Витки истории

   
                Муж включил телевизор, а Ольга стала  искать в шкафу книгу  и  наткнулась на семейный альбом. Открыла. С первой страницы на неё смотрели  отец и мать. Ниже была подпись- Фрунзе.   
               
                Ольга  появилась на свет в Киргизии, на пике репрессий тридцатых годов и прожила там всю жизнь. Её  отец подростком, в Первую мировую,   добрался из-под  Бреста в Москву, где устроился продавцом газет и попал в революционную среду. С тех пор его мировоззрение формировал марксизм.   Войну гражданскую  он  закончил на Перекопе - был комиссован после  ранения. Оправившись, какое-то время работал, а потом осуществил  заветную мечту, ставшую дступной для простого человека: окончил рабфак и  поступил в институт в Питере. За год до окончания, однако, был отчислен из-за вольных высказываний в студенческих спорах:  донесли, посадили,  выслали в Киргизию под надзор спецслужб, заставлявших  держать наготове узелок с вещами и вздрагивать при любом стуке в окно.
                С матерью Ольги он  познакомился у её  брата, бросившего   ради "счастья всего человечества"  духовную семинарию  на  Урале и  примкнувшего в Семиречье к Красной Армии. Пока, порубанный казацкой шашкой, он залечивал  раны в Киргизии, комиссары на Урале  принуждали их  отца публично отречься от веры. Упрямый поп не отрекался, после тюрьмы был определен в ссылку в Березово, велев дочери бежать к брату. После его смерти, жена и двое сыновей, с ним находившиеся, перебрались туда же.
                Бабушка запомнилась Ольге злой старухой, ненавидевшей всех и вся и беспрестанно  ерничавшей: «Спасибо товарищу Сталину за нашу счастливую жизнь!» Братьев матери, сторонившихся людей,  соседи называли перепуганными.  Мать  часто плакала после разговоров с ними о их ссыльной жизни, а  когда Ольге  пришло время вступать в комсомол, решительно запретила:" Не смей! Они убили твоего деда!" Но вступал весь класс, а Ольга хотела быть как все.  Тайно подала заявление и, получив  комсомольский  билет, спрятала его.  Мать нашла и устроила  нахлобучку. Конфликт был исчерпан отцом, вставшим на защиту дочери,  назвав мать и её родных поповским отродьем, дочери  же наказал, чтобы не болтала, что она "вражененок".  Её   пионерская жизнь в Тимуровской команде плавно переросла в жизнь комсомольскую с восхищением Молодой Гвардией.  Всю жизнь она молчала о своих корнях, хотя, никто и никогда этой тайной не поинтересовался. Очень удивилась, узнав уже в зрелые годы, что рядом было  много подобных, тоже  скрывавших причины  появления на свет в киргизских землях. Был наложен  запрет на разговоры о деде в присутствии ребенка, по  причине чего она не узнала даже его отчества, не знала и при каких обстоятельствах он погиб и где находится его могила.Не обсуждались, также, причины  высылки отца из северной столицы. Через годы Ольга предположила, что отец, возможно, был  реабилитирован, поскольку  прекратились стуки в окно следившего за ним, а  к концу  войны его призвали в трудовую армию. 
               
                Перелистывая  альбом, Ольга  вспоминала   детство, совпавшее с войной:  завораживающее  пламя  печи  в кочегарке, где мать работала  истопницей, поле, на котором сажали кукурузу,втыкая в рыхлую землю зёрнышки,  шелушилка, которой отделяли зёрна от  початка,  ступка,в которой эти зерна толкли, а потом варили из муки  мамалыгу.  Послевоенные годы  запомнились  октябрятской звёздочкой, пионерским галстуком,вступлением в комсомол. На восприятие ею  мира в это время большое влияние оказывал отец, остававшийся верным коммунистическим идеям, искавший и находивший во всем  воплощение в жизнь революционной мечты. Даже, её поступление в институт, он связал с советской властью. Ольга  называла  студенческие годы незабываемыми. Была дружба, любовь, интерес к знаниям. И не только к профильным. Под влиянием отца, она увлекалась Марксизмом - Ленинизмом, который преподавали всем студентам вне зависимости от профиля института.  Когда семья  получила от государства квартиру, они с отцом убеждали мать, что это первые шаги и скоро, очень скоро, все  будут  работать по способностям, а получать по потребностям.Жили небогато, но было  чувство уверенности в завтрашнем дне, ощущение равенства, убеждение, что при старании можно  добиться всего о чём мечтаешь.  Отец называл её поколение советским. 
                После окончания института  продолжала учиться дальше,детей родила поздно. Когда  они подросли, любили  путешествовать всей семьёй.  Фотографии того периода  напомнили о  красоте Иссык-Куля, Енисея, Черного моря, Болгарии.  Налюбовавшись, Ольга долго смотрела  на  вложенную между страниц, фотографию.  На ней был запечатлён  отец, смотревший на внука, стоящего в почётном карауле у памятника павшим  за советскую власть. В его взгляде была запечатлена гордость за свое поколение и благодарность  за память о нём потомков.  Ольга  печально улыбнулась: " Хорошо, что отец  не увидел  финала!"- подумала.
               

