Помнишь нашу первую встречу? Я, конечно, нет. Но говорят: была глубокая осень. Ноябрь. Ты ворвалась в мои лёгкие не запахом сирени, а колючим холодом и первым снегом, что бил в казённое окно. Ты не дала мне в провожатые ни матери с молочными руками, ни отца, за чьей спиной можно укрыться. Ты просто оставила меня на пороге детского дома, сунув вместо родительского тепла одно лишь упрямое сердце, которое билось, не понимая за что. Мальчишкой я злился. За спальню на десять коек, за чужих тёть, решавших, что мне есть и носить. За разбитые коленки, которые приходилось зализывать самому. Я думал, ты соперник, играющий краплёными картами. Как я ошибался. Ты оказалась не соперником, а жестким тренером. Тем, кто не подкладывает маты, а заставляет вставать с бетонного пола. Спальня научила тишине внутри себя. Казённое окно не брать чужого и не просить лишнего. А разбитые коленки тому, что боль не убивает, она просто отступает на шаг, когда ты встаёшь. Помнишь, как я сбегал от тебя? В книги, где у героев были семьи. В голову, где я выдумывал себе другую биографию. Но ты терпеливо ждала, зная, однажды мне надоест врать самому себе. А потом случилась она. Та самая, понимаешь? Моя настоящая любовь. Та, что гладила мои шрамы так, будто это драгоценные письмена. Её руки пахли не молоком этого запаха я так и не узнал, чему нет названия может быть, домом. Тем самым, которого у меня никогда не было. Ты подарила мне любовь такой пронзительной силы, что все мои детские фантомные боли разом стихли. С ней я впервые узнал, каково это быть нужным не за что то, а вопреки всему.
Но теперь ты шепчешь мне, что эта весна последняя. Я чувствую это не умом, а костями, которые помнят все переломы до единого. Знаешь, я не жалуюсь. Если бы можно было прожить всё заново без единой царапины я бы не согласился. Ведь тогда, в том гладком мире, у меня не было бы её. Я бы не знал, каким хрупким и бесценным может быть обычное утро, когда вы пьёте чай на двоих. Моя последняя весна... пусть она пахнет не сиренью, а лекарствами и мокрой землёй. Всё равно это твой подарок.
И я хочу успеть сказать тебе спасибо. За разбитые коленки, что научили терпеть. За казённые стены, что укрепили дух.
Ты жестокая и щедрая, бессмысленная и прекрасная. И даже уходя, я люблю тебя — впервые без злости, спокойно.Прощай. И спасибо за неё. Спасибо за эту последнюю весну.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.