Кукла

Меня зовут Алекс. По профессии – спелеолог, ну то есть с группой соратников исследуем гроты, пещеры. В данный момент я нахожусь в отпуске. И вот сейчас хочу рассказать о том, что со мной приключилась история, которая изменила практически полностью мою богатую интересными эпизодами жизнь.
И так…..
Я всегда был против того, чтобы в комнате, где проводишь основные часы работы, досуга и
сна, имел место хоть какой то беспорядок. Но сейчас, войдя к себе, я был крайне удивлён. Вещи, которые находились ранее на своих положенных местах, были разбросаны по всей комнате. Книги, аккуратно стоявшие часом раньше на полках, валялись на столе, полу и диване. Подшивки газет и журналов были разбросаны здесь и там. Мой старый глобус лежал у камина, сброшенный кем - то со шкафа. Сам шкаф был раскрыт и одежда из него торчала рукавами пиджаков, наполовину оторванными воротниками пальто и плащей. Дверки серванта так же были раскрыты и вся посуда была сдвинута в одну сторону. Всё говорило о том, что здесь побывал кто- то и упорно что- то искал. Я обратил внимание на замок двери. Он был невредим. Значит, промелькнула мысль, был подобран ключ такой же, как у меня. Но это не реально. Ключ – оригинал, изделие большой сложности и такого нет более нигде. Но как же так? На окнах стальные решётки, дымоход камина на столько узок, что через него едва ли пролезет тощая кошка. По вентиляции так же нельзя попасть в помещение, так как на каждом изломе и повороте установлены стальные жалюзи. Сигнализация в норме. Фрамуги открываются по сигналу изнутри, то есть из самой комнаты. Я ещё раз внимательно осмотрел помещение и взор остановился на застеклённом стеллаже, где в аккуратном ряду были помещены детские забавы моей четырёхлетней дочери. Несколько хорошо заточенных цветных карандашей в цилиндрическом пенале, семь китайских слоников, приносящих по старым поверьям деньги в дом, пара симпатичных матрёшек и три совершенно идеальные в фигурах и телосложении роскошно разодетые гуттаперчевые куклы. Дочка их сильно любила, но особенно обожала и почти никогда не расставалась с Матильдой. Эта кукла на своём месте выделялась среди других нежно-голубым роскошным платьем, переходящим книзу в насыщенный розовый цвет. Серебристые длинные волосы, волнами спадающие на тонкие стройные плечи, идеально подчёркивают правильно сложенную фигуру. На всём этом фоне красоты особенно выделяется шитый золотом пояс с большой блестящей пряжкой, излучающую из себя внутреннюю голубизну. В её центре, словно в воздухе укреплён полупрозрачный череп. Непонятно. Для чего на детской игрушке такой зловещий знак? И дочь словно была заворожена этой куклой. При покупке она просто влюбилась в неё, да так, что я смирился с тем, что увидел. И вот теперь я наблюдаю с удивлением, что при всей этой картине беспорядка, единственное нетронутое место – это полка, где находятся куклы дочери. Глаза Матильды так и буравят меня. Пронзительно – сверлящий взгляд её голубых глаз проникает мне в самую душу и я не в силах оторвать глаза. Я чувствую, что она хочет что -то сказать и теперь слышу её слова?
- Найди мой талисман…. Найди талисман!
 Слова вырываются у меня сами собой и я спрашиваю:
- Какой талисман? – И тут же слышу:
 - Гранатовый кулон…. Он был у меня на груди…..
Я стою оцепеневший от удивления и ничего не понимаю. Перед глазами туман, пелена и мне становится дурно. Поворачиваюсь к двери, открываю её и прохладный воздух из прихожей приводит меня в чувство.
Состояние такое, что хочется убежать от нахлынувшего неизвестно откуда страха и в то же время что- то держит меня, не пускает. Может это любопытство? Я беру себя в руки, осознавая, что это всё какая -то фантазия уставшего мозга.
Нужно просто расслабиться, отдохнуть, прилечь наконец. Смело подхожу к полке, открываю стеклянную дверцу и с посланными в мой адрес словами слышу:
-  Не трогай меня! Я принадлежу не тебе а Глории, - сильным ударом в грудь чем то тяжёлым и ужасным видом раскрывшейся пасти огромного черепа, падаю навзнич, теряя сознание. В глазах мириады искр постепенно угасающих и наплывающая  чернота. Неизвестно, сколько прошло времени, но вот я прихожу в себя и вижу светлое небольшое помещение с какими-то приборами. Палата интенсивной терапии. Вместе с осознанием того, где я нахожусь, приходит и тупая боль в груди. Рядом стоит врач и пристально смотрит на меня.

