Рождение Невского

Наитие свыше, пустота в душе и необходимость завоевание авторитета у сверстников заставили меня взять тетрадь и ручку. Пару часов мучений, душевных терзаний, шуршание страниц орфографического словаря и сборника детских стихов, и вот… несколько четверостиший. И грустных, и весёлых, и где-то даже философских. О животных, о героях мультфильмов, о друзьях и учителях.
Принёс в класс. На большой перемене прочитал друзьям свои вирши. С чувством, с толком, с расстановкой, как и учила нас «руссичка». Погрустили, посмеялись, задумались ребята, а потом спрашивают:
— А кто написал эти стихи? Барто? Хармс? Остер?
— Это я написал, — не стал я скромничал. Не для этого творил.
Неожиданной оказалась реакция.
— Подумаешь! Я тоже так напишу, — сказал Валера.
— И я смогу, — подхватил Алёша.
— И я, — улыбнулась Ира.
— Я тоже, — махнула рукой Лариса

Но почему-то так никто и не написал. А я запрятал тетрадку так, что до сих пор её не нашёл. Да и вряд ли уже когда-нибудь найду. И даже вспомнить не могу не единой строчки.
Грустинка.