Через тернии к звёздам

(полемические заметки о разногласии Ленина и Плеханова)

В дни празднования очередной годовщины со дня рождения В.И. Ленина телеканал «Красная линия» показал, как и подобает случаю, киноленту «Ленин в 18-м году». Я с детских лет, казалось бы, смотрел этот фильм, что называется «до дыр». Но увиденный вдруг «новыми глазами» эпизод вызвал у меня, мягко говоря, некоторое изумление. … Вот весёлый и энергичный Ильич заходит в подсобное помещение при своём кабинете и видит там сидящего на стуле почему-то в шубе и шапке заскорузлого мужичка. «Вы ко мне, - спрашивает он. «К Вам, Владимир Ильич». «Ну-с, слушаю Вас». «Большевики обещали фабрики – рабочим, землю – крестьянам». «Да-да, обещали». Вот мы и взяли помещичьи земли, обработали их, вырастили урожай… вы знаете какой это труд… а его, этот наш урожай – подчистую». И что ответил на это Ленин? Заговорив почему-то о неравенстве в деревне и засильи кулаков, он резко сказал, как отрезал: «Забирали и будем забирать хлеб… а чем, вы прикажете кормить рабочий класс? Надо делиться… так и скажите тем, кто вас послал».
… И мы этот пассаж воспринимали, как само собой разумеющийся момент сложившихся политико-экономических обстоятельств?

Любил ли, нет… уважал ли (о сочувствии, разумеется, тоже речи нет) вождь народившейся Страны Советов российский народ, ввергая его в заведомо ожидаемый хаос гражданской войны? Вопрос, естественно – риторический.

1. В преддверии «сумасшедших» событий

…В феврале 1917 года будущему вождю Страны Советов было неполных 37 лет. В снимаемом номере дома отдыха в живописном горном местечке Флумс (что в кантоне Санкт-Галлен Швейцарии) он с женой вёл тихую, размеренную жизнь. Много читал, ходил в театр, путешествовал по местным достопримечательным местам. Обдумывал статьи… писал письма. «Надеюсь, что Маняша приедет и расскажет… Хорошо бы было, если бы она приехала во второй половине здешнего октября: мы бы тогда прокатились вместе в Италию… Почему бы и Мите не приехать сюда», - ласково ворковал Владимир Ильич со своими домашними.

И вот, скажите на милость: что ему была эта вдруг приключившаяся заваруха в России? Он – кабинетный политик, философ. Ему, привыкшему за 10 лет сытой эмигрантской жизни к спокойному комфорту, зачем было рваться в пекло революционных событий?
 
А он – как с ума сошел…
«… Энергично расхаживая из угла в угол небольшой комнаты, - пишет историк Д.А. Волкогонов в своей монографии «Ленин», - Ленин, находясь в состоянии потрясения, бросал Надежде Константиновне, спокойно сидящей в старом креслице: «Потрясающе! Вот это сюрприз! Подумать только! Надо собираться домой, но как туда попасть? Нет, это поразительно неожиданно! Невероятно!».

К этому моменту в германском военном и политическом руководстве все больше овладевает умами идея сепаратного мира с ослабленной революцией Россией, которую надо было к этому вынудить. И ставка была сделана на большевиков.
Сейчас уже подлинно установлено, что за время Первой мировой войны Германия потратила на помощь российским революционерам более 382 миллионов марок. Только на организацию беспорядков в России в 1917 г, пишет британский историк Д. Смил, Берлин выдал примерно 30 миллионов марок.

… Но только ли дело было в деньгах? Ленин ведь и так особо в деньгах не нуждался. Лично на себя он тратил ровно столько, сколько нужно было для нормальной интеллектуально-гармоничной жизни.

Он был необъяснимо, на грани маниакальности, одержим идеями своего политического (марксистского) мировоззрения. Он был одержим ими так, что всё его существо рвалось к практическому их осуществлению.

И как так получилось, что трактование марксистских идей Лениным было трансформировано именно в ту форму, какая и оказалась востребованной революционно настроенными народными массами взбудораженной России?

…  А ведь был у тех народных масс совсем иной путь преобразования общественно-политических устоев монархической России. Путь, который, строго согласуясь с учением гениального К. Маркса, вёл туда, куда пришёл в конце концов мудрый Китай (да, и скорее всего, Вьетнам).

