Семена бездны

Алпатов-2. Маленький засекреченный город на Урале. 1986 год

Предчувствие

Примерно в полночь Мишу сбросил с кровати сильный толчок, он больно ударился, но вскочил, бросился к окну и успел заметить, что где-то за далью необъятных лесов, на которые выходило его окно, полыхает зарево. Прибежала встревоженная мама и настойчиво попросила отойти от окна.
– Мама, известно, что это ? – спросил встревоженный Мишка.
– Метеорит сынок, гость из космоса, папа с заставы уже позвонил, разбираться будут, паниковать не нужно. Упал он далеко за лесами, пожарные уже там, его прилет  уже ожидали.
Мишка взглянул на настенные часы. Без пяти шесть, до школы ещё спать и спать, но уже не хотелось. Он вышел на кухню, где хлопотала мама, и запах свежеиспеченных пирожков приятно щекотал ноздри . Но более его будоражила новость о метеорите, вся космическая тема волновала его нешуточно, конечно, никто к месту падения ни за что не подпустит и думать нечего.
Мама, прихлебывая чай, смотрела на сына, углубившегося в книжку , с нежностью . Она  считала, что Мишеньке очень идут очки, но сам мальчик так не считал используя их исключительно дома.
– Видимо, он очень мелкий , – произнес Мишка, отложив книжку, – такой толчок, а даже окна целые . Папа  домой-то придет?
– Сомневаюсь, – вздохнула мама, – сто процентов он теперь там, – кивнула в сторону лесов. — Сынок, дай слово, что в ту сторону не пойдешь. Знаю я тебя просто, кто его знает, что приносят с собой эти метеориты.
– Мам, даю слово, не люблю тебя огорчать. А когда будет открытие новой библиотеки?
В порыве чувств мама прижала его к себе.
– Через неделю, сынок, очень красивая, современная, сама жду с нетерпением, насиделась уже дома .
Мама с сыном проговорили почти час, когда  неожиданно вернулся отец. Мишке уже нужно было собираться, но папа его остановил.
– Ничего, опоздаешь немного, ты и так круглый отличник, давай позавтракаем вместе, я тебя потом довезу.
Мать с сыном смотрели на него, конечно, в ожидании правды о метеорите.
– Да знаю, знаю, – усмехнулся он, – чего вы ждете, но котлеты вкусные, не так часто завтракаем вместе.
Отец доел всё, посмотрел по очереди на жену и на сына.
– Да, был там, видел. Воронка, метеорит сам достаточно мелкий, иначе бы нам всем не поздоровилось. Там сейчас военные, ученые, кого только нет, город-то наш секретный, закрытый. Опять туда вернусь, со мной нельзя и не проситесь. Сынок, поел? Давай поедем, опаздывать мне недосуг.
Когда отец и Мишка сели в служебный газик, отец неожиданно сунул ему какие-то бумаги.
– Мишка, ты у меня гений математики без преувеличения. Это расчет траектории падения метеорита, посмотри его, как будешь свободным от школы, но чтобы никто не знал, сам понимаешь. Я только тебе верю .
Мишка молча засунул бумагу в глубину портфеля, газик притормозил у школы.
– Сынок, – окликнул его отец, – страсти пройдут, съездим к воронке обязательно.
Мишка молча кивнул и поспешил к классу, где уже начался урок.
Пока он шел к своему классу его разум теребила мысль: «Откуда у отца подобные расчеты? Когда они успели их сделать? И вообще, отец военный, а не ученый».
Урок уже шел вовсю, Елена Аркадьевна особо не отреагировала на его появление, жестом указала на место.
Город в силу своей специфики был крошечным, и всего в нем было по одному: одна школа, одна библиотека, один дом культуры, и в силу правил, установленных в нем, особо не разгуляешься. Выживали как могли, в Мишкином классе учеников было всего десять, преобладали девочки. Зато двоечников было по минимуму, даже в таком положении школа могла похвастаться перевесом способных к точным наукам учеников.
Мишка сел на место, достал учебники, но мысли его занимала уже не учеба, а метеорит. Как раз к доске Елена вызвала новенькую Леночку Назарову. Ее отца недавно перевели на службу в этот городок.
Как только она появилась в их классе, Мишка начал присматриваться к ней. И дело было не только в том, что девочка красивая. по ее поведению и ответам на уроках Мишка понял, что она может стать отличным собеседником в научных темах, которые он обожал. Но новенькая сторонилась всех в классе, особенно мальчишек, мероприятий избегала и сразу после уроков уходила домой. Но в этот раз Мишка, наблюдая за ней у доски, твердо решил добиться её расположения, хотя и сам не понимал, зачем ему это нужно. Леночка, повернувшись к доске, покрывала её всю формулами, ни разу не споткнувшись и вызывая завистливое перешёптывание в классе.
– Достаточно Леночка, достаточно, – сказала наконец Елена Аркадьевна, – в высшей степени умница, садись.
Леночка сидела прямо перед Мишкой, ее хвостики, перевязанные бантиками, для седьмого класса, конечно, уже смотрелись старомодными. Остальные девочки предпочитали более вольные прически.
Он легонько тронул её за плечо, она обернулась и, как ни странно, улыбнулась, тогда он, осмелев, протянул ей записку.
Мишина  соседка по парте фыркнула, но он  предупреждающе несильно двинул ей в бок локтем, заставив молчать.

