Сломанный хронометр

В журнале перед этой историей стоит странная запись, сделанная, по-видимому, уже спустя много лет после описываемых событий: «Я видел корабли-призраки, острова без названия, людей, которые исчезали в тумане, но ничто не показалось мне таким странным, как один сломанный хронометр».

… История эта началась в Лондоне, а не в море, что для морских историй всегда плохой знак. Потому что когда морская история начинается на берегу, значит, в море все пойдет не по плану.
В то время я находился в Лондоне по делам судна и жил недалеко от верфей. Однажды вечером ко мне пришел старый знакомый штурман по имени Блейк и сказал, что мне нужно встретиться с одним часовщиком. Я сначала отказался, потому что капитану обычно не нужно встречаться с часовщиками, но он сказал, что речь идет о морском хронометре, а хорошие хронометры иногда важнее хорошего штурмана.
Мы пришли в маленькую мастерскую в старом квартале. Часовщика звали мистер Эдмунд Харлоу. Он был худой, бледный, с очень внимательными глазами, и говорил тихо, будто боялся, что его услышат стены.
Он показал нам хронометр. На вид это был обычный морской хронометр — латунный корпус, стекло, точный механизм. Но стрелки шли не вперед, а назад.
— Он сломан? — спросил я.
— Нет, — сказал часовщик. — Он работает именно так, как должен.
— Хронометр не может идти назад, — сказал штурман.
— Этот может, — ответил часовщик. — Я сделал его специально.
Я подумал, что он сумасшедший, но он попросил нас остаться и рассказал странную историю. Он говорил, что время в море идет иначе, чем на берегу, что моряки иногда стареют быстрее, а иногда медленнее, и что он хотел сделать прибор, который покажет настоящее морское время, а не береговое.
— Но он идет назад, — сказал я.
— Да, — ответил он. — И это не самое странное.
Он сказал, что человек, который носит этот хронометр с собой в море, начинает молодеть. Не сразу, не сильно, но постепенно. Но только в море. На берегу все возвращается обратно.
Я не поверил ни одному слову, но штурман Блейк сказал:
— Капитан, вы же знаете, сколько странных вещей происходит в море.
Через несколько дней часовщик пришел ко мне на корабль. Он был испуган и сказал, что за ним следят.
— Кто? — спросил я.
— Все, — ответил он. — Британский флот хочет этот хронометр, чтобы вернуть старых адмиралов к службе. Испанцы считают, что это колдовство. А пираты хотят бессмертного капитана.
— Тогда зачем вы сделали такую вещь? — спросил я.
Он долго молчал, потом сказал:
— Я хотел победить время. Но теперь понимаю, что время лучше не трогать.
Он попросил взять его с собой на корабль, потому что на берегу его могли убить. Я согласился, потому что моряки иногда берут на борт очень странных пассажиров.
С нами на корабле был юнга по имени Том. Ему было лет четырнадцать, и он был быстрый, любопытный и постоянно трогал все, что не нужно трогать.
Однажды ночью он нашел хронометр в каюте часовщика и завел его.
На следующее утро я увидел, что Том выглядит старше. Сначала я подумал, что мне показалось, но боцман сказал то же самое.
— Капитан, ваш юнга за ночь повзрослел.
На следующую ночь это повторилось. Том стал выше, голос стал грубее, и он начал забывать вещи из детства.
— Я не помню свой дом, — сказал он однажды. — Помню только корабль.
Часовщик был в ужасе.
— Я не знал, что это будет так быстро, — говорил он. — Хронометр ускоряет время человека, но в обратную сторону.
— То есть он взрослеет, но его время идет назад? — спросил я.
— Да. Он стареет наоборот. Но воспоминания исчезают.
В это время за нами начали гнаться. Сначала один корабль, потом второй. Один под британским флагом, другой под испанским.
— Похоже, слухи распространяются быстро, — сказал боцман.
Мы уходили от них несколько дней. Ветер был слабый, и погоня не отставала.
Однажды ночью Том пришел ко мне и сказал:
— Капитан, я уже не помню, сколько мне лет. Но я чувствую, что скоро стану совсем другим человеком.
— Ты помнишь свое имя?
— Пока да.
Он показал мне хронометр. Стрелки все так же шли назад.
— Если его остановить, все прекратится? — спросил я.
— Не знаю, — сказал он.
В ту ночь начался шторм. Настоящий океанский шторм, с огромными волнами и ветром, который гудел в снастях как орган. Мы убрали паруса и держались на волне.
Во время шторма часовщик пришел ко мне и сказал:
— Нужно остановить хронометр. Иначе мальчик исчезнет.
— Как его остановить?
— Он должен сам перевести стрелки вперед.
Я нашел Тома на палубе. Он стоял у борта и смотрел на волны.
— Том, ты помнишь, как заводить часы? — спросил я.
— Помню, — сказал он. — Пока помню.
Мы вместе открыли корпус хронометра, и он медленно перевел стрелки вперед. В этот момент корабль сильно ударило волной, свет погас, и я на секунду потерял равновесие.
Когда я снова посмотрел на Тома, он был тем же мальчишкой, каким мы взяли его на корабль.
Он посмотрел на меня и сказал:
— Капитан, почему вы так на меня смотрите?
— Ничего, — сказал я. — Просто держись крепче. Шторм еще не закончился.
После шторма часовщик сказал, что больше никогда не будет делать таких механизмов. Он разобрал хронометр и бросил детали в море.
— Некоторые вещи лучше оставить времени, — сказал он.
В конце этой истории было написано:
«Я видел хронометр, который шел назад, и мальчика, который взрослел за одну ночь и забывал свое детство. Я понял, что время — это не линия и не круг. Это море. Оно идет, как хочет, и человек может только плыть по нему, но не управлять им.»
И последняя запись была такой:
«Если бы люди могли возвращать молодость, они бы очень быстро поняли, что молодость — это не возраст, а память. А память нельзя повернуть назад, как стрелки часов.»