Малиновка на окне

В наш подъезд залетела какая-то птичка. Она испуганно металась над лестницей, время от времени вскрикивая что-то на своём птичьем языке. Птичка была маленькая – почти как воробей, только с более изящным тельцем, серенькая и быстрая. Мы, дети, смотрели на её мучения и не знали, как помочь ей выбраться на улицу.

Поймать её было невозможно, ведь она носилась с головокружительной быстротой отчаянным серым комочком. Наконец, она увидела окно и бросилась к нему, как к последней надежде, но со всего размаха врезалась грудью в стекло. Птичка не могла понять, что же с ней произошло: она видела голубое летнее небо и лужайку перед домом, залитую солнцем и других пичуг, так беззаботно порхающих на воле, а она никак не может попасть к ним, туда, на волю. Перед ней возникла преграда, которую никак нельзя преодолеть. Но птичка не думала об этом, просто она видела небо и пыталась туда улететь. Птичка билась грудью об окно, хлестала стекло крылышками, царапала его лапками, клевала и вскрикивала. Но стекло не поддевалось.

 Мы побежали за дедушкой. Он был во дворе. Он был занят. Дедушка стоял на лестнице возле сарая и забивал молотком гвозди. Мы подбежали к нему и рассказали, что птичка попала в западню, и не может выбраться, а мы не знаем, как ей помочь. Дедушка оставил все свои дела, взял лестницу и пошёл вместе с нами в подъезд. Птичка уже не летала, не билась в окно, она без сил опустилась на подоконник и бегала по нему, тыкая клювиком в стекло. Увидев нас, птичка отчаянно вскрикнула и в панике заметалась по окну. Дедушка подставил лестницу, осторожно поднялся по ней, снял с головы кепку и, чтоб не напугать птичку, бережно накрыл её. Птичка притихла. Дедушка просунул руку под кепку и взял птичку. Крошечная, она помещалась в его кулаке. Наружу торчала только маленькая головка с испуганными глазками и тоненьким клювиком.

– Это малиновка, – определил дедушка и отдал птичку мне в руки.
Худенькое тёплое тельце птички трепетало от страха, мягкие пёрышки щекотали ладони, а сердечко колотилось так быстро, что казалось – вот-вот вырвется наружу. Я сделала руки лодочкой и осторожно заглянула в ладони. Там сидела птичка – серенькая, с розовой грудкой и смотрела на меня затравленным взглядом. Теперь я знала, что её зовут малиновка. Стараясь не сдавить птичку, я вынесла её во двор. Только слегка раздвинула руки и, – порх, – нет больше птички, словно никогда и не было, только на ладони осталось крошечное серенькое пёрышко. Потом, когда я с дедушкой ходила в лес, мы слышали там незатейливую песенку, повторяющуюся время от времени.
– Это малиновка поёт, – сказал мне дедушка.
И с тех пор каждый раз, слыша эту песенку я вспоминаю малиновку на окне: её бисерные глазки, тоненький клювик, серые с розовым пёрышки.