Саратовские олимпийцы

Эти тексты написаны по просьбе исполнительного директора Олимпийского совета Саратовской области, спортивного журналиста и комментатора Артема Скачкова, кто планировал включить подготовленные мной заметки об участниках Олимпиад, представителях Саратова, в свою книгу. С прославленным фехтовальщиком Юрием Федоровичем Сисикиным я познакомился в канун его 70-летия в 2007 году. В основе предлагаемого материала записанные мной воспоминания этого замечательного спортсмена, кого уже нет с нами.

*   *   *   

Лучший из «мушкетеров»

«Cаратовского студента Юрия Сисикина отличают спокойные, мягкие движения, неторо­пливая речь, все время прорывающиеся искорки юмора. Таков он в жизни, но не в бою. В бою Юрий удивительно собран. Замечательная выдержка, молниеносная ориентировка на дорожке. Умение из непринуждённых подготовительных действий решительно пе­реходить в стремительные атаки. Таков стиль Юрия Сисикина», - цитата из книги «Диалог о по­единке», в 1980-е годы вышедшей солидным тиражом, постепенно ставшей библиографиче­ской редкостью.

Знакомясь с публикациями, отражающими эпизоды жизни этого мастера – одного из лучших рапиристов мира, видишь: призер трех Олимпиад, самый титулованный ветеран спорта в Саратове о себе говорит не так-то много и, во всяком случае, сенсационных откровений вместе с секретами побед не выдает. В лучшем случае он ограни­чится несколькими курьезными фактами, изложенными в интервью. Такими же, до­вольно скрытными в обще­нии с журналистами, были коллеги Сисикина по «мушкетерскому цеху» и национальной команде, его земляки Юрий Шаров и Валентина Прудскова. Предста­вители одного поколения, дети войны, все они объединены общими моментами биографии, в кото­рой вдоволь лишений, труда, и превалировало чувство коллективизма. Титулы, завое­ванные на фехтовальной дорожке, как бы громко те ни звучали, для плеяды спортсме­нов, отличив­шихся в 50-60-х годах прошлого века, все же сами по себе значили меньше, чем служение родной стране и любимое дело.

Впрочем, на счету каждого из названной тройки фехтовальщиков действительно большое разнообразие регалий. Прозвищем, полученным в сборной страны Юрием Федорови­чем Си­сики­ным, было - «Серебряный мальчик». На пути к всемирной известности он пять раз ста­новился на вторую ступень пьедестала в чемпионате СССР, и все не мог вступить во владе­ние «золотом». Тем не менее, Сисикин не отходил от концепции фехтова­ния, главный ком­понент которой – не «домашние заготовки», а импровизация в ходе по­единка, чувство боя, мгновенная реакция, точность, что особенно важно в классе рапиры, требующей от спорт­смена ювелирной работы. В итоге ему трижды покорялась вершина с Кубком страны, столько же раз выигрывал Кубок Европы в составе ЦСКА. Пятикратно ста­новился облада­телем «короны» первенств мира. Выступление на Олимпиадах – от­дельная тема. Но если спрашивать Юрия Федоровича о самой дорогой награде, то, не заду­мываясь, он скажет – в коллекции призов почет­нейшее место отведено маленькой скромной медали, датированной 1954 годом, присужденной за третье место в чемпионате РСФСР. Именно с нее все нача­лось. И в этом весь Сисикин.

Метаморфоза, когда человеку, познавшему тяготы войны, - маленькому Юре были в ра­дость стакан чая и порция оладий из карто­фельных очисток, - и даже в статусе из­вестного спортсмена вынужденному жить в под­вальном помещении какое-то время, откры­ваются и экзотичные уголки мира, и приобретение вещей, недос­тупных по­дав­ляющему большинству соотечественников, похожа на сказку. Таких людей на­зывают ба­лов­нями судьбы. Это опре­деление, однако, мало подходит Юрию Сисикину, кто в буквальном смысле слова сотворил себя.

