Трагедия и триумф в миниатюре

«Трагедия и триумф в миниатюре»

(по мотивам статьи в «Правительственном Вестнике» № 9 от 13 января 1900 года)

Андрей Меньщиков



Январский номер «Правительственного вестника» за 1900 год заставил читателя взглянуть на карликов не как на забаву, а как на людей с железной волей и сложными судьбами. На страницах газеты ожили те, кто десятилетиями собирал полные залы и влиял на королевские дворы, доказывая, что честь и амбиции не зависят от роста.

Самым «капиталистическим» героем этой маленькой рати был Чарльз Страттон, вошедший в историю под именем генерала Том-Пуса. Найденный знаменитым американским шоуменом Барнумом, Страттон при росте в 65 сантиметров обладал деловой хваткой настоящего титана.

За двенадцать лет гастролей он сколотил «весьма круглый капиталец», став, пожалуй, самым богатым карликом в мире. Его жизнь была похожа на респектабельный роман: брак с миниатюрной красавицей Лавинией Уоррен, признание королей и президентов. Но за витриной успеха скрывалась горечь: их единственная дочь Минни умерла младенцем от воспаления мозга. Сам «Генерал» прожил до почтенных лет, оставив после себя миф о том, что даже 65 сантиметров роста достаточно, чтобы покорить Америку и Европу.

Полным антиподом расчетливому Страттону был англичанин Джеффри Гудзон — самый гордый и опасный человек при дворе Карла I. Он был воплощением чести, доведенной до абсолюта. История сохранила трагикомический и кровавый эпизод: когда дворянин Крофт, решив подшутить над Гудзоном, вышел на дуэль со «спрыскивалкой» для воды, маленький человек не оценил юмора. Он потребовал настоящего оружия и хладнокровно застрелил обидчика из пистолета наповал.

Гудзон был верен королю до самого эшафота, прошел через тюрьмы и заговоры против Кромвеля, закончив свои дни в заточении, но так и не склонив головы. Его жизнь стала напоминанием: в маленьком теле может биться сердце настоящего льва.

Напоследок «Вестник» вспомнил о Ферри, любимце польского короля Станислава Лещинского. Его судьба стала триумфом биологии над тленом: Ферри дожил до невероятных девяноста двух лет, пережив большинство своих современников нормального роста.

Петербургский читатель 1900 года, закрывая заметку, понимал: эти «феноменальные человечки» были зеркалом самой истории. В скряжничестве Том-Пуса отражался наступающий век наживы, в гордости Гудзона — уходящий век рыцарства, а в долголетии Ферри — вечная загадка природы. Пять килограммов веса или шестьдесят сантиметров роста — в конечном итоге в «Вестнике» оставалась не цифра, а характер, способный вызвать удивление спустя столетия.

Из цирков — на вершины Олимпа

Завершая наш обзор, начатый с бирманского атлета и гордого Джеффри Гудзона, нельзя не заметить, как изменился мир за сто двадцать пять лет. Сегодня «маленькие люди» больше не нуждаются в ярмарочных балаганах, чтобы заявить о себе. Они сменили амплуа «диковинок» на роли королей, героев и мыслителей, став неотъемлемой частью современной культуры.

Если бы Джеффри Гудзон жил в наши дни, он наверняка узнал бы себя в Питере Динклэйдже. Самый знаменитый карлик современности (рост 135 см) совершил настоящую революцию в кино. Его Тирион Ланнистер из «Игры престолов» — это не шут, а самый острый ум и самое благородное сердце великой саги. Динклэйдж доказал: актер с его ростом может быть секс-символом, драматическим гигантом и обладателем множества «Эмми», заставляя весь мир замирать у экранов.

Мы помним Верна Тройера (81 см), чей Мини-Мы стал культовым персонажем, и Уорика Дэвиса, прошедшего путь от эвока в «Звездных войнах» до профессора Флитвика в «Гарри Поттере». Эти люди не просто «потешали публику», они создавали миры, становясь лицом глобальных франшиз. Уорик Дэвис, подобно Том-Пусу, стал успешным предпринимателем, основав агентство для актеров небольшого роста, помогая своим коллегам находить достойное место в искусстве.