2. Без Плеханова не было бы и Ленина

… Но прежде, чем начать разговор о чудовищно многострадальном выборе России на пике своего исторического излома, давайте зададим вопрос нашему нынешнему молодому поколению: «А знаете ли вы, кто такой был Григорий Валентинович Плеханов?». И вряд ли кто-то даст на этот вопрос вразумительный ответ. Ну, разве что кто-нибудь вспомнит, что в Москве есть экономический ВУЗ, носящий его имя (в простонародии – «Плешка»).

А ведь без этого человека невозможно воссоздать полной картины событий того рокового 17-го года. Как говорят нынешние историки: «Без Плеханова не было бы и Ленина». И это совсем, как говорится, не фигура речи. Их тесный союз (с субординацией учителя и ученика), правда, со временем, сменился непримиримым противостоянием. Ученик оказался гораздо радикальнее учителя. И кто из них оказался в конечном итоге прав – это пусть решит каждый, кто внимательно разберётся в сути их разногласий.

Г.В. Плеханов родился в Тамбовской глубинке в 1856 году в семье отставного военного. После окончания военной гимназии учился в юнкерском училище, но, в конце концов, поступил в Петербургский горный институт. Не получился из юного бунтаря военный, но и как горный инженер он тоже не состоялся – через два года его отчислили (официально – «за неоплату учёбы»).

… А состоялся он как профессиональный революционер. В 20 лет Георгий вступает в тайное общество «Земля и воля», публично проповедующее в качестве борьбы с самодержавием терроризм. И хотя в 1876 году он уходит из него и организует альтернативное ему общество «Черный передел», целью борьбы которого с самодержавием декларируются мирные способы, полиция явно даёт ему понять, что это не имеет никакого принципиального значения и его арест на длительный срок – как говорится, дело ближайшего времени.

И куда бежать опальному революционеру в те годы? Правильно – в Швейцарию, где местные власти совершенно не интересовались идеологическими взглядами (и соответственно – революционной деятельностью) граждан своей страны. Вот и Георгий Плеханов сразу по приезду в эту страну с мягким курортным климатом основывает первую организацию российских марксистов – группу «Освобождение труда», Почему – марксистов? Да потому, что он первым из россиян понял, что теория Маркса (ввиду того, что страна твёрдо встала на путь капиталистического развития) уже вполне подходит для России. Он пишет на эту тему ряд блистательных работ («Социализм и политическая борьба», 1883; «Наши разногласия», 1885 и другие) и первым предлагает задуматься о создании рабочей социалистической партии в России. Вот тогда его духовным воспитанником становится Ленин. Они вместе учреждают газету «Искра» и готовят II съезд РСДРП.

… Но слишком противоречивыми оказались со временем идейные разногласия учителя и ученика.
В своей довольно откровенной и предельно честной (в чём-то даже исповедальной) статье «Политическом завещании» Плеханов неожиданно для всех своих политических соратников вдруг так высказался о Ленине: «В своей жизни я, как и каждый человек, совершил немало ошибок. Но моя главная, непростительная ошибка – это Ленин. Я недо¬оценил его способностей, не рассмотрел его истинных целей и фанатической целеустремлённости, снисходительно и иронично относился к его максимализму. Я ввёл Ленина в круг известных и влиятельных социал-демократов, опекал его, оказывал всестороннюю помощь и тем самым позволил твёрдо встать на ноги. Больше того: в 1903 году на съезде РСДРП в споре Ленина с Мартовым я поддержал Ленина, что в итоге привело к рождению большевизма. Тогда мне казалось, что постепенно я смогу смягчить позицию Ленина, повлиять в нужном направлении на Мартова и тем сохранить единство партии. Но очень скоро я понял, что единство невозможно, потому что всё, что не по Ленину, – не имело права на существование».
А с началом Первой мировой войны эти разногласия начали только усиливаться. Ленин, никого не стесняясь, прямо призывал использовать драматические обстоятельства для перехода страны в гражданскую войну. Плеханов же считал, что для спасения России необходимо сплочение всех общественных сил (вплоть до союза с буржуазией) для победы над Германией. Но когда Николай II отрёкся от престола, и ситуация в стране стала катастрофической, идеологические споры российских марксистов вдруг оказались в центре внимания революционно настроенных «вершителей человеческих судеб».