- В послевоенные годы широко демонстрировались трофейные фильмы, - «Королевские пи­раты», «Три мушкетера», «Фанфан-тюльпан», - рассказывает прославленный мастер. - Они культивировали образ рыцаря, защищающего свою честь при помощи шпаги. Мальчишки смотрели картины по сорок-пятьдесят раз. Под впечатлением я смастерил себе такое ору­жие, продев сквозь от­верстие в чашке половника прут, напоминавший клинок. А лицо в дворовых поединках при­крывал ситом или дуршла­гом. Уделять нам должное внимание ро­дители не могли. Чтобы не пойти по скользкой до­рожке, мои сверстники записывались в спортивные секции. В школе фехтования во Дворце пионеров, которую возглавлял замеча­тельный тренер Григорий Ильич Шварц, я вскоре стал добиваться успехов. Мое ув­лечение поддерживал отец, гово­ривший: «Юра, наша фамилия не очень благозвучная, но сделай так, чтобы прославить ее».

Первый наставник Сисикина в спорте называл своего воспитанника в шутку «паучком» - из-за его тоненьких рук и ног. Так или иначе, природа щедро наделила будущего чемпиона. В 15-летнем возрасте тот стал призером юношеского первенства СССР. А в 21 год отпра­вился на свой первый за­ру­бежный турнир, причем, не куда-нибудь – в ци­тадель мирового империализма по выра­же­нию тогдашних пропагандистов.

- На чемпионате мира в США провели больше трех недель, - вспоминает Сисикин. - По воз­вращении на Родину меня попросили выступить в нескольких трудовых коллективах на тему увиденного за океаном. А потом вдруг вызвали в органы для строгого внушения, хотя ни­какой крамолы в моих рассказах не было. Так поведал - в студенческий горо­док Пен­силь­ванского университета, где квартировали наша делегация, по утрам на больших черных ав­томобилях приезжали негры, и, достав метлы из багажников, благоус­траивали террито­рию. В КГБ же предупредили – не надо об этом, у темнокожих не может быть таких рос­кошных машин. Еще момент: двумя годами ранее в Венгрии произошло вос­стание, подав­ленное со­ветскими войсками, после чего многие граждане этой страны эмиг­рировали в США. А тут в Филадельфии мы встретились с их очень сильной командой фех­товальщиков. Представьте – идет спортивная дуэль, зрители из венгерской диаспоры орут во все горло, - «Бей русских!». На это мое откровение «погоны» возразили, - «Советский Союз в мире лю­бят, и болеть про­тив нас в такой форме не могут».

Вопреки доводам о тотальном надзоре за спортсменами, выезжавшими за рубеж, знамени­тый фехтовальщик утверждает: сотрудники спецслужб, сопровождая за границей делега­цию советских атлетов, шли на компромисс, ибо активно пользовались подсказками – в каких магазинах капстран можно сделать покупки дешевле, - «Они даже дове­ряли нам на­личные вместе со списком товаров. Мы по нему закупали вещи, а взамен ослаблялся контроль за нами». Неожиданным откровением оказались сведения о размере командировоч­ных для наших спортсменов в 1960-х. 250-и долларов, которые получал Сисикин на расходы где-ни­будь в Аргентине или Мексике, тогда хватило бы на приобретение подержанного ав­томо­биля «Форд». Эти деньги тратились на предметы обихода. Выйдя в импортной одежде на проспект Кирова, Юрий нередко встречал завист­ли­вые взгляды прохожих и реплики, - «Ишь ты, вырядился, денди лондонский!». Между тем, улучшить свои бытовые условия в родном городе он смог лишь после серии побед на чемпионатах мира, - «Спасибо первому секретарю Саратовского обкома Алексею Ивано­вичу Шибаеву, много сделавшему для ме­стного спорта. Он распоря­дился предоставить мне двухкомнатную квартиру в центре го­рода, а то ведь перед иными гостями, когда те наве­щали меня дома, я был готов от стыда сгореть».

- По нынешним меркам нам за победы платили маловато, - продолжает собеседник. - Допус­тим, к золотой олимпийской медали прилагался гонорар 1500 рублей. Мы де-юре любители, по хартии олим­пийцев не могли требовать денежного вознаграждения. Но уже в то время наш статус профессионалов негласно подтверждали, делая все, чтобы мы нормально жили и готовились к соревнованиям.