Наши взгляды встречаются и тут же слышу его голос: - Ну наконец -то! Появились явные признаки жизни. Это не плохо. Вы, Мария Петровна просто бог. Вытащили его с такой глубокой ямы.
Я увидел подошедшую темноволосую симпатичную женщину в годах. Ее халат отдавал сверкающей голубизной и подчеркивал собой ее предназначение. Старшая сестра травматологии. Она была действительно богом в этом заведении. Ее приветливая легкая улыбка и тонкий прищур добрых глаз привели меня в чувство  окончательно и я, было, хотел даже встать, но неотразимый жест рукой и твёрдый голос: - Лежите спокойно, - впечатали меня в моё временное ложе. - Рёбра, - это не шуточки, -услышал я её и тут же вопрос:
-  Где ж вас так угораздило? Я смотрел на неё и не знал, что же мне ответить. Как объяснить тот эпизод, как обрисовать картину, где я сам со стороны слушателей стал бы выглядеть ненормальным, у которого начались галлюцинации? Теперь я вспомнил все. Все до мельчайших подробностей и лежал практически беспомощный с туго перебинтованной грудью. Хотя, дышалось свободно. Перед глазами встала Матильда и ее прямой буравящий взгляд. Это было нечто колдовское, не наше земное. Потустороннее с признаками толи зомбирования, то ли гипноза. От всего этого веяло холодом, ужасом и не совместимостью с земной жизнью.
- Я вам расскажу чуть позже. Лучше наедине. А там сами решите, что правда, что выдумка.
- Я смотрел на Марию Петровну с чувством какой-то вины, словно жалел её за хлопоты, которые предоставил ей.
-Доктор, я и вам благодарен за оказанную помощь. Если бы не вы…..- Ну что вы. Ничего страшного – заговорил врач – основная нагрузка легла на нашу спасительницу, - он указал рукой на Марию Петровну, - кстати – продолжил он, - сейчас то, что ему приписано, отменить, кроме горячего укола и поделайте ему анальгин с димедролом.
Пусть отдыхает и поправляется. А вы, мой милок, - он опять глянул на меня, - ни о чём не волнуйтесь. У нас и посложнее есть пациенты. Так что успокойтесь и все будет хорошо. Дней пять-шесть отдохнёте, а там посмотрим. Может и домой пойдете.  С этими словами он повернулся и на выходе из палаты добавил:
-  Вы, Мария Петровна, зайдите ко мне. Надо некоторые назначения больным пересмотреть. Я вас жду минут через двадцать. Прикрыл за собой дверь и в тихом проходе были слышны его удаляющиеся шаги. Все стихло. Только четче стало слышно тиканье маленьких наручных часов, да с улицы проникал через двойное толстое стекло широкой белой рамы городской шум. Я, окончательно осознавший свое положение, хотел вспомнить некоторые мелкие эпизоды происшедшего, но ничего не приходило в голову, кроме какой-то не понятной и по видимому очень старой мелодии.
То была не мелодия, наигранная инструментом, а заунывное пение одного человека. Слова и фразы, понятные и не понятные с неясным общим смыслом, звучали в такт с почти монотонным мотивом и перед глазами маячил силуэт старика. Он стоял на высоком камне и смотрел в мою сторону и слышал я:

Ту – монте - дору
Кри – упа - дарта
Иди на гору
На камне карта!

Буин – ку - ваки!
Ты – самый смелый!
На камне знаки,
Под красным белый!

Соимпу стера!
Гу анта вада!
Основа – вера!
Твоя награда!

Найдешь проходы,
В огне дракона,
Исчезнут годы,
В окне вагона!

Ищи земное,
Под знаком рака!
Найди святое –
Сын зодиака!

Бо - урто - каум!
Чентеро - пула!
Добудешь камень,
Уйдет акула!

Устами млада,
Глаголит повесть!
Возьми, что надо
Не трогай совесть!

Это было похоже на заклинание, колдовской ритуал. И не кому ни будь, но мне предназначались эти слова. Нет. Это не сон и я чётко различаю всё вокруг. Осознаю действительность и начинаю понимать постепенно глубокий смысл напева. Мне надо быть там, где раньше я жил с семьёй, на старом месте. А это другой штат и очень далеко. Я с дочерью уехал оттуда на поезде и перед отправкой окончательно распрощался со всеми, кто содействовал мне и помогал и словом и делом. Там я продал свой старый дом, хотя и довольно крепкий ещё.
В памяти начали всплывать эпизоды восьмилетней давности. 2072 год. Два года исполняется моей дочери и столько же с момента непонятного исчезновения моей самой близкой, доброй и любимой подруги жизни – Марты. Я вынужден был напрячь все свои силы для того, чтобы поставить на ноги дочь, родную мою кровинушку. И, можно сказать, я справился с этим. Ну а сейчас, в данный момент пришла мысль о том, что там, именно там, в захолустном магазинчике на окраине нашего городка я, проходя с дочкой мимо тех дверей бросил, как бы пошутил:
Давай зайдём и посмотрим, что привезли для нас?
Купил ей неписанной красоты куклу. Я видел, как радостно сияли глаза Глории и она тут же назвала её Матильдой.
-  Это моя Матильда! Я её очень люблю,- и тут же, притянув меня к себе, поцеловала в щёку. И что самое интересное, на ценнике было отштамповано по  итальянски слово «Motilde». Её радости не было предела. Она с этой куклой не расставалась ни на минуту. Чем бы не занималась в доме или на улице, всюду кукла была рядом с ней. А теперь уж и неизвестно, кто к кому больше привык и притянулся. То ли Глория к кукле, то ли наоборот. Да и на этот череп я не обратил в начале никакого внимания. Издалека его не видно, если не приглядываться. Но теперь это всё играло большую, если не главную роль в чём то очень значимом, великом и основательном. И тот старик – мастер, изготовивший в своё время куклу Матильду ручной работы, отнёс её в магазин. Там с удовольствием приняли из рук старика куклу, в последствии купившую её Алексом для дочери.
За неделю, проведённую в палате, произошли некоторые изменения и в жизни больницы и в моей жизни. Всё, что я знал раньше и вспомнил в последствии, было передано словестно Марии Петровне. Она выслушала меня с откровенным интересом и по окончании моего рассказа добавила, что тоже видела того самого старца, напевающего те же слова. Только он стоял к ней спиной и смотрел куда то в даль. Я, говорит, хотела увидеть его лицо, но он так и не повернулся. К стати. Ваше лицо мне почему- то знакомо. И когда вы рассказывали о старике, я видела вас. Вы стояли перед ним. У него были видны длинные белые волосы, свисающие до плеч и почти круглая спина, слитая воедино с большим горбом. Светло – серая накидка с непонятным знаком на пояснице, с длинными полами до самых пят и ярко-синий широкий пояс. Вокруг голые камни и вдалеке плотный туман. Никаких запоминающихся предметов или вещей вокруг. Всё это так смутно и в то же время одинаково с  вашим описанием. Я никак не могу понять, что это было? Каким образом появилось перед глазами? Что это означало? Может какая энергетика действует? И главное, что интересно, вас посылают туда, где вы раньше жили. Значит там есть что- то такое, что вы упустили из вида или… Не могу ничего сказать. Теряюсь в догадках. Но, наверное, всё же там надо появиться. В какое время и в каком месте – станет ясно по прибытии. И вполне, возможно,  разрешится та проблема, которую задала вам ваша жизнь. Пойдёте своим путём и всё узнается.