Вослед за этим свое дело завершил прогремевший звонок. В школьном коридоре на перемене он отыскал её взглядом , у дальнего окна она, прижавшись к подоконнику, читала явно не учебник. Взгляд его она заметила и, оторвавшись от книги, вновь улыбнулась своей поразительной улыбкой, вызывающей расположение.
Оставшиеся уроки прошли словно в диковинном  сне, и по их окончании, оторвавшись  от одноклассников, он ждал её в том указанном в записке месте, впрочем, особо не надеясь, но она пришла.
Она подошла к разрушенной часовне, даже не испытывая страха, что пришлось идти одной в такое пустынное место. Он встал за изгибом разрушенной стены, несколько минут наблюдая за ней. Она подошла со стороны школы, сбросила ранец на траву и присела на большой камень. Бантиков и хвостиков уже не было, волосы были распущены по плечам, делая её намного взрослее.
– Ещё раз здравствуй, Лена, – сказал он, выйдя из укрытия.
– Здравствуй, – приветливо ответила она, – день какой сегодня необыкновенный. Май, каникулы скоро. я почему  почувствовала, что нужна тебе в отличие от этих всех.
– Нужна, – ответил Мишка, – сегодня ночью упал метеорит, ты слышала?
– Да, – вздохнула она, – с моим папой трудно не услышать о таком, он здесь как военный под видом ученого, я сама подписывала какие-то бумаги о неразглашении, всю жизнь, все тринадцать лет живу среди секретов.
Она умолкла и оглядела жалкие остатки разрушенной часовни.
– Удивительно что такое здесь уцелело .
– Здесь от старины много чего осталось, но только в таком виде, – ответил он.
– Так что же нужно от меня? – спросила она, сидя на камне и заплетая косу.
Он несколько раз огляделся, но всё было вокруг пустынным, полез в портфель и достал документ, данный отцом.
Она с любопытством заглянула в документ искоса взглянула на него.
– Хочешь сказать, отец так просто тебе это доверил?
– Доверил, хочу, чтобы мы разгадали это вместе, я не справлюсь один.
– Честно сказать, – заявила она, – тут секретного ничего нет, просто какие-то ученые заранее выявили траекторию приземления метеорита, хотя, – она прикусила губы, – папа говорил, нет в СССР технологий чтобы предугадывать  падение метеоритов, что-то тут не так.
– Я хочу, чтобы мы сходили в ту сторону прямо сейчас, – сказал он, – метеорит упал за лесом, он не так уж и велик, но там кроется тайна.
– Ты уверен? Пойти неподготовленными через лес …
– Да, только так, пока наши отцы там, и им не до нас. Другого шанса не будет, это около трех километров. Мы посмотрим издалека на это место падения. А если зайду домой, мама меня там запрет. Я по этому лесу сто раз ходил, тропа удобная, зверья нет. Могут быть патрули, но что им мы ?

