Листая страницы истории жизни... воспоминания

                Притяжение земли - самая большая сила нашего мира.
                Используем её во благо Воронежского края!

                МОЙ ОТЕЦ

    Александр Леонидович Пресняков. Прозрачно честный, скрупулёзно ответственный, поэтически настроенный романтик, любящий природу до слияния с ней,  в то же время бешено взрывающийся по каждому поводу,  безудержно гневливый и стремящийся приврать как всякий охотник и рыбак.
    Он родился четвёртого апреля  в далёком одна тысяча девятьсот девятнадцатом году в городе Воронеже, в  месте, которое  сторожилы до сих пор называют Девичок. Старинному району «Девичок» насчитывается уже три столетия.  Вот что рассказывает об уникальном наследии этой «жемчужины» Воронежа  краевед Ольга Рудева. chr.aif.ru›Воронеж›События›Воронежский Девичок. В сокращении.
 «Территория между современными улицами Освобождения труда, Кавалерийской, проспектом Революции и набережной водохранилища начала заселяться ещё во время пребывания в Воронеже Петра Первого. Тут было много монастырей и храмов. И по сей день сохранилось немало уникальных старинных построек, придающих району неповторимую самобытность. В XIX – начале XX века здесь селились учёные, педагоги, архитекторы, врачи, военачальники и мещане–благотворители,
С краеведом Ольгой Рудевой мы идём вглубь района по улице Коммунаров. Всюду тихо и спокойно. Вдалеке поблёскивают золотые купола Алексиево–Акатова монастыря, одного из старейших монастырей города. Ещё в начале XVII века Акатова поляна была совершенно безлюдной, покрытой лесом возвышенностью, расположенной в двух верстах от города, теперь здесь развитый частный сектор. Рядом виднеется красивейшее здание Введенского храма, основанного в 1700 году.
Небольшую улицу Батуринскую когда–то облюбовала воронежская интеллигенция. Вот деревянный дом, в котором с 1880–х годов до самой смерти в 1933–м жил филолог Сергей Прядкин. Он преподавал русский язык и словесность в Мариинской гимназии и в Михайловском кадетском корпусе, участвовал в издании воронежского журнала «Филологические записки». По соседству, через несколько домов, жил педагог Сергей Карпинский – в начале ХХ века он арендовал цейхгауз на Петровском острове и устроил там яхт–клуб. Тогда были модны велосипеды, прогулки у реки и, конечно же, яхт–клуб пользовался большой популярностью у горожан. Было поблизости немало магазинов, прачечная, пекарня, гостиница, рынок и даже кинотеатр, который организовал в своей усадьбе по Сакко и Ванцетти мещанин Перегудов.

 ТЬЯ ПО ТЕМЕ
– С домом родственников математика Андрея Киселёва, автора учебников алгебры и геометрии, по которым училась вся страна, связана интересная история, – рассказывает Ольга Рудева. – Хозяева дома после революции уехали в США, но связи с оставшейся в Воронеже роднёй не теряли. А в 90–е годы, как рассказывал хозяин дома и его соседи, пришло письмо из Америки: «Знаем, что вы плохо живёте. Вот вам план, где наш предок зарыл клад». Хозяин спустился в подвал и нашёл тайник с 18 килограммами фамильного серебра…
На улице Батуринской также квартировал известный ботаник и биохимик Михаил Цвет – создатель хроматографического метода. Открытия Цвета получили широкое применение с начала 1930–х годов при разделении и идентификации различных пигментов, витаминов, ферментов, гормонов и пр. и послужили основой для создания ряда новых направлений аналитической химии. Но когда Цвет подал своё изобретение на Нобелевскую премию, его не одобрили, признание учёный получил только после смерти. Его могила находится на территории Алексиево–Акатова монастыря.
Крайний дом на Батуринской – первая в Воронеже частная женская гимназия, которую организовала в своём доме талантливый педагог Александра Гоголь–Яновская, родственница известного писателя. В этом учебном заведении давали настолько хорошее образование, что школа в народе получила название «воронежский институт». А за углом, на Сакко и Ванцетти № 76, находилось здание с большими колоннами, где учились кантонисты – солдатские дети, чьи отцы погибли на полях сражений.
Здесь и усадьба Алексея Веревкина, основоположника русской ветеринарии. По инициативе Веревкина в 1912 году в Воронеже была создана четырёхклассная ветеринарно–фельдшерская школа, которая частично разместилась в его доме. Школа содержалась губернским земством и была первым учебным заведением в стране, выпускавшим фельдшеров с обширными знаниями по ветеринарии, с углубленными практическими навыками.
После революции у Веревкина отобрали для государственных нужд всё имущество – флигель, где он жил, школу с квартирами для учителей, музей и лабораторию. Однако школа, подчинявшаяся ветеринарному подотделу губземотдела, позднее губоно, продолжала действовать. Здесь размещались несколько учебных классов, молочная лаборатория, музей, библиотека, квартиры преподавателей. Постановлением губернского съезда ветеринарных работников в 1921 году ей было присвоено имя Веревкина, и она была признана лучшей в республике. Веревкину намеревались всё возвратить, предлагали должность директора, но с одним условием – если он вступит в партию. Несмотря на такую «щедрость», стать партийным учёный не спешил, а в 1926 году он умер.
Настоящий дворец с красивым декором в русском стиле, расположенный по ул. Сакко и Ванцетти, №80, заставляет ахнуть от восхищения. Здесь в 1941–1942 годах размещался штаб Юго–Западного фронта, которым командовал талантливый полководец – маршал Семён Тимошенко. А одним из членов Военного совета фронта был Никита Хрущёв, который впоследствии стал первым секретарём ЦК КПСС и засеял полстраны кукурузой. Здание было построено ещё в начале 1770–х годов для губернского прокурора, но потом не раз перестраивалась. В начале XIX века в нём находился частный пансион, где дворянские дети получали среднее образование. Говорят, среди учеников был и юный поэт и философ Николай Станкевич. Здесь и сейчас – школа.
 Военные деятели штаба Юго–Западного фронта жили поблизости в двухэтажном доме из красного кирпича. Известно даже, в какой именно квартире на втором этаже селился Тимошенко, а в какой – Хрущёв. На первом этаже тогда располагался начальник военного госпиталя.
Покровский девичий монастырь, который располагался здесь ещё столетие назад, дал название и основной улице – Девиченская (сейчас это Сакко и Ванцетти), а та, в свою очередь, и всему микрорайону.
– Монастырь представлял собой 257 отдельных домовладений на одной большой территории, за его пределами размещались ещё и монастырские кельи, – рассказывает краевед. – От монастыря сохранилась лишь часть арки–входа, которая располагается в начале улицы Рабочий городок. В Великую Отечественную войну большая часть этих зданий была разрушена. Одну из полуразрушенных храмов – церковь Всех святых Печерских потом отремонтировали, иконы замазали и разместили там клуб, а сейчас это жилой дом. Многие кельи, снабжённые круговой лестницей в подвал, тоже заселены.
Интересно, почему здание бывшей церкви местные жители называют «гаремом»? Некоторые полагают, это из–за того, что в нём когда–то проживали монахини. А один из старожилов рассказал Ольге Рудевой о более реальном происхождении прозвища: после войны там находилось ГорРемуправление.
Есть в «Девичке» и своё легендарное Терновое кладбище, где похоронены многие известные жители района. Погост не внушает страха местным жителям и даже, наоборот, считается чем–то вроде парка отдыха, наверное, поэтому на его территории уже давно располагается детская площадка. В 2012 году кладбище отреставрировали и признали памятником истории.  Такова история места, где  родился и вырос  папа.
 