Ему выпала исключительная удача – быть в команде, за 90 лет мировых первенств по фех­тованию выигравшей золотые медали восемь раз подряд, это - абсолютный рекорд в указан­ном виде спорта. С 1959-го по 1966 год царствовал на фехтовальных помос­тах квартет муш­кетеров – Марк Мидлер, Виктор Жданович, Герман Свешни­ков и Юрий Сисикин. Мидлеру посвящена отдельная книга, она - уникальный источник ин­формации, чтобы лучше узнать спортивную дисциплину, о которой пишется не так уж пространно и подробно. Еще одна любопытная книга о фехтовании, называется – «Контрапункт», и к ней обратимся, а пока что вспомним олимпийский дебют Сисикина в ав­густе-сентябре 1960 года в Риме. Его золо­тая медаль в командных соревнованиях, учитывая класс советской четверки, в ходе турнира выглядела делом предрешенным. Вот выход Сисикина в финал личного пер­венства, веро­ятно, удивил, притом, Юрий нахо­дился в шаге от триумфа, ведя в поединке с ленинградцем Виктором Ждановичем со счетом 4:1. Как вдруг Жданович, словно сорвав­шись с тормозов, произвел четыре подряд укола, по­следний из них – за три секунды до конца регламентного времени: наконечник его рапиры на миг опередил также результативный выпад соперника. На следующей Олимпиаде Сиси­кин не участвовал в «личке»: по измененным правилам за­являли в этом виде программы троих фех­товальщиков. Личное олимпийское «золото» тогда за­воевал Эгон Франке из Польши. С ним сошелся на помосте в ре­шающей схватке команд­ного турнира саратовец Юрий Сисикин.

Читаем «Контрапункт»: «Встречаются извечные соперники (а на тот день – сильнейшие ра­пирные команды мира) – сборные Польши и СССР. От поляков на финальный олимпийский помост вышли грозные, испытанные в боях фехто­вальщики: Франке, Парульский, Войда, Скрудлик. Против них – Мидлер, Жданович, Сиси­кин, Свешников. Что и говорить, против­ники стоят друг друга. Об этом свидетельствует и счет финала за два боя до конца его – 7:7. Но при этом поляки намного обходят наших по уколам, так что на худой конец их устраи­вает ничья, нашим же нужна только победа».

Что происходит дальше? Бой между левшой Ришардом Парульским и Марком Мидлером едва не заканчивается нежелательным эксцес­сом: после жесткого столкновения оба дуэлянта падают, потеряв сознание, им дают нюхать нашатырь. Тут поляк, видимо, не полностью оправившийся от нокдауна, теряет инициативу, уходит в оборону и уступает! И в решающем 16-м поединке - очередь Сиси­кина. Диалог клинков поначалу складывался в пользу Франке, кто повел в счете 4:1. Разгром? Ан, нет: плохо вы знаете наших, господа европейцы! Юрий в почти безнадежной си­туации раскрепо­стился, сотворил чудо, выиграл, нанеся три укола за 12 «чистых» секунд! «Вот тогда и взле­тел на помост с побед­ным кличем и прыгнул на плечи закадычного друга очумевший от счастья Свешников», - сообщил журналист Лев Россошик, очевидец поединка, вошедшего в летопись как «Подвиг в Токио». Это был апогей спортивной карь­еры нашего земляка.

Чемпионат мира 1967-го в Монреале Юрий Сисикин пропустил, но еще через год поехал на свою третью Олимпиаду - в Мехико. Без его участия прервалась серия побед советских ра­пиристов, занявших на первенстве в Канаде второе место. В мексиканской же столице со­ветская команда последовательно заставила сойти с дистанции соперников из США, Вели­кобритании, Венгрии, а Юрий выиграл 9 боев из 10-и возможных. В полуфинале ждали ру­мыны во главе с первым лауреатом ОИ-68 в «личке» Йонелом Дрымбэ, год назад отобрав­шие у сборной СССР титул лучших в мире. Олимпийская встреча с этим про­тивни­ком скла­дывалась исключительно тяжело. Сисикину тогда удалось выиграть всего один бой, однако по числу уколов советские мастера превзошли Румынию. Вероятно, из-за не слиш­ком убе­дительного выступления тренеры не поставили саратовца на финал с фран­цузами. И после­довало поражение.