Глаз тьмы

Она согласилась, и вскоре они вступили под своды леса на заросшую мхом тропу, портфели оставили в часовне с намерением забрать на обратном пути. Он втайне радовался, что Леночка оказалась такой бесстрашной.
– Воронка сразу за этим лесом? – спросила она, поеживаясь от сырости, лес есть лес, хоть и конец мая. – А то я кофточку не захватила.
Он снял с себя синий пиджак и набросил поверх ее школьного платья. До окончания леса они дошли достаточно быстро. Он оканчивался склоном, где внизу и было место падения метеорита. Они взглянули вниз.
Действительно там зияла воронка, образовавшаяся от него, и суетились люди. Они  залегли, и стараясь оставаться незамеченными, наблюдали. Потом он легко подтолкнул её локтем:
– Все, уходить надо, можем нарваться на патруль .
Обратно до часовни они добрались без приключений. Лена взяла портфель и как-то очень пронзительно посмотрела на него.
– Слушай, пойдем ко мне, дома нет никого, посмотрим спокойно то, что дал тебе отец. У моего дежурство как минимум до четверга. И вообще, мы на пороге великих событий.
– Думаешь? – спросил с сомнением он.
– Уверена, – ответила она, – идем. Думать лучше за чаем с пирогами, лично я голодная.
Миша, переступив порог квартиры Лены, первым делом отметил стеллажи с книгами. Они заполняли всю прихожую, и это его весьма удивило.
– Лена, вы же часто, наверное, переезжаете, – неужели с собой возите?
Лена рассмеялась:
– Да нет, ты что, не настолько мы книголюбы , все от прежних хозяев, я сама удивлена, где они добыли столько книг в таком городе, и уезжая, оставили их здесь. Проходи, и прошу, не стесняйся.
Он переступил порог с заметным волнением. За тринадцать лет жизни к девочкам в гости ни разу не ходил.
– Проходи-проходи, садись, – в девочке включилась хозяйка. – Давай включай телек, а я за чаем и пирогами.
Она вышла, протянув руку, он включил цветной «Горизонт».
В её ожидании Миша развернул план падения метеорита, достал ручку и, скользя взглядом по диаграмме на тетрадном листе, начал чертить столбики цифр.
Он настолько ушел в это занятие, что Лена несколько минут с подносом ждала его . Он поднял на неё взгляд, его удивило что поверх белого школьного передника она ещё надела кухонный.
– Ой, извини, – он отбросил ручку.
– Ничего, – она улыбнулась и поставила поднос на столик, – я сама такая, склонность к физике и математике полная , но папа военный, переезжаем постоянно, сменила уже пять школ, – вдруг она изменилась в лице.
– Миша, ошибка в твоих расчетах...
– Да быть не может, – начал было он, но вдруг и сам тоже ясно её увидел. Лена тогда склонилась над расчетом, столбики цифр росли с невиданной скоростью. Миша был смущен, он, как ни пытался, не мог оторвать взгляда от покачивающегося конского хвостика из каштановых прядей, стянутого большой резиночкой.
– Ты чего? – она, почувствовав, оторвалась от расчетов, щечки пунцово вспыхнули, просто загорелись .
– Миша, даже не думай, я уже целовалась с мальчиком и нет больше желания.
– Да, конечно, ну прости, – забормотал он, – что с расчетами?
– Плохо Миша, плохо. К нам летит второй метеорит, более крупный, и, боюсь, упадет прямо в окрестностях города .
– Разве так бывает: два метеорита под ряд?
– Нет, Миша я не ошибаюсь, я серьезно, папа показывал меня в институте, там по моим формулам меня назвали гением, а мне было тогда одиннадцать.
– Что же нам делать, Лена, сказать о твоих расчетах отцу, и они успеют сбить его на подлете?
– Не успеют, и нет в СССР таких технологий, чтобы метеориты сбивать, осталось часа три, и неизвестно, где он упадет. Может, вообще в центр города. Пей чай с пирогами .
Лена ходила взад и вперед, прямо не девочка, а боевой генерал.
– Раз отец твой дал тебе эти расчеты, нет выхода, идем к нему.
– Придется, – вздохнул Миша, – отец меня, конечно, прибьёт, что не сдержал слово, но если мы спасем город…
– Переодеться хотела, но теперь нет времени, бежим к твоему отцу. Мой точно не поверит. Они оба услышали звук открывающейся двери.
– Прячь, прячь расчет, – прошипела Лена, – отец вернулся!
– О, у нас гости, – сказал отец, заходя в комнату. – Рад. Я Сергей Александрович.
– Миша.
– Что с метеоритом, пап?
– Ничего особенного, дочь, раскопали, мелкий, увезут в академию наук кусок камня. Слушай, хозяюшка, накорми, я сутки на ногах провел.
– Пап, ну прости, давай сам, мы к Мише уроки делать.
Отец махнул рукой:
– Ладно, дети, бегите, – раз здесь места мало. — Что даже не переоденешься?
Лена ничего не ответила , они выскочили во двор и понеслись к дому Миши с бешеной скоростью.
– Ты что, и в физкультуре гений? – крикнул он на ходу.
– Не поверишь, Миша, но я во многих вещах гений, – ответила она, не прекращая бега .
У дома Миши их встретил не отец, а встревоженная мама.
– Миша, где ты бегаешь? А, ты ещё и с девочкой ? Тогда бегом ужинать, отец сегодня не приедет, там опять какие-то обстоятельства. Вы  Мишина одноклассница?
– Мама, это Лена, наши папы вместе служат, наверное. Он точно домой не приедет?
– Да, – ответила мама звонил, – вроде бы ПВО засекли на подлете к городу еще один объект, а распознать, что это, не могут.