… Ленин, Плеханов и сотни других политэмигрантов в едином порыве из своих насиженных европейских «гнёздышек» устремляются домой. Но если Ленин в своих «Апрельских тезисах» призвал к «перерастанию буржуазно-демократической революции в социалистическую», то Плеханов был категорически против этого. В статье «О тезисах Ленина и о том, почему бред бывает подчас интересен» он писал: «Если капитализм ещё не достиг в данной стране той высшей своей ступени, на которой он делается препятствием для развития её производительных сил, то нелепо звать рабочих, городских и сельских, и беднейшую часть крестьянства к его низвержению… не менее нелепо звать их к захвату политической власти».

Но почему так случилось (никто из историков не дал по этому поводу вразумительного ответа), что призывы Плеханова к созданию широкой коалиции Советов и буржуазии, классовому миру на время войны, отсрочки обсуждения земельного вопроса до созыва Учредительного собрания не нашли понимания среди политической элиты, стоящей во главе событий.

Называя своего прежнего ученика «демагогом до кончика ногтей», Плеханов приветствовал действия Керенского, направленные на ограничение деятельности большевистской партии, а потом даже стал резко его критиковать за «недостаточную решимость и энергию в подавлении анархии».

3. Ошибка великого провидца

… И случилось то, что случилось. Плеханова в той Октябрьской кровавой круговерти (да и после неё) не тронули, хотя он открыто писал, что большевики-ленинцы приведут страну к тому, лет через пять это приведёт к монополии одной партии на власть, а через десять – к диктатуре одного человека. Он считал, что крестьянство, получив землю, не будет развиваться в сторону социализма, а значит, станет явным его врагом.

В своей последней статье «Буки Аз-Ба», написанной в январе 1918 года, Плеханов прямо сказал об этом: «Учредительное собрание, которое разогнали на этих днях «народные комиссары», обеими ногами стояло на почве интересов трудящегося населения России. Разгоняя его, «народные комиссары» боролись не с врагами рабочего класса, а с врагами диктатуры Смольного института (большевиков)… Их диктатура представляет собой не диктатуру трудящегося населения, а диктатуру одной части его, диктатуру группы. И именно поэтому им приходится всё более и более часто учащать употребление террористических средств».

… Он, как в воду глядел. Но, как говорится, история не знает сослагательных наклонений. Большевики переломили-таки мятущуюся Россию через колено. Однако, в чём великий провидец ошибся, это в том, что завоевания Октября будут недолговечными. Мировой капитализм под влиянием российских социалистических преобразований, какими бы жёсткими они ни были, социализировался и заметно смягчил положение трудящихся. Благодаря примеру СССР рухнула колониальная система империализма. «Дело Ленина» живёт в умах людей и продолжается уже второе столетие. А попытки создания справедливого общества будут всегда продолжатся! И это очень справедливо, что «первое издание социализма», осуществлённое в пашей стране, будет путеводной звездой всех будущих счастливых в своём общественном устройстве народов.

4. Письмо в никуда

… И всё же… всё же…
Какой-то горький осадок остаётся на душе, когда читаешь пронзительно выстраданные строчки «Политического завещания» Плеханова. Ведь неужели многие из его высокоинтеллектуального окружения не понимали того, от чего он предостерегал? Неужели ради пускай и многообещающего социального эксперимента никто на озаботился судьбой брошенного в омут братоубийственной войны народа?
Я не понимаю, почему в противовес нынешним коммунистам никто не решится показать им эти щемящие сердце строки, написанные Плехановым перед смертью? Кто на самом деле был их кумир? Не памятник, не «гений разума», а – человек?
Вот только некоторые, выхваченные мною наугад строчки из этого многостраничного «Политического завещания».