                Финал увидели внуки, которые  шли тем же путём, что и предыдущие поколения: октябрёнок, пионер, комсомолец. Шли,традиционно воспитываемые в вере, что осуществят мечту дедов.  Сейчас,  из наступившего далёка, когда всё давно произошло, Ольга продолжала искать причины падения социализма, лучшего в мире, строя. И не находила. Как и многие искала  их в происках империалистов, Отечественной войне, разрушившей экономику, зависти обывателей к жизни на Западе, пассионарености, которую подтверждал, считала, ход истории. Пока была жива старая гвардия с её революционным  порывом, строй держался и отстаивалася ,даже,  при помощи ежёвых рукавиц. С её постепенным уходом уходил и энтузиазм масс. Страна  продолжала  летать в Космос, поднимать целину, строить заводы, но энтузиазм падал, заменяясь недовольством и стремлением к спокойной  жизни. Верхи, организовывали для себя всевозможные "спец"-  магазины, больницы, и т.п,позволяли то, что запрещали другим. В низах халтурили, становились "несунами",  присваивавшими то, что производили.  Дисциплина падала,процесс разрушения нарастал. Отец, вспомнила Ольга, пытался "бороться": обещал набить морду соседу, предложившему вынесенные с  военного завода детали, пригодные в быту.  Муж чертыхался, наблюдая по телевизору за" бурными, несмолкающими  аплодисментами, демонстрирующими единство партии и народа".Сама она смеялась над лживостью рапортов о выполнении пятилеток в четыре года. Очереди в магазинах нарастали,  её мать часами в них выстаивала. Процесс  разрушения  шёл, закончившись падением.   
               
               