– Мама, мы немного побудем во дворе и точно зайдем ужинать, обещаю.
– Не задерживайтесь только, – проворчала мама, входя в подъезд.
– Мой вернулся домой, а твой нет, подозрительно все это, – сказала Лена. По расчету до падения остался час, и местом его падения станет западная сторона города. Какие там объекты?
У Миши все похолодело внутри:
– Там только гражданские, все военные объекты на восточной стороне и новая библиотека,совмещенная с музеем,что еще не открылась. А почему ты уверена, что западная?
– Я увидела это в расчетах, я честно говорю, это делал человек с невиданными способностями. Миша, в этом городе собрано очень много умных людей, это просто от нас скрывают, даже мы здесь не случайно. 
Он в тревоге оглянулся на свои окна.
– Слушай, Лена, я пойду на преступление. Я выкраду у мамы ключ от библиотеки, сама она ни за что не даст.
Лена недоуменно посмотрела на него:
– Зачем нам в библиотеку? И что за музей в таком городе, как наш?
– Он совсем маленький, – ответил Миша, – вроде исторический .
– Исторический? В военном закрытом городе? – Лена фыркнула. – Зачем ?
– Там на втором этаже, где как раз музей, приготовлен к открытию астрономический кружок, и есть телескоп мы ясно увидим его прилет.
Но тут неожиданно во двор спустилась мама, одетая по-походному: свитер, джинсы и сумка с провизией .
– Думаете, я дура, не догадалась? – заявила она. – Всю жизнь мечтала увидеть прилет метеорита и на преступление  ради этого можно пойти. Переодеваться будете?
– Да нет, мама, времени мало, мы можем всё пропустить. Сторожа нет там?
– Нет, едем, – ответила она, отпирая дверцу четыреста двенадцатого Москвича. — Папа может вернуться в любой момент и, не застав нас, устроит скандал. Она протянула Лене кофту. – Одень, время вечернее, не время еще в платье разгуливать.
Мама вела «Москвич», сосредоточенно выбирая улицы так, чтобы избежать патрулей. Миша на заднем сиденье, увидев, что Лену даже под мохеровой кофточкой бьет легкая дрожь, все же позволил себе приобнять её, и та не возразила.
– Плохое предчувствие, Миша, – шепнула она. – Космос несет беду в этот город.
Мама оглянулась на них, ей явно не нравились эти обнимания тринадцатилетних детей, но промолчала.
Наконец «Москвич» затормозил перед зданием модернового здания библиотеки, военное ведомство на такие объекты денег не жалело .
– Следите, чтобы не появился патруль, – металлическим голосом произнесла мама, – я отопру и отгоню машину, внутри сидите тихо как мыши, не поздоровиться нам всем, если застанут, и карьере отца конец . И все-таки просьба: никаких объятий, вам пока такое рано.
Миша и Лена, войдя в фойе, быстро поднялись на второй этаж. Вся библиотека была погружена во мрак, но дверь музея и обсерватории они отыскали быстро, от них мама тоже дала им ключ.
Войдя, они с замиранием сердца увидели небольшой зал, заполненный статуями, тут были и рыцари в сверкающих латах, и волосатые неандертальцы, но идти мимо них было как-то жутковато. Но прошли и увидели закуток обсерватории, занимающей совсем мало места, и телескоп, направленный в панорамное окно, сели напротив него, затаившись в ожидании. Вскоре появилась мама и, облегченно вздохнув, произнесла:
– Я заперла библиотеку изнутри, счастье, что не нарвались на патрули, теперь осталось ждать. Это событие будем помнить до конца жизни.
Она минуту подумала и сказала:
– А целоваться я и сама начала рано, правда, не в тринадцать, а в пятнадцать, но большего себе не позволяла никогда . Так, пока метеорит в пути, ешьте бутерброды.
Пока ждали метеорит, мама незаметно задремала. Миша смотрел на Лену просто не отрываясь, она перехватила его взгляд, смущенно улыбнулась, теребя косичку, и кокетливо одернула белый фартук ниже, чтобы закрыть ноги.
Мишка сделал произвольное движение к ней, но вдруг всё кругом пришло в движение, со звоном с пьедесталов посыпались латы рыцарей, статуя неандертальцев полетела следом, расколовшись, остальные устояли. Лена бросилась к Мишке, прижалась к нему.
Не ожидавший такого, он почувствовал электрический спазм, в мгновение пронзивший тело. Она, почувствовав, отстранилась.
Мама Вика, конечно, все видела, но не успела ничего предпринять.
Второй толчок сотряс здание, бросив их всех на пол.
Небесный странник неумолимо приближался к земле, к маленькому городку, он нес на себе семена бездны, семена стремительно размножающихся злых организмов , способных расселиться по поверхности любой планеты в мгновение ока .
Когда-то, миллионы лет назад отколовшись от погибшей планеты, по структуре жизни похожей на земную, он захватил с собой в полет через бездну столь неприятный сюрприз.
Но ничего этого не знали трое наблюдателей внизу, ждущих небесного гостя с особым воодушевлением. И двое из них были совсем ещё детьми. Ждать пришлось совсем недолго, панорамное окно осветила вспышка такой мощи, что всякий телескоп был бы бесполезен .
Мама, схватив детей, швырнула их на пол, чтобы не ослепли. Стекла во всей библиотеке зазвенели и посыпались, все здание не на шутку содрогнулось .
Нет, определенно небесный гость оказался не тем, что в итоге ожидалось. Глаз тьмы открылся.
 
