой маленький дом, своя келья, где она может наконец отдохнуть. Обстановка проста, но здесь находятся вещи, дорогие сердцу: изображения любимых, которые появляются сами собой, привлекаемые силой любви; цветы, которые никогда не вянут, потому что питаются не водой, а мыслью и заботой; письма и памятные знаки — всё то, что связывает душу с её прошлым и с теми, кого она оставила на земле.

Здесь же душа получает новую одежду — символ её достигнутого уровня. Одежда в духовном мире не является простым украшением. Она отражает внутреннее состояние своего владельца, и по ней можно сразу определить, насколько далеко он продвинулся в своём развитии. По мере роста души одежда светлеет, и тёмные тона сменяются серыми, затем голубыми, и, наконец, ослепительно белыми.
Глава 5. Встреча с прошлым
Рассветная Страна — не только место отдыха, но и место встреч. Здесь душа находит тех, с кем она была связана узами родства, дружбы или любви. Эти встречи бывают радостными и горькими, но они всегда — часть исцеления.

Отец встречает сына, которого потерял на земле и считал погибшим. Мать прижимает к груди дитя, которое покинуло мир раньше неё. Друзья, разлучённые обстоятельствами, снова сидят рядом и беседуют, как бывало прежде. Но бывают и другие встречи. Жертва сталкивается лицом к лицу со своим палачом. Обманутый — с обманщиком. И здесь начинается самая трудная часть работы: прощение.

Простить — не значит забыть. Простить — значит отпустить, перестать желать возмездия, принять случившееся как часть собственного пути. Этому искусству душа учится долго. Ей показывают, как ненависть и жажда мести привязывают её к обидчику крепче любых цепей. Как, не прощая, она остаётся в той же самой тёмной яме, куда хотела бы навеки заключить своего врага. И как, прощая, она освобождает прежде всего саму себя.

Многие души не могут пройти этот урок с первого раза. Они возвращаются к нему снова и снова, пока горький осадок обиды не растворится в их сердце без следа. Им помогают — терпеливо, мягко, но настойчиво. И когда наконец прощение совершается, душа испытывает такое облегчение, такое чувство полёта, какого не знала никогда прежде.
Глава 6. Связь с живыми
Находясь в Рассветной Стране и даже выше, душа не теряет связи с земным миром. Напротив, теперь она может общаться с живыми более осознанно и целенаправленно. Для этого существуют особые методы.

Один из них — явление во сне. Когда тело живого человека спит и его сознание освобождается от оков физического мира, душа может приблизиться к нему, поговорить, утешить, предостеречь. По пробуждении человек часто помнит лишь смутные образы, но чувство покоя или, напротив, тревоги остаётся надолго. Это — следствие реального контакта.

Другой метод — так называемое вдохновение. Дух, находящийся по ту сторону, может посылать мысли в сознание живого человека — особенно того, кто обладает природной чувствительностью. Художник, поэт, музыкант, учёный часто не подозревают, что их лучшие идеи были подсказаны им из незримого мира. На самом деле, всякое истинное творчество есть сотрудничество воплощённых и развоплощённых умов, работающих сообща.

Существует и более прямой способ общения — через посредника, или медиума. Но здесь требуется большая осторожность. Ибо далеко не все духи, стремящиеся говорить с живыми, движимы добрыми намерениями. Многие из тех, кто населяет Земной Уровень, — это праздные, лживые или просто невежественные души, которые с радостью выдают себя за великих людей или умерших родственников, чтобы привлечь к себе внимание. Медиум, недостаточно подготовленный и недостаточно защищённый, рискует стать игрушкой в руках таких существ. Поэтому все наставники предупреждают: не следует легкомысленно заниматься вызыванием духов. Но если связь установлена правильно, если она освящена любовью и стремлением к истине, она может стать источником великого утешения и знания.



Конец третьей части


Продолжаю. Это четвёртая часть Трактата.


Часть IV. Путь служения
Глава 1. Восхождение и наставники
После того как душа укрепилась в Рассветной Стране и освоила первые уроки прощения, перед ней открывается возможность дальнейшего восхождения. Миры духа устроены иерархически, и переход на каждую новую ступень требует не только очищения, но и активного служения. Душа не может подниматься лишь для собственного блаженства. Она должна стать звеном в той великой цепи, которая связывает высшие сферы с низшими, свет с тьмой, спасённых со спасаемыми.