    Его отец – Пресняков Леонид Михайлович носил красноармейскую шинель,  участвовал в установлении советской власти, был участником Гражданской войны.  По рассказам  бабушки, умер от ран в Великую Отечественную и похоронен там же, на Девичке. А на просторах интернета нашла вот такие сведения.
Пресняков Леонид Михайлович. Дата рождения: 1899 г.
• Место рождения: г. Воронеж
• Пол: мужчина
• Национальность: русский
• Профессия / место работы: бывший начальник вагонного депо ст. Киров Горьковской ж. д.
• Место проживания: г. Воронеж
• Дата расстрела: 16 марта 1938 г.
• Место смерти: г. Горький
• Обвинение: как член контрреволюционной диверсионно-вредительской группы
• Осуждение: 15 февраля 1938 г.
• Осудивший орган: особая тройка при УНКВД по Кировской обл.
• Приговор: ВМН.
• Дата реабилитации: 6 марта 1958 г.
• Источники данных: БД "Жертвы политического террора в СССР"; Книга памяти Кировской обл.
    Не знаю: имеет ли это отношение к моему деду, но со счетов сбрасывать не будем, бабушка могла скрыть этот факт. Времена были  суровые. Настораживает и то, что бабушка никогда не получала пенсию за мужа. Никогда никаких документов никуда не подавала и с тревогой всё чего- то ждала.
     Женился красноармеец Пресняков Леонид Михайлович на образованной, по тем временам  с хорошими манерами,  белошвейке Сальниковой Анне Павловне. У них родились три сына: Александр, Сергей и Владимир.
     По рассказам бабушки муж любил голубей, держал голубятню и, возвращаясь с работы, ворковал с ними. Вот откуда такое неравнодушие к пернатым у его потомков: у отца любовь к птицам, а у моей дочери глубокие знания орнитологии.
Никого из перечисленных мужчин: ни деда, ни братьев отца увидеть не пришлось. А вот бабушка со мной была от моего рождения и до её смерти.
Сергей и Владимир не вернулись с войны.
 Фамилия ПРЕСНЯКОВ
Имя Сергей
Отчество Леонидович
Дата рождения: __.__.1921
Место рождения: Воронежская обл., Кагановичский р-н
Дата и место призыва: Кагановичский РВК, Воронежская обл., г. Воронеж, Кагановичский р-н
Воинское звание: красноармеец
Последнее место службы: 73 осбр
Дата выбытия: 12.01.1943
Причина выбытия: убит
Первичное место захоронения: Ленинградская обл., Мгинский р-н, д. Мишкино
Информация из Книги Памяти

Пресняков Владимер (Владимир) Леонидович
Дата рождения: __.__.1923
Место рождения: Воронеж, Рабочий Городок
Дата призыва: 10.03.1943
Место призыва: Алекцеивский РВК, Башкирская АССР,  Альшеевский р-н
Воинское звание: красноармеец
Воинская часть: 23 сп 51 сд
Дата прибытия: Не ранее 20.07.1943
Откуда прибыл: 365 зсп
Информация в архиве+
Пропал без вести.
        Владимир, по - малолетке, ему тогда только 18 исполнялось, залезли с друзьями  в киоск за сигаретами.  Поймали, судили, дали срок, отправили по месту отбывания. Поэтому и адрес призыва другой.  Бабушка до конца своих дней его ждала.  Надеялась:  может в плен попал и вернётся…
Когда у неё родился первенец, расстроилась, что не девочка. Его, по началу, даже в девичьи платьица одевали. Волосики были тонкие, шелковистые, кудрявые.  Семья звала его Гулюшка.  В состав семьи входили бабушкина мама Анастасия Герасимовна, родом из Нижней Ведуги, теперь Семилукский район и её отчим, служивший звонарём при монастыре. Чаще папина бабушка и её муж были заняты своими делами на монастырском подворье, а мальчику то- то радость. Можно голубей гонять, можно на реку уйти, благо она рядом. А какой простор! Красота! Друзей много.  То играют, а то и поссориться могут. Как- то глаз выстегнули. Скорей в больницу. Врач прописал лекарство. Глаз разрывался от боли всю ночь, а наутро почти вытек. Так и остался отец косым на всю жизнь.
   После школы на работу.  Место работы одно за всю жизнь. Только в соответствии с изменением названия в связи со временем, изменялись названия  в  трудовой.
13.10.1936 года появилась первая запись в трудовой книжке: « Принят на работу в отдел  ОТК  контролёром».  Ему было 17 лет и высокая ответственность за всё то, что проверял.  Завод 154 Воронежа – предприятие оборонное.  В 1943 переведён контрольным мастером.
Воронежский завод № 16
________________________________________
Родственные темы:
Воронежский механический завод
улица Ворошилова
Строительство завода “Взрыватель”начато в период Империалистической войны с июня 1916 года.
С 1918 года по 1930 год незаконченные строительством здания частично эксплуатировались 11-й авиабригадой РККА, а частично принадлежали заводу № 35 НКО. Строящемуся заводу Совет Труда и Обороны с апреля 1927 года присвоил литеру “Р”.
Планом первой пятилетки было предусмотрено строительство в СССР свыше 500 крупных промышленных предприятий различных отраслей. Среди этого количества было два Воронежских авиасборочных завода. Они имели литеры “Б” и “Р”.
Территорию бывшего завода «Взрыватель», где изначально предполагалось строить авиасборочный завод Б, комиссия забраковала. И тогда территория бывшего завода «Взрыватель» была отдана авиасборочному заводу литеры Р. 4 января 1930 вышел приказ о том, что заводу Р присвоили номер 16 (заводу Б – 18).