«… Я, Георгий Валентинович Плеханов, отдавший революционному движению России и Европы почти всю сознательную жизнь, являясь не только свидетелем, участником, но и, по мнению многих, прямым виновником величайших по драматизму событий на Родине, не могу уйти из жизни, не высказав своего к ним отношения…

… Суть человека, его деятельность и его поступки определяются поставленными целями, а раскрашиваются приобретенными и врожденными качествами. На моих приобретенных качествах нет смысла останавливаться – они ясны из моих работ, а вот о характере сказать несколько слов надо. Характер мой сложен и противоречив, отчего часто страдали мои близкие и мои друзья. От матери мне достались развитое чувство справедливости, интеллигентность, любовь к природе, скромность и застенчивость... От отца – твердость и сила воли, работоспособность, чувство чести, долга и ответственности, решительность и прямолинейность. Именно по причине сложности характера я часто проявлял резкость в полемике. Признавая это, я все же должен повторить, что всегда относился с уважением к противнику, не выходил из литературных рамок приличия, не опускался, как Ленин, до вульгарной брани итальянских крестьянок и высмеивал не человека, а его точку зрения…

… Более 40 лет своей жизни я посвятил революционному делу, пройдя путь от народника, увлеченного идеями Бакунина, до твердого марксиста-диалектика. В свое время было широко распространено мнение, что я отошел от народников по той лишь причине, что террор как метод политической борьбы был для меня неприемлем. Это не так. Я допускал возможность террора – как меры исключительной, если она послужит социальным детонатором. К счастью, ни один из наших противников не был убит с моим участием или с моего согласия, а ведь это могло случиться – три года я не расставался с револьвером и кастетом…

… Окончательно на позиции Маркса я перешел только в середине 1883 года, когда идея моей первой, по-настоящему марксистской работы «Социализм и политическая борьба» стала обретать реальные очертания…

… Большевизм как крайне левое течение в российской социал-демократии, зародившееся в 1903 году и значительно окрепшее в предвоенные годы, является в настоящее время самой влиятельной политической, идеологической и организационной силой. Объективными причинами появления и расцвета большевизма в России явились малоразвитость российского пролетариата, многочисленность деклассированных элементов, безграмотность и бескультурье россиян.
«Мир!», «Труд!», «Счастье!», «Равенство!», "Братство!» –  это лозунги утопистов. «Фабрики, заводы – рабочим!», «Мир – народам!», «Земля – крестьянам!» – лозунги анархо-синдикалистов. «Диктатура пролетариата», «пролетарская демократия», «постепенное отмирание государства» – это идеи Маркса...

… Что же нового в большевизме? Только одно - неограниченный, тотальный классовый террор. Но классовый террор, тем более неограниченный, давно отвергнут и осужден европейской социал-демократией. Классовый террор как метод осуществления диктатуры пролетариата, которому так привержены большевики, таит в себе огромную опасность, ибо при сложившихся условиях в России может легко превратиться в тотальный государственный. Мы всегда утверждали - и не только мы, но и наши противники, – что социализм – это гуманное, социально справедливое общество, поэтому его нельзя строить, опираясь на насилие и террор. Как добро, содеянное на основе зла, содержит в себе зародыш еще большего зла, так и общество, построенное на обмане и насилии, понесет в себе зло, ненависть и, следовательно, заряд саморазрушения…

… Лозунги «Мир – народам!», «Фабрики, заводы – рабочим!», «Земля – крестьянам!» – привлекательны, но ложны по сути, и вовсе не марксистские. Вместо внутреннего мира большевики ввергнут Россию в жесточайшую гражданскую войну, которая вот-вот начнется и в которой прольются реки крови, в бесконечный классовый террор. Гражданская война, кровавая и беспощадная, нужна большевикам, потому что только на этом пути они смогут удержать и укрепить свою власть…

… При ленинском социализме рабочие из наемных капиталиста превратятся в наемных государства-феодала, а крестьяне, у которых тем или иным путем отберут землю и на которых неизбежно ляжет вся тяжесть промышленного подъема страны, – в его крепостных. К чему привел ленинский лозунг «Мир без аннексий и контрибуций!», хорошо известно – к позорному Брестскому миру с огромными аннексиями и контрибуциями.
Чем реализовался принцип европейской социал-демократии «право наций на самоопределение» в большевистской практике, также хорошо известно – декретом о независимости Финляндии, который Ленин вручил реакционеру и палачу П. Свинхувуду, даже не спросив, что об этом думают финские рабочие и крестьяне. Почему? Да потому, что это нужно было Ленину по тактическим соображениям. На алтарь тактики ради достижения сиюминутных целей приносится в жертву все: совесть, общечеловеческая мораль, интересы Родины.
Действия большевиков красноречиво доказывают, что горе от ума – не их горе. Их горе есть горе от невежества, от слепой веры в Ленина, в его «гениальные теоретические открытия», которые он декретирует, не считая нужным подкреплять хотя бы самыми элементарными доказательствами. Не имея ни малейшего представления о научном социализме, они совершают одно преступление за другим, даже не подозревая, что революционное насилие есть беззаконие.
Например, экспроприация, которую они осуществляют, – это вопиющий акт беззакония и вандализма, бесконтрольный грабеж. Такая экспроприация неизбежно приведет к полному экономическому хаосу и сформирует большую прослойку людей, которые, вместо того чтобы работать, будут «драть горло» и, опираясь на винтовку и революционные лозунги, придут к тому, что начнут отбирать у крестьянина последнюю курицу…