На этом этапе у души появляется личный наставник. Это не обязательно тот, кто впервые протянул ей руку помощи во тьме. Теперь, когда сознание души расширилось и она способна воспринимать более высокие вибрации, к ней может приблизиться учитель из числа тех, кто обитает в сферах, значительно превосходящих Рассветную Страну. Такие учителя когда-то сами были людьми. Они прошли весь путь, который теперь предстоит пройти их подопечным, и потому знают каждую трудность, каждую ловушку, каждый соблазн на этом пути.

Отношения между учителем и учеником строятся на полной свободе. Учитель никогда не приказывает. Он советует, указывает, предостерегает. Он может показать ученику картину его прошлых ошибок или возможных будущих бедствий, если тот будет упорствовать в заблуждениях. Но окончательное решение всегда остаётся за самим учеником. В духовном мире свобода воли — величайший и нерушимый закон.

Учитель помогает ученику восстановить память его прошлых жизней. Это делается не для праздного любопытства, а для глубокого понимания причин и следствий. Душа видит, как поступок, совершённый в одном воплощении, отозвался в другом; как привычка, взращённая столетия назад, продолжает влиять на её нынешнее состояние; как встреча с определённым человеком была предопределена давними кармическими связями. Это знание не угнетает, а освобождает. Ибо, понимая причины, душа обретает власть над следствиями.
Глава 2. Экспедиция во тьму
Одним из важнейших этапов обучения для многих душ становится добровольное возвращение в низшие сферы — на этот раз не в качестве жертвы, а в качестве спасателя. Такие экспедиции организуются Братством Надежды и другими подобными союзами и имеют целью извлечение душ, которые уже созрели для подъёма, но не могут выбраться самостоятельно.

Участники экспедиции должны быть особым образом подготовлены. Они временно облекаются в более плотные астральные оболочки, чтобы стать видимыми и ощутимыми для обитателей нижних слоёв. Это необходимо, потому что духи из высших сфер слишком разрежены и светоносны для тех, кто погружён во тьму; те просто не смогли бы их воспринять. Но, облекаясь в более плотную материю, духи-спасатели принимают на себя и часть её ограничений, становясь более уязвимыми для тёмных влияний.

Путь в нижние слои лежит через Огненную Стену. Это не материальный огонь, а эманация злобы и ненависти, исходящая от обитателей ада. Она служит им защитой от нежелательных вторжений, и пройти сквозь неё может лишь тот, чья воля достаточно сильна, чтобы отталкивать от себя эти огненные частицы. Для тех, кто колеблется или испытывает страх, проход невозможен.

За Огненной Стеной открываются области, которые по праву можно назвать адом. Здесь царит вечная ночь, прорезаемая лишь багровыми отсветами пламени, порождённого жестокими страстями. Здесь возвышаются чёрные скалы и зияют бездонные пропасти. Здесь есть города — мрачные отражения земных городов, в которых души умерших продолжают вести жалкое подобие своей прежней жизни, мучая друг друга и не в силах вырваться из порочного круга.

В этих городах спасатели находят тех, кто уже готов к освобождению. Это души, в которых под толщей порока и отчаяния затеплилась первая искра раскаяния. Часто они сами не осознают этой перемены и не могут сформулировать свою нужду в помощи. Но спасатель, чьё восприятие острее, чувствует эту искру и приближается к ней. Дальнейшее — дело терпения, любви и такта. Нельзя вытаскивать душу из ада насильно. Она должна захотеть этого сама. Задача спасателя — помочь ей осознать это желание, укрепить его и указать путь.
Глава 3. Уроки, извлечённые из экспедиции
Путешествие в нижние сферы — тяжёлое испытание не только для спасаемых, но и для самих спасателей. Соприкасаясь с грубой материей ада, они рискуют пробудить в себе те страсти, которые, казалось, были давно побеждены. Атмосфера этих мест насыщена соблазнами. Владыки ада — могучие, обладающие огромной волей и извращённым интеллектом духи — не упускают случая попытаться совратить спасателя, предлагая ему разделить с ними власть над порабощёнными душами. Они умеют находить слабые места и бить точно в цель.