Даже в спорте и социальных сетях мы видим феномены, подобные бирманскому атлету. Хасбулла Магомедов (Хасбик) стал мировой знаменитостью, чье влияние на медиа-пространство сравнимо с охватом звезд первой величины. Его популярность — это современное проявление того самого интереса к необычному, но уже в формате глобальной цифровой деревни.

Петербургский читатель 1900 года был бы поражен, узнав, что спустя век карлики перестанут быть заложниками своей физиологии. Они больше не стоят на ярмарках — они стоят на красных дорожках. От дуэлянта Гудзона до интеллектуала Динклэйджа ведет длинная нить борьбы за достоинство. И если 1900 год только начал признавать в них «гражданские добродетели», то нынешнее столетие окончательно признало за ними право быть великими — вне зависимости от того, сколько сантиметров отделяет их от земли.


Текст статьи:

Замечательные карлики появлялись в разное время преимущественно на подмостках ярмарочных балаганов, в музеях и в других публичных местах, по большей части для потехи публики. В настоящее время в парижском «Nouveau Cirque» привлекает публику атлет и гимнаст, родом из Бирмы, говорящий свободно на двух языках — французском и немецком и весящий 5 килограммов, что составляет несколько более двенадцати фунтов. Рост этого карлика — 52 сантиметра. О существовании карликов встречаются упоминания в самых древних памятниках письменности. В «Илиаде» Гомера содержится повествование о геройских сражениях пигмеев с цаплями. В позднейшие времена путешественниками были открыты целые племена низкорослых людей на Андаманских островах и в Тибете; рост их оказывался в среднем не выше 1 метра 15 сантиметров, но эпитет «карлики» строго говоря, должно исключительно применить к тем феноменальным человечкам, как замечает «Journ. des D;bats», которые красовались при европейских дворах в XVIII столетии и собирали народ на ярмарках и цирках в XIX столетии. Длинный ряд этих маленьких субъектов, своею миниатюрностью потешавших людей нормального роста, образовал за многие годы целые поколения пигмеев, среди которых попадались представители разных национальностей — французы, индейцы, англичане, швейцарцы и т. д. Некоторые из них отличались гражданскими добродетелями; встречались между ними также скряги и скопидомы, как, например, известный «генерал Том-Пус», настоящая фамилия которого была Том Страттон. Рост его равнялся 65 сантиметрам. Благодаря знаменитому в свое время собирателю диковин, американцу Барнуму, Том-Пус составил себе, в течение двенадцати лет, всемирную известность и весьма круглый капиталец, женился на карлице Лавинии Уоррен, вполне подходившей к его росту и имел от нее дочь Минни, умершую от воспаления мозга через несколько месяцев после рождения. Сам Том-Пус прожил до старческих лет и умер в 1891 году. Карлик польского короля Станислава Лещинского, Ферри, прожил до девяноста двух лет. Но самым гордым, честолюбивым и отважным по нраву и характеру был знаменитый карлик английского короля Карла I Джеффри Гудзон. Гордость его не знала границ, а по части личной чести щепетильность его была так велика, что придворные всячески остерегались чем бы то ни было оскорбить его. Однажды Гудзон вызвал на дуэль английского дворянина Крофта за непочтительное с ним обращение. Крофт принял вызов маленького человека в шутку и выступил против него со спрыскивалкою в руке, но Гудзон потребовал серьезного поединка и убил своего противника из пистолета наповал. Во все время революции он оставался верен своему злополучному монарху Карлу I. Впоследствии его заподозрили в участии, в числе прочих приверженцев короля, в заговоре, составившемся против Кромвеля, и приговорили к пожизненному заключению. Джеффри Гудзон умер в тюрьме в весьма преклонном возрасте.