Домой я появился с пятницы на субботу. Из записки на столе узнал, что моя родная сестрёнка Аля с дочерью уехали в деревню на выходные и предоставили мне распоряжаться своим временем по личному усмотрению. Вечер удался тёплый и безветренный. Я раскрыл окно, установил сетку, чтоб мошка не донимала и уселся на диван. Оглядел комнату. Все вещи были на своих местах и ничего не напоминало о событиях недельной давности. Порядок и уют особенно сейчас, необходимые мне, создавали в душе благотворное течение и я удовлетворённый окружающей обстановкой, успокоился и мысленно стал говорить себе, что, конечно же нужно съездить туда, где жил раньше и зайти в тот самый магазин. На месте узнать то, что требовала ситуация.
За восемь лет может и продавцы сменились, да и обстановка поменяться могла. Короче, ладно. Решил, так решил, утвердительно сказал я себе уже в слух и глянул на полку с куклами. И что вы думаете? Матильда глядела на меня в упор и откровенно и открыто улыбалась. И это было жутко.
Отведя глаза в сторону, я уж точно знал, что кукла не такая, как остальные. Она живая и всё прекрасно понимает. В этом я был убеждён. И доказательств тому предостаточно.
И вот незаметно для себя самого, я раскрыл шкаф, выдвинул ящики комода и обозревая вещи и бельё, начал выбирать всё необходимое и аккуратно укладывать в большой рюкзак. Наполнился он довольно быстро и стоял готовый в прихожей. Пять часов пролетели, как пять минут. Старые часы, стоявшие у окна, били полночь. Они в своё время были изготовлены неизвестным мастером и достались мне на местном аукционе можно сказать за бесценок. Всего три тысячи долларов. Я почему говорю так? Да потому, что на той распродаже были вещи, за которые давали в сотни раз больше, чем за мой купленный механизм. Там были золотые кулоны, перстни с бриллиантами, ожерелья, картины, книги, которым было по шестьсот и более лет. И всё это стоило очень дорого. Припоминаю. Там оценивалась одна старая книга. Название помню смутно. То ли какая- то «Экзальтация по Брауну», то ли «Эскулапы древней Помпеи». Но всё дело в том, что эта книга ценилась наличием какой – то лечебной энергетики и с торгов она ушла новому хозяину за полтора миллиона. Сейчас, в двенадцать часов ночи я совершенно не хотел спать и думал о том, как буду добираться до места назначения и что преподнесёт судьба по прибытии в Луизиану. По моему сейчас было всё в порядке и я был в полном сборе. Ещё положил во внутренний карман костюма несколько фотографий, напоминающих мне о том, как я с Мартой и сестрёнкой снимались на моей свадьбе. Это, кажется, было так давно. Но эти снимки были очень ценны для меня и я не расставался с ними. Это память.
Беру тетрадный лист и пишу сестре записку:
- Я уехал туда, где жил раньше. Это необходимо. По моим подсчётам на переезд туда и обратно с завершением дел мне хватит четырёх дней. Ни о чём не волнуйся. Как приеду, всё расскажу. Поезд будет в девять утра. Билет заказан. До встречи. Целую тебя и дочку. Алекс. 
Число и подпись. Сегодня - шестое июня 2080 год.
Записку оставляю на столе и ложусь отдыхать. Ворочаюсь, никак не могу заснуть и в конце концов проваливаюсь куда – то в мягкое и тёплое.
Резкий удар по ушам утреннего колокольного перезвона часов моментально приводят меня в чувство и на прочь прогоняют пелену беспокойного сна. Шесть часов утра. В голове обрывки виденного за ночь. Вид голой скалы с каменистой россыпью и лицо медсестры травматологии. Словно из тумана появляется фигура поющего старика, затем лицо моей дочери и ещё одна стройная фигура какой – то молодой девушки. Она пристально смотрит на меня и улыбается. Доброта и волны неописуемой любви так излучаются из неё в мою сторону, что нет уж мочи всё это переносить. Какая – то слабость, бессилие бьют по ногам и я сажусь на стул. Сердце учащённо бьётся и еле перевожу дыхание. Постепенно успокаиваюсь и осмысливаю увиденное. Проходит около пятнадцати минут. Теперь я бодр и в полном порядке. Быстро встаю и сам себе удивляюсь, как скоро собрался и готов к отъезду. Время летит незаметно и вот уж передо мной широченный фасад шестиэтажного корпуса вокзала. Народу уйма. Снуют туда-сюда, разговоры, смех, плач ребёнка, шум машин и подъезжающих автобусов – всё смешалось в единый привокзальный гул. Я прохожу в корпус. Эскалатор поднимает меня к пятому этажу. Здесь кассы местного и междугороднего назначения. Повсюду автоматика и мини-компьютеры.
Подходишь, сообщаешь голосом свои данные, пункт назначения и цель поездки. Компьютер оценивает ситуацию и на табло высвечивается сумма оплаты. На клавиатуре набираешь данную сумму и она со счёта уходит в пользу Ж.Д. Вместе с этим из небольшой щели выталкивается карта – билет. Это пропуск в вагон. Я приобретаю всё необходимое, прохожу на третью платформу и становлюсь на подъёмник. Вставляю билет в щель приёмника и поднимаюсь на лифте до одиннадцатой магистрали. Здесь для меня готовое посадочное место. Укладываю рюкзак с специальный контейнер и сажусь в мягкое и удобное кресло.

