мир тесен, от того и плесень

Палата старая, в размер не малая. Всем места хватит, для тех кто платит. Мир тесен, от того и  плесень. Кобыла нынче  не в дугу, пощипывает травку на лугу. Жеребчик молодой в оправе дней, он рядом с ней...   настрой весенний, боевой.  В  охвате темы не земной... вожжой - он временем стреножен.  Желание осилить...кто ему поможет?- коль его обида гложет.  Пока   на дыбы не встает…  до киски в рост  не достает. Гривою красивою трясет, покусывает шаловливый хвост кобылы... пытается не разлучится  с ней.
Но спор вокруг, шум- будто Колизей. Всплеск тем не умолкает. Политиков я не считаю за людей. Бессмертные, нимб старый от вождей в страницах летописи  праведно мусолят.  Приятно вторят … о значимости поросли своей.  Рябые, мелкие- большие . Для  собственной страны чужие… все на Олимпе не афинском  боги.  Иные на подходе.
 Советчиков, побольше чем в просторах голубей. Не голубков , а птиц. / "Великих", знающих-  хмельных, но без яиц./  Все дают жеребчику  советы.  Я видимо уйду, сживут меня со свету- покину никудышный  сон.
Посуда бьется- дурак смеётся. Зри -счастья нет. Скоро обед. Назойливый сосед, сначала на смердит. Потом о счастье спросит. Незваный гость, руки положил на трость… присел… вперед чуть наклонился . К рукам подбородок поднеся, щетиною  потерся. Подбородком  на руки уперся. Не торопясь размышляет сам с собой. 
- Во  сне... душа приближена к  Пилату. Проснусь Христом… уже с распятии снятым. Неверующий я, и притча не моя. В отрезке именном, во времени зубатом… больничная стезя.
-Я в пролежнях лежу. Пришел, здесь посижу. Послушаю...  как волки в стае воют. Речистых я люблю, коль надо подколю. Вопрос задам предметный. Толя - тремоло,  о чем зудит? Небось опят в штанину ссыт,  и мелом  мокрый круг обводит.    Собака лает, а пастух пасет.
Не отвлекаясь, гость продолжил разговор, сам с собой. 
-Приснится же во сне такое,- кино немое. Суть дела разъясню.  Лицо моё рябое, мне не дает покоя. Я  вот такой, без аппарата немощно — глухой. Люблю когда о женщинах с подкруткой смачно вторят. Мат с солью добавляют в горечь. О чем он говорит. Руками , пальцами мне поясни.
-Я показал: как он по рассказам, её прекрасно, разнообразно… раком, со смаком  любит.
-А как же без неё. Посуда бьется, п...а смеётся. А как иначе. Для каждой клячи ,проблема по уму. Я свою старуху за измену , хотел … как Герасим, бедную Муму. Её до речки дотащил.  Сам выбился из сил. Камень тяжеленький  нашел. Хотел поднять и надломился, надсадился.  Лом в спину мне вошел,  до копчика дошел... я на карачках… боже мой. Как  поросенок в лужу повалился. Чуть не утоп. Старуха одыбалась, сье… сбежала.  Живу один. В груди подобие кинжала- бабье жало. Сума  можно сойти, ведь годы впереди. Мне что, тяжесть непомерную нести? Или самому  в реке топиться.   Проснусь, сердце болит.  Из-за чего? Что  я её паскуду... тогда не утопил. С  ней не утопился.
Я карандашиком вопрос свой написал,- ему подал. «- А вы её за что так ненавидите?»
-Ведь я её любил. С ней жил. А она пол сердца отняла, детишек мне не родила. На стороне  с приезжими вожжалась. За  что? За что? Вот поживи с мое. Почувствуешь усталость. Совет тебе даю. Я многих не корю, от всей души дарю. Бери , в остатке желчь осталась. И не садись судьбе назло…  задом голым на жнивьё. Совет от деда, - теперь оно твоё.