Зелёная тетрадь N0. 1

***
Роман «Зелёная тетрадь» готов к печати, но ещё не опубликован. Будет продаваться на сайте издательств Ридеро и ЛитРес, а также в интернет-магазинах Озон и Wildberries.
***
Эпиграф
Все препятствия и трудности — это ступени, по которым мы растём ввысь…
Фридрих Вильгельм Ницше  немецкий философ

Только тот человек, который познал свет и тьму, войну и мир, взлёты и падения, только такой человек по-настоящему познал жизнь.
Стефан Цвейг
австрийский писатель и драматург

Пролог
Заветная тетрадь

Я ошибся адресом. В этом нет ничего удивительного — я всегда плохо ориентировался в центре Москвы, а тот день выдался особенно хмурым и дождливым. Серое небо низко висело над крышами, и все эти переулки у Садового кольца казались нарисованными одной уставшей кистью. Я искал антикварную лавку, где, по слухам, можно было купить старую пишущую машинку. Вместо этого свернул в арку на Садово-Каретной, которую уже много лет показывали туристам как «атмосферное место».

Атмосфера внутри оказалась сколотой, как штукатурка. Арка вела не в уютный дворик, а на пустырь, где стоял — вернее, полу стоял — двухэтажный домик из тёмного кирпича. Его уже наполовину снесли. Скорее, не снесли, а разбирали вручную, с какой-то странной, методичной жестокостью. Трое рабочих в заляпанных краской комбинезонах били по стене тяжёлыми кувалдами. Звук был глухим, плотным, без эха. С каждым ударом в облако пыли и асбеста превращалось что-то ещё: угол комнаты, подоконник, часть лестничного пролёта.

Я замер, заворожённый этим грубым таинством. Это не было похоже на современную стройку с экскаваторами. Это было ритуальное уничтожение старого мира. Каждый удар кувалды обнажал срезы прошлой жизни: обои с аляпистыми медальонами, синюю кафельную плитку на кухне, проводку в пожелтевшей оплётке. Дом не просто разрушали. Его препарировали.

Рабочие сделали перекур, усевшись на развороченный бетонный блок. Я, движимый внезапным импульсом, подошёл ближе. Меня тянуло к этим обломкам, как будто в них была какая-то правда, более важная, чем та, что я собирался выдумать с помощью своей будущей машинки.
Под ногами хрустел битый кирпич, штукатурка, осколки стекла. И вот тогда я увидел её. Не в груде мусора, а аккуратно лежащую на уцелевшей ступеньке лестницы, ведущей в никуда. Зелёную картонную тетрадь в коленкоровом переплёте, с оторванным уголком обложки.

Я поднял её. Тетрадь была тяжёлой, от неё пахло пылью, сыростью и чем-то ещё — резковатым, лекарственным. Я открыл её наугад. Чёткий, наклонный, женский почерк. Чернила местами выцвели, местами расплылись от влаги.

«Сегодня получила ордер. Просто бумажка. Но она жжёт руки. Михаил говорит, будет куда ухажёров приводить. А я думаю: будет куда прийти к самой себе. Наконец-то».