Самая страшная ночь

Они с трудом поднялись с пола, весь музей и астрономическая комната были погружены в абсолютную тьму. Мама Вика включила фонарик, шаря лучом по верху потолка . Миша и Лена приподнялись, после толчка всех троих засыпало упавшей с потолка штукатуркой, волосы одежда все были в ней.
– Какая же я дура, – произнесла мама с немалой тоской, – привела вас на гибель. Выключу  фонарик, это единственный источник света, здесь все погружено во тьму.
– Почему, мама? – спросил Миша, стараясь изо всех сил привыкнуть к полному мраку.
Лена уже стояла у окна, белый фартук ее школьного платья был хоть каким-то ориентиром.
– И этот упал за лесами, окружающими город, – сказала она, – смотрите, полыхает зарево, но думаю, упал ближе, чем первый. – Нам нужно выбираться из музея и библиотеки, – сказала мама, – немедленно. Скоро здесь будут военные , и будет большая суматоха. Давайте до выхода и ориентируйтесь в темноте. Фонарик нужно поберечь.
Но после этих слов мама вдруг резко опять включила его , направив на лицо Лены. И Миша с ужасом увидел, что лицо его подруги изменилось, оно было искажено как будто страхом.
– Оно идет… оно идет сюда, – прошептала девочка, – спасения не будет никому.
– Как ты так видишь? – спросила мама, – кого видишь, инопланетян ?
– Нет! – Лена резко впала в истерику, – нет! Этот метеорит принес безразличное ко всему космическое зло, – она вдруг резко начала рвать на себе белый фартук. — Белое, убирайте с себя все белое прочь, мы спасемся только в полной темноте! Мама быстро сунула Мише фонарик, прикрикнув. – Свети!!!! Она бросилась к девочке, пытаясь успокоить её, но истерика той оказалась просто неожиданно сильной, и маму встретил кулачок, летящий в лицо.
– Лена остановись! что ты делаешь?
Мама несмотря на дикое сопротивление все-таки зажала Лену, недаром в прошлом занималась греблей .
– Мам, Лена, фонарик сейчас умрет, давайте принимать решение, – крикнул Мишка.
– Вы не понимаете, не понимаете, – прошептала Лена, – эта тварь уже где-то здесь, в библиотеке, и все белое для нее ориентир, тетя Вика, пусть Миша скинет рубашку, а мне попробуйте оторвать эти чертовы воротники, иначе мы погибнем. Миша, туши фонарик и скидывай белую рубашку.
– У меня такой силы нет – рвать прочную ткань, – ответила Вика. – Хорошо, Миша, давай послушаем её, она и впрямь не так проста, как кажется.
Всё окружающее погрузилось в полную темноту и полную тишину Мише стало казаться, что он слышит стук собственного сердца.
Потом мама все-таки сказала:
– Давайте выбираться, перебежками к выходу и не разделяйтесь.
– Здесь что-то таится в темноте, я чувствую, – прошептала Лена.
– Миша, веди Лену, не отходи от неё на шаг, – сказала мама, – я чуть задержусь . Продвигайтесь к выходу, но будьте осторожны.
– А ты, мама?
– Без разговоров, у меня дело тут.
Лена покорно дала Мише обнять себя за талию, они вышли из астрономической комнаты в коридор, напротив был незапертый библиотечный зал, а лестница вела вниз на первый этаж. Все было погружено в абсолютную темноту.
– Лена, подожди, я посмотрю, что там на лестнице, – сказал Миша. – Нам нельзя разделяться, – девочка вцепилась в его руку.
– Да погоди, я быстро.
Миша, не слушая, побежал через темноту. Лена осталась стоять в полном мраке, сердце её сжималось. Она заглянула в зал музея, лелея надежду увидеть маму Миши, но вдруг поняла – её там нет.
Она повернула назад и застыла от ужаса: из библиотечного зала доносился звук включенного телевизора и мерцал слабый свет. На ватных ногах, забыв, что совсем недавно бросалась на маму Миши, она осторожно заглянула в зал. Там в нише между стеллажами и впрямь был включен цветной  «Рубин», слабый отблеск кинескопа тускло светил, затылком к ней на стуле сидел некий мужчина, внимательно уставившись в экран. Ноги Лены в единый миг потяжелели. но она потихоньку стала отступать в коридор, менее всего ей тогда хотелось, чтобы тварь обернулась.
Она видела, что Миша возвращается, но чем он поможет против этого нечто? Он такой же ребенок как она. Мужчина, почувствовав её, не повернул голову, но лицо неожиданно проявилось у него на затылке.
Лена дико вскрикнула и рухнула на пол, потеряв сознание. Тут подбежал Миша но мужчина, уже поднявшись со стула, нанес ему сокрушительный удар в лицо. Нокаутированный мальчик отлетел, приложившись затылком о стену, и тоже потерял сознание.
Тварь перешагнула через него, склонившись над девочкой, облик мужчины исчез, превратившись в нечто без лица и половых признаков, более это было похоже на оживший манекен. Монстр окончательно сорвал с ребенка белый фартук и отбросил, потом подхватил ещё бесчувственную Лену и потащил в темную половину библиотеки. Миша застонал, понемногу приходя в себя, из рассечённой брови сгустками капала кровь, но он успел заметить, что тварь тащит его подругу в темноту.
– Стой, – прохрипел мальчик, но голос не слушался.
Кое-как поднявшись, он поковылял за ушедшими в темноту, не понимая, куда делась мама. Далеко уйти не удалось, голова дико кружилась.
Тьма, укутавшая библиотеку, словно засасывала в себя, не оставляя надежды на возвращение. И самое страшное – несмотря на боль он понимал, что помощи ждать неоткуда. Непонятно, какую цель преследовал пришелец, но живыми он точно их не выпустит.
Лена наконец открыла глаза, вынырнув из облака боли, сознание возвращалось, но медленно, она приподняла голову с пола, на который бросил её похититель, и стала оглядываться, не сразу сообразив, что находится в библиотечном архиве, а это точно подвал или подсобка. И она была здесь одна.
Девочка поднялась, ей хотелось действовать, хотелось искать выход, жажда жизни пересилила все. Сколько хватало взгляда, тянулись стеллажи с книгами, они, казалось, уходили в необъятную бесконечность, но ей казалось, там и затаилось зло.
Девочка нашла дверь, ведущую наружу, и принялась колотить в неё и звать на помощь. Бесполезно, только кулачки отбила и заплакала от бессилия и отчаяния. Она услышала, что оттуда, из тьмы архива приближается нечто страшное.
Действительно это был он, похожий на манекен пришелец, он надвигался, словно неумолимый рок. Она с расширенными глазами смотрела на тварь, из-под плиссированной юбки школьного платья по белым колготкам потекла струйка мочи.
– Не убивайте меня, пожалуйста, – зашептала она, – дяденька, не убивайте, я сделаю всё, что хотите, – повторяла она, прикрыв лицо руками.
Манекен внезапно свернул в один из проходов между стеллажами и наступила тишина. С огромным трудом Лена заставила себя двинуться с места, она понимала – зло никуда не ушло, просто затаилось, но стоять покорно в ожидании смерти уже не хотелось, и она стала понемногу продвигаться вдоль стеллажей.
Она с большой осторожностью заглядывала в боковые проходы, однако ощущала лишь тишину и пустоту.
Так она дошла до самого конца архива, и её внимание привлекло зеркало. Ей страшно захотелось посмотреть, как она выглядит сейчас , возле зеркала ещё обнаружилась каморка уборщицы, она заглянула туда в надежде, что будет окно.

Миша, взяв себя в руки, почти дошел до двери архива, как вдруг его кто-то схватил в темноте. Мальчик брыкнулся достаточно сильно.
– Миша, сынок, это я, мама, – услышал он родной голос, – ты делаешь больно !
– Да откуда я знаю, что ты мама?! Докажи! – мальчик кричал с надрывом, его голос был на грани и почти сорван. Но мама встряхнула его очень сильно.
 – Это я, и прекрати панику. От тебя сейчас зависят наши жизни, ты понял? Господи , на кого похож перевязать нужно.
– Не нужно, заживет. Я понял, – прохрипел Миша, размазывая по лицу сопли, ребенок взял в нем вверх. Мама выдвинулась из темноты, освещенная тусклым светом фонарика, мальчик со всей силы прижался к ней. – Мам-мам, это убьет Лену, я не прощу себе, – всхлипывал он, – сколько этих чудовищ здесь ещё будет? Они хотят захватить землю?
– Времени нет, – строго сказала мама, – слушай и беспрекословно подчиняйся, за Леной пойду я, ты же любой ценой, слышишь – любой, выберешься из библиотеки, доберешься до сторожки, где живет радиолюбитель Алексей, вы с ним сделаете  сообщение, позовете на помощь, он поймет.
– Не проще до военных, мама, до папы?
– Нет, – она жёстко встряхнула его. – Ни к нашему папе, ни к папе Лены. Все они знают, заранее знали – это не метеориты, это первый контакт. Но им во что бы то ни стало поручено захватить пришельца, он сеятель, чистое космическое зло, которому нужно насадить здесь споры стремительно размножающихся организмов. Они пожрут всю биологическую органику, оставив хозяевам сеятеля идеальную для заселения планету .
– Наш папа не может быть таким...
Звук гулкой пощечины прервал тишину.
– Пошел, мальчишка! Выполнять! Помни, военные наблюдают за зданием.
Глотая слезы, мальчик побежал через темноту, хотя вообще не представлял, где теперь этот выход и есть ли он вообще. Как его обычно милая мама стала такой ?
Вика смотрела какое-то время вслед сыну, потом развернулась в сторону архива, она прихрамывала, и её саму не покидала мысль, как она так быстро поменялась? Притом она четко понимала: сеятель и они заблокированы в здании, пришельцу нужно выполнить свою миссию, посеять споры, а военным нужно поймать его.
Уже в разговорах с мужем она понимала: СССР обречен. В последнее время он все чаще заговаривал об отъезде и, конечно, понятно, что вышестоящие пойдут на все, чтобы овладеть инопланетными технологиями ценой любой жизни. 
Вика дохромала до железной двери архива, и вдруг её пробил озноб осознания: раз пришельца взяли в осаду, он использует тело Лены  для выполнения миссии. Она заколотила в дверь, но никто не отзывался.
Лена, к сожалению, в этот момент ушла на другой конец архива .
Вика заметила белеющее пятно, это был сорванный пришельцем передник Лены. Вику окончательно оставили силы, и она сползла по двери, не понимая, что делать дальше.
Сына отправила почти на смерть, а сама не может открыть паршивую дверь. Как же больно и страшно! Однако вопреки всему дверь внезапно открылась .