По договору от 19 апреля 1931 года, заключенному с ВСУ РККА, с разрешения зам. НКВМ и председателя РВС от 1 марта 1931 года и согласия НКО от 6 марта 1931 года завод был передан ВАО (Всесоюзное авиационное объединение) НКТП с оставлением части зданий в эксплуатации 11-й авиабригады. На основании приказа НКО от 22 апреля 1938 года занимаемая площадь авиабригадой была освобождена и передана заводу в июле 1938 года.

С территорией разобрались, а на повестке дня чехарда с реконструкциями завода.

В 1930 году “Гипроспецмет” разработал проект реконструкции завода, согласно задания ВАО, с профилем самолето- мотороремонтного. 10 августа 1931 года – день рождения завода.
В 1931 году по письму Авиастроя НКТП от 21 ноября 1931 года “Гипроавиа” был разработан новый проект реконструкции завода на выпуск самолетов типа ТШ-2.
В октябре 1931 года разрабатывается проект реконструкции завода - теперь уже для выпуска самолетов. В начале 1932 года реконструкция в основном была завершена, значительная часть инженерно-технических работников прошла переподготовку на родственных предприятиях Москвы.
В 1932 году завод собрал десять самолетов. Но летные испытания выявили ряд конструктивных и технологических недоработок самолёта, но Всесоюзное авиационное объединение сочло нужным ликвидировать самолетостроительный профиль завода и переориентировать его на серийное производство самолетного оборудования.
А в феврале 1934 года по приказу Главного управления авиационной промышленности "Гипроавиапром" разрабатывается еще один проект реконструкции - на производство моторов воздушного охлаждения М-11 конструкции А.Д. Швецова. Мотор М-11 был одним из самых популярных на протяжении многих десятков лет.
Потребность в них была велика, поскольку они устанавливались на знаменитые самолеты ПО-2 (У-2) конструкции Н.Н. Поликарпова, используемые для массовой подготовки пилотов, в сельском хозяйстве, для почтовой связи, в медицине, для пассажирских перевозок.

Основной профиль и производственные программы завода:
Ремонт самолетов и моторов. Уже на 1932 год завод имел объемную программу по ремонту моторов и самолетов.

Но в октябре 1931 года разрабатывается проект реконструкции завода - теперь уже для выпуска самолетов. В 1932 году завод собрал десять самолетов.

Всесоюзное авиационное объединение сочло нужным ликвидировать самолетостроительный профиль завода и переориентировать его на серийное производство самолетного оборудования.

А в феврале 1934 года по приказу Главного управления авиационной промышленности "Гипроавиапром" разрабатывается еще один проект реконструкции - на производство моторов воздушного охлаждения М-11

Разработка проекта реконструкции, сама реконструкция, подготовка кадров и производства, освоение изделий - все это было осуществлено за шесть месяцев: с февраля по август 1934 года.
В августе 1934 года началось серийное производство мотора М-11.
В 1934-1935 годах завод стал единственным предприятием, выпускающим подобные моторы.
В 1936 году завод освоил конвейерную сборку изделий, что требовало четкого обеспечения узлами и деталями, организации внутрицехового планирования.
Завод с 1934 года по 1937 год производил моторы М-11, а с 1937 года по 1940 год наряду с производством моторов М-11 начал производство перевернутых моторов “РЕНО”, МВ-4, МВ-6 и МВ-12.
В 1939 году завод получил задание - освоить новый первоклассный мотор М-105 (ВК-105) конструкции В.Я. Климова. Устанавливался на знаменитые пикирующие бомбардировщики "Пе-2", "СБ".

Заводу № 16 26 июля 1940 года в качестве филиала был передан Дизельный завод.
Постановлением КО от 24 сентября 1940 года заводу № 16 определена проектная мощность по производству боевых авиамоторов водяного охлаждения М-105 – 4000 шт. в год, с освобождением завода от производства других моторов и передачей их на филиал.
Освоив производство моторов М-11, филиал завода № 16 получил 3 марта 1941 года статус самостоятельного завода № 154.





26 июля 1940 года по постановлению КО на базе Воронежского дизельного завода был организован Завод № 154 им. Сталина. До 1940 года выпускались дизели для НК судостроительной промышленности. После передачи завода в другое ведомство проводилась реконструкция. С 1 декабря 1940 года завод был включен в число действующих предприятий системы НКАП и приступил к изготовлению авиационных моторов М-11. До 1 января 1941 года завод числился филиалом завода № 16 НКАП. Директором завода был назначен Морозов Д.А. и работал на этой должности до 1947 года.
(РКБМ) — берёт начало от КБ-2 МАИ, образовано в 1939. Для постройки разработанного поршневого двигателя М-250 это КБ в 1940 было переведено в Воронеж на завод №16, а с октября 1941 находилось (как ОКБ-250) в эвакуации в Уфе. С октября 1943 базируется в г. Рыбинске Ярославской области (ОКБ-36, с 1966 — РКБМ).
http://mirslovarei.com/content_tehen...ija-58691.html

Рыбинское конструкторское бюро моторостроения (РКБМ) Министерства авиационной промышленности СССР, г. Рыбинск Ярославской обл., 1939 -

Фонд Р-705, 155 ед. хр., 1948 - 1967. Описи на документацию: - конструкторскую - ед. хр. 64, 1948 - 1952; - управленческую - ед. хр. 91, 1962 - 1967.

Конструкторское бюро Воронежского авиационного завода создано приказом Наркомата авиационной промышленности СССР от 29 июля 1939 г. в г. Воронеже, Приказом наркомата от 15 ноября 1941 г. бюро эвакуировано в г. Уфу и реорганизовано в самостоятельное Опытно-конструкторское бюро N 250, приказом наркомата от 6 ноября 1943 г. переведено в г. Рыбинск и переименовано в Опытно-конструкторское бюро N 36. Приказом Министерства авиационной промышленности СССР от 30 апреля 1966 г. переименовано в Рыбинское конструкторское бюро моторостроения (РКБМ).

Бюро находилось в ведении:

- Наркомата-Министерства авиационной промышленности СССР (1939 - 1953, 1953 - 1957, 1965 -);

- Министерства оборонной промышленности СССР (1953);

- Госкомитета Совета Министров СССР по авиационной технике (1957 - 1963);

- Госкомитета по авиационной технике при ВСНХ СССР (1963 - 1965).

Бюро занималось разработкой и усовершенствованием авиационных двигателей.

Конструкторская документация.

Документы по проектированию авиационных моторов, их узлов и деталей.

Управленческая документация.

