Теодор Герцль и Армянский вопрос

Столкновение правовых, философских и религиозных концепций
(1896–1902 гг.)
В контексте геополитических трансформаций на Ближнем Востоке в конце XIX —
начале XX веков армянское и еврейское национально-освободительные движения
оказались в центре внимания международной дипломатии. Стремление двух
народов к восстановлению государственности на собственной родине, хотя и имело
идентичные экзистенциальные основы, из-за стратегий, принятых в отношении
Османской империи, привело к открытому столкновению интересов. Целью данного
исследования является анализ контактов между основателем сионистского движения
Теодором Герцлем и армянскими политическими лидерами, рассматривая их с точки
зрения правовых концепций, религиозного права и политической философии.
Концептуальное противостояние: «Хартия» против «Естественного права»
Концепция правовой «Хартии» Т. Герцля выступила против «Естественного права».
Противоречие этих правовых и политических концепций является одним из самых
глубоких слоев ближневосточной дипломатии начала XX века. Этот вывод открывает
одну из самых драматичных и идеологически глубоких страниц армяно-еврейских
отношений.
Оба народа обосновывали свои притязания сакральным правом, однако аргументы
армянской стороны имели более всеобъемлющее, универсальное — космическое
значение:
• Армянская сторона рассматривала родину как колыбель своей и общечеловеческой
цивилизации.
• Согласно библейскому преданию и Завету Ноя, Араратское нагорье представлялось
отправной точкой возрожденного человечества и центром духовного подъема.
• Следовательно, защита Армении для армянских деятелей была не просто
национальной задачей, а моральным и вероисповедальным долгом перед
общечеловеческой цивилизацией и божественной справедливостью.
Еврейская сторона рассматривала Палестину как «Землю Обетованную» (Eretz
Yisrael). Герцль пытался трансформировать этот национально-теологический завет в
светский политический договор, направленный на сохранение еврейской
идентичности. Дипломатический парадокс Герцля заключался в том, что он пытался
совместить эти два сакральных права в рамках «реальной политики» (Realpolitik),
предлагая армянам прекратить свою политическую активность ради реализации
сионистских целей.
Дипломатический позитивизм Герцля
Для Теодора Герцля сионизм был не только национальным возрождением, но и
процессом становления субъектом международного права. Его «позитивистский»
подход предполагал, что без официального согласия великих держав и
господствующего суверена (в данном случае — Османской империи) любое
поселение или государственное строительство будет незаконным и уязвимым.
Герцль верил, что еврейское государство должно быть создано «сверху» путем
дипломатических переговоров. Он был готов предложить Османской империи
огромную финансовую помощь (погашение внешнего долга империи), ожидая взамен
стабильного правового статуса. Этот подход побуждал его поддерживать
целостность империи. Для него распад Османской империи был опасен, так как мог
устранить тот правовой субъект, от которого он ожидал получения «Хартии».
Армянская политическая мысль и «Естественное право»
В противовес транзакционному прагматизму Герцля, армянская политическая мысль
(в лице Гнчакянов и Дашнакцутюн) опиралась на естественное право, вытекающее
из факта тысячелетнего проживания и исторического наследия. Для армянской
стороны государственность или автономия в любой исторический период была не
«сделкой», а восстановлением справедливости.
Если Герцль искал право в согласии на сделку с султаном, то армянские
революционеры видели его в воле народа и освободительной борьбе. В тот период
армянская сторона была вправе утверждать, что их права уже признаны
международным сообществом (Берлинский конгресс 1878 года), и Османская
империя просто обязана выполнить взятые на себя международные обязательства.
То есть это было не ожидание новой милости, а принуждение к соблюдению
существующего права.
Практические последствия столкновения
Столкновение этих двух подходов имело тяжелые практические последствия для
дипломатии 1890-х и начала 1900-х годов:
1. Герцль пытался убедить султана Абдул-Гамида II, что он может использовать свои
связи в европейской прессе и политических кругах, чтобы смягчить негативное
отношение к султану, возникшее из-за армянских погромов. Он рассматривал
армянский вопрос как «рычаг» для получения уступок от султана.
2. Представители армянских политических сил — Аветис Назарбекян, Христофор
Микаелян — понимали, что дипломатия Герцля может продлить жизнь гамидовской
деспотии.
Если Герцль желал «правовой сделки» с империей, то армяне стремились к
радикальной внутренней трансформации или децентрализации империи. Герцль
считал армян «слишком радикальными», так как они ставили под угрозу
стабильность, необходимую для его «Хартийного» проекта. Армяне же считали
подход Герцля «торговым», поскольку он был готов сделать признанное право
армянского народа инструментом торга ради обретения правового статуса для
своего народа. Таким образом, сталкивались дипломатический позитивизм (право
создается договором) и естественное право (право вытекает из истории и
справедливости).
Для Герцля Армянский вопрос был дипломатическим инструментом в сделке с
султаном, в то время как для армянских лидеров это была борьба за право
суверенно жить на своей колыбели.
Ключевые встречи и их анализ
Встреча с Аветисом Назарбекяном (июнь 1896 г., Лондон)
В июне 1896 года в Лондоне состоялась встреча Теодора Герцля и лидера партии
Гнчакян Аветиса Назарбекяна.