Лена заглянула в помещение и поняла, что это подсобка музея, а не библиотеки . Тут в полном беспорядке были сложены различные музейные экспонаты, по идее, им положено быть наверху, в музее, но, видно, не успели разобрать. Лена вернулась к зеркалу, забыв, что искала окно, не вовремя в ней проснулась девочка. Отражение в зеркале более всего походило теперь на маленькую старушку, одетую в школьное платье. Темные круги под глазами и запыленное лицо. Лена нашла в кармашке платья резиночки и мгновенно соорудила кокетливые хвостики, показала своему отражению язык и мгновение стояла, думала, чем дополнить образ .
Она будто в этот момент попыталась отгородиться от реальности, но ничего лучше не придумала, чем поднять кружевной воротничок стоймя и полностью расстегнуть ворот, чтобы свободно дышать. Но от этого неуместного странного сейчас выстроения образа её отвлек Миша. Менее всего она ожидала его сейчас увидеть . Он вышел из-за стеллажей и, что было совсем необъяснимо, нес в вытянутой руке стакан воды, протягивая ей. А пить ей хотелось жутко, и рука произвольно, не видя опасности, протянулась к стакану. Но по проходу уже неслась Вика, подобная дикому урагану и кричала истово:
– Не смей, Лена! Не смей! Это не Миша, не смей!
Лена, стряхнув пелену, заглянула в глаза Миши и поняла всё.
Лютый холод пробежал по телу.
– Пей шлюха , – прорычал ложный Миша и выплеснул воду ей в лицо. —Надоели вы мне, мерзкие землянки, умирать пора !
Облик Миши потёк, вновь превратившись в жуткий манекен, его руки вцепились в горло Лены мертвой хваткой, она захрипела.
Но сзади на него уже прыгнула мама Вика, тогда, не разворачиваясь корпусом, вывернув лицо на затылок, монстр встретил напавшую таким страшным ударом, что она отлетела через половину коридора и затихла.
Пока пришелец отвлекся на Вику, Лена успела выхватить из подсобки клинок рыцаря и, дико заорав, пронзила тварь насквозь, но даже пронзенный клинком, он опрокинул её . Прижатая тяжелой ручищей к полу, Лена отчаянно отбивалась от попыток пришельца засунуть ей в рот капсулу с инопланетными спорами . Но его время на земле, видимо, уже подходило к исходу, он ослабил хватку, отпустил девочку, достал откуда-то табурет и вновь принял облик Миши.
Лена тяжело дышала, смотря на инопланетного агрессора с ненавистью из под вновь сбитых распущенных волос.
– Ты храбрый воин, маленькая землянка, – голос будто вспыхивал у Лены в голове, – ты защищаешь Землю, но я тоже воин, и у меня есть миссия. Поэтому либо ты, либо я. Без обид, это война. Наша эскадра за Марсом ждет от меня зачистки земли, и она будет, хочешь ты этого или нет .