                Муж выключил телевизор, Ольга  закрыла альбом. Пошли пройтись в   скверике, что был неподалёку. Там муж быстро пристроился к  аксакалу с шахматной доской,  а она села на скамейку неподалёку и стала наблюдать за происходившим вокруг.
                Люди  проходили мимо , разговаривали о чём-то, смеялись. Мамочки  катали малышей в колясках, подростки на самокатах  напряженно тормозили,выезжая на центральную аллею, купившие мороженое-наслаждались. Она давно не появлялась в общественных местах и сейчас  ей бросилось в глаза, что среди прогуливавшихся исчезли европейские лица.
                В республике оседали люди разных национальностей.  Из Китая переселились дунгане, уйгуры, в анклавах, и не только, разместились соседи по Союзу,  добрались и создали свои поселения немцы, молдаване. Во  время Отечественной  войны  на эти земли эвакуировали граждан Украины,  депортировали народы Кавказа. Большинство некоренных составляли русские, ещё в царские времена приглашенные  киргизской царицей для защиты от южных соседей и осевшие. В период послереволюционных репрессий в эти края ссылали  политических. После войны в поисках лучшей жизни  в  дотационную республику приезжали по собственной инициативе.  Жили  в чём-то  параллельной, в чём-то совместной жизнью. Сколько-нибудь значимых межнациональных конфликтов не было, развала Союза не хотели, а когда он всё-таки наступил, оставили праздничным день 7 Ноября, сохранили памятники Ленину и придали русскому языку статус официального. Это  было признание советскому строю. 
                Однако, было и другое.   Из-за развала промышленности и сельского хозяйства, была безработица, падение жизненного уровня,всколыхнулись те, чьи амбиции при Союзе не были удовлетворены, увидев новые возможности. Некоренных, особенно многочисленных русских,начали представлять как  колонизаторов, а советский строй,  помешавшим  идти своим путём. Национальность становилась  козырной картой и, в каком-то смысле, получала правовой оттенок. Многочисленность некоренных  среди специалистов, руководящие посты , которые занимали некоренные , воспринимались как вакансии. Из-за земли то тут, то там вспыхивали стычки, проявившись на Юге братоубийственным конфликтом   между киргизами и узбеками, на севере конными набегами  на поля земледельцев-дунган. В столице организовывались многочисленные митинги и шествия с антироссийскими лозунгами. Началось переименование городов, поселков, улиц, учреждений на национальный лад.  Создавалась нетерпимая обстановка в коллективах - выдавливание с  должностей. Прикрываясь  незнанием  языка некоренными,  преподавания которого, почему-то не было в русских школах, опираясь на поддержку окружавших коренных, вынуждали оставлять рабочие места. Некоренные поехали. Одних звали на этническую родину и ждали. Русских не ждали и не звали, а когда они приезжали, обустроиться им не помогали.  Семья Ольги дважды планировала отъезд. Первый раз, когда под окнами с русофобскими криками маршировала толпа молодежи,второй- когда мужа подтолкнули уйти с его небольшой руководящей должности. Семья не могла уехать- дети продолжали учёбу, что родители  считали первостепенным, хоть и становилась она постепенно платной. Лишившись работы, Ольга сумела пристроиться реализатором на базаре, что позволило семье оставаться на плаву  какое-то время. Мужу по специальности устроиться не удавалось,  стал  сторожем. Тяжело  было всем - и коренным, и некоренным. Последним вдвое, поскольку они были гонимыми. Помощи могли ждать  только от Бога.   Всем, и коренным и некоренным, было сложно приспосабливаться к новой жизни, и люди  всё чаще, потеряв старую мораль , обращались за поддержкой к Богу. Мусульмане  строили мечети и совершали многократно намаз, Ольга  начала посещать церковь.  Через какое-то время, в одном направлении с русскими поехали киргизы. Это, поначалу, был выезд на заработки, когда, подзаработав гастарбайтерами, возвращались назад, строили дома, открывли ларьки, базары и базарчики. Постепенно начали перевозить в Россию семьи и обустраиваться семейно. Отъезд некоренных продолжался, их количество сократилось в разы, европейские лица на улицах стали единичными.
                Некоренные в  политику не вмешивались,наблюдали со стороны. Борьба за власть была внутринациональной. Страна переживала  бесконечные перевороты и революции. Боролись Юг и Север. Бывшие президенты либо сбегали, находя пристанище в других бывших союзных республиках, либо их "уходили" на пенсию, одного,даже, посадили.Вновь пришедшие  продолжали политику "прихватизации", как назвали этот процесс в народе,  перераспределяя в свою пользу уже присвоенное, ещё советское,  добро, обольщяя народ ваучерами,   обещаниями  жизни как в Швейцарии.    Разворачивался капитализм, идеи социализма отодвигались всё дальше.

                Настал черед для отъезда семьи. Дети стали взрослыми, получили профессию.  Каких-то перспектив для их устройства и продвижения на родине не было. В дружной семье все старались поддержать друг друга, но было нужно расстаться, поскольку переехать всем было сложно, а, материально, даже, невозможно. Родители, предвидя  ожидавшие их трудности , понимали, что станут обузой. Дети  соглашались уехать первыми, но понимали, что оставляют стариков, с которыми всё может случиться в любое время. Вчера проводили сыновей, а сегодня целый день искали как бы заполнить время.    
               
               
               
               
                Шахматисты доиграли партию, пожали друг другу руки,  договорились о встрече и пошли в разные стороны. Но,  дружно остановились, услышав гудок паровоза, проходившего неподалёку.  Аксакал, посмотрев многозначительно, усмехнулся,  спросил и ответил,  указывая рукой в сторону гудка:  "Слышите, что говорит? Хочу назад в СССР!"- и дружески улыбнулся.
                Ольга  улыбнулась в ответ.