 До отправления – семь минут. Осматриваю с высоты птичьего полёта открывшийся передо мной пейзаж новых привокзальных застроек, закрытых овальными куполами крыш каких – то складов, баз, цехов. Общий вид не то, что отталкивающий, но наоборот – привлекательный. Перед глазами большая часть города, сверкающая керамикой, пластиком и стеклом. Воздух на столько прозрачен, что видны далёкие башни старого замка. А это почти у горизонта. На другой стороне, на сколько хватает взгляд, раскинулись золотистые поля пшеницы. В этом году ожидается очень много хлеба. Ну вот и хорошо. Богатый урожай – богатая страна.
Семь минут пролетели незаметно и так же незаметно глазу началось медленное, но затем всё ускоряющееся движение поезда. Перед лицом появился объёмный пульт с серией кнопок. Под каждой – надпись – указание. Можно почитать газету, журнал, можно заказать лёгкую, но довольно вкусную и сытную еду, можно послушать музыку на свой выбор или сыграть в игру. Можно просто отдохнуть. Таймер показывает время отправления, время собственно самой поездки и время прибытия в пункт назначения. Поезд набирает полный ход и теперь деревья и отдельные строения, мелькающие за окном, просто невозможно рассмотреть. Экспресс несёт меня к забытым улицам и переулкам старого городка. Несёт меня туда, где прошло моё детство и юность. Какое – то непонятное волнение закралось в душу. А правильно ли я сделал, что отправился в родные края? И ничего не забыл, когда собирался?
Раз уж буду там, то обязательно схожу на голую сопку. Выберу время. В памяти мелькали эпизоды и картины прошлых лет. Теперь уж всё перемешалось – и ранняя юность и настоящая взрослая жизнь. Здесь я ловлю себя на мысли остановиться, подумать, взвесить все за и против и прийти к какому – то действенному результату. И думать теперь не хочется. Просто появилось неодолимое желание заснуть, пока время и пространство не придут к единому варианту и откроют многолетней давности секреты моего, близкого сердцу и памяти прошлого.
Вечер. Поезд подходит к небольшой станции. И даже сейчас, через двойное толстое стекло бокового обзора слышен перестук колёс набирающего скорость состава, уходящего по боковой ветке назад, туда, откуда я выехал несколько часов назад. Передо мной Шрифпорт, моя родина, место, где всё или почти всё знакомо до мелочей. Остановка. Беру свою поклажу и выскакиваю на платформу. Всё, как в старые времена. Ничего не изменилось. И такое ощущение, что попал лет на пятьдесят назад. Прохожу в здание вокзала. Небольшое количество народа встречает меня безразличными лицами. Я отвечаю им тем же. Но вот ко мне подходит молодая девушка и, окинув быстрым взором меня и мою поклажу, говорит:
- Извините. Вы, похоже, только прибыли в наш  город и он вам не знаком? Я гид и приглашаю вас принять участие в интересной экскурсии. Вы согласны?
Я смотрел на неё с минуту с полуоткрытым ртом. Она меня просто обезоружила. Но через мгновение, я, собравшись, ответил:
-  Нет. Благодарю вас. Я этот город знаю, как свои пять пальцев и сам могу рассказать о таких местах, где вы наверняка ещё не были ни разу. Ну это я так, к слову. А за приглашение спасибо. Извините, мне пора.
Я, повернувшись, зашагал к выходу на привокзальную площадь и в след услышал:
-  Прошу вас, подождите. Я хотела ещё спросить….
Я остановился, обернувшись и встретил её смущённый взгляд.
А у меня в душе промелькнуло что то очень знакомое и близкое. Её лицо! Вспомнилась Марта.
-  Ещё раз извините,- продолжила она,- мне кажется. Я вас где то видела. Только очень давно. И, уже осмелев, продолжала говорить:
- Лет семь или восемь назад. Вы не подумайте ничего плохого. Просто у меня хорошая память на лица и мне запомнились ваши черты. Да. Теперь я вспоминаю. Вы были одеты в оригинальные спортивные костюмы и с вами был ещё один человек, не русский. То ли чех, то ли поляк. Акцент его сильно выдавал. Да. Ещё с вами была девчушка такая симпатичная. И её лицо мне тоже знакомо очень. Она смотрела на меня, не отрываясь и как будто сама хотела что- то сказать.
Я стоял и слушал её. И как бы там ни было, но ведь она говорила чистую правду и всё совпадало до мелочей.
-  Неужели я такой примечательный? – задал ей встречный вопрос.
-  Нисколечко,- ответила она,- просто о вас и о вашей группе была заметка в нашей местной газете и фото. Я не знаю, как у других, но глядя на снимок, на какой, не имеет значения, глаза сами по себе сначала оценивают общую картину, но затем уже взгляд останавливается на отдельных эпизодах. Вы были в центре и я вас хорошо запомнила. Ещё раз извиняюсь за моё любопытство и настойчивость.
-  Ну что ж поделать? Как есть, так есть,- ответил я,- и в общем-то всё верно. Девчушка – это моя дочь, а мой напарник действительно поляк. Мы с ним давно знакомы. Хороший мой друг и соратник по работе. В то время он приезжал ко мне, а я был в отпуске.