… Расчет Ленина на то, что революция в России будет подхвачена западным пролетариатом, ошибочен. Ничего серьезного в Европе случиться не может, так как пролетариат Запада сегодня почти так же далек от социалистической революции, как и во времена Маркса.
Путь большевиков, каким бы он ни был, коротким или длинным, неизбежно будет ярко раскрашен фальсификацией истории, преступлениями, ложью, демагогией и бесчестными поступками. Уже сейчас в краткой истории их власти пытливый человек может выделить немалое количество сомнительных моментов, наводящих на размышления…

… Признаюсь, я сомневался: надо ли писать о Ленине, ведь каждый его сторонник может усмотреть в первой же негативной строчке «месть с того света». Но Ленин – мой ученик, который ничему у меня не научился, кроме того, он – мой противник, о котором в будущем будут написаны тома, поэтому было бы с моей стороны малодушием обойти эту тему молчанием. В таких случаях трудно быть объективным, но я бы изменил себе, если бы отступил сейчас от истины…

… Ленин, безусловно, великая, незаурядная личность. Писать о нем трудно: он многолик и, как хамелеон, при необходимости меняет свою окраску. С интеллигентами он – интеллигент, с рабочими – «рабочий, с крестьянами – «крестьянин»; он закономерен и случаен, логичен и алогичен, прост и сложен, последователен и непоследователен, «марксист» и псевдо-марксист…

… Но было бы неправдой, если бы я обвинил его в незнании марксизма, было бы также ошибкой, если бы я сказал, что он догматичен. Нет, Ленин не догматик, он знает марксизм. Но, к сожалению, он «развивает» его с непостижимым упорством в одном направлении – в направлении фальсификации и с одной целью – с целью подтверждения своих ошибочных выводов. В марксизме его не устраивает только то, что нужно ждать, пока созреют объективные условия для социалистической революции. Ленин – псевдо-диалектик. Он убежден, что капитализм ужесточается и всегда будет развиваться в сторону усиления его пороков. Но это – огромная ошибка. По мере развития производительных сил смягчался рабовладельческий строй, смягчался феодализм, и, стало быть, смягчается капитализм. Объясняется это классовой борьбой и постепенным ростом культуры и самосознания всех слоев населения…

… Ленин – цельный тип, который видит свою цель и стремится к ней с фанатической настойчивостью, не останавливаясь ни перед какими препятствиями. Он весьма умен, энергичен, чрезвычайно трудоспособен, не тщеславен, не меркантилен, но болезненно самолюбив и абсолютно нетерпим к критике. «Все, что не по Ленину, - подлежит проклятию!» – так однажды выразился М. Горький. Для Ленина каждый, кто в чем-то с ним не согласен, – потенциальный враг, не заслуживающий элементарной культуры общения…

… Ленин – типичный вождь, воля которого подавляет окружающих и притупляет его собственный инстинкт самосохранения. Он смел, решителен, никогда не теряет самообладания, тверд, расчетлив, гибок в тактических приемах. В то же время он аморален, жесток, беспринципен, авантюрист по натуре. Следует, однако, признать, что аморальность и жестокость Ленина исходят не от его личной аморальности и жестокости, а от убежденности в своей правоте. Аморальность и жестокость Ленина – это своеобразный выход из его индивидуальности путем подчинения морали и гуманности политическим целям. Ленин способен перебить половину россиян, чтобы загнать вторую в счастливое социалистическое будущее…