Приказы и распоряжения бюро по основной деятельности. Протоколы заседаний Технического совета. Графики работ и планы по доводке опытных изделий, отдельных узлов и отчеты об их выполнении. Отчеты о технической деятельности. Отчеты о финансово-хозяйственной деятельности и капитальному строительству. Отчеты о работе с кадрами. Штатные расписания.
http://guides.rusarchives.ru/browse/...142&sid=116502 bvf.ru›Форум›Большой Воронежский Форум

     Пыталась разобраться, но всё так запутано и сложно, что просто пройдусь по воспоминаниям папы. Вместе со своим отделом и лучшим другом Гавриилом Михайловичем Перуновым были эвакуированы сначала в Уфу, а потом в Рыбинск. Всегда были голодными, пытались даже семечками торговать, огороды сажать. Зимы были холодными. Ноги примерзали к ботинкам. Спать было некогда. Но всё равно молодость брала своё: и на танцы под потефон бегали, и с девушками встречались. Папа всегда с нежностью и уважением относился к женщинам, никогда никого пальцем не тронул, в отличие от моего мужа, которому ничего не стоило в пьяном угаре оттаскать меня за волосы или ударить головой о стенку. Однажды, когда жили на квартире у моих родственников (квартира была  недалеко от недавно построенного цирка, а дальше – папин завод), муж ударил меня головой о балконную дверь, да так, что перебил нос и рассек лоб. Синяки были страшные, долго не могла никуда показаться, ходила в темных очках. Ну, это так, отступление от темы.
    Последнее название места работы отца  называлось «Конструкторское бюро химавтоматики». Там он  добросовестно без единого нарекания трудился до войны, в годы Великой Отечественной и после войны, до самой пенсии.
 

Воронежское Конструкторское бюро химавтоматики (КБХА), прежде всего, известно созданием ракетных двигателей для освоения космоса. В разное время здесь конструировали двигатели для легендарной гагаринской ракеты «Восток», для ракет-носителей «Союз», «Союз-ТМ», «Прогресс», «Протон», долговременных орбитальных станций «Салют», «Мир», уникального комплекса «Энергия-Буран» и т. д. Но КБХА создавало двигатели не только для мирных целей. Воронежские двигатели используются в составе ракетных комплексов стратегического назначения «Стилет», «Синева» и «Сатана» (Р-36М) — самой мощной в мире межконтинентальной баллистической ракеты.
Подробнее: https://moe-online.ru/news/city/336924
 
Выдающийся советский конструктор, создатель авиационных и ракетных двигателей, именем которого назван огромный кратер на обратной стороне Луны, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии  Шолом (Семён) Ариевич Косберг родился 14 октября (1 по ст.ст.) 1903 года в небольшом белорусском городке Слуцке и вырос в многодетной семье еврейского кузнеца.
 
С. А. Косберг
В 1924 году Семён (будем его называть именем, с которым он шёл по жизни) завершил среднее образование. Служил в Красной Армии, слесарил на ленинградской фабрике имени Халтурина.
      Он долго искал своё призвание. Проучившись два года в Ленинградском политехническом институте, Семен Косберг осознал, что тягу к конструированию летательных аппаратов преодолеть не может, и перевёлся в Московский авиационный институт. По окончании института в 1930 году был направлен в Центральный институт авиационного моторостроения (ЦИАМ), где прошел путь от инженера-конструктора до начальника научно-исследовательского отдела.
    В октябре 1941 года Семён Ариевич Косберг  возглавил  конструкторское бюро по производству новых агрегатов самолётных двигателей, которое разместилось в городе Бердске Новосибирской области. С горсткой специалистов, эвакуированных на Восток, главный конструктор ОКБ-296 создавал систему впрыска топлива для поршневых авиадвигателей, которыми оснащали истребители Лавочкина и бомбардировщики Туполева. Война не оставила им ни дня на полигонные испытания. Командование Военно-воздушных сил ориентировалось только на уверенность генерального конструктора в надёжности конструкции в серийном производстве. Риск был велик и смертельно опасен, но серия пошла. В результате лётные характеристики советских самолётов достигли уровня «мессершмитов» и «фокке-вульфов» и даже превзошли немецкие аналоги. С 1942 по 1949 год серийными авиационными заводами страны было сдано в эксплуатацию более тридцати тысяч аппаратов «косбергского» типа
 
По окончании войны в 1946 году ОКБ было перебазировано в Воронеж и стало именоваться ОКБ-154, которое впоследствии было преобразована в легендарное предприятие «КБ «Химавтоматика» (КБХА).
 
Здание КБХА в Воронеже
 
Меж тем, в послевоенное время на смену поршневым двигателям пришли реактивные. И ОКБ С.А. Косберга, продолжая работы над агрегатами НВ, начало разработку агрегатов топливной аппаратуры для турбореактивных и турбовинтовых двигателей самолетов.
    В связи с тем, что в стране бурными темпами начало развиваться ракетостроение, ОКБ-154 взялось осваивать новую тематику, приступив к разработке жидкостных реактивных двигателей ракет класса «земля—воздух» для противовоздушной обороны страны. А затем началось сотрудничество ОКБ С. А. Косберга с ОКБ-1 С. П. Королёва, которое к тому времени успешно вывело на орбиту три первых искусственных спутника Земли с помощью двухступенчатой ракеты-носителя. Однако дальнейшее изучение космического пространства было невозможно без третьей ступени, которая обеспечила бы разгон корабля до второй космической скорости.
 
Ракетный двигатель РД-0105
 В 1959—1960 годах воронежское ОКБ-154 совместно с ОКБ-1 за рекордно короткий срок — 9 месяцев – разработало кислородно-керосиновый ЖРД РД-0105 тягой 5,04 тонн для третьей ступени, применение которой с двигателем РД-0105 дало возможность увеличить массу искусственных спутников Земли с 1400 до 4500 кг и достичь второй космической скорости, что позволило осуществить полеты космических объектов в район Луны и на Луну, облет Луны и фотографирование её обратной стороны. За творческий вклад в эти полеты С. А. Косбергу была присуждена ученая степень доктора технических наук, и он был удостоен Ленинской премии.
 
 
С.А. Косберг (третий слева) на космодроме Байконур
Новой самостоятельной разработкой ОКБ-154 стал кислородно-керосиновый ЖРД РД-0109 тягой 5,56 тонн для третьей ступени более совершенной и надежной ракеты — носителя «Восток», с помощью были выполнены задачи всемирного значения, и прежде всего – запуск в космическое пространство первого космонавта Земли Ю. А. Гагарина.
 
«Поехали!» — это слово, сказанное Юрием Гагариным, известно теперь всему миру. Но вскоре вслед за ним, когда отработала третья ступень ракеты-носителя «Восток», первый космонавт произнес еще одну историческую фразу: «Косберг сработал!» И в тот момент эти слова означали одно – полет проходит в штатном режиме.
Коллективный подвиг первопроходцев советской науки и техники 12 апреля 1961 года навсегда вписал имя С. А. Косберга в историю космонавтики. За выдающиеся заслуги в обеспечении первого в мире полёта человека в космическое пространство, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 июня 1961 года Косбергу Семёну Ариевичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и медали «Серп и Молот.
 