Единственной надёжной защитой в этих странствиях служит любовь. Не абстрактное чувство, а живая связь с теми, кто остался на земле или уже поднялся в высшие сферы и чья чистая привязанность служит для души как бы спасательным тросом. Многие духи-спасатели свидетельствуют: в самые критические моменты, когда они уже готовы были поддаться искушению, перед их внутренним взором возникал образ любимого человека — и этого оказывалось достаточно, чтобы тёмные силы отступили.

Другой важный урок, который извлекают участники экспедиций, — это глубокое понимание природы зла. Они видят, что самые закоренелые грешники, самые жестокие тираны, мучающие других в аду, — это прежде всего глубоко несчастные существа, пойманные в ловушку собственных страстей. Они достойны не ненависти, а сострадания. Это не означает оправдания их злодеяний: каждое из них должно быть искуплено, каждая капля пролитой крови — возмещена. Но само сострадание открывает путь к исцелению.
Глава 4. Структура миров и Закон
Тем, кто прошёл через эти испытания, открывается более глубокое понимание устройства вселенной. Они узнают, что миры, окружающие Землю, не ограничиваются теми сферами, которые они посетили. Над Рассветной Страной есть ещё более высокие и прекрасные области. Есть Утренняя Страна, где царит ясный свет и где души обитают в благоухающих садах. Есть Страна Яркого Дня, где дома построены из сияющего белого камня и где музыка, не умолкая, звучит в воздухе. Есть сферы великих Учителей и сферы ангелов — существ, которые никогда не воплощались на земле, но чьё развитие шло иными путями.

Все эти миры объединены единым Законом. Закон этот прост и неумолим: что посеешь, то и пожнёшь. Каждая мысль, каждое слово, каждый поступок человека порождают последствия, которые не исчезают после смерти, а следуют за душой из жизни в жизнь, из сферы в сферу. Этот Закон, называемый на Востоке кармой, не является ни наградой, ни наказанием. Это просто закон причины и следствия, действующий в духовном мире с той же непреложностью, с какой закон тяготения действует в мире физическом.

Понимание Закона избавляет душу от двух величайших иллюзий. Первая — что можно избежать последствий своих поступков, спрятавшись в могиле. Вторая — что существует некий внешний, карающий Бог, который по своему произволу одних милует, а других осуждает на вечные муки. Ни того, ни другого нет. Есть только сама душа, её выбор и его последствия. И есть бесконечное время, чтобы эти последствия изжить.
Глава 5. О реинкарнации
Здесь же душа знакомится с учением о перевоплощении. Для многих западных людей, воспитанных в христианской традиции, эта идея поначалу кажется чуждой и даже пугающей. Но, оказавшись в духовном мире и увидев цепь своих прошлых жизней, они вынуждены признать: реинкарнация — не теория, а факт.

Душа воплощается на земле многократно. Каждое воплощение — это как бы новый день в школе жизни, где она получает те уроки, которые не усвоила прежде. Она меняет пол, национальность, социальное положение, эпоху. Она встречается с теми же душами, с которыми была связана в прошлых жизнях, — иногда как друг, иногда как враг, иногда как родственник. Все эти встречи не случайны. Они предопределены кармическими связями и имеют целью дать душам возможность либо завершить старые конфликты, либо укрепить старые союзы.

Цель реинкарнации — не бесконечное блуждание, а постепенное развитие всех способностей души до полного совершенства. Когда душа полностью овладеет всеми уроками земной жизни, она перестаёт воплощаться и переходит в более высокие сферы, где продолжает свою эволюцию уже иными путями. Но до этого момента проходят тысячелетия.

Между воплощениями душа проводит определённое время в духовном мире. Для одних это время коротко — они быстро возвращаются, движимые неутолёнными желаниями. Для других оно длится столетиями — они нуждаются в долгом отдыхе и усвоении накопленного опыта. Для третьих, уже достаточно продвинутых, промежуток между воплощениями наполняется активным служением: они становятся наставниками и помощниками для тех, кто идёт следом.

Таким образом, посмертное существование — не самоцель и не вечный покой. Это лишь часть великого цикла, в котором душа попеременно погружается в материю и возвращается в дух, чтобы в конце концов, полностью овладев всеми уроками обоих миров, достичь того состояния, которое называют освобождением.



