Фауст и. в. гёте разбор. часть 2

Вторая сцена

Здесь мы впервые сталкиваемся с обстановкой, которая будет преследовать нас на протяжении всего произведения, а именно с прогулкой на природе. Но эти прогулки и мысли Фауста, произносимые им вслух (в основном при Мефистофеле, Вагнере и желанной Маргарите) сопровождаются то с песнопением народа, то бесами и, как это было в начале, с ангелами.

Первая сцена неспроста заканчивается упомянутой весной. Это время года заключает себе рождение и, даже можно сказать, что оживляет мертвую природу и ее создания, т.е. возрождает все живое. Пока Фауст не отдал свою душу в руки Мефистофеля, это влияние весны распространяется и на него, что мы прекрасно видим в его первой реплике из этой сцены.

Вагнер же продолжает гнуть свою линию учености. Да, сперва может показаться, что это он - верный деятель науки, не готовый променять ее на знания “иного мира”, как Фауст, но это совсем не так. Своими словами он явно дает понять, что его знания и его слова не распространяются на народ. Он его презирает и, надо сказать, что это презрение несет в себе зерно так называемого “ученого порока”, предполагающего в себе обсуждение изученного и деления этим только в узком кругу. “Круг” в который мы попадаем настолько узок, что ограничивается одним Фаустом. 
Это настолько плохая черта, что прочитав эти слова:

Как бесом одержим кривляется народ, –
И это он зовет весельем, пляской, пеньем!

У читателя невольно должно возникнуть отвращение к столь высокопоставленному (самим же собой) Вагнеру.
Да, несомненно народ, особенно в литературном контексте того времени, априори имел порочный характер и не первый раз был осуждаем учеными лицами, но это уже идет против гуманистических понятий, а значит и самой “учености”.

В этой сцене, где незнакомец из толпы народа “поднимает девушку на локте”, мы наблюдаем, как Фауст начинает погружаться в атмосферу греховности, потому что эта сопровождающая его всюду компания в виде развратной толпы не зря была дана ему. Это не просто сцена с бессмысленными героями и декорациями. Здесь мы видим, как в его жизнь начинают активно проникать пороки, пусть даже на данный момент лишь косвенно.

Далее мы знакомимся с репликой, подтверждающей неразрывную связь (которую ранее Вагнер отрицал) между ученым и народом. Автор приоткрывает завесу семейной деятельности Фауста, которая, как говорит последний, лишь только в меньшей степени была плодотворна. Фауст настолько сожалеет об этом воспоминании, что снова возвращается к мыслям о яде. Вагнер перебивает его поток мыслей, говоря о том, что “тужить не стоит”, но и здесь Фауст продолжает моральное обучение своего ученика, который пока, как мы видим, сопротивляется.

Мне очень понравилась речь Фауста наставительного характера, по этому я просто обязана привести следующие строки:

О, счастлив тот, кому дана отрада –
Надежда выбраться из непроглядной тьмы!
Что нужно нам, того не знаем мы,
Что ж знаем мы, того для нас не надо

В конце сцены перед нашим читательским взором возникает фигура черного пуделя под которой скрывается один из главных персонажей с которым нам предстоит познакомиться в следующей сцене.

апрель 2022