 Ген вымирания

Миша спустился до первого этажа не до конца осознавая, что же, собственно, происходит. Всё казалось дурным сном.
И все-таки  он увидел открытое окно, правда, оно было довольно высоко, центральная дверь была заперта, и выход был только через него . Миша огляделся, ему все казалось, вот кто-то появится, и тогда он начал считать до сорока, перебежал к окну, сначала присел на корточки перед ним, прислушиваясь, потом поднялся, выглянул наружу.
На улице уже светало и все показалось надежнее и спокойнее. Он подтянулся на руках, но забраться на окно удалось не сразу, ноги скользили по стене, руки были вялыми. И вдруг окрик:
– Ага, попался! 
Миша понял это один из военных, непонятно что делающий в закрытом здании. С этим выкриком произошло чудо, ноги нашли нужную выпуклость на стене, руки как стальные подтянули тело вверх, и Миша перевалился через подоконник на улицу. Военный, правда, успел вцепиться в ногу и тянул к себе. Но Миша брыкнул так сильно что ботинок остался у военного, а сам он свалился в пышные кусты внизу, весь оцарапавшись, но это его спасло.
Военные, окружившие музей, прошли на расстоянии одного шага от лежащего в высокой траве мальчика. Он понял, что весь музей оцеплен, военные ищут пришельца . Миша дождался, пока патруль свернет за угол и бегом бросился к близкому перелеску в надежде успеть нырнуть в спасительный лес. К большому счастью, ему это удалось . Он помнил, где в лесу сторожка лесника, и всё быстрее ускорялся, понимая, как много теперь от него зависит.
На глазах Лены Миша исчез, и появились вдруг две одинаковые версии её. У настоящей Лены расширились глаза, она ждала всего, но не такого .
– Я выйду к землянам, – сказала одна, – вынесу капсулу с спорами наружу, заражу их, да начнется зачистка.
– С этой что делать?
– Пускай лежит здесь, нам она больше не помешает , взрослая женщина умерла. Я разберусь с внешним миром, а ты приведи здесь все в движение, пусть неживое оживет .
Одна ложная Лена вошла в проход между стеллажами и исчезла. Другая с невероятной силой схватила настоящую Лену и поволокла её за собой к выходу из архива по полу. Лена кричала и отбивалась отчаянно, но ничего не могла этой страшной силе противопоставить. Тварь проволокла её мимо тела умершей от удара виском о стеллаж мамы Вики, и у несчастной Лены заныло сердце. Так и дотащил пришелец в её облике Лену до двери, ведущей в архив, и вышвырнул в коридор . Но все же в итоге, прежде чем захлопнулась дверь, она успела заметить: пришелец вновь поменял облик на манекена. Лена поднялась и после секундного раздумья решила вновь подняться в музей, но это было плохое решение.
Военные меньше всего ожидали, что к ним выйдет девочка, да еще и дочь капитана. В изорванном и расстегнутом школьном платье, грязная, запыленная, сжимающая в ручонках маленькую капсулу, внутри которой что-то шипело и бурлило. И капитан, присутствующий здесь первый раз, все понял.
– Огонь на поражение! Это не моя дочь! Без раздумий огонь!
Но солдаты медлили, не в силах выстрелить в ребенка . Тогда отец Лены сам открыл шквальный огонь  из табельного пистолета, солдаты вынужденно вступили. Все тело девочки превратилось вмиг в кровавое месиво, но она стояла на месте с ужасающей ухмылкой на лице, затем швырнула капсулу на гранитные ступени.
– Господи, что явилось нам? – с ужасом прошептал капитан. – Неужели пришло наказание за взорванные храмы ?
 С разбитой капсулой сразу же появился густой и плотный туман, принимающий черты невиданных тварей. Отделившись от него, они воплощались во плоти, и вскоре пары его окрасились кровью и предсмертными криками солдат .
Бежавший по лесу Миша тоже услышал эти страшные звуки и ускорился, он понял: любой ценой нужно донести до мира, что выпустить пришедшее сюда зло из города нельзя.
Мише удалось добежать до сторожки, и Алексей, будто зная, уже встречал его.
– Вторжение, вторжение, – пролепетал Миша заплетающимся языком, —пришельцы высадились, чтобы захватить землю, – и упал без чувств у порога. Алексей втащил мальчика внутрь и положил на диванчик. Сам подсел за старый приемник.
– Тревога, тревога, биологическая опасность первой степени , вышлите помощь, даю координаты...
К сожалению, Алексей не успел закончить вещание, в избушку в изодранном кителе ворвался отец Миши, размахивая пистолетом, глаза были бешеные, он наставил оружие на Алексея. 
Миша очнулся, приподнял голову:
– Папа?
Алексей прервал вещание, подняв руки вверх.
– Вы опоздали, я все успел передать, войска стягиваются к городу , чтобы вам дать отпор, нет, Миша, это не твой папа уже...
Миша и глазом моргнуть не успел, как то, что приняло облик его отца, поменялось на жуткую гадину. Монстр взвился вверх и вширь, вмиг развалив хрупкую избушку, он теперь напоминал то ли амфибию, то ли дракона. Изгибаясь, он устремился с высоты, нацелившись целиком заглотить Мишу, сердце мальчика сжалось в комочек. Сколько же оно пережило в эту страшную ночь …
Но, выбравшись из-под обломков, Алексей, бросившись, отбросил Мишу в сторону, и жуткая пасть опустилась на него.
– Беги! – успел крикнуть Алексей, прежде чем клыки пришельца сомкнулись на нем, и прогремел взрыв, разнесший обоих. Видимо, мужчина хранил дома гранату .
Миша в высокой траве бессильно скреб землю руками, голоса не было, он онемел, детство закончилось в единый миг.
Силы покинули девочку уже в самом музее, она сползла по стене, тяжело задышав. Сил бороться совсем не осталось. Она уже понимала, даже слишком понимала : из этих стен ей уже не выйти. Но, преодолев себя, она все же поднялась и, чуть прихрамывая, вошла в проход между рыцарями и неандертальцами. Ей казалось, они вот-вот оживут. От этих пришельцев всего можно ожидать. За эту ночь она из наивной девочки тринадцати лет превратилась в бойца, и такой ей быть всегда, если они выживут .
Тревога за Мишу жгла нутро, боже, только бы остался живой . Впереди поперек прохода лежал упавший при толчке рыцарь, и вдруг железная перчатка сжалась и разжалась, и рука, выбросившись вперед, схватила Лену. Он поднялся над ней, этот страшный призрак прошлого, и швырнул её на пустой пьедестал, одной рукой он прижал её, чтобы не вырвалась, другой замахнулся мечом, чтобы намеренно  отрубить голову.
Лена даже не сопротивлялась, просто уже хотелось умереть, если так угодно судьбе . Но рука рыцаря повисла в воздухе. Клацая когтями по паркету, в зал вошла огромная курица.
Рыцарь ослабил хватку и, выскользнув, Лена откатилась в сторону. Остальные рыцари сошли со своих пьедесталов и обнажили мечи навстречу неожиданной гостье. Разбежавшись и хлопая почти метровыми крыльями, курица как таран врезалась в скопление оживших лат и нескольких опрокинула мгновенно, устоявшие пытались достать её мечами, но бесполезно. Она была неожиданно для курицы быстра и неуловима .
Исход поединка был быстрым. Курица превратила ходячие латы в груду металлолома, и последнего отчаянно сопротивляющегося ударила корпусом так, что на глазах изумленной Лены он ядром протаранил панорамное окно и вылетел наружу. Курица тут же приобрела облик некоего юноши в джинсах и свитере.
– Выходи, девочка, не бойся, я тот, кто противостоит им, я на вашей стороне.
С большой осторожностью Лена вылезла из укрытия, косясь на неандертальцев. Как бы эти тоже не ожили, чему теперь можно доверять?
– Почему курица? – заикаясь, спросила она. – Да увидел в твоем разуме, есть у нас дар такой, там черная курица крушила рыцарей . Мне ты можешь доверять. Времени мало, Мише твоему удалось послать сигнал тревоги вашим властям, и экспансию монстров темной циклизации здесь остановят . Но город обречен, его сотрут с лица земли и обрекут на забвение . Не любят ваши власти такой огласки, и тебя, к сожалению, я вынужден забрать с собой.
– Что? – яростный взгляд сверкнул из-под свисающей челки, – только подойди...
– Все, кого ты любила в этом городе, мертвы, всё, чем жила, разрушено, выпущенные монстры, пройдя волнами, убили всех в городе, пока ваши их не остановили на подступе к остальному миру. Эскадра темных ушла из Солнечной системы . Ген вымирания прерван в самом начале пути.
– Нет, я не верю вам, не верю, – в психозе Лена колотила кулачками по паркету.
– Времени нет, принимай решение, но точно говорю: оставшись на Земле, ты будешь обречена сидеть в клетке с остальными захваченными вашими властями гибридами . На нашей же планете вполне нормальные землеподобные условия, позже мы сможем вернуть тебя на Землю.
– А Миша, мой одноклассник?
– Забрать его мы не сможем, остался жив его отец. У тебя же никого не осталось.
– Хорошо, – Лена смирилась, – есть ли у меня иной выход?
– Думаю, нет. – Пришелец взял её за руку, и от этого прикосновения она почувствовала доверие и тепло. – Закрой глаза, и мы мгновенно перенесемся к нашему кораблю.