- Теперь, если человек завоюет олимпийское серебро, ему могут прижизненный памят­ник поставить, - отмечает Юрий Федорович. - А в Советском Союзе подобный результат чуть ли не позором считался. От нас требовали только первое место. После Мехико-68, по­лучив на­гоняй от партийного руководства, я уже больше не брал в руки рапиры.

Так завершился блистательный поход «лучшего из мушкетеров», кто на трех Олимпиадах участвовал в 14-и командных матчах и каждый приносил успех сборной СССР. В дальней­шем Юрий Сисикин тренировал при обществе «Спартак» смену искусников клинка, судил на Олимпиадах 1980-го в Москве, 1988-го в Сеуле, на 12-и чемпионатах мира. Руково­дил детско-юношеской спортшколой в Саратове. Награжден орденом «Знак по­чета». С 70-лет­ним юбилеем в 2007 году его поздравляли президент РФ Вла­димир Путин, то­гдашний глава Росспорта Вячеслав Фетисов, другие знаменитости. В таких слу­чаях гово­рят, - «Жизнь уда­лась». Увы, этого человека, почетного гражда­нина Сара­това, подстерегла беда: молодым окончил земной путь единственный его сын Максим. С Макси­мом Юрьеви­чем, блестяще говорив­шим по-французски, автор этих строк познако­мился, го­товя публика­ции о диковин­ном для России спочане, который Сиси­кин-младший, очень по­хожий внешне и голосом на отца, продвигал. Несча­стье не сломило «мушкетера». По-преж­нему он тру­дится на благо российского фехтования. И не чает души во внучке: на глазах деда при раз­говоре о ней на­ворачиваются слезы.

Королева распашной «восьмерки»

У Надежды Рощиной, заслуженного мастера спорта, - медали всех ступеней пьедестала чемпионатов Союза по академической гребле. Свою главную награду, олимпийское «серебро», она завоевала в 1976 году в Монреале. На гребных каналах самые значительные успехи этой коренной жительницы Саратовской области, родом из села Старая Порубежка Пугачевского района, пришлись на годы ее стажировки в Киеве.

Насколько же удивительной и непредсказуемой бывает человеческая судьба! С дальним Заволжьем, где прошли ранние годы будущей королевы весла, водные виды спорта как-то не ассоциируются, пусть рядом с родным селом Рощиной протекает река Большой Иргиз, которая служит важным элементом мелиорации, остро необходимой на местных засушливых землях. Рослая, физически мощная степнячка поначалу выбрала баскетбол, но по какому-то стечению обстоятельств оказалась идеальным кандидатом, чтобы попасть именно в академическую греблю, а не в байдарку и каноэ, где предпочтение отдается не гренадерам. Другой момент, предопределивший ее взлет – переезд в Киев. На этот шаг Надежда решилась во многом из-за ухода с работы ее тренера Михаила Колоколова. На первый взгляд очень заманчивая идея перебраться в столицу Украины поначалу не привлекала спортсменку, не желавшую отрываться от дома, родственников. Однако, взвесив все доводы, воспользовалась предложением центрального совета «Динамо» участвовать в комплектовании экипажа киевской «восьмерки» академистов. Иначе, тогда еще неизвестная, она могла остаться не у дел. Дальнейшие события показали: временная передислокация с Волги на Днепр полностью оправдала себя.