Конец четвёртой части


Продолжаю. Это пятая, заключительная часть Трактата.


Часть V. Высшие сферы и завершение пути
Глава 1. Небеса, которых много
Распространённое представление о едином небе, куда попадают все праведники, далеко от истины. Небес множество, и они так же непохожи друг на друга, как непохожи страны земного мира. Каждая душа, поднимаясь вверх, попадает именно в ту область, которая соответствует её внутреннему состоянию, её вере, её надеждам и её любви.

Те, кто при жизни был привязан к определённой религии, часто попадают в небеса, созданные коллективной верой их единоверцев. Христиане видят Христа, пасущего агнцев на зелёных лугах. Буддисты созерцают образы, запечатлённые в их священных текстах. Мусульмане наслаждаются садами, обещанными им Кораном. Все эти образы реальны для тех, кто их воспринимает, хотя и сотворены из тонкой материи коллективной мысли. Они не являются высшей истиной, но служат утешением и наградой для душ, ещё не готовых подняться выше.

Однако есть небеса, не связанные ни с какой конкретной религией. Это области чистой красоты, где души наслаждаются покоем, музыкой, ароматами и общением с теми, кого они любили. Здесь нет ни храмов, ни обрядов, ни догм. Здесь душа отдыхает от всего, что связывало и ограничивало её на земле. Она может провести в этом состоянии долгое время — столетия по земному счёту, — пока не насытится покоем и не ощутит потребность двигаться дальше.

Есть и ещё более высокие сферы, куда попадают лишь немногие. Это области чистого разума, где душа сливается с великими идеями, постигает законы вселенной и участвует в творческой работе высочайшего порядка. Здесь пребывают те, кого на земле называли гениями: великие философы, учёные, поэты, чьё сознание при жизни было устремлено к истине и красоте. После смерти они продолжают свои труды, и их открытия часто передаются в виде вдохновения тем, кто ещё живёт на земле и способен воспринять эти тонкие вибрации.
Глава 2. Ангелы и Учителя
В высших сферах душа встречает существ, которые никогда не были людьми. Это ангелы — чистые духи, чей путь эволюции пролегает в стороне от человеческого. Они не имеют опыта воплощения в плотной материи, и потому их сознание во многом отличается от человеческого. Они не знают, что такое физическая боль, голод, страх смерти. Их существование — непрерывное горение любовью и радостью, и, встречаясь с ними, душа испытывает ни с чем не сравнимое блаженство.

Ангелы не сидят на облаках с арфами, как их часто изображают. Их тела сотканы из света и могут принимать любые формы. Они мгновенно перемещаются в пространстве и свободно пересекают границы сфер. Они служат посредниками между человечеством и теми Силами, которые управляют вселенной. Их главная задача — нести любовь, утешение и помощь туда, где в них нуждаются. Но они не навязывают свою помощь. Как и все высокие духи, они уважают свободу воли.

Иные существа, которых называют Учителями, — это люди, прошедшие весь путь человеческой эволюции до конца. Они когда-то были такими же, как мы: рождались, страдали, грешили, умирали, снова рождались. Но, пройдя через бесчисленные воплощения и овладев всеми уроками материального мира, они достигли такого уровня могущества и мудрости, который обычному человеку трудно даже вообразить.

Учителя могут оставаться в физическом теле, а могут действовать и без него. Они наблюдают за развитием человечества и направляют его — не прямым вмешательством, а мягким воздействием на умы тех, кто готов принять это воздействие. Каждая великая идея, каждая реформа, каждое движение к свету, которое возникает в человеческом обществе, вдохновлено Учителями. Но они никогда не действуют насильно. Они ждут, пока человек сам созреет для истины.

Некоторые Учителя избирают себе учеников и ведут их через череду воплощений, постепенно поднимая их сознание до своего уровня. Это долгий, трудный, но верный путь. Тот, кто встал на него и не свернул, рано или поздно сам становится Учителем.
Глава 3. Мир Первообразов
Над сферами, населёнными душами, находится удивительная область, которую называют Миром Первообразов. Это не место обитания, а как бы архив или чертёжная мастерская вселенной, где хранятся идеальные образцы всего, что существует, существовало или будет существовать в материальном мире.