* * *

Жигули с пожилыми супругами резко затормозили у кромки леса. Подобный призраку из стены леса вышел мальчик в школьной форме, превратившейся в лохмотья, грязный, исцарапанный, в крови, он еле шел, сил кричать не было.
– Господи, Толя, это не наше дело, поехали отсюда, а?
– Ты спятила? Я, бывший майор милиции, брошу ребенка умирать ?
Анатолий подбежал к мальчику, подхватил его, быстро понес к машине.
– Дяденька разворачивайтесь, молю, – шептал мальчик в полубреду, – ехать, куда вы едете, опасно, миленький, не нужно туда.
Анатолий усадил мальчика в машину, и вдруг они все трое услышали нарастающий гул. Казалось, он был совсем близко.
– Что это? – в ужасе прошептала супруга Анатолия.
– Они покидают землю, – через боль улыбнулся мальчик, – мы их остановили, у них не получилось .
– Всё, едем, – распорядился Анатолий, разворачивая машину, – его жизнь в наших руках.

Эпилог

Михаил вошел в кафе, дрожа от волнения. Он не мог поверить, что спустя сорок лет Лена дала о себе знать. В те дни, пока его не отыскал выживший отец, вид которого тогда принял инопланетный захватчик, он пережил много страшных моментов, но в итоге власти добились, чтобы все выжившие молчали о случившемся в 1986 году.
От самого города тоже ничего не осталось. Его стерли с карты СССР вчистую, власть не хотела никакой огласки .
Михаил тогда принял правила игры, но после распада Союза решительно порвал со всем, уехав в Америку жить и работать, но и там ничего никому не рассказывал.
В Россию он вернулся только спустя двадцать лет, в страну, ничего общего уже не имеющую ни с Советским Союзом, ни с Россией Ельцина.
И вот теперь по почте пришло это странное письмо без обратного адреса, подписанное весьма аккуратным женским почерком, и он сразу всё понял.
«Мишенька, дорогой, любимый, прости, что внезапно исчезла тогда, не было выбора.
Мне сделали предложение инопланетяне, бывшие на нашей стороне, я вынуждена была улететь с ними и ни разу ни пожалела. Теперь я служу в звездной коалиции, мы защищаем землеподобные планеты от подобных тварей, которые напали тогда на нас.
Миша, на Земле я проездом. У нас только час, встреча в 14:00 в кафе «Окраина». Если не успеешь, следующего раза придется ждать очень долго».
Михаил вошел в кафе, огляделся.
За крайним столиком сидела миниатюрная блондинка в строгом черном свитере, а поверх него кулончик с рубином.
Он сразу узнал её, но если ему было сейчас пятьдесят, то ей от силы чуть за двадцать, но это была именно Лена. Её даже спустя сорок лет трудно было спутать с кем-то. Они обнялись, она взяла его за руку, будто передавая тепло, полученное от космоса.
Проговорили они долго, вспоминая те события. 
– Ну всё, мне пора, – наконец сказала она. – Не земля, а космос, его просторы мой дом, но я буду тебя навещать .
С огромным трудом он выпустил её руку из своей. Лена дошла до дверей кафе, вскинула руку в знак прощания и вышла навсегда. Он уже прекрасно понимал: она не вернется, отравленная просторами космоса.
Михаил даже не сделал попытки попроситься с ней, он не мыслил себя никак без земной жизни. Изучение космоса было его профессией, предотвращение инопланетной агрессии – обязанностью, но их с Леной пути навсегда разделила та страшная ночь. А теперь нужно жить дальше, и желательно так, чтобы больше ни сожалеть ни о чем.

Декабрь – март 2024/2025