Вот и получилось так, что вы нас видели вместе.
- Да, да. Именно так,- заговорила она вновь,- ваша группа спелеологов исследовала какую-то пещеру на Кавказе. Это упоминалось в статье. И вы, если уж быть откровенной, и есть тот самый Алекс, что внес немалый вклад в науку.
-  Мне нечего сказать,- отвечал я и стоял перед ней, уже сам смущаясь. И думал про себя:
-  А она очень наблюдательная и может быть пригодится в будущем. И тут же в слух сказал ей:  -  Откровенность за откровенность. Ваше лицо мне тоже знакомо. Не удивляйтесь. Хотя я вас раньше и не видел, но перед отъездом каким- то образом появился поющий старец, моя дочь и вы….
Это наваждение какое или судьба? Что можно на это сказать?
Я, в буквальном смысле слова увидел, как она изменилась в лице. Побледнела и смотрела на меня с полуоткрытым ртом.
- Что с вами?
- Я…. Ну…. Это…. Тоже…. Как же так?
Она говорила, чуть ли не заикаясь. Губы её дрожали и я слышал:
-  Старик. Да. Он пел…. и –  долгое молчание.
Минуты три я смотрел на неё с не скрываемым любопытством и она мне нравилась всё больше и больше. И было такое ощущение, что я просто не хотел никуда её отпускать.
-  Как вас зовут? – спросил я её.
- Марта,- ответила она и дальше,- работаю гидом шесть лет. Закончила колледж по специальности природа и ресурсы. Ну а дополнительно к этому отучилась на факультете международных общественных связей. Мне нравится моя работа. И доход не плохой. Вот наверное и всё. Достаточно?
Теперь она смотрела на меня с открытой, широкой улыбкой на лице и чего - то ждала неопределённого, но приятного. Видно было, что она успокоилась.
А меня просто обожгло внутри, когда она сказала, как её зовут.
- Да. Наверное достаточно, - ответил я и не зная, что ещё сказать, так же смотрел на неё. Улыбаясь. Она, как бы поняв, что отрывает моё время и задерживает группу, собравшуюся осмотреть город, достаёт визитку и подав мне, заканчивает:
-  Здесь телефон. Позвоните. Я буду рада. Извините, мне пора. А вам счастливых находок,- и подмигнув мне озорно, направляется к выходу. Я стою и смотрю ей в след. И перед глазами переливается всеми цветами радуги, висящий на золотой цепочке гранатовый кулон. У неё на груди? Я рванулся к выходу и увидел хвост автобуса, выезжающего с площади на центральный проспект. И теперь, стоя на ступенях, сжимал её визитку – единственную нить, связывающую нас обоих невидимым каналом. Осторожно разжав ладонь, словно боялся, что этот прямоугольник упорхнёт и уже не найти его, впился глазами в глянец номера.
С большим трудом и огромным нетерпением я дождался вечера и вот теперь звоню ей из гостиницы. Долгие гудки и на линии мужской голос:
- Да. Слушаю вас…
Для меня это неожиданность, но я тут же собрался и спросил:
- Извините. Мне хотелось бы поговорить с Мартой. Она дала этот номер и сказала, что будет ждать звонка. Но а сами вы ей кем приходитесь? Голос в трубке:
- Я её брат Дэвид. Ну и раз уж она сама дала вам этот номер. Немного ждите, сейчас позову её. И уже отдалённо – Марта, тебя к телефону.
Небольшая пауза и Марта берёт трубку.
- Да. Слушаю вас.
- Добрый вечер, Марта. Я тот самый Алекс, ну, понимаете? Извините за столь скорое  и неожиданное вторжение в  вашу жизнь, но у меня есть несколько вопросов, которые я хотел бы вам задать. И поверьте, для меня это очень важно. Вы не против?
- Я вас узнала. Здравствуйте. Нет. Не против. Мне, я думаю, наоборот, будет приятно побеседовать с человеком, который может рассказать много интересного. Это же здорово. Я завтра отдыхаю и слово за вами.
- Вот и прекрасно,- с надеждой на плодотворную встречу ответил я на предложение.
- Давайте увидимся в кафе у вокзала. Часам к десяти утра сможете подойти?
- Никаких проблем,- раздался голос в трубке,- я буду во время.
- Заранее благодарен,- закончил я,- жду с нетерпением. До свидания.
- Всего хорошего,- и – длинный гудок.
Я положил трубку. В груди ощущался какой – то неестественный подъём. Наметился явный путь к разрешению некоторых загадок, мучающих меня и не дающих покоя. Я просто радовался, как ребёнок, как малое дитя.
Хотя и кафе, куда я пришёл за полчаса до встречи, желало быть лучше собой, но это то самое место, где быть может наступит основной перелом в происходящих событиях. Я заказал столик на двоих, две чашки крепкого бразильского кофе и на собственный выбор блюд обслуживающего персонала, состоящего из двух человек, представившего нам вкусный и здоровый завтрак в придачу с мягкими ароматными булочками. Пару бокалов содовой и пачку сигарет «Парламент». Всё было на высшем уровне. Я даже подумал о том, что не плохо бы расширить и обновить само кафе. И средства на это есть. Благотворительность – она всегда и везде поощрялась. Хотя люди, даже очень богатые, не всегда прислушиваются к зову неимущих и нехотя дают деньги на строительство и расширение площадей гос. Учреждений, не говоря уж о частном секторе.
Лишь под аплодисменты собравшейся толпы, чтоб не показаться снобом и отметить своё «Я», объявляют о вложении некоторых капиталов в тот или иной проект.
Время для встречи подошло незаметно и вот я увидел Марту, вошедшую так нежно и легко, словно она скользнула сквозь стеклянную дверь напрямую в мою сторону и не задев никого, остановилась у столика.
- Здравствуйте,- услышал я её тихий, но уверенный голос.
- Добрый день, присаживайтесь,- сказал я и пододвинув ей стул, сел напротив неё.
- Извините,- начал я,- здесь то, что заказал, надеюсь не помешает нашему разговору? Вы не торопитесь? Я не хочу вас стеснять, но уж лучше посидеть спокойно, расслабиться. И ещё. Вы не против, если я буду с вами говорить, как с очень близким человеком? Ну, то есть перейдём с вы на ты? Как вы на это смотрите?
Она приветливо улыбнулась и ответила:
- В общем то я не против. Благодарю. Что, что, но от кофе и от «ты» я не откажусь,- она посмотрела на меня, улыбаясь и смело сделала большой глоток терпкого напитка. Я в свою очередь смотрел на неё и готовился задать первый вопрос о кулоне, висящим у неё на груди, как тут подошёл официант и сообщил, что её просят подойти к телефону.
- Извините,- она глянула на меня,- я на минутку.
- Ничего, ничего, пожалуйста,- ответил я и проводил её взглядом. А она симпатичная,- промелькнуло почему – то в голове, но я тут же подавил в себе эти мысли и стал думать о предстоящей беседе. Взял сигару. Закурил. Я видел, как она что – то упорно объясняла, кивая головой, затем вынула небольшой блокнотик из сумочки и начала писать. Через пару минут, попрощавшись, повесила трубку. Подошла. Села.
- Сестричка звонила. Просила подойти к магазину. К ним поступили новой модели  женские костюмы. Вот она и приглашает посмотреть. Вместе с вами. Хочет увидеть, с кем же это я познакомилась. Она у нас продавец товаров народного потребления. Всегда на передовой.
- А в каком магазине она работает? – вырвалось у меня само собой в надежде услышать именно про тот магазин, с которого и началась вся эта история.
- Да этот магазин раньше и магазином то можно было не называть. Так, небольшая торговая лавка была. Это сейчас он, как хороший универмаг стал. Пристроили к нему несколько подсобных помещений, склад товаров большой, бухгалтерия рядом. Всё к месту. Раньше был один этаж, теперь выстроили шикарный вестибюль на втором ярусе. Практически выгодно и удобно. Есть почти всё то, что поступает по заказам на город. Продукты и парфюмерия, одежда и обувь. От побрякушек до серьёзных и внушительных холодильников, стиральных машин, телевизоров и прочего разного такого.
- А ты почему так спросил? – Она смотрела на меня с нескрываемым любопытством и естественно ожидала интересного ответа.
- Понимаешь, Марта,- я смотрел ей прямо в глаза,- здесь такое дело… Ну, в общем, моё появление в этом городе напрямую связано именно с этим магазином и вполне возможно и с тобой. Вопрос лишь в том, как скоро я смогу увидеться с продавцами, проработавшими в этом магазине не менее восьми лет и которые наверняка помнят устройство первого подсобного помещения и первых витрин – стеллажей. Это очень важно для меня и в частности – для моей дочери. Вот такие дела.
- Ты меня просто заинтриговал,- прошептала Марта и добавила,- а ты ничего не путаешь?
- Мне просто не дано таких прав, чтобы путать,- ответил я. В этой длинной истории с возможностью возникновения непредсказуемых последствий лучше постараться ничего не путать. Это я знаю точно. Испытал на себе.
- Это ты всё серьёзно? – проговорила Марта, ещё, кажется, сомневаясь в том, что услышала.