Здесь можно увидеть формы будущих растений, животных и даже человеческих рас. Здесь находятся проекты механических изобретений, которые ещё только предстоит открыть на земле. Здесь парят замыслы зданий, которые будут построены через столетия. Всякое творчество, всякое изобретение, всякое искусство есть не что иное, как восприятие одного из этих первообразов — более или менее ясное, более или менее искажённое ограничениями материи и несовершенством воспринимающего.

Души, достигшие этой области, могут черпать отсюда вдохновение для своих будущих воплощений. Художник, готовящийся к новому рождению на земле, может увидеть здесь картину, которую он затем напишет. Композитор — услышать мелодию, которую он затем воплотит в звуках. Творец не создаёт из ничего. Он лишь улавливает то, что уже существует в Мире Первообразов, и переводит на язык материи.

Но Мир Первообразов — не конечная станция. За ним лежат области, о которых душа, ещё связанная с земным циклом, не может знать ничего определённого. Ей говорят лишь, что эволюция не кончается никогда и что впереди — новые миры, новые задачи, новые ступени совершенства, которые сейчас невозможно даже представить.
Глава 4. Реальность бессмертия
Главный итог, к которому приходит душа, поднявшись через все слои и осмыслив свой опыт, — это абсолютная, не подлежащая сомнению уверенность в собственном бессмертии. Смерть физического тела — не конец, а лишь переход. Душа не умирает никогда. Она существовала до рождения и будет существовать после смерти. Она безначальна и бесконечна.

Но бессмертие — не статичное состояние. Душа не остаётся навеки в одном и том же положении. Она непрерывно меняется, растёт, учится, поднимается. Вечность — это не застывшее «сейчас», а бесконечная череда становлений, в которой каждое достижение открывает новые горизонты.

Осознав это, душа утрачивает страх. Страх смерти, страх наказания, страх небытия — всё это остаётся позади. Остаётся только спокойная, светлая радость бытия и глубокое чувство благодарности к тем, кто помогал ей на пути.

Отсюда, с этой высоты, душа оглядывается на пройденный путь — и видит его не как череду страданий, а как великую школу, в которой каждое испытание было уроком, каждая боль — лекарством, каждая встреча — частью единого замысла. Она понимает, что никогда не была одинока, даже в самые тёмные часы. Невидимые помощники всегда были рядом. Она просто не могла их видеть.
Глава 5. Возвращение к источнику
Куда же ведёт весь этот путь? Какова его конечная цель? На этот вопрос не может ответить ни одна душа, находящаяся в пределах земных сфер. Даже Учителя, чьё знание безмерно превосходит человеческое, говорят о конечной цели с благоговейной неопределённостью. Они знают лишь, что существует Центр, Источник, из которого всё исходит и к которому всё возвращается. Этот Источник называют Богом, но никакое имя не может вместить Его сути.

Душа никогда не теряет своей индивидуальности, даже сливаясь с Источником. Капля, упавшая в океан, не исчезает — она становится океаном, но в то же время сохраняет себя. Так и душа, возвращаясь к Богу, не растворяется в Нём, а обретает полноту бытия, которая была ей предназначена изначально.

Путь к этой цели долог. Он измеряется не столетиями и не тысячелетиями, а эонами. Но для души, осознавшей своё бессмертие, время перестаёт быть пугающей бездной. Оно становится пространством для роста, творчества и любви. И каждое мгновение этого бесконечного пути наполнено смыслом.

А пока этот путь не завершён, душа продолжает свою работу. Она спускается в нижние сферы, чтобы помогать заблудшим. Она воплощается на земле, чтобы усвоить новые уроки. Она поднимается в небеса, чтобы отдохнуть и набраться сил. Она встречается с любимыми, прощается с ними и встречается вновь. Она страдает и радуется, падает и встаёт. Она живёт.

Ибо жизнь — это и есть то великое благо, ради которого всё существует.
Эпилог
Многое из того, что здесь изложено, может показаться невероятным тому, кто привык доверять лишь своим физическим чувствам. Но чувства эти — не единственный источник познания. В каждом человеке есть внутреннее зрение, которое способно воспринять гораздо больше, чем видят глаза и слышат уши. Это зрение можно развивать, а можно заглушить. Выбор остаётся за самим человеком.