… Ленин ловко манипулирует цитатами Маркса и Энгельса, зачастую давая им совершенно иное толкование. Из моих работ о роли личности и масс в Истории Ленин усвоил только одно: он, как личность, «призванная» Историей, может творить с ней все, что захочет. Ленин является примером человека, который, признавая свободу воли, видит свои поступки сплошь окрашенными в яркий цвет необходимости…
… С точки зрения законов социального развития и исторической необходимости, Ленин был нужен лишь до февраля 1917 г. – в этом смысле он закономерен. После Февральской революции, которая смела царизм и устранила противоречия между производительными силами и производственными отношениями, историческая надобность в Ленине отпала. Но беда заключается в том, что массы об этом не знали и не знают. Они получили больше политических свобод, чем в Западной Европе, но, полуголодные и обнищавшие, к тому же вынужденные продолжать войну, даже не заметили этого. Закончись война весной 1917 года, реши Временное правительство земельный вопрос без промедления - и у Ленина не осталось бы для совершения социалистической революции никаких шансов, а сам он навсегда был бы списан из рядов Историей призванных. Вот почему Октябрьский переворот и сегодняшний Ленин – не закономерность, а роковая случайность…

… Ленин – теоретик, но для образованного социалиста труды его не интересны: они не отмечены ни изяществом слога, ни отточенной логикой, ни глубокими мыслями, но на малограмотного человека они неизменно производят сильное впечатление простотой изложения, смелостью суждений, уверенностью в правоте и привлекательностью лозунгов…

… Ленин – хороший оратор, умелый полемист, который пускает в ход любые приемы, чтобы смутить, заставить замолчать и даже оскорбить оппонента. При несовершенстве дикции он умеет ясно излагать свои мысли, способен польстить, заинтересовать и даже загипнотизировать аудиторию, при этом он удивительно быстро и безошибочно приспосабливает свою речь к уровню слушателей, забывая, что бороться за правое дело – не значит льстить толпе и опускаться до ее уровня. Ленин – человек, не знающий «золотой середины». В своем стремлении растоптать противника он опускается до личных оскорблений, доходит до грубой брани, и не только в полемике, но и на страницах печатных работ…

… Так кто же Ленин? Ленин – это Робеспьер 20-го века. Но если последний отсек головы нескольким сотням невинных людей, Ленин отсекает миллионам…
… Судьба Робеспьера хорошо известна. Не лучшей будет и судьба Ленина: революция, совершенная им, страшнее мифического Минотавра; она съест не только своих детей, но и своих родителей. Но я не желаю ему судьбы Робеспьера. Пусть Владимир Ильич доживет до того времени, когда со всей очевидностью поймет ошибочность своей тактики и содрогнется содеянному.

5. Послесловие

Да, всё верно: История не знает сослагательных наклонений. Случилось то, что случилось. И кто бы сегодня что ни говорил, но наша страна сегодня по праву считается одной из самых передовых и успешных стран мира. Самое главное – это то, что, пережив жуткие лихолетья, Россия не сломалась, а ещё более сплотила многочисленные народности, населяющие её. Самое главное – то, что она сохранила свои территории, не дав себя разорвать на части, бандитствующим европейским странам-демократизаторам. Самое главное – то, что она не потеряла свою идентичность, свою культуру и свою духовность.
 
И кто теперь возьмётся судить: а что было бы, пойди в те переломные «октябьские» времена Россия «плехановским» путём? Было бы меньше жертв и был бы менее жесток хаос? Кто знает…, кто знает… Россия стремительно летела в тар-татары… Ни Керенский с его малохольным правительством, ни какой боевой генерал не были способны вывести страну из катастрофического пике. Какой, к черту, союз либерал-демократов с капиталистами, о котором говорил Плеханов?

Да, Ленин не только смог переломить ситуацию, он так вдохновенно сумел идеологизировать народ, что духовная составляющая его человеческой сути стала главной вершительницей всех сторон бытия. В условиях разрухи и голода строились заводы и фабрики. Страна сумела вовремя обезопасить себя созданием ядерного оружия. Опережающими темпами осваивался космос…

… Он был удивительным человеком – Ленин. И если отстранённо посмотреть на все его дела, то просто в тупик встанешь: зачем это ему было надо? Ему, много лет прожившему в тихой и провинциально сытой Швейцарии?

И не сразу поймёшь: а не провидением ли это было свыше? Не судьбой ли нам, россиянам это было предназначено пройти «через тернии к звёздам»?