Рекордно короткий путь в Монреаль

– Принадлежность к динамовскому обществу позволила быстро прогрессировать в составе экипажей распашной «четверки» и «восьмерки», - рассказывает Надежда Рощина. – Хотя конкуренция и массовость в гребных видах спорта в 1970-х годах была гораздо выше, чем теперь. Так-то я не придавала значения тому, что на заре моих выступлений «академисткой» - на озере Сазанка в Энгельсе, куда тренироваться дважды в день доставляли катером, отходившим с правого берега Волги от дебаркадера у обойной фабрики, база гребцов размещалась в двух неказистых домиках. Зато в Киеве условия подготовки, можно сказать, выдались идеальные. На Украине при первом секретаре Владимире Щербицком спорт развивался очень динамично.

Сложился экипаж из воспитанниц украинской, литовской (Клавдия Коженкова) и российской школ: помимо Рощиной, еще одной представительницей РСФСР в этой команде оказалась москвичка Любовь Талалаева, делегированная от общества «Спартак». Вскоре наступила череда успехов гребчих, о каждой из которых и, в том числе, о самой Надежде Рощиной, в прессе рассказано до обидного мало. В их биографиях на Википедии есть общее упоминание о первой серьезной совместной победе, достигнутой в самый канун монреальской Олимпиады, - выигрыше чемпионата страны в распашной «восьмерке» с рулевой. Получается – этап, необходимый для подготовки мастеров спорта международного класса в гребле здесь был пройден за рекордно короткое время. Рощина стала участником Олимпиады всего-то через два с половиной года после того как сменила род занятий в спорте.

Не чья-то протекция, а объективная оценка возможностей группы «академисток», имена которых ничего не говорили широкой аудитории до стартов в Монреале, обеспечила Надежде Рощиной и ее компании поездку в олимпийскую Канаду. Где, впрочем, запасные, что называется, дышали в спину, и выбранной «восьмерке» вновь приходилось доказывать свое преимущество.

В споре с ветром и волной

Олимпийские заезды гребцов в июле 1976-го прошли на крупнейшем в Северной Америке канале искусственного острова Нотр-Дам, возведенного на реке Святого Лаврентия. Остров сооружали из почвы, извлеченной при строительстве Монреальского метрополитена 11-ю годами ранее. Местоположение на пространстве, открытом всем ветрам, разумеется, могло влиять на результаты соревнований. Еще неизвестно, где олимпийцы на веслах чувствовали себя лучше – в среднегорье Мехико-68 с дефицитом кислорода или в лежащем на равнине крупнейшем городе франкоязычной провинции Квебек? Если дует попутный, то идти на спортивной лодке по дистанции комфортно. Но во время соревнований направление ветра непредсказуемо изменялось – обычная история в этих краях, подверженных влиянию Атлантики.

В любом случае, советские «академисты» выступили в Монреале убедительно. Мужская команда СССР завоевала «золото» - в распашной четверке с рулевым, два комплекта серебряных медалей и один - бронзовых, по числу наград уступив только невероятно сильной сборной Германской Демократической Республики. Перед заключительным в программе соревнований стартом «восьмерок» у женской команды Советского Союза - одно «серебро» и три «бронзы». Здесь также доминировала ГДР.

У наших главных соперниц на тот момент были весомые регалии. Экипаж восточногерманской «восьмерки» в полном составе побеждал в 1975-м на чемпионате мира в Ноттингеме. Загребная Ольга Гузенко, Надежда Рощина, Любовь Талалаева, Надежда Розгон, Нелли Тараканова, Клавдия Коженкова, Елена Зубко и рулевая Ольга Пуговская, не имея серьезного международного опыта, тем не менее, считались в финальном заезде 24 июля фаворитами, на предварительном этапе гонок показав лучшее время. Что произошло дальше?