- Конечно же. Серьёзней некуда. Я ради этого и приехал сюда, чтобы всё поставить на свои места и узнать необходимое.
- Ну раз уж так,- продолжила Марта, я могу подсказать своей сестре, к стати, её зовут Натали, чтобы она помогла тебе чем сможет. Дело в том, что она работает в этом магазине уже десять лет и наверняка помнит то, что было восемь лет назад. Если хочешь, можно прямо сейчас пойти туда и ты у неё всё узнаешь. Там, к стати, работают довольно долго ещё две женщины. Может и они так же чем ни будь помогут.
Алекс, слушая Марту, почувствовал какую – то неодолимую связь в этих событиях, особенно, когда Марта сказала о своей сестре, что её зовут Натали. Странная внутренняя тяга
Возникла к Марте и промелькнула мысль о том, что Марта – его жена? На свадебном фото, Марта и Натали стоят рядом. Точно! Но главное – терпение. И ещё раз уточнить.
Немного помолчав, Марта добавила,- ну как? Идём?
- Да. Наверное нужно там появиться,- заговорил я.
- И хотелось спросить у тебя о кулоне. Вот об этом самом,- я показал рукой на камень в виде сердечка, висевший у неё на груди.
- Хотя бы в кратце. Ты можешь рассказать его историю?
- Да. Конечно. Здесь ничего тайного нет,- начала говорить Марта.
- Около двух лет назад этот кулон появился у меня совершенно неожиданно. Я помню, как – то помогала своей сестре в магазине. У них проводился очередной осмотр и небольшой ремонт помещений. Мы вытаскивали полки и стеллажи в прихожку. Занимались покраской,
всякий ненужный хлам да мусор накопившийся убирали. А этот кулон попался на глаза чисто случайно. Я ещё спросила сестру, показав ей этот камень, как мол такой экземплярчик здесь оказался? Она конечно же не могла знать, как он появился.
- Красивый, правда?
Ну посмотрели мы его и она мне говорит:
-  Слушай. У тебя скоро день рождения, а это хорошая вещь и вроде не подделка. Так вот и сделай для себя маленький подарок. А что? Он и смотрится не плохо. И даже привлекательно. Надевай, да носи.
Так я и сделала. И вот с тех пор он у меня. Носила я его не очень часто. Когда выйти куда на люди, да к празднику какому. Вот, пожалуй, и всё. Хотя есть один интересный момент.
Я слушал её очень внимательно и когда она сказала о том, что этот камень со странностями, мне стало окончательно ясно одно – камень, который я вижу у Марты, это и есть тот самый гранатовый кулон, который просила найти Матильда – живая кукла моей дочери. К тому же Марта сказала ещё одну вещь в доказательство того, что этот кулон – потеря Матильды. Марта, по её словам, видела очень часто один и тот же сон, где огромные глазницы находившегося в воздухе безо всякой опоры жуткого черепа, смотрели прямо на неё и она от этого просыпалась. Кошмарный сон, в котором кто- то о чём – то сильно просит.
Меня бросило в жар. Я расстегнул воротник, ослабив галстук и почти залпом выпил всю воду из бокала.
- Что с вами? – спросила Марта,- всё в порядке?
- Да. Да. – ответил я,- ты понимаешь? Ты сейчас рассказала мне о том, чего я ждал, кажется, целую вечность. Чтобы всё понять, я тебе буду рассказывать всё по порядку. И заранее прошу. Ты услышишь от меня так же странные вещи, но не сомневайся в услышанном. Большая просьба. Отнесись к сказанному со всей серьёзностью. Ты готова меня выслушать?
Марта смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Немного помолчав, наверное обдумывая моё предложение, проговорила:
- Да. Конечно. Я постараюсь тебя понять. Слушаю внимательно.
И я начал говорить. Прошёл час. Я рассказал ей всё то, что произошло со мной от момента покупки куклы до последних эпизодов. Она выслушала меня очень внимательно. Даже ни разу не улыбнулась. Хотя над некоторыми высказываниями и можно было просто посмеяться, представив это всё чистейшей выдумкой. И раз уж она была серьёзной, значит сама что-то видела и знает, но говорить о том никому не решалась. Мало ли что подумают. Так недалеко и до психушки. Запрячут и поминай, как звали. Вот и молчала до настоящего момента. До того, как состоялся этот разговор. Это ж надо? И голая сопка под боком. Так и зовёт к себе, мол сделай то. Что требуется и всё встанет на свои места.
Закончив рассказ, я смотрел на Марту молча минуты три. Я ждал и думал, что она сейчас мне может сказать? Я видел, как она нервно мяла салфетку пальцами и испарина на её лбу выдавала сильное душевное волнение. Здесь я уже сам не выдержал и спросил напрямую:
- Марта. Прошу тебя. Если ты хоть чуточку знаешь что -либо, расскажи. Не стесняйся. Это же моя история. И твои дополнения ко всему сказанному станут большим плюсом. Я хочу разобраться.