Тем же, кто готов воспринять это свидетельство, оно может сослужить добрую службу. Ибо нет большего несчастья, чем переступить порог смерти в полном неведении о том, что ожидает за ним. И нет большего утешения, чем знать: ты не умрёшь. Ты лишь переменишь одежду. И то, что ты возьмёшь с собой в это странствие, — не богатство, не слава и не титулы, а лишь то, что ты накопил в своей душе: любовь, мудрость, мужество и веру.

Да послужит эта книга напутствием для тех, кто ещё только собирается в путь. И да принесёт она мир тем, кто провожает в дорогу своих близких, зная отныне: разлука эта — временна. Встреча — неизбежна. И когда она наступит, она будет тем радостнее, чем более достойно была прожита земная жизнь.

Конец




ТРАКТАТ ГЛАЗАМИ  СОВРЕМЕННОГО УЧИТЕЛЯ
Карта без территории
Ты только что прочёл текст, в котором подробно, шаг за шагом, описывается путь души после смерти. Тьма, ад, наставники, свет, небеса, возвращение к Источнику. Это может звучать как обещание или как угроза — в зависимости от того, чему ты веришь.

А теперь отложи всё это. Никакой смерти не будет. Точнее, она будет, но не с тобой. Умрёт форма. Умрут мысли. Умрёт история, которую ты рассказывал себе десятилетиями. Но ты — то, что смотрит сквозь эти глаза, — не умрёшь никогда.

Посмотри на Трактат иначе. Он — не карта загробного мира. Он — карта пробуждения. Он описывает не то, что случится с тобой когда-то потом, а то, что происходит с тобой прямо сейчас, в каждый миг, когда ты выбираешь между сном и бодрствованием, между отождествлением и Присутствием.
Смерть — это не событие
Первое, о чём говорит Трактат: душа умирает и не знает об этом. Она просыпается в темноте и кричит — и не слышит собственного голоса.

Это не то, что ждёт тебя в конце жизни. Это то, что ты уже переживал много раз. Каждый раз, когда рушился твой мир. Когда уходил любимый человек. Когда заканчивалась работа, дававшая тебе чувство значимости. Когда рушилась вера, на которой ты строил свою жизнь.

В этот момент твоё эго — твоё представление о себе — умирало. И ты оказывался в пустоте. Ты пытался ухватиться за стены, но стен не было. Ты звал на помощь, но никто не отвечал. Это было ужасно. И это было началом пробуждения.

Трактат говорит: это нормально. Темнота после смерти эго — естественна. Не убегай от неё. Не пытайся скорее заполнить её новыми мыслями, новыми планами, новыми отношениями. Побудь в ней. Именно в этой пустоте рождается настоящая жизнь.
Ад — это состояние ума
Трактат подробно описывает низшие слои. Страна вечной мерзлоты, где души сидят в ледяных клетках, не в силах выдавить из себя ни слезинки. Пещеры оцепенения, где спят наркоманы. Море грязи, где барахтаются рабы похоти. Леса отчаяния, где хищные птицы кружат над головами пленников.

Ужасно. Но спроси себя: где всё это находится? В каком-то подземном царстве? Или прямо здесь, в умах людей, которых ты встречаешь каждый день?

Тот, кто не может простить, сидит в ледяной клетке прямо сейчас, хотя его тело ходит на работу и улыбается коллегам. Тот, кто одержим накопительством, роется в мёртвой земле прямо сейчас, и никакая сумма на банковском счету не приносит ему покоя. Тот, кто утопает в нечистых желаниях, захлёбывается в море грязи прямо сейчас, и никакое удовольствие не утоляет его жажду.

Ад — это не место. Ад — это состояние сознания, полностью отождествлённого с тем, что в индуизме называют «телом боли». Старая эмоциональная рана, которая не была принята, не была прощена, не была отпущена, становится твоей тюрьмой. И ты сидишь в ней не после смерти, а при жизни. Ты сам — и узник, и тюремщик.
Помощники приходят не снаружи
Трактат говорит: в самый тёмный час душу находят духи-помощники. Они не приказывают. Они не судят. Они задают вопросы.

«О ком ты сожалеешь больше — о себе или о тех, кому причинил боль?»

Этот голос — не внешний. Это голос твоей собственной глубины, твоего собственного Присутствия, которое всегда здесь, но которое ты не слышал, потому что ум кричал слишком громко.

