Мёртвое дерево

(сказка)

   (Если когда-нибудь мои сказки выпустят отдельной книгой, то эта сказка должна стоять в конце, потому что все эти маленькие истории объединены названием «Сказки Мёртвого Дерева»).

   Там, где кончается волшебный лес, и смолкают райские птицы, в каменистой пустыне равеносской долины на небольшом холме стоит старый засохший дуб. Кора дерева и все тонкие ветви давно уже осыпались на землю и были растащены птицами на гнёзда. Только мощный растрескавшийся ствол и наиболее крупные ветви продолжают скрипеть под порывами холодного северо-западного ветра, не сдаваясь и не падая на землю. Причудливым монстром выглядит древний дуб, если глядеть со стороны. Словно умирающий гигант воздел к небу свои могучие руки в призыве: «Помоги!» Уже тысячу лет остаётся безучастным этот призыв.
   Не всегда дерево было таким. Маленький расточек пророс из жёлудя, обронённого гекатохейром Гиесом, когда тот спешил на помощь к олимпийцам, чтобы низвергнуть титанов в Тартар.
   Пролетала над тем местом Тучка, влекомая разбойником Ветром. Когда наигрался Ветер Тучкой, и когда она поняла, как жестоко её обманули, первые капли её слёз упали именно сюда, и именно этот дуб был первым деревцем, проросшим вместо умершей любви.
   Расточек подрос и превратился в дерево с пышной кроной, под его ветвями жил волшебник, раскрасивший небо в цвета жизни. И теперь из серебряной клетки он еженощно здоровается со своим старым другом.
   Здесь же изо мха родился леший, тот, что теперь живёт в нашей деревне. Если вы по-доброму подойдёте к нему, то сможете расспросить его о тех временах, когда он сам был молод. Леший обязательно вспомнит свой любимый дуб. Вздохнёт и скажет:
   - Поди совсем уже засох, родимый. А может быть и нет его. Порубили, небось, его дровосеки на дрова. Эх, вернуть бы годы. Да куда там. Самому впору засохнуть.
   Однажды над дубом разразилась свирепая буря, какой никогда не видела Земля. То дрались за Тучку братья Ветры. Много ветвей сломали они тогда.
   Стоит ещё древний дуб.
   Проезжал мимо дерева вельможный Крыс. Очень важная, должен сказать, особа. Именно под корнями дуба была вырыта та родовая нора, которую осчастливил своим посещением Крыс, и в которой была подслушана печальная история о некогда великом крысином государстве, рассказанная сиятельнейшей и благороднейшей особой за порцией дуста в компании гостеприимных хозяев.
   А сколько великих битв произошло возле дуба – не счесть. Здесь побывал даже король Мардрун II со своим войском, когда однажды посетил континент в надежде завоевать весь мир. Он вернулся домой с горсткой уцелевших воинов и обнаружил, что от его королевства почти ничего не осталось. С трудом он тогда вернул себе трон.
   Вскоре после этого пустыня, подступавшая к волшебному лесу с юга, иссушила старое дерево. Не осталось сил по весне выбрасывать к солнцу зелёные листья. В ту последнюю весну почки почти набухли на ветвях, но так и не распустились.
   Уже когда ветки стали опадать, но кора ещё держалась на стволе, из опавших веток был разожжён костёр, возле которого провели ночь пять мудрецов, рассуждавших о смысле жизни. Дерево смеялось, слушая эту болтовню, но  мудрецы слышали только скрип Мёртвого Дерева. Им и невдомёк  было, что, быть может, только оно, это дерево, могло понять смысл бытия, наблюдая, как постепенно сгорает в огне его тело.
   Из веток этого дуба шептун Балтимор сделал три стрелы с серебряными наконечниками. Дважды в год с другими стригами, менадами, науздницами и прочей нечистью  прилетал он сюда на зов праматери Лилит. Круглый год висят на дубе вериги, ожидая очередную жертву. Круглый год стережёт кандалы  матёрый старый волк.
   Видело однажды Мёртвое Дерево странную компанию. Шли по каменистой долине Конь и Мерин. Искали они концы. К дереву близко подходить не стали, учуяли волчий запах. Кому ж охота свой конец искать. Искали-то они концы чужие.
   Из толстого, очень толстого сука, такого мощного, что по толщине может сравниться с ним не всякое дерево, была сделана плаха, с которой скатилась голова молоденькой Амангуль. Долго переживало Мёртвое Дерево, но к чему ни привыкнешь за тысячелетия.
   Мёртвое Дерево. Впрочем, мёртвое ли? Скрипит ведь. И сколько скрипеть ещё будет – не известно. И сколько великих событий пройдёт перед ним – не знамо. Только всё запоминает старый дуб.  Всё хранится в его скрипучем теле.
   Сидит на ветвях засохшего дерева птица Вещун. На первый взгляд кажется, что птица спит. Не купитесь на этот обман. Одно око Вещуна чуть-чуть приоткрыто. Чёрный зрачок обозревает мир. Это глаза Мёртвого Дерева. Приходит час, и птица Вещун начинает вести себя беспокойно. Она что-то выковыривает в трещинах старого дуба. Но не жучков ловит Вещун. Птица вылавливает из расщелин сказки, которые хранятся в древнем теле.
   Плотно зажав в клюве очередную историю, с наступлением заката птица взмахивает могучими крылами и покидает Мёртвое Дерево. Долго летит Вещун, пока не прилетает в небольшой город. Там она находит моё спящее тело и клювом вкладывает в моё правое ухо принесённый ею сюжет. Как только дело сделано, Вещун отправляется в обратный путь. К утру ему надо быть на ветке Мёртвого Дерева.
   А я? Я, ничего не подозревая о моём ночном посетителе, думаю, что на меня снизошло озарение, и хватаюсь за перо в надежде рассказать вам новую сказку. Послушайте ещё одну…

25.12.98
Геннадий Моисеенко