В тайгу за золотом. 2. В поисках золотой цистерны

                Глава 2.

                В поисках «золотой» цистерны.   

 
               



        Трал с загруженным вездеходом выехал из Старого города поздним  вечером. Внутри десантного отсека, забитого под самый потолок продуктами, оборудованием и вещами, находились мы. Ночью трал остановили  на посту дорожной полиции за Беркакитом.  Разглядев  номер машины, сотрудник поста  тут же разрешающе махнул жезлом. Все служивые на посту были знакомы Андрею и заранее оповещены о  трале. Во время вездеходных  поездок  почти всегда добывались мясо и рыба, которыми делились с нужными людьми. Перед рассветом, преодолев по дороге за ночь несколько перевалов Станового хребта, выехав из Якутии в Амурскую область, трал остановился за посёлком Могот на ручье Смуглянка. Танкист выгнал всех из салона, сел за рычаги. Вездеход стал медленно пятиться с площадки. В последнее мгновение съезда на дорогу он дёрнулся и, едва не перевернувшись, «спрыгнул» с трала. В утренних сумерках по обочине асфальтовой автодороги мы проехали  несколько километров и спустились в распадок, невидимые с дороги. На стареньком праворульном японском джипе подъехали трое. По характерным орлиным носам, чёрным бородам, бедовым цепким взглядам в них угадывались выходцы с Кавказа. О чём-то пошептавшись с Андреем, запрыгнули в джип и вместе с ним уехали в Тынду в лесничество. Главный лесничий, детально знающий всю округу обещал подробно обсказать дорогу на Малую Ларбу. Как оказалось, вчера танкист при погрузке вездехода, разбил свой телефон, в память которого была закачана карта предстоящего маршрута. К обеду они вернулись. Ехать нам предстояло строго на запад по южным отрогам Станового хребта около двухсот километров. Переехав шумную Смуглянку с двумя новыми, присоединившимися пассажирами, мы затаборились в вершине ключа, по-быстрому приготовив  супчик с тушёнкой. Новые компаньоны из Азербайджана эту похлёбку есть отказались. Отвергли и предложение выпить традиционные сто грамм за начало экспедиции. Впрочем, это никак не испортило нашего приподнятого настроения. Полдня поездки по сильно заросшей лесной дороге прошли без поломок и происшествий. Во время одной остановок удалось за десять минут собрать два ведра белых грибов. В последствие, как оказалось, белые грибы будут сопровождать нас всю дорогу. К вечеру мы, всё-таки, заблудились и, съехав на берег безымянного ручья, остановились на ночёвку.   

 
      Утром Андрей вывел вездеход по вчерашнему следу, сориентировался и, наш поход продолжился. В двухсоткилометровом маршруте от Смуглянки до Малой Ларбы нам предстояло пересечь три хребта. К вечеру спустились по безымянному ручью безвестной речки. На крупном валуне вездеход «разулся» - лопнул трак. В этом маленьком ремонте весь небольшой коллектив принял деятельное участие. Из двоих гостей, лишь один, по имени Амаль, помогал нам. Второй - Джафар участия в ремонте не принимал. Он  был родственником Равшана, организовавшего зимнюю поездку на снегоходах. Именно Равшан весной позвонил танкисту с предложением задействовать его вездеход. Джафар -  крепко сбитый азербайджанец ещё во время нашего первого перекуса, представился бывшим спецназовцем из охраны президента нефтяной республики. Он выглядел солидно, даже угрожающе. Был очень набожным, пять раз в сутки молился. Неудобным для всех было то, что первая его молитва в новом дне приходилась на рассвет и он, вылезая из недр вездехода по «головам» спящих, поневоле будил весь экипаж. Я незаметно поглядывая на истово молящегося спутника, произносящего шёпотом молитвы на непонятном языке, предположил, что этот правоверный мусульманин  замаливает какие-то свои  давнишние грехи.
 