Л. И. Брежнев вручает награды С. А. Косбергу
Очередными разработками ОКБ-154 стали более мощные кислородно-керосиновые ЖРД: РД-0107 для третьей ступени ракеты-носителя «Восход»; РД-0108 и на его базе существенно модернизированный двигатель РД-0110 для третьей ступени ракеты-носителя «Союз». По своим техническим и эксплуатационным характеристикам каждый из этих двигателей обеспечивал достижение качественно нового уровня развития отечественной ракетной техники. С помощью ракеты-носителя «Восход» осуществлены первые запуски автоматических межпланетных станций «Луна», «Венера», «Марс», а с помощью РН «Союз» выполняются все задачи выведения на орбиту космических кораблей типа «Союз» с космонавтами на борту и грузовых кораблей типа «Союз Т» для обеспечения эксплуатации долговременных орбитальных станций «Салют» и «Мир».
     Большой заслугой С.А.Косберга было создание в ОКБ за короткий срок современной испытательной базы с хорошо оснащенными экспериментальными лабораториями. Стало возможным вести разработку более мощных ЖРД, работающих как на криогенном топливе, так и на топливе длительного хранения.
 
Огненное испытание двигателя на Испытательном стенде КБХА
Первыми из таких ЖРД, работающими по схеме с дожиганием на топливе из азотного тетроксида и несимметричного диметилгидразина, стали РД-0202 и РД-0205 соответственно для первой и второй ступеней ракеты-носителя «Протон» генерального конструктора В.Н.Челомея, с помощью которой были решены такие выдающиеся задачи, как вывод на околоземные орбиты тяжелых автоматических станций «Протон», запуск возвращаемых автоматических станций «Зонд» для облета Луны, доставка на Луну луноходов, запуск межпланетных космических аппаратов, взявших пробы лунного грунта, совершивших посадки на Марс и Венеру, вывод долговременных орбитальных станций «Салют», «Мир» в космос и спутников на стационарную орбиту.
 