- Шлифовали на тренировках греблю «по ветру», прибыв в Канаду за месяц до начала олимпийской регаты, - вспоминает Рощина в разделе книги «Энциклопедия саратовского спорта». – И, в конце концов, оказались не вполне готовы к перемене: на старте – мы следовали по четвертой дорожке, - ветер задул в лицо, его порывы усиливались, вызывая чувство шторма. Лодка глубоко сидела в воде: девчонки у нас были, как положено, настоящими атлетами по параметрам роста, веса. Соревнования не перенесли, несмотря на поднявшуюся в водоеме волну. Уже на первых метрах дистанции стало заливать лодку, не очень удачную по конструкции. Хотя напрягали все силы, после прохождения 250-и метров отставали от американок, канадок, восточных немок. Брызги от встречных волн затрудняли дыхание. Но ведь соперники находились в равных условиях, и в какой-то момент стал заметен надлом у экипажей из США и Канады. А мы почувствовали прилив настоящей ярости. Поймав, наконец, ритм, навалились на весла так, что застонал весь корпус нашего судна. Набирая ход, после пятисот метров опередили один за другим североамериканские экипажи. На завершающем отрезке почти настигли гребчих из ГДР. И тут послышался удар гонга, возвестивший о том, что финишный створ мы пересекли все-таки вторыми.

На церемонии награждения разочарованность сквозила на лицах советских спортсменок, твердо рассчитывавших на «золото». Увещевания тренеров, руководства делегации – мол, нельзя расстраиваться, результат же выдающийся, - не очень-то помогали.

За второе место на пьедестале Олимпиады «академисткам» выдали по 250 долларов, а по возвращении на родину – еще по 1,5 тысячи рублей. Премиальных Рощиной вполне хватило для меблировки однокомнатной квартиры в Заводском районе Саратова, предоставленной обкомом.

Она выступала еще четыре сезона. Покинула большой спорт, не пройдя отбор на следующие Игры в Москве, но успев стать серебряным и бронзовым призером первенства СССР. 26 лет – не тот возраст, чтобы ставить крест на занятиях гребным спортом. Свое решение Надежда Рощина объясняет личными мотивами, главный из которых – желание постоянно быть дома в Саратове.

Есть на кого равняться молодой плеяде

Заслуженный работник физической культуры Российской Федерации, а в недавнем прошлом – директор саратовской школы высшего спортивного мастерства, Надежда Николаевна Рощина, находясь на этой должности, отмечала – если в классе байдарки и каноэ у нас в регионе результаты остаются приличными, то в академической гребле потеряны победные традиции. К слову, инвентарь в этом виде спорта дороже, чем в других гребных дисциплинах. Конструкционные особенности спортивных лодок мало изменились с 70-х годов. Но материалы тогда и сейчас – небо и земля. Вместо массивных деревянных «пирог» давно используются суда из легкого пластика. Всего две мировые фирмы - немецкая Empacher и итальянская Filippi, выпускают отвечающие всем требованиям лодки для "академистов". Российские производители здесь не преуспели: точно так же можно попытаться изготовить по чертежам скрипку Страдивари, а она не зазвучит. Немало спортсменов от разочарования переходят из академической гребли в байдарку.

В Саратове замечательная речная акватория со множеством излучин, где спрячешься от ветра. В этих протоках гребцам хватит места. Однако, помимо базы на Сазанке, по-прежнему нет соответствующей инфраструктуры. И тот водоем «академистам» не очень подходит, он слишком короткий. В виде исключения там проводят юношеские соревнования.

В целом, не осталось баз для зимней подготовки гребцов. Раньше в этом смысле были популярны Азербайджан, Грузия. Теперь ездить туда на сборы уже неприемлемо из-за более высоких, чем в дальнем зарубежье, расценок. А в Краснодаре неблагоприятные естественные условия: озеро, где занимаются спортсмены, дает обильные, грозящие легочными заболеваниями испарения.

Таким был общий вывод, прозвучавший в беседе с Надеждой Рощиной полтора десятка лет тому назад, когда эта серебряная медалистка Монреаля, несмотря на все оговорки, уверенно предсказала выход Сергея Улегина в олимпийском Пекине на призовой пьедестал. «Таких, как он, и не может быть много. Улегин – не просто лидер саратовской команды гребцов, он лучший в мире. Вдумайтесь в это словосочетание!», - заявила ветеран, характеризуя молодую плеяду, в которой есть и ее ученики. Поколения сменяют друг друга, но пока живы примеры превращений – наподобие такого, которое совершила сама Рощина, проделавшая путь от родительского дома в скромном Пугачеве до широкого признания, верится - опыт былых побед вдохновит последователей.

Саратов, 2007, 2023 гг.