• Герцль рассматривал этот контакт как практическую возможность продвинуть
переговоры с султаном. Его логика заключалась в том, что армяне должны
прекратить антисултанскую активность, протесты и политический лоббизм в Европе.
Взамен Герцль обещал использовать свои связи, чтобы добиться от султана
определенных реформ для армян. Армянский вопрос был для него лишь «рычагом»,
чтобы доказать султану свою полезность для получения «Хартии» на поселение
евреев в Палестине.
• Критическое отрицание Аветиса Назарбекяна было основано не на политическом
капризе, а на глубоких философских и моральных убеждениях. Тезис «Свобода не
покупается» был краеугольным камнем армянской революционной мысли.
Назарбекян понимал, что любое право или реформа, данные деспотом как «дар»,
нестабильны и могут быть отозваны в любой момент. Армения для него не была
просто территорией, а являлась «колыбелью человеческой цивилизации». Согласие
на сделку означало бы превращение армянского вопроса в зависимый от третьей
стороны фактор, что обнулило бы международный авторитет армянских требований.
Встреча с Тиграном Еркатом (Тигран Палян)
Встреча с интеллектуалом и общественным деятелем Тиграном Еркатом носила
цивилизационный характер. Еркат подчеркнул моральный приоритет армянского
вопроса. Он отверг прагматизм Герцля, считая, что религиозно-правовая борьба
армян не может быть подчинена стратегии, направленной на укрепление позиций
султана Абдул-Гамида II. Как и другие лидеры, он оставался верен видению
суверенной жизни на родной земле и отвергал сомнительные права, «даруемые»
диктатором.
Встреча с Христофором Микаеляном (июнь 1902 г., Вена)
В июне 1902 года в Вене состоялась встреча Христофора Микаеляна и Теодора
Герцля, ставшая ключевым эпизодом армяно-сионистских отношений.
• Один из основателей А.Р.Ф. Христофор Микаелян прибыл в Вену по приглашению
Герцля. Целью Герцля было убедить Микаеляна отменить запланированный в
Лондоне антиосманский митинг, так как армянская революционная активность
угрожала стабильности его «Хартийной» программы.
• Микаелян выступил как суверенный политический субъект. Он констатировал, что
стремление к восстановлению армянской государственности фундаментально
несовместимо с посредничеством Герцля. Противоречие заключалось в том, что
Герцль был готов гарантировать стабильность османской деспотии в обмен на
привилегии в Палестине.
• Для армянских революционеров сотрудничество с диктатором, пролившим кровь на
священной армянской земле, означало духовную капитуляцию. Микаелян отверг
предложение, так как подобная сделка лишила бы армянские требования
международного авторитета и сделала бы нацию зависимой.
Заключительный анализ
Исторический анализ показывает, что сионизм и армянское освободительное
движение находились на противоположных геополитических полюсах:
• Сионизм нуждался в стабильной и целостной Османской империи для реализации
правовой «Хартии».
• Армянское движение стремилось к децентрализации и реформированию империи,
что, с точки зрения Герцля, ставило под угрозу его договоренности с султаном.
Эту дилемму необходимо рассматривать в трех плоскостях: политического
прагматизма, правовой легитимности и метафизико-цивилизационной миссии.
Теодор Герцль руководствовался принципами Realpolitik. Армянские лидеры
отвергли его предложения, ведя борьбу за сохранение политической субъектности.
Герцль полагал, что право создается волей суверена (Хартией) или «даруется»
свыше. Армянская сторона понимала: то, что дается по воле одного, может быть
отнято по воле другого. Следовательно, истинное право должно исходить из
суверенной воли народа и международной справедливости.
Если еврейское движение искало «безопасную гавань» для преследуемого народа,
то армянское движение стремилось восстановить государственность как
цивилизационный оплот. Верная Завету Ноя, армянская нация воспринимала себя
носителем божественной справедливости в регионе. Армянские лидеры предпочли
путь трудной борьбы моральному компромиссу.
Провал Герцля в Армянском вопросе был исторической необходимостью. Это была
встреча двух миров, где армянские лидеры отказались быть «объектом» в
дипломатической игре, настаивая на своем праве как суверенной нации,
легитимность которой исходит не из дворца султана, а из истории, справедливости и
священной традиции.
Библиография
1. Герцль Т. (1960). Полные дневники Теодора Герцля. Под редакцией Рафаэля Патая,
перевод Гарри Зона. Тома 1 и 4. Нью-Йорк: Herzl Press.
2. Акзин Б. (1952). «Теодор Герцль и Армянский вопрос». The American Zionist, Нью-
Йорк, декабрь, стр. 14–19.
3. Варандян М. (1992). История А.Р. Дашнакцутюн. Ереван: Издательство ЕГУ, стр.
421–435.
4. Барсегов Ю. Г. (2002). Геноцид армян. Ответственность Турции и
обязательства мирового сообщества. Том 1. Москва: Гардарики.
5. Налбандян Л. (1963). Армянское революционное движение. Издательство
Калифорнийского университета.
Арам Мкртчян,
Германия, 2021 г.