РН «Протон» на старте
 
Памятник на могиле С.А. Косберга
bravo-voronezh.ru›
    Отец очень уважал этого человек, много о нем рассказывал, как о начальнике,  простом, понимающем, способном проникнуться в нужды людей (помогал отцу выписать строительные материалы для постройки дома, в послевоенный период это было почти невозможно).  Отец с удовольствием выбирал подарки к юбилеям Семёна Ариевича:  спиннинг или что- нибудь ещё для рыбалки. При всей своей занятости, он, видимо, очень любил природу.
      Уважал отец и своего друга Гавриила Михайловича и за честность и принципиальность, и за то, что тот был однолюбом. Однажды женившись на женщине с ребёнком, он относился к Гале как к дочери, а потом у них с Тосей появился свой сын Владимир,  который окончил химико- технологический институт, он так тогда назывался и какое – то время был одним из руководителей ликёро- водочного завода,  а потом возглавил ПОП работников АПК ЗАО "ВОРОНЕЖСКИЕ ДРОЖЖИ". 
     Что интересно, эти два друга, а Гаврила Михайлович не раз бывал у нас, никогда ничем не выдали, какие детали они проверяют, в каком напряжении находятся, и какая ответственность на них возлагается. Отец нередко ездил проведывать своих бывших сослуживцев, находящихся на излечении в психиатрической больнице, а то вдруг в ожоговом центре.  Поэтому дала такой подробный разворот о Семёне Ариевиче, как руководителе КБХА, в котором работали отец и его друг. Стало понятно, чем занимается КБХА, и  за качество проверки, каких деталей отвечал контрольный мастер Пресняков Александр Леонидович.
    Но это произойдет значительно позже, после перестройки. А в детстве, юности и уже, будучи взрослой, я и не подозревала, какая тайна  скрыта при упоминании форма допуска №1.
   Вежлив и уважителен на работе, на домашних он срывался. Обижался по каждому поводу, кричал так, что пол - посёлка слышали, как орёт. Однажды, люди, возвращаясь с  электрички  из второй смены, зашли узнать, что происходит. А это наш папа «концерт» даёт.
      Нет, он никогда не поднимал руки на своих близких, но мог бросать табуретки,  рубить их,  истошно вопить и угрожать нам своей смертью. В доме всегда были охотничьи ружья. Напуганные  мама и бабушка  прятали их на время таких истерик. Меня всегда посылали посмотреть, чтобы  ничего с собой не сделал и  успокоить его. Боялась, но бежала, приговаривая: «Папа не надо! Не надо, папочка!».  Он останавливался, обнимал меня, и мы возвращались домой. Когда мы с братом подросли, то прекратили эти пугания родных. Как - то после очередной такой истерии, он ночью, хлопнув дверью, сказал, что бросится под поезд. Заплаканная мама умоляла нас бежать за ним и вернуть. Мы с братом не перечили маме, но и догонять не спешили, следуя за ним на приличном расстоянии. Путь на железнодорожную площадку проходил через лес. Расстояние от нашего дома до угла площадки составляло ровно километр( когда училась в четвёртом классе, мы с учениками и моей учительницей, а ею была  мама, измеряли).
   Подходим к площадке, идёт длиннющий товарный состав. Кругом темно, отца не видно, не знаем, что думать?! Нас трясёт. Состав, наконец, прошёл. Видим: сидит на лавочке. Решили:  подходить не будем. Маме сказали, что сейчас отец вернётся. И правда пришёл минут через десять - пятнадцать, то есть попугал, но не «проконало» ( нас то он не видел), посидел, покурил и возвратился. Больше не бегал.
  В юности я никак не могла понять, и чего это мама, такая понятная и хорошая с ним живёт?  Даже предлагала развестись. Ах ты юность несмышлёная. Я уже человек в возрасте не смогла бы ответить на вопрос: почему живу со своим мужем, и что нас держит рядом? Видимо, у каждого своя судьба.
     Уже писала о том, что отец был кристально честным человеком, не терпел ложь, за исключением того, что никогда не признавался в том, что выпил и четверки свои прятал то в валенки, то в дрова, то в печурку. Но по большому счёту он был примером порядочности и чести.  Живя рядом с лесом, ни разу не срубил дерево без должного разрешения на то из лесничества, хотя находились такие, что дома из ворованных деревьев построили.  Когда мы были уже подростками,  как всегда,  катастрофически не хватало денег, отец неподалеку нашёл целую пачку. Принёс домой и, понимая, как может пострадать человек, потерявший деньги, стал размышлять, кто бы их мог потерять?  Путём нехитрых  умозаключений вычислили, кто бы мог это быть?  Пошли  узнать.  Заплаканную  женщину уже отпаивали лекарствами, так как деньги были казёнными. Таисия, так звали бухгалтера,  долго не могла поверить в то, что деньги нашлись и их вернули за просто так. И у своих детей отец воспитывал честность.
    Однажды маленький брат взял без спроса карандашик, отец  поинтересовался: «Брал?». Тому бы сознаться, а он держит карандашик  в своей ручонке за спиной и не признаётся. Отец снимает ремень. Брат дрожит, но молчит. Начинает бить, а тот всё равно не признаётся. Мы наблюдаем эту экзекуцию, но вмешаться не разрешают: было принято никогда не вмешиваться в воспитание детей, чтобы не было разногласий. То ли от боли, то ли от страха брат описался, но не проронил ни слова, и только выпустил из руки, которую так и держал за спиной маленький красно- синий химический карандашик.    
     Вторым уроком честности был для него случай с чурбочками.
По нашей улице за два дома от нас  жила тётя Марфуша.  Селяне считали её немножко ведьмой, вероятно потому, что жила она со своим мужем татарином довольно закрыто. Детей  у них не было, судачить она не любила. Дом был невысокий, и дядя Коля к нему всё что- то пристраивал, так что он разрастался в длину. О дяде Коле говорили, что он и конину ест. Тогда продавали конскую колбасу. Бабушка,  по какой- то житейской надобности, пошла к ним с маленьким Колюшком, заговорилась (она любила и могла поговорить) с тетей Марфушей, а братик пробрался в столярную мастерскую татарина,  дяди Коли  и набрал там маленьких деревянных чурбачков себе для игры.  Эти чурбачки обнаружили дома, тут же поднялась паника: «Украл» Как ты мог! Неси обратно! Проси прощения!».  Брат поплакал, но никуда не пошёл. Вечером с этим вопросом разбирался папа. Он увещевал и долго внушал, как нехорошо брать чужое, что это воровство, а воровство – это преступление.  Брат понял. Но идти возвращать «награбленное» было уже поздно, пока шло увещевание, наступила ночь. Утром бабушка повела брата извиняться и возвращать эти злополучные чурбачки. Дядя Коля был очень удивлён, нарезал брату ещё чурбачков и приглашал приходить, если тот захочет.  Есть ещё один случай, когда отец участвовал в наказании детей.
    Двор  нашего дома  граничил с  пришкольный участком.  Под школьными яблонями были разбиты грядки и посажены какие-то растения. Родители, как рачительные хозяева, завели кур и даже сделали им насести в сарае. Нас же заставляли пасти этих кур во дворе, чтобы они травки поклевали, весь двор был покрыт травой - муравой.  Соседские дети всегда приходили играть к нашему дому, там было хорошее ровное  место, удобное для игры.  Мы не сдержались, вышли к ним и заигрались. А куры ушли со двора и раскопали грядки. Как нас ругали за безответственность.  Всеми! А потом посадили в сарай, где жили эти самые куры и сказали, что не будут разрешать гулять.          Соседские дети всё  слышали. А нам было стыдно и немного страшно, так как сидели мы там до вечера.  После ужина нас выпустили, мы просили прощения и говорили, что больше никогда не будем так поступать.