Марта глубоко вздохнула, бросила глазами по сторонам, оценивая окружающую обстановку и, пристально на меня посмотрев, сказала:
- В своё время я тебя буду сопровождать на гору, к плоскому камню. Там мы на время расстанемся. И когда ты появишься вновь, я вручу тебе кулон и объясню, как действовать дальше. Пока всё. Ты действительно готов выслушать меня?
- Что бы там не было,- продолжил я,- но тебя буду слушать и слушаться. Я весь во внимании.
Марта начала говорить.
- Во первых, - здесь большую роль играет дата рождения дочери. Так вот. Прошу тебя уточнить. Когда она родилась?
- Двенадцатого июня 2070 года.
- Всё верно,- проговорила Марта.
- Верно? Но откуда ты знаешь это? Я ведь никому и никогда об этом не говорил. Да и не было надобности.
- Я потом всё тебе расскажу,- продолжила Марта,- и в конце концов ты встретишь одного очень близкого человека. Всё по порядку.
Я сама так до конца и не поняла, что старик, который мне через видение черепа давал указание найти гранатовый кулон для куклы. Это была его великая просьба. Хотя он играл промежуточную роль в этих событиях. Но связь была неразрывна. Я этот сон помню до мельчайших подробностей. И теперь я знаю точно, что надо сделать в ближайшее время. Сейчас я думаю, что сама Матильда просила своего хозяина о том, чтобы он послал меня на поиски кулона. Но и сам кулон имел прочную связь с Матильдой и его пропажа отразилась негативной энергией во всей этой истории.

