Привет Бабуль

 “Привет Бабуль”
 Я был вынужден съехать из своей квартиры от проблем с её владельцем. Моя бабушка пригласила меня к себе на дачу около глухого леса. Сам дом располагался в деревне, которая почти ничем не отличалась от гравюр древнерусских деревень 18-го века, но будто страшнее: скошенные деревянные избушки. Между ними комы грязи по краям дороги, в которых, казалось, можно утонуть. Здесь всё будто застыло во времени.
 Затеряться здесь легкое дело, страшнее поскользнуться упасть и уронить все свои вещи в мутную воду и затем ходить, хлюпая и спотыкаясь. По пути в нос ударял аромат сажи и сырости, даже несмотря на то, что на улице был июнь. Почуялся запах мятой травы. “Настоящий отшиб цивилизации даже удивительно, что здесь живут люди”, подумал я.
 По дороге я разминулся с собакой, из-за слякоти ее лапы были черные как смоль и ходила она, сражаясь с ними каждую секунду, прям как мои ботинки. Ухмыльнувшись, я прошел далее, видя ветхую табличку, выжженную на куске рифлёного дерева “Улица Мира 1”, кажется, я прибыл.
 Передо мной был частокол забора, который не защитил бы даже от той собаки, если она бы пожелала что-то съесть во дворе. Впрочем, и опасности в этой деревне среди людей нет, только природа и антисанитария. Из передней ко мне выглянула знакомое мягкое, впалое лицо бабушки, одетой в типичный красный платок, сорочку и неподходящие бирюзовые тапочки. Она заговорила своим громким хриплым, но счастливым голосом.
 — Даня! Божечки ты уже прибыл, как же неожиданно! А че так рано? — спрашивала она, что есть мочи спускаясь с пяти ступенек.
 — Я написал, что прибуду к двум, бабуль, — сказал я с уставшим лицом, вспоминая чего мне стоило добраться до её дома. — У нас GPS и Wi-Fi отрубили. Тебе даже ничего написать не мог, прости.
 — Дже-пе чего?.. Данька, ничего страшного! Нашел же меня! Тебе в любое время здесь будут рады! Да ты взгляни на мурку, — под старушкой сразу же проплыла кошка черного цвета с хитрым взглядом. Она посмотрела на меня, затем на хозяйку дома и грациозно забежала на крышу.
 Я спросил давно ли она завела у себя кошку, и она сказала, что и не заводила её, просто сестрица прибежала одним днем к ней и она ее покормила. — Я храню ее от мышей шоб помогала, — сказала бабушка, посматривая наверх и гордо кивая.
 — И как? Помогает? Ты же ее даже не обучала, — угрюмо спросил я.
 Она посмеялась и даже ничего не сказала, жестом заводя меня в дом.
 Внутри передней Я почувствовал запах пыли и заметил ее хлопья, летающие вокруг меня как в воде. Здесь в помещении без пола и обоев с глухими стенами всюду висела паутина. Впереди - груды хозяйственных инструментов, обшарпанных и кажется не моложе той, кто ими работал хотя бы на десять лет. Пары тапочек справа в шеренге первые - истоптанные куски ткани и вторые - пара ярких шлепанцев, как гирлянда цветастых.
 Присаживаясь на табуретку, я спросил бабушку как она живет в этом доме, перед этим сморщив нос и веки от едкого запаха, видимо, варящегося редиса. А убирая руку со стола за телефоном услышал хрустящий звук отлипания кожи от склизкой клеенки. Тут же заговорила бабуля.
 — Ой, прекрасно живу. Все есть: дом есть, огород есть, мурка, да тут ещё и ты приехал! — слышалось где-то в другой комнате, иногда звуча чуть дальше, будто бы старушка пробегала из одной комнаты в другую.
 Я задумался, отводя взгляд.
 — Слышишь, Данька?! — крикнули мне уже поближе, что-то защелкивая. — Ты где спать хошь? На диване или я могу свою кровать дать?
 — А-эм. . .Да на диване посплю, — зажато ответил я —, он хоть раскладывается?
 — Не, не раскрывается падла такая, — рассказывала из комнаты, приподнято усмехаясь и чем-то гремя.
 — Чтоб его! — зло выдыхая я хлопнул ладонью снова об липкий стол. — То интернет отрубили, то вон в автобусе водитель мудак остановку мою проехал. Каждый день просыпаюсь - держи Даня! Удар за ударом, твою же мать! — раздраженно процедил я, сжимая кулак, будто прямо сейчас огрею кого-то.
 Бабушка, медленно шаркая вошла в комнату с двумя сервизными чашечками. Из них шел пар, а пожилое лицо застыло в улыбке с опущенными бровями, будто она сейчас заснёт.
 — С чем чаёк будешь? — услужливо спросила она, придвигаясь лицом ко мне.
