1 мая - праздник анархистов, русофобов, богоборцев

1 мая — один из самых нелепых официальных праздников, сохранившихся в Российской Федерации со времен большевицкой диктатуры, а большевикам доставшийся, как и много другое — от их западных наставников.

Ныне праздник 1 мая носит безсодержательное, «нейтральное» название «Дня весны и труда». Но так было не всегда. Если углубиться в историю его происхождения, можно убедиться, что ни к труду, ни к весне отношения он не имеет. А вот к терроризму, анархизму, русофобии и богоборчеству — прямое.

В СССР происхождение «Первомая» всегда официально связывали с событиями в Чикаго (США), где 4 мая 1886 г. прошла демонстрация рабочих, якобы «жестоко подавленная полицией». Правда, советские историки старались не слишком распространяться о том, что главными фигурантами по делу о т.н. «Хеймаркетской бойне» (по названию площади, где она проходила) в Чикаго стали… анархисты. А также о том, что полицейских во время этой демонстрации погибло больше (!), чем демонстрантов. («Хеймаркетская бойня» началась с того, что в группу полицейских была брошена бомба, что и спровоцировало перестрелку с «мирными», но почему-то вооружёнными, демонстрантами, отказавшимися выполнять требования блюстителей закона). Так что если уж исходить из чикагской трагедии 1886 года, то вполне логично и справедливо было бы отмечать в начале мая, например, Международный День памяти полицейских, погибших при исполнении служебных обязанностей.

Но на 1-м конгрессе II Интернационала (т.н. «Конгрессе марксистов»), проходившем в июле 1889 года в Париже, участвовавшие в нём марксисты и анархисты приняли другое решение: в память о событиях в Чикаго — ежегодно 1 мая проводить демонстрации протеста. Правда, налицо некоторое несовпадение по датам: «Хеймаркетская бойня» в Чикаго, напомню, произошла 4-го мая. При чем же здесь 1-е мая? Формально это объяснялось тем, что забастовка в Чикаго началась на несколько дней раньше нашумевшего события.

Существует и другая версия происхождения «Первомая», отнюдь не лишенная оснований. Дело в том, что ночь с 30 апреля на 1 мая известна под названием Вальпургиевой. В западноевропейской традиции — это праздник ведьм, собирающихся в это время вокруг своего повелителя-сатаны, на горе Броккен (нем. Brocken), где нечистые справляют свой шабаш. Так что выбор дня для своего главного праздника европейские безбожники, похоже, сделали со смыслом и с очередной «фигой» в адрес ненавистного для них христианского мира.

Как же все эти чикагские страсти и марксистские сборища богоборцев в Париже связаны с Россией? Да никак! Но господа российские «революционеры» — тогдашние иноагенты — воспитанные в поклонении «прогрессивному Западу», подобную иностранную «революционную» заразу с энтузиазмом подхватывали. И тащили в нашу страну. Не удивительно, что первая т.н. «маёвка» на территории Российской Империи, собравшая, кстати, около 10 тысяч протестующих и, разумеется, несанкционированная, состоялась в городе Варшаве (Польша входила тогда в состав Российской Империи). Не трудно догадаться, что носила она не только экономический, но в т.ч. и антироссийский, русофобский характер. А в 1891 году «маёвка» была проведена и на территории центральной России — в Петербурге. Далее заброшенная из Парижа иностранная зараза только разрасталась на восприимчивой к «европейской культуре» российской почве. А местные «революционеры» неизменно старались придавать первомайским «шабашам» максимально антиправительственный характер.

После большевицкого переворота день 1 мая стал в РСФСР-СССР официальным праздником и назывался «Днём Интернационала». Ежегодно в День Интернационала в Советском Союзе проводились военные парады и обязательные массовые демонстрации. При этом «вальпургиевы заветы» 1-го Конгресса II Интернационала в первые десятилетия советской власти исполнялись весьма последовательно: в рамках первомайских демонстраций в те годы часто проводились и так называемые «антирелигиозные шествия». Могли ли собравшиеся в 1889 году в Париже марксисты и анархисты мечтать о том, что с их подачи сатанинские шабаши с горы Броккен перекочуют прямо на Красную площадь в Москве?!

В начале 1970-х коммунистические идеологи решили переименовать «День Интернационала» в «Международный день солидарности трудящихся». Что никак не отразилось на строгой обязательности и грандиозных «всесоюзных» масштабах торжеств. Первомайская демонстрация не была отменена даже в 1986 году, в дни, когда произошла катастрофа на Чернобыльской АЭС, и облако радиации двинулось на столицу УССР г. Киев…

А в последний раз «Международный день солидарности трудящихся» в СССР отметили 1 мая 1991 года. В следующем 1992 году Советского Союза не стало, а «праздник» когда-то учреждённый группой западноевропейских марксистов и анархистов в Париже, в «новой демократической России» зачем-то сохранили, в очередной раз его переименовав.

В завершение нужно заметить, что очень многие советские граждане и гражданки каждый год старались всячески уклониться от участия в первомайских демонстрациях — как тогда выражались, от участия в «добровольно-принудительных мероприятиях». Надо полагать, что они-то и были самыми трудящимися из всех «трудящихся». Ибо вместо хождения с красными флагами и портретами коммунистических вождей, а затем и традиционной после такого времяпровождения выпивки, они, пользуясь нелишним выходным — летели трудиться на свои огороды! Ведь в мае уже во всю начинался дачный сезон. Хотя вряд ли догадывались эти труженики, что именно 1 мая (18 апреля по старому стилю) Православная Церковь отмечает День Кузьмы Огородника (Космы Халкидонского) — покровителя огородов и посевов. Люди, выросшие в атеистическом Советском Союзе, со школьной скамьи смутно помнили про какую-то заваруху в XIX веке, происшедшую 1 мая где-то в США, но про этот христианский праздник, старательно затоптанный годами «антирелигиозных шествий», в «позднем СССР» уже мало кто помнит.