15. В городе Сочи темные ночи

                Лето. 1963 год.
Окончен 10-ый класс. Летел я в Сочи через Москву. Впервые в жизни это была моя самостоятельная поездка. Каково же было моё удивление, когда в Сочи я начал встречать, то своих приятелей, потом одноклассники косяком пошли, познакомился с Сашей Васяновичем, который меня знал хорошо по школе, а вот я его в школе не замечал, как обычно старшеклассники редко замечают младшеклассников, если не сведет нужда или какое-то общее дело. Нас с Сашей свело соседство на пляже санатория «Заполярье», куда ему, как и мне, мама купила путёвку. У Сашиной мамы была такая возможность и она купила путевку ещё и его старшей сестре, которая постоянно пыталась «учить его жить», указывать, контролировать, а он постоянно огрызался и сопротивлялся. Не сладко это быть младшим братом при энергичной, деятельной сестре, которая свою миссию в Сочи видела в плотном контроле брата.
После этой поездки сохранилось несколько фотографий, на которых то я с его сестрой Людмилой Васянович, то с одноклассником Вовкой Гладченко, то с моим знакомым Рыжим. Ну и поодиночке каждый на фото есть, например одноклассник Саша Кузнецов или Валера Поморов. Меня моим же фотоаппаратом фотографируют.

Сохранилась курортная книжка, выписанная мне в обмен на путёвку. Из неё следует, что срок лече-ния с 28 июня по 25 июля, а также зафиксировано, что прибыл я с опозданием на один день. Там же указан мой вес 63 кг при росте 175 см. Спирометрия около 4,0 литров. Интересны рекомендации: солнечные ванны по 5 минут до 10 часов и с 16 до 18; время приёма воздушных ванн – 2 часа. Есть ежедневные отметки температуры утром и вечером, но видимо терпения хватило только на 8 дней, потом записи обрываются. Отмечено принятие «общих мацестинских ванн» и ЛФК. На последней страничке напечатан распорядок дня, из которого следует, что подъём в 7 утра, второй ужин (кефир, компот) с 22 до 22-30, а отбой в 23-30, при этом свет в палатах выключается в 24-00.

В Сочи окрепли контакты с Сергеем Антоновым (подпольная кличка - Рыжий). Нас соединяло и то, что все трое были филателистами – я и Саша более или менее серьёзными, а Серёга – постольку-поскольку. Но наше знакомство с Сашей оказалось на всю жизнь, а Серёга с годами куда-то «пропал». От него если и было одно-два письма, то буквально сразу после моего отъезда в Москву в ВУЗ.
От этого поездки в санаторий сохранилась масс групповых фотографий, снимались на экскурсиях практически через день: дендрарий, Воронцовский дворец и прочие «злачные» места вдоль побережья (Сухуми, Батуми, Красная Поляна).
Отдых в санатории был организован добротно, еда вкусная, 300 метровый пляж у санатория был свой. Его минус - он был каменистый, ну и не было солнечных зонтов, а с лежаками была напряжёнка. От корпуса до моря около 500 м. На этом пляже я, как-то, увлёкшись многочасовой игрой в карты с одноклассниками, сжёг на солнышке левую руку. Не спину, как это бывает обычно, а руку. Особенно сильный ожог был в районе кисти. С той поры я вынужден был перевести часы с левой руки на правую и на многие годы это стало моей сначала вынужденной привычкой, а потом и своего рода пижонством, выпендрёжем – «У меня не как у всех». Но это я сейчас так говорю, а тогда, думаю, я и слова-то такого не знал.

А дальше был путь по воздуху в Норильск. Впереди был последний 11-ый класс, получение первой рабочей специальности токаря (ради этого и затевался 11-ый класс, полагаю), которая, как это не удивительно, почти с ювелирной точностью совпала с моей первой официальной работой на первом курсе института на МТЗ (Московский тормозной завод) о чем и сделана первая запись в моей трудовой книжке. Но это будет совсем другая история о годах студенческих.