 Я отмахнулся говоря, что то, что есть пусть и принесёт, погружаясь в свои мысли. Мне все ещё было душно, и я глянул в окошко рядом, из которого пекло солнце, именно в этот час оно светило именно в это одно окно. За окном пробежала собака, к нашей калитке, кажется. Послышался игривый лай, а потом к нему прибавился ещё один и ещё. Я услышал, как бабушка вышла за входную дверь. Сонной и придавленной походкой я решил пойти за ней.
 Как вышел я заметил ласкающихся со своей кормилицей четырех красивых дворняг, каждой она кинула по кости из мешочка, а сейчас - гладила их всех по очереди. Как девочка хихикала и тискалась с ними, а они ей скулили и радостно раскрывали пасти. Я решил узнать, что происходит.
 — А эти красавцы ко мне каждые пару дней своей бандой прибегают, а я им объедки и кости кидаю, такие они милые, — в подтверждение одна из них тявкнула в мою сторону.
 — Они же дворовые, ты замучаешься от них мыться, фу.
 — Ай помою руки лишний раз. Хошь погладить?
 — Нет, не надо мне, потом ещё вонять будет весь день, — я вытащил телефон глядя ленту.
 — Дань, ты чего всё капризничаешь? — спросила бабуля, заинтересовано глянув на меня и удерживая собаку от лица.
 — Да не капризничаю, а уже по горло мне проблем и ещё от собак вонять я точно не горю желанием, — отводя быстрый взгляд от телефона сказал я. — О! Да твою же мать! Ещё и это скоро у нас работать перестанет, да чтоб вас! — я сжал телефон в руке. Вчитываясь в текст новостей, я и не заметил, как она взялась за мою руку и молча покосилась на телефон.
 — Данька? Отложи телефон не читай ты эти новости, вон гляди какой ты нервный. Пойдем чаю пить, — успокаивающе звала бабушка приобнимая мою руку.
 — Надо знать, что в мире, иначе как крестьянин буду, незнающий и тупой.
 — Та ты же быстрее отупеешь от этих новостей. Я вон их не читаю и-...— я перебил её.
 — И что? Тебе и телефон не нужен.
 Её пожилое лицо нахмурилось, она стала говорить теперь с расстановкой, но также ласково.
 — Читала я их, ужас там один, сейчас-то тем более. Тоже сидела и ворчала, а потом задумалась. Зачем я буду тратить своё время на эти заголовки. Взяла и просто не смотрела их, оглянулась и ох! — хозяйка раскинула руку показывая участок. — Ты в них погряз, ты чужую боль гоняешь, оглянись хоть.
 — И что делать ещё? Ходить улыбаться всем, делать вид, что всё вокруг хорошо? Не такой я, бабушка.
 — Почему делать вид-то! Просто поживи хоть этот денёк в отрыве от новостей, подумай о том, что вокруг, кто там вокруг, как сейчас у тебя дела, — поучала она.
 — Так просто?
 — Так просто.
 Я потупился осматриваясь, направо на меня глядели собаки, сразу стали вспоминаться те породистые виды из зоомагазинов. В окне я заметил две кружки чая от бабушки и почувствовался легкий жар летнего солнца, как в детстве. В носу появился колючий запах кошеной травы и тот аромат прогретой природы, тот теплый дымок и ветер, проходящий по коже лица. Вокруг словно открылся портал в светлую природу и быт деревеньки, цвета вернулись и в зелень, и в небо. В глазах будто стало ярче, я разглядел этот участок, маленький, но мирный. Округа походила словно я только появился здесь.
 — Поживешь так недельку и новости даже не вспомнишь, где читать, хе-хе, — посмеялась старушка, уходя внутрь дома. Я выключил телефон и спрятал его в карман.
***
Сразу после первого дня в деревне соседи пригласили нас на шашлыки. Там я сильно удерживался, чтобы не докучать соседа политикой. Все же я поддался и был готов начать спор, но одна шутка от него перевела диалог в неожиданную другую сторону, и я этому был рад.
 Я уже неделю пожил с бабушкой. Вчера мы выкапывали урожай и варили суп.
 Сегодня к нам снова прибежали та банда собак, и я пошел относить им объедки. Они высоко прыгали и бились об ладонь, забирая подачки, а я их подбадривал.
 — Ешьте-ешьте, красавцы, — сказал я и к моей ноге засеменила одна из них, скуля и ласкаясь. Я стал гладить и чесать её руками. Я заметил какие добрые, бесхитростные глаза у дворняжки, в её взгляде одна мысль, глупая, кажется, но такая искренняя.
 Вечерами мы с бабушкой смотрели фильмы. Днем мы работали, а в перерывах общались, насколько же интересным человеком была моя бабушка. А в лице было тоже выражение, точно, как у той собачки. И у неё тоже незамысловатые мысли, но тем они и хороши.