Легенда о батеньке No 22. Гибель люйсистов

Ой, да в славном Париже-городе,
Да в одном неприметном подвальчике,
На кровати скрипучей, продавленной
Лежит батенька, Нестор Иванович,
И из глаз его слёзы катятся.
Пишет батько письмо товарищу,
Вспоминает своих пулемётчиков,
Под командою Мишеньки славного.

В ситуАциях боевых, гибельных,
Выручали ребята батеньку —
Пулемётами марки Льюиса,
Как в кино про товарища Сухова.
Пулемёты возили в тачАночках,
Потом брали их в руки крепкие,
Рассыпались цепью пехотною,
И, дождавшись команды Мишеньки,
Наносили удар неожиданный,
Разгонявший любую конницу:
И Будённого, и Барбовича,
И Котовского, и ШкурОвища.

Десять-двадцать таких пулемётчиков
Занимались штабною охраною,
Того батеньки, Нестор Иваныча,
Никого они не боЯлися,
Отступать они не привыкшие.

Но веснОю, тОю, нерадостной,
Двадцать первого года жестокого,
Добивала армию батеньки
Вся могучая Красная Армия:
И летучий отряд НестерОвича,
На броневиках с пулемётами,
И грузовики с пехотинцами,
И Будённого Первая Конная,
И отряды Котовского лысого.

Ну а батеньки армия славная
Очень сильно тогда поумЕньшилась,
В постоянных боях, безпощадных-то,
В непрерывных погонях отчаянных,
И прорЫвах из окружения:
Двести сабель в отряде у батеньки.

После сложного марша походного,
Проскакав два десятка килОметров,
Поредевшая батькина армия
Была встрЕчена красной конницей,
Их намного превосходящей,
Да с конЯми свежими, быстрыми.

Ну а батькины хлопцы — уставшие,
От погони и марша долгого,
Кони верные их выдыхаются,
А преследователи приближаются,
И погоня близка к завершению:
Хищно скалится смерть неминУчая.

Ну а батенька, Нестор Иванович
На тачанке лежит, весь израненный,
Видит — близко уж вражьи всадники,
И всё новые сзади подскАкивают,
Со своими-то саблями острыми.
Ну а батькины славные конники
Из последних сил с ними рубятся,
Умирают за маму-Анархию.

Но погибель батькиной «армии»
Уж становится очевИдною,
И для батькиных славных хлопчиков,
И для красной, жестокой, конницы,
И для батеньки, Нестор Иваныча.
Не бросают батьку соратники,
Погибают ребята десятками,
И собою за батеньку жертвуют.

Тут к тачанке с лежащим батенькой
Подъезжают пять добрых мОлодцев,
Да с ручными-то пулемётами,
Под командою славного Мишеньки.
Говорят, что прощаются с батенькой,
И сейчас собою пожертвуют,
Но спасут они Нестор Иваныча,
Своего атамана отважного,
От погибели неминуемой,
И чтоб батько сказал их родителям,
Что сынОчки погибли героями.

Рассусоливать долго некогда,
Хлопцы действуют чётко и слаженно:
На ходу они ловко спрЫгивают,
Рассыпаются в цепь богатырскую,
И встречают красную конницу,
После взмаха рукою Мишеньки,
Смертоносной стеною свинцовою.

Батько слышал тот треск пулемётов,
А потом слышал — бомбы взрывАлися,
Но за время того сражения
Батьки армия потерЯлася
На просторах раздольных, укрАинских:
Оторвались они от преследователей,
Переправились через реченьку —
И ищи их, как ветра в пОлюшке!
Отступила смерть кровожадная.

Через месяц, а может, более,
Проезжал опять славный батенька
Да местами этими гиблыми,
И крестьяне села Стародубовка
Показали могилу братскую,
Где они схоронили тех хлопчиков,
Пулемётчиков славных батькиных,
С командиром их, храбрым Мишенькой.

Рассказали крестьяне батеньке,
Как они оказались свидетелями,
Ох, сражения небывалого,
Когда пятеро добрых мОлодцев
Вышли против вражеской тысячи
И сдержали атаку конную.
И, когда их патроны закончились,
Они стали бросаться бомбами,
И взрывали вражеских конников,
И погибли все, до едИного,
А последним погиб славный Мишенька.

И всегда, вспоминая про Мишеньку,
И про храбрых его пулемётчиков,
Не мог батько от слёз удержатися:
Ведь своею геройскою гибелью
Эти славные дОбрые молодцы
Сберегли любимого батеньку
И остатки его славной армии.

А погоня та продолжАлася
Ещё долгих и страшных пять месяцев,
И опять, для спасения батеньки,
Погибали его сынОчики,
Убегая от Красной Армии.

И в подвале Парижа-города,
В письмеце своему-то соратнику,
Описал этот случай трагический
Да Махно-то, Нестор Иванович,
Чтоб не стёрлось в потомков памяти
То геройство отважного Мишеньки
И его лихих пулемётчиков,
Что за батеньку жИзни Отдали.