   Отец ударил меня всего один раз, когда взобралась на крутую высокую лестницу, приделанную к школе. Там на самой высоте (метров 5-6)  под крышей сидел пожарный и наблюдал за лесом: не горит ли где?  Вот я туда и забралась. Маленькая девочка в красной шапочке сидела высоко- высоко и  в бинокль смотрела  на лес. Быстро доложили родителям. Во двор школы прибежали и мама, и папа, и бабушка. Совершенно спокойно они советовали мне, как спуститься, но я всё равно упала с последних ступенек и ушибла руку. Папа ударил меня по попке и очень твёрдо сказал: «Обещай, что больше никогда, слышишь, никогда не будешь туда залезать!».  Мама и бабушка что – то причитали, ругались. А мне было больно. Нет не попку, а ушибленную руку. Может быть результатом этого стал панический страх высоты.
   До сих пор удивляюсь, откуда отец столько знал о городах, странах, истории царей,  либретто  и  арии  из опер и оперетт, весь городской шансон (иногда казалось, что он сам выдумывает эти песенки, наподобие: «Саша, ты помнишь наши встречи!»). Знал старинные романсы,  русскую классику читал наизусть. С быстротой проглатывал романы, но досконально помнил всё прочитанное, без закладки сразу открывал то место, где остановился (это и мне перешло, за ненадобностью никогда не запоминаю номера страниц). Покупал все новые пластинки для патефона. Дома звучали голоса Утёсова, Лемешева, Вертинского, Бернеса, Руслановой, Мордасовой, Сметанкиной и, конечно, танцевальная музыка: «Амурские волны», «Киевский вальс»… И папа, и мама иногда танцевали, они  хорошо умели и любили танцевать. А мы с братом любили смотреть,  как раскрасневшиеся родители кружились в вальсе. Папа высокий стройный длинноносый, мама  приземистая, но с красивой фигурой, курносая с большими карими глазами. Они легко вальсировали в просторной комнате, как бы увлекая в полёт своего танца наблюдавших.   Вальс они танцевали и 15 февраля 1998 года на пятидесятилетний юбилей супружеской жизни.
    А ещё папа очень любил цирк. На работе им выдавали или продавали билеты, и родители нас возили на цирковые представления.  Утром  надо было собраться, красиво одеться, позавтракать, пройти целый километр сосновым лесочком (сосенки сажали в тот день, когда меня везли из роддома) до площадки, купить билеты на пригородный поезд: один взрослый для мамы и два детских для нас, у папы был проездной, - и, глядя в окно, где  мелькали столбы, дома, встречные поезда и станции, доехать до Воронежа.  Цирк – шапито находился в первомайском сквере,  недалеко от вокзала, сразу за улицей Мира.  [Это место претерпело много изменений. После того, как на улице 20 летия Октября построили большой красивый цирк,  на этом месте во вновь возведённом здании открыли   кинотеатр  «Первомайский».  Мы  с мамой смотрели  там музыкальный фильм об Эдите Пьехе, а с учениками - «Неуловимых мстителей».  В настоящее время здесь грандиозное здание кафедрального собора во имя Благовещения, куда перенесены из Покровского собора  мощи святителя Митрофана Воронежского. На открытие приезжал  Патриарх Московский и вся Руси Кирилл. Господь допустил меня на это богослужение.  Бывая  в храме,  молюсь  об упокоении  родителей  и о здравии живущих.]
     Возле цирка мы встречаемся с папиными сослуживцами и их детьми, в перерыве едим мороженое, а потом, полные впечатлений, возвращаемся домой.
     Иногда мама и бабушка полностью доверяли нас папе. С ним мы ездили на демонстрации, посвящённые Первомаю или 7 ноября, Дню Октябрьской революции, которую большевики совершили в 1917 году, за два года до рождения папы и мамы. Иногда с нами ездила наша двоюродная сестра - Зоечка, дочка  крёстной. Мы шли в колонне и несли или веточки с привязанными к ним розовыми цветочками из бумаги, или красные флажки, в зависимости от времени года.. . После демонстрации отправлялись в гости: то к Гаврилу Михайловичу Перунову, то к Владимиру Васильевичу Преснякову, бывшему военному летчику, троюродному папину брату. В то время они жили недалеко от механического завода. Ещё жива была его первая жена, страдающая сердечным заболеванием, угощение на стол подавала  тёща. У них я впервые увидела гриб,  который рос в банке. Говорили, что эта жидкость помогает при всех болезнях, но мне её пить вовсе не хотелось. У дяди Володи была дочка Маша, однако я её не помню. В то время, когда мы были в гостях, она отсутствовала, где - то гуляла, так как уже выросла. 
    А вот вторую жену дяди Володи (он женился после смерти первой)  помню хорошо. Её звали тётя Аня. Дядя Володя переехал к ней жить по адресу: Ленинградская, 122.  Тётя Аня была добрая понимающая женщина, и я девушкой иногда  ночевала у них, когда задерживалась на свиданиях.
    Но чаще всего мы приходили в гости к дяде Серёже - Сергею Степановичу  и тёте Жене – Евгении  Михайловне Чудиновым . Люди необыкновенной души и сердечности, они жили в своём доме в центре города. Так что было очень удобно заходить к ним после демонстрации, а потом добираться до железнодорожного вокзала. У них была прекрасная дочь - Юлия Сергеевна, которая училась в мединституте. С родителями тёти Жени  дружили ещё родители моей бабушки. Потом Юля выйдет замуж за врача – кардиолога Лапкова Николая Марковича и долго будет работать педиатром в центральной детской поликлинике Воронежа (консультировала мою маленькую дочь – Наташу), у них родятся дети: Сергей и Люся, - которые тоже окончат  мединститут и посвятят свою жизнь медицине. Как хорошо, что связь поколений не оборвалась, и мы общаемся с ними уже  с помощью современных средств  связи.
 На  светлой веранде стоял большой круглый стол под свежей скатертью.    Накрывать его не приходилось, так как на нём уже стояли  наливочки, морсики,  тоненько порезанные ломтики сала с прорезью, хамса с луком и подсолнечным маслом, солёные огурчики, ярко- красные помидоры, грибочки,  сыр,  пирожки с разными начинками, яблоки, груши, недорогие конфеты. (Это заслуга тёти Жени.  Она объясняла , что Юля всегда могла прибежать в перерыв между лекциями со своими друзьями и быстренько перекусить). Оставалось принести свежих котлет, картофельное пюре и ещё что- нибудь,  включая горячее. Напитавшись этой вкуснятины, мы шли рассматривать дом и небольшой сад. Поражало обилие книг в красивых переплётах и шкафы из красного дерева, инкрустированные другими породами (дядя Серёжа был краснодеревщиком, и мастерская у него была тут же, дома). Нам показывали бесчисленные коллекции открыток, значков… . Мы спускались в погреб, где ровными рядами  на кирпичных ступеньках стояли подписанные соленья и варенья. Катались в саду на качелях и рассматривали сделанные деревянные фигурки. А с собой для мамы и бабушки тётя Женя заворачивала пироги, большие куски домашнего торта, котлеты, кулебяку, фаршированную рыбу, курицу, кусочек сала  и домашние яички (в небольшом сарайчике у них жили пять курочек). Этими гостинцами мы лакомились ещё несколько дней…
    Особенно интересно было отправляться с отцом бродить весной по перелескам, слушать журчание бегущих ручьёв, пуская кораблики, меряя лужи в резиновых сапогах, а там, где было глубоко, отец брал на руки и переносил. Рвали вербочки, подснежники, самсончики, набирали в небольшие ёмкости берёзовый  сок, наблюдали за зайцем - русаком, видели молодых оленей и катышеки, оставленные ими, смотрели, как дятел лечит старые деревья, избавляя их от насекомых, пугали задумавшихся удодов и соек, которые взлетали с истошным криком. Обо всём этом отец интересно рассказывал. Мы приходили домой уставшие и довольные. Дома нас ждали, кормили обедом и укладывали спать.
  А летом в лес за ягодами ходили вместе с мамой. Как только люди начинали нести мимо нашего дома банки с земляникой, наша семья, взяв что- нибудь перекусить и посуду для сбора ягод, отправлялась  в дальний лес. Сначала доходили до площадки, потом сворачивали налево и углублялись в тёмный лес. Проходили полянку, которая называлась кругленькая, пересекали трассу с  высоковольтными столбами и уже за казармой, точнее правее от неё  находилось ягодное место. Прямо как в сказке: одну ягодку беру, на другую смотрю, а третья сама в кувшин просится. Так мало-помалу набирались банки  ягодами. Иногда к землянике примешивалась лесная клубника. Она тоже была очень вкусная. Попадали в заросли папоротников, обжигались крапивой, любовались бабочками, знакомились с саранчой.