Голая сопка. Алекс с Мартой прибыли на место, как и планировали. На горе – плоский камень. На камне еле заметная и очень древняя, забитая песчаной пылью фигура с непонятными знаками. При тщательном рассмотрении начинают выделятся два одинаковых по величине семиугольника. Один красноватый, другой – белый, выцветший. В обоих – углубления. Это похоже ключ. При определённой их конфигурации, а они подвижные, открывается каменный проход в горе, в виде лабиринта. Пройдя по нему до определённой точки, в теле возникает нестерпимый жар, словно попал в преисподнюю, в топку. На тело действует какая – то давящая энергия. Тут же открывается временной канал. Время сжимается на столько, что ты ощущаешь себя уже совершенно в другом месте. Перед тобой низкий каменный свод. Своими опорами он упирается в крупный белый песок, создав своеобразную гранитную арку.
Здесь, в небольшом углублении находится усечённая пирамида. На её вершине лежит гранатовый кулон. Но ведь он находится у Марты? Что за наваждение? И вокруг – ничего и никого. Кулон подсвечивается бледным пучком света, исходящего из самой пирамиды.
Всё это увиденное кажется фантастическим сном. Но как бы это не предстало перед глазами, нужно знать, что перед тобой действительность, правда и верить надо этому искренне, всей душой. И когда камень взят со своего ложа, ты теперь стоишь вновь перед входом в каменный грот. Вход закрыт. Рядом стоит Марта. Держит в руках снятый с груди кулон, протягивает его мне и говорит:
- Теперь возьми оба камня и вставь их в глазницы того самого черепа на пряжке пояса у Матильды. Кулон, что я тебе дала. Вставь в красную глазницу. Не перепутай. Вот и всё. Остальное увидишь скоро сам. Возвращайся к себе домой. Там тебя с нетерпением ждёт Матильда. Сделаешь всё, как надо и приезжай сюда вновь. Я буду ждать.
Алекс сделал всё, как говорила Марта. Поездка, встреча Али и дочки. Разговоры, предположения, выводы. Настоящее время – июнь 2080 год. Глории – десять лет. Красавица. Умница. Прекрасная помощница в неприхотливых делах.
По настоянию Алекса вновь и уже, похоже, окончательно сборы и поездка к родным краям. Прекрасный дом продан за хорошие деньги и теперь все вместе едут в Луизиану, в Шривпорт. Туда, где всё начиналось. Предварительным сообщением было передано Марте, чтоб она была на встрече. И Алекс, предвидя наступающие события, приготовил несколько фотографий, где он и Марта вместе со всей семьёй стоят перед фотографом. Это свадьба. На основном фото дата – 10. 10. 2068 год. На остальных восьми цветных снимках прекрасного качества та же дата. На этот момент Марте 18 лет. Встреча. Гостиница. Короткие разговоры о поездке. Расположились. Марта приглашает всех в кафе на перекус. В самом заведении светло и уютно. Все сидят за одним столом. Возмужавшая Глория, родная сестра Алекса –Аля, двоюродная сестра Алекса – Натали. Брат Марты – Дэвид. Все в сборе. И вот в этот момент Алекс достаёт фотографии, подаёт их Марте и говорит:

- Вот, смотри! Марта глядит на фото и видит себя в розовой фате рядом с Алексом. Брата Дэвида с моей стороны и Натали с её. Чуть поодаль, с большим букетом алых роз рядом с Дэвидом стоит моя сестра Аля. Это день и час свадьбы. Удивлению Марты нет предела. И я продолжаю:
- Я прекрасно знаю твою сестру, брата и, естественно тебя, моя любовь. Вспомни момент, когда ты подошла ко мне, как только я прибыл. И, увидя тебя, мне почему – то стало так спокойно на душе и сердце подсказывало, что судьбу, как ни старайся, не изменить.
При этих словах меня самого бросило в жар. Сейчас я был уверен на сто процентов, что вижу перед собой мою жену, мою любимую Марту и ничего более не могу сказать.
- Что? Как? – проговорила Марта, глядя на меня так, что готова была съесть.  В её взгляде промелькнуло что – то, словно маленькая молния и она, преобразившись на глазах в белое полотно, стала оседать, теряя сознание. Я только и успел подхватить её. Благо. Официант помог уложить её в служебке на диван. Да и народу в кафе было три человека.
Через некоторое время она пришла в себя. Рядом с ней на стуле сидела Глория и чуть сама не плакала от нахлынувших внезапно благотворных впечатлений. Нервное потрясение и прекрасная встреча дочки и мамы. В своё время, когда Глория была на много моложе, как – то спросила отца, а где моя мама? Ответ не заставил себя ждать. Алекс сказал, глядя прямо в глаза Глории:
- Твоя мама жива и здорова и так же желает как можно быстрее встретиться с тобой. Она тебя очень сильно любит и с нетерпением жаждет увидеть тебя. Но пока она далеко работает и не может сейчас приехать. Всему своё время.
Жди и люби её.
Ответ отца успокоил дочь и всё остальное пошло своим чередом. Глория училась в школе во втором классе. Со своими сверстниками дружила и ладила нормально. И оценки были не плохие. Она была среди своих ребят на высоте.
И вот сейчас произошла встреча с мамой. И это было прекрасно.
Сам Алекс по наставлению Марты поехал к себе, на новое место. Там, подойдя к стеллажу с куклами и показав Матильде кулоны, видел, как дверцы шкафа раскрылись сами собой и каким – то непонятным образом пояс Матильды выдвинулся вперёд, с блестящей пряжкой и черепом по центру.
Алекс, превозмогая неестественный страх, вставил кулоны в глазницы черепа и отшагнул на несколько шагов назад. Как говорила Марта, её кулон встал в глазницу с красным оттенком, а другой – в другую. Тут же череп стал растворяться и на пряжке сменилось изображение. Алекс увидел яркое солнце на восходе и услышал явный звук далёкого водопада и шелест листвы деревьев. Пояс встал на своё место и затем всё стихло.
Алекс, помня, что кукла живая, задал ей вопрос о старике – мастере, что создал её.
Тишина била по ушам, но он чувствовал и даже слышал голос Матильды:
- Мой хозяин ушёл в далёкие края. Он оставил мне теперь уже найденный и настоящий гранатовый кулон. Не думай о нём. Он при деле.

В последствии Алекс переселился на время с семьёй в небольшой пристрой, находящийся рядом с большим домом дружелюбного соседа. Через пару месяцев семье Алекса повезло. Недалеко от них продавался хороший пятистенник с большой верандой на втором ярусе. Алекс этим и воспользовался. Теперь вся семья была в сборе и мир воцарился вокруг.
Глория продолжала учится в школе, повышая свои знания о природе и жизни.
Натали и Аля продолжили работу в супермаркете.
Дэвид стал мастером по ремонту машин и зарабатывал довольно неплохо. Сам Алекс по письму от команды спелеологов был готов для дальнейшего исследования природы. Марта, его жена ждала пополнения.
Время идёт вперёд и жизнь продолжается!