        На исходе третьего дня вездеход поднялся по каменистому руслу высохшего ручья и, перевалив водораздел, остановился в самых верховьях Малой Ларбы. С вершин, окаймляющих истоки, хорошо просматривалась вся долина. Увы, никаких следов золотодобычи прошлых лет не наблюдалось. Несколько проб, взятых с кос и каменистых «щёток», были пустыми. Спутники периодически спрашивали меня, когда будет золото. Глядя на массивные валуны кварца и изредка встречающиеся в пойме ручья полусгнившие штаги с жестяными табличками прошлых разведок, отвечал им, что золото здесь есть, но оно лежит оно на глубине нескольких метров. На моё предложение тормознуться на пару дней и пробить шурф, последовал всеобщий молчаливый отказ. Положа руку на сердце, я, конечно, знал, что шурф в это время года пробить не удастся, его на первом метре неминуемо зальёт водой. И, вообще, глядя на нашу компанию, в которой троим было за пятьдесят, Воркуте - вообще шестьдесят, с трудом представлял, как этот великовозрастный коллектив, алчущий злата, будет поднимать вёдрами из закопанной цистерны пятьдесят кубометров тяжёлого шлиха, переносить до места промывки, закидывать лопатами в мини-драгу.

      По спутниковому телефону связались с Равшаном. Переговоры с ним никаких новых подробностей о том, где находится ёмкость с богатыми «хвостами», не дали. Более того, мы узнали, что историю о закопанной цистерне Равшану рассказал не сам охотник, а его приятель, услышавший, в свою очередь, от эвенков. И, вообще, стало казаться, что и история о поездке на снегоходах к цистерне была выдумана.  В этих долгих и бестолковых разговорах был съеден весь загодя оплаченный тариф телефона.

           -Раз мы заехали так далеко и, случились непонятки с этой цистерной, - сказал танкист, - давайте пробовать мыть золото на отработанных полигонах. Может, и найдём какие-нибудь участки с богатыми недомытыми песками.

          Тем временем Витёк, осматривая «танк», обнаружил течь сальника бортовой коробки передач. Когда стали искать масло для доливки, выяснилось, что в суете сборов взяли не двадцатилитровую канистру, как полагалось для длительной поездки, а пластиковую пятилитровку. На полу  вездехода она обо что-то протёрлась и, половина масла вытекла. Всё, что в ней осталось, вылили в коробку передач и наше движение на запад продолжилось. Вскоре дорога была вновь потеряна.

     Андрей, выйдя из-за рычагов, сказал весёлым голосом:

         -Ничо-ничо, как-нибудь прорвёмся, указывайте мне направление. Ни хрена я не вижу из-за этих деревьев.

         В одном из распадков вездеход долго не мог въехать на крутой взлобок. Танкист, согнал всех с транспортёра и, с третьей попытки, всё-таки, заскочил на гребень. Народ, кряхтя и поругиваясь, пыхтел вверх по склону. Вид, открывшийся сверху, был суров и непригляден. Склон сопки уходил вниз  под совсем неприлично крутым  углом.

       Танкист вылез наружу, тыльной стороной ладони стёр выступившие на лбу капельки, глянул вниз в долину и, жизнерадостным тоном произнёс:

       -Ничо-ничо, съедем вниз как-нибудь галсами, фрикционы на тормозах у меня новые, не подведут. Но, вы, продолжайте движение пёхом, грунтозацепы на гусеницах никакие, если понесёт, танк уже ничто не остановит, буду кувыркаться до самого низа.

        Со стороны было страшно смотреть на этот отчаянный спуск по склону с сорокаградусным уклоном. Съехав далеко вниз, Андрей заглушил вездеход, залез на «броню»- площадку над двигателем и, стал ждать спускающуюся сверху, тихо  матерящуюся братию.

       -Назад я, точно, уже не выеду, придётся искать новый объезд, если будем возвращаться этой дорогой, - обрадовал он запыхавшийся от прогулки коллектив.
         Посмотрев уровень масла в аварийном агрегате, сказал, качая головой:
        - «Хьюстон, у нас проблема». Если не найдём масла на доливку, останемся здесь зимовать. Сейчас съедем к реке, надо будет искать масло, не знаю как, но найти его надо обязательно.

          В коробку вместо масла долили солярку и поехали дальше.