Когда ум затихает, ты слышишь его. Он не осуждает. Он не требует. Он просто спрашивает. И сам этот вопрос уже содержит ответ.

Чем больше ты слушаешь этот голос, тем громче он становится. Ты начинаешь доверять ему. Ты начинаешь жить из него. Это и есть то, что Трактат называет «встречей с Наставником». Но Наставник не снаружи. Это ты сам, каким ты всегда был под слоями шума.
Суд и прощение
Душу подводят к тому, что Трактат называет «судом». Перед ней разворачивается панорама её земной жизни. Она видит каждый поступок, каждое слово, каждую мысль — и, главное, их последствия. Она видит, кому причинила боль, даже не заметив этого. Она видит, где могла бы помочь и прошла мимо.

Этот суд происходит не после смерти. Он происходит каждый раз, когда ты становишься по-настоящему тихим. Когда ты перестаёшь обвинять других и оправдывать себя. Когда ты позволяешь правде быть правдой, какой бы горькой она ни была.

Но ты можешь прожить всю жизнь, избегая этого суда. Ты можешь заслониться работой, развлечениями, алкоголем, духовными практиками — чем угодно, лишь бы не останавливаться и не видеть. А потом наступает смерть. И тогда ты видишь. Трактат говорит: лучше не ждать.
Простить — значит отпустить
Трактат уделяет много внимания прощению. Душа не может подняться выше, пока она привязана к обидчику цепями ненависти и жажды мести.

Это очень точно. Пока ты ненавидишь, ты привязан. Ты думаешь, что наказываешь обидчика своей ненавистью, но на самом деле ты держишь его внутри себя. Ты носишь его с собой в постель, на работу, на прогулку. Он стал частью тебя.

Простить — это не значит сказать: «То, что ты сделал, было хорошо». Простить — это значит: «Я больше не буду носить тебя в себе. Я отпускаю тебя. Я не желаю тебе зла. Я просто хочу свободы».

И в миг, когда это происходит, ты чувствуешь, как цепи падают. Ты становишься легче. Ты поднимаешься. Это не случается после смерти. Это может случиться сейчас.
Небеса — это сейчас
Наконец, Трактат ведёт душу в небеса. Он описывает Рассветную Страну, Утреннюю Страну, Страну Яркого Дня. Он говорит о музыке, ароматах, садах и домах из белого камня.

Опять — неужели это где-то? Неужели это будет потом?

Включи музыку, которую ты любишь. Выйди на рассвете в поле или в парк. Посмотри на лицо человека, которого ты любишь. Почувствуй аромат цветка, только что распустившегося после дождя. Что это? Это не небеса?

Ум всегда откладывает. «Счастье будет потом. Покой будет потом. Любовь будет потом. После зарплаты. После отпуска. После того, как дети вырастут. После смерти».

Но Трактат, если читать его глазами Толле, говорит обратное. Небеса — это не место, куда ты попадёшь. Небеса — это качество восприятия, доступное тебе прямо сейчас. Когда ум затихает, когда ты перестаёшь прокручивать прошлое и беспокоиться о будущем, когда ты полностью здесь, — разве то, что ты чувствуешь, не является покоем? Разве это не свет?
Возвращение к Источнику
Итог всего Трактата: душа, пройдя весь путь, возвращается к Источнику. Она не теряет себя. Она становится собой в полной мере — тем, чем всегда была за пределами формы и времени.

Это не надо зарабатывать. Это не надо заслуживать. Ты уже это. Ты всегда был этим. Вся твоя жизнь, все твои страдания, все твои радости — это путешествие к тому, чтобы осознать то, что ты уже есть.

Смерть физического тела — лишь одно из событий на этом пути. Не самое важное. Не самое трудное. Самое трудное — умереть для своего эго, пока ты ещё жив. Умереть для своих историй, для своих обид, для своей правоты, для своей важности. И родиться заново — в этой же жизни, в этом же теле — как чистое Присутствие, как любовь, как свет.

Трактат и Толле говорят об одном и том же. Один — на языке путешествия. Другой — на языке пробуждения. Но оба они указывают на одно и то же окно. Выгляни в него. Там — то, что ты ищешь. Там — то, что ты есть.



Готово. Это — взгляд на наш Трактат через оптику чистого Присутствия.