От Хроник русской революции до Метода 3

Хроники русской революции,
Режиссер Андрон Кончаловский
2025 г

Метод 3
Режиссер  Юрий Быков
2025 г

Много факторов определяет мнение зрителя, все не перечислить.  Смею надеяться, что я квалифицированный зритель, закаленный не только мировой кино классикой и жестким авторским фестивальным кино, но и насмотренный в области сериалов, как мировых, так и наших.  Возраст как фактор оценки тоже  важен. Появилось больше возможностей для просмотра.

Сериалы нынче стали снимать талантливые режиссеры, что отражает тенденцию потребления зрелищ.  Художники пытаются сохранить  связь со зрителем, вложив  в востребованный формат свое видение мира.  В результате получаются авторские сериалы - наследники авторского кино.  Как зритель, я благодарна тому, что киноискусство получило шанс на выживание в новой форме.  Она мне представляется наследницей не только кино, но и романа, позволяя более глубокое освоение материала.

«Хроники русской революции» вызывали недоверие грандиозной заявкой, что сделало напряженным просмотр первых серий.   Чудесная раскрутка   Юры Борисова через участие в американском продукте уровня ИИ скорее отвращала, чем убеждала в его таланте, на  наличии которого настаивала в интервью Юлия Высоцкая.  Подобный кастинг не мог не настораживать.  Перед просмотром я ощетинилась.

Сопротивление спало где-то на грани четвертой серии, когда стала очевидной огромная архивная проработка сценария, грандиозная мат-часть, где скрупулезно выстроены даже секундные проходные кадры, и конечно четко выраженное соотношение человеческого и исторического в персонажах.

Я воспринимаю эти шестнадцать серий как цельное произведение, в котором не хотелось бы препарировать детали.  Я была придирчивым зрителем, искавшим нестыковок и недоработок в фактах, характеристиках, игре актеров, реквизите и оформлении массовки.  Они неизбежно были, раздражая  и  мешая погружению в драму, но не сумели нарушить сопереживания, согласия с автором в главном и невольных слез в финале.

Скандальный запрет «Метода 3» заставил, из любопытства, ознакомится с тем, что не входило в сферу моих интересов.  Это яркое авторское произведение очевидно противопоказано наивному массовому зрителю, который  буквально воспримет потоки крови красивого карминового оттенка, разнообразные способы умерщвления, пыток, распятия и красочные совокупления.   Незачем травмировать случайного зрителя, который не подозревает об аде подсознания и его химерах, представленных на экране.

Если же с уважением относиться к сериалу как к произведению, то в заслугу автору можно поставить виртуозность, с которой он сумел втиснуть свое авторское высказывание в формат детектива.   Изобразительное богатство его увлекает наряду с режиссурой и актерской точностью.  Форма найдена и выдержана без сбоев, ритм четок и неумолим.  Внутренние битвы, раздирающие человека, желание смерти  ближнему и себе, ядовитые смертельные оскорбления и уничтожение оппонента, прерываемые необузданным Эросом, слегка припудренные проблесками любви - банальная картина для психолога - психоаналитика.  Экранная визуализация этого материала - конечно не для слабонервных и неподготовленных.

Однако я - зритель, а не психоаналитик, потому у меня всплывают в памяти, например, опыты Фон Триера, весьма раскованно воплотившего свои творческие идеи без оглядки на  традиционную мораль.   В этом у него была значительная фора - не было нужды вписываться в коммерческие форматы.  В своем упоенном копании в дебрях пограничных состояний он  был ничем не скован. Может потому,  следуя логике биполярности,  создал прекрасный Манифест кинематографиста и «Меланхолию». 

В «Методе 3» разрыв цельности режиссерской песни оболочкой формата случился изначально: в слишком красивых титрах уровня прописей, где каллиграфически выписан вензель основных фигурантов.  Это - яркий атрибут коммерческого кино. Еще худшим разрывом - хаотично беспомощной и лишенной логики  восьмой серией - фильм завершился, сведя на нет  даже шок вокальных контрапунктов.  В финале изображен неожиданный классический хэппи-энд с выроненным ножом, слезами, объятиями и поцелуями.  Для добравшегося до финиша неискушенного зрителя, у которого могут возникнуть вопросы, на всякий случай зачитана, как из букваря,  инструкция голосом главного убивца-душегуба: «Заботьтесь о детях, а то вырастут маньяками».

Какая бы не стояла за этим причина,  и при всех профессиональных достоинствах, «Метод 3» мне видится вторичным, поверхностным по мысли  и  все таки сделанным на потребу мажорам.