22

- Александра Ильинична, прошу ещё чаю.
- Благодарю, дорогая, с удовольствием. У вас так приятно, я отдыхаю всей душой. Но, кажется, уже поздно.
Лидия Ивановна на это промолчала. Действительно было поздно. Длинный летний закат погас за окном, наступала ночь.
Гостья хоть и разнообразила несколько часов, однако утомила. Визит затянулся.
Лидия Ивановна едва сдерживалась, чтобы не помассировать виски. Она устала, болела голова, а гостья, похоже, не торопилась домой.
Александра ей не нравилась. Нет, она была яркой, умной, красивой, уверенной женщиной. Муж поощрял эту дружбу. Он шутил, что рядом с Александрой не задержатся хандра и апатия, и Лидия Ивановна непременно взбодрится.
Но тут он ошибался. Рядом с Александрой Лидия чувствовала какую-то неясную тоску. Словно жизненные силы просачивались в невидимую трещину и утекали прочь.
И дело не в плохом самочувствии. Лидия не понимала что не так в этом общении. Может, они с Александрой слишком разные?
Бесконечные переливания из пустого в порожнее были утомительны, а к этому сводились все их разговоры.
И ещё Лидии казалось, что и она неинтересна Александре, что та с ней невыносимо скучает. Но всё же регулярно пишет и наведывается, как будто отбывает какую-то повинность.
Может, тут дело в милосердии? Может, Александра пытается помочь Лидии удержать последние нити, связывающие её с обществом? Ведь Лидия в последнее время всё неохотнее покидает свой дом, всё реже зовёт кого-либо в гости. Так недолго и вовсе отгородиться от мира. И что тогда? У Лидии дочь. Она должна думать о ней.
Так что, вздохнув глубже, Лидия улыбнулась своей подруге и протянула ей тарелку с пирожным.
- Попробуйте ещё это. Здесь удивительно вкусная начинка.
Ах, как же хочется в детскую. Танюша, скорее всего, уснула. Но можно полюбоваться нежным личиком девочки, поцеловать её в щёку. Она сегодня её толком не видела.
Комнаты Лидии были в дальней части дома, подальше от слуг. Так настоял Сергей Дмитриевич, считая, что жену должны окружать тишина и покой.
- Жаль, что мне так и не удалось поприветствовать вашего мужа.
- О, Сергей Дмитриевич сегодня задерживается. Уверена, он будет тоже огорчён, что не застал вас.
Лидия Ивановна потянулась с чайником к фарфоровой чашке гостьи и вдруг застыла в ужасе. В жидкости плавал крупный мотылёк. Кажется, моль.
- Да, благодарю, - Александра придвинула чашку к замершей хозяйке, не понимая, чего та медлит.
- Ах, прошу прощения! – какой конфуз. Щёки Лидии вспыхнули алым цветом. – Я сейчас же вам заменю.
- Что не так, дорогая? – Александра удивлённо захлопала глазами, и не дождавшись добавки, взяла тонкими длинными пальцами свою чашку и поднесла ко рту.
«Нет!» - этот возглас Лидия сдержала.
Александра поставила кружку на стол. Мотылёк по-прежнему покачивался на тёмной поверхности. Он был мёртв. Лидия отчётливо видела его мохнатое тучное тельце, его бледно-перламутровые крылья. Пыльца с них частично осыпалась и неприятно припорошила чай.
А Александра его не видела! Она снова понесла свою чашку к губам.
Обессиленная Лидия плюхнулась на свой стул.
- Кажется… у меня голова…
- Ах, дорогая. Я вас утомила сегодня.
Она решительно поднялась.
- Мне пора.
Лидия проводила гостью.
- Да, - обернулась Александра к хозяйке у двери. – Ваше вишнёвое платье… Мне оно так понравилось. Нет ли у вас выкройки?
- Какой платье?
- То, в котором вы были на балу у княгини Полоницкой.
- Вишнёвое? Я, кажется, была в зелёном…
- Дорогая… платье с пышным рукавом. На поясе белая вышивка… Она так приятно выделялась на вишнёвом фоне…
- Хорошо… Я посмотрю… Кажется… может быть…
- Прощайте, дорогая. И я вас непременно жду у себя. Выбирайте любой вечер. И захватите выкройку, я непременно закажу похожее.
- Прощайте.
Лидия некоторое время глядела на закрывшуюся за Александрой Ильиничной дверь. Потом медленно, словно во сне, вернулась в свою комнату. Подошла к чайному прибору гостьи, с опаской заглянула в её чашку. Мотылька не было.
Она снова села на стул. Долго смотрела в никуда. Потом спохватилась, побежала в свою гардеробную.
Платье… Почему вишнёвое? У неё нет вишнёвого платья. На балу у Полоницких она действительно была в очень красивом платье, с пышными рукавами, с белой искусной вышивкой по поясу. Но само платье зелёное.
И войдя со свечой в маленькую комнату, первое, что она увидела – вишнёвое платье.
С пышными рукавами, с белой вышивкой…
К дочери в этот вечер Лидия не пошла.