 А ещё дальше было озеро, окружённое лесом. В тихой глади воды отражались деревья, всегда один из берегов оставался в тени, а над другим летали разного размера стрекозы с необыкновенно красивыми крыльями.  Мне разрешали их ловить. Покой и сладкая нега знойного дня разливались вокруг. Над стройными вековыми деревьями виднелось голубое небо, изредка пересекающееся светлыми полосками, оставленными сверхзвуковыми самолётами.
  Возвращение домой было трудным: совершенно без сил мы брели под жарким солнцем. Ну, кто брёл, а кто  ехал. Папа сажал брата к себе на плечи, мама несла бидончик, а я - баночку,- так и приходили домой.
 Осенью нас учили собирать грибы. Не зря сбор грибов называют тихой охотой. У отца были свои потайные места, где росло много грибов. Он каждую осень собирал маслята, рыжики, опята. Нам показали, как и где растут грузди, белянки, подосиновики, лисички, белые грибы. Рвали мы и сыроежки. Дома грибы солили, мариновали. От маринада стоял терпкий смешанный запах дущистой гвоздики, корицы, мускатного ореха и перца. И когда родители ехали в город к кому- нибудь  в гости, в гостинец везли баночку маринованных опят, а если приезжали к нам, то тоже не оставались без этой чудесной хрустящей закуски.
    Ближайший лес отец изъездил вдоль и поперёк. Лес дарил успокоение, отраду и усладу, делился своими дарами, помогал в трудную минуту, ведь долгое время топились дровами, да и  уголь без дров не разжечь. Иногда лес становился местом для ночлега. Как-то отец с утра помогал заготавливать на делянке выписанные дрова, а оттуда сразу на работу во вторую смену. Из второй смены люди возвращались ночью. Но у него, видимо, уже не было сил и, как объяснил, решил ненадолго прилечь в лесочке. Было лето, тепло,  сухо. Проспал несколько часов. Мы проснулись утром: отца нет,  а тут люди бегут, кричат: «Там Сашка Александры Андревной лежит то ли пьяный, то ли убили!».  Мама всполошилась, но бежать никуда не пришлось. Отец явился целый и невредимый. Пьяным он никогда не валялся, хотя выпить любил, правда, болел потом. Как рассказывал, люди, которые шли к первому поезду, увидели лежащего недалеко человека, подошли посмотреть, узнали и передали, тем, кто уже возвращался. Он и объяснить не успел. Но мама его  сильно ругала, за то, что напугал.
  Подвыпив, сочинял странные, одному ему понятные стихи и  пел свои особые песни. Мы вынуждены были слушать и про кочегара, у которого не было мочи, и про княжну, брошенную за борт Стенькой Разиным, и про найденного во ржи убиенного. Тоскливо так, хоть самим вой.
    Отец всё делал с каким - то особенным размахом, и, если брался за что- то, обязательно выполнял. Так спас семью и помог родственникам в голодные годы «дорогого Никиты Сергеевича», когда один привёз шесть огромных мешков белой муки из Краснодарского края, возвращаясь из командировки из Ленинграда, привёз чемодан посуды и ящики вкусной рыбы. А когда мы с ним поехали в Москву, чуть не купил мне каракулевую шубу за последние деньги, и всё время сожалел, что я отказалась.  Для продолжения учёбы брату потребовался баян,  а купить его не было возможности даже в Москве, полетел в Киров на фабрику, где их изготовляют.  О его стремлении к добротному и основательному свидетельствует  окружение  множеством, по его мнению, дорогих вещей: около пяти пешней для того, чтобы долбить во льду лунки, несколько буров, великое множество блёсен, которые мог полировать часами, удочки, спиннинги, специальное обмундирование для рыбалки и охоты. Ружей было три, одно из которых «Зауэр».
 Подарки, которые он нам неожиданно дарил, тоже были с размахом. Однажды под кроватью родителей, куда они предложили мне заглянуть, я обнаружила большую коробку с куклой в крепдешиновом коричневом в горошек платье.  У неё были волосы, глаза моргали, и она могла говорить «Мама». Таких кукол у моих знакомых и подруг я не видела. А брату подарил такую большую лошадку, похожую на живую, что на неё можно было садиться, ехать, перебирая ногами, а она издавала звуки,  то есть ржала.
Маленькими мы заплетали на его голове косички, позже играли с ним в шашки,  шахматы. Когда я родила, папа договорился с друзьями и меня на хорошей машине привезли с ребёнком  из роддома  домой. Муж только при этом присутствовал.
Его слово было - закон. Сказал - сделал. Никогда ни перед кем не унижался и всегда боролся за справедливость.
Папа был гурманом. Любил всё вкусное, мясное, особенно копчёную колбасу, а вот от молочного отказывался.
   С верой у отца были  особые отношения. Он, как и все в то время, был крещён. В  тайне, но с его согласия крестили нас, детей, и сам он был крёстным у моего двоюродного брата, которого зовут тоже Александром. Постов не соблюдал. В Великую субботу выпивал, орал песни, ел котлеты и пирожки, на Пасху, как правило, устраивал скандалы и после того, как мы все переплачем,  шли на кладбище проведывать покойных. Встречались со знакомыми и друзьями, а на обратном пути заходили или к дяде Коле с
тётей  Олей или к тёте Моте. Угощали неизменными крашеными яйцами, куличами, творожной пасхой,  окрошкой,  холодцом,  блинцами  и, конечно, выпивкой.  На Пасху и другие великие праздники не работали.   Икон дома не было. Хранилась одна у бабушки, за кроватью висела, так, чтобы никто не видел. При Хрущёве вступил в партию. Крест не носил. Но когда тяжело заболел, я поняла, что надо приводить к Богу, иначе поздно будет, не вымолишь. Разные ему в забытьи  видения являлись: и рогатые, и волосатые, и зелёные, и черные. Всё отгонял от себя всех и что- то постоянно искал. Не было покоя. Маму измучил совсем. Я стала усердно молиться о его здравии. Подключились священники собора благоверного князя Александра Невского. Поила святой водой, просила Господа помочь. И, наконец, он, уже лежачий, обессиленный, дал согласие исповедаться и разрешил  надеть крест. Вызвала священнослужителя на дом. Он исповедал, причастил, освятил дом. И отец поднялся,  прожил ещё 7 лет. Брат, обретший веру и пришедший ко Господу, не раз читал ему вслух Евангелие. Постигая глубокий смысл Библейских истин, отец осознал мудрость Писания.  Последний раз исповедали и соборовали  в Старом Осколе где- то за полторы недели до смерти, а отпевали уже в его доме.
    Он прожил трудную немалую жизнь, оставив свой след: и дом построил, и сад посадил, и сына с дочерью вырастил. Каждую свободную от работы минуту проводил на природе.
Незадолго до десятилетия его кончины у меня сами собой родились строки:
( 07.05.2018. Моему отцу Преснякову А.А.)
На веранде
            деда поминали,
А вокруг …
           сирень уже цвела.
Много вспоминали,
Говорили 
      разные красивые слова.
Кто он был? 
Каким?
Чего добился?
В мирные, военные года…
А после войны
                отец влюбился
Как должно быть:
                раз и навсегда!
………………………………..
Больше полувека  с мамой вместе
Прошагали трудный жизни путь,
Измеряя вёрсты долгом чести,
Не давая нам с него свернуть.
…………………………..
Не гонясь за богатством и славою,
Проверял детали в КБ
И под песни свои удалые
Он готовил снасти себе.
Зима – лето: охота, рыбалка,
Певчих птичек тоже любил…
Мы не знали тогда, что кто- то
Из конструкторов другом был.
Рассекречены материалы,
Космос стал привычным давно,
Но мелькают лица и планы
Удивительной жизни – кино.
…………………………..
Нас связала с тобою
Незримая нить:
Нить характеров сильных
Не сломать, не сломить.
Память сердце волнует,
Уходить не спешит…
Мёртвым – вечная память,
А живым - надо жить…