Окно в советское детство. Кеды

Ох! Как часто мне приходилось слышать в СССР фразы: «Где достал?», «Импортные?», «Настоящая фирма?». Но всё же главным словом, объединяющим эти фразы, был «дефицит». Снабжение разных регионов СССР существенно отличалось. Как правило, в приоритете были столица и города, от которых зависела обороноспособность страны. К таким городам относился наш молодой город, построенный в Средней Азии, в котором мне посчастливилось родиться и прожить мои детские годы.
 
Город наш был небольшой, но, как говорили в народе, с «московским обеспечением». Особенно это чувствовалось в первые 20 лет после начала его строительства: в город завозилось много импортных товаров как продовольственных, так и ширпотреба. Но всё же дефицит не обошел стороной и этот маленький «советский рай». Хорошие товары часто завозились, но за ними тоже нужно было постоять в очереди. Существенно увеличивали спрос приезжие из других ближайших городов УзССР. Чаще всего партии товаров были большими, поэтому нередко в городе можно было встретить одинаковые куртки, туфли, рубашки, костюмы, что никого не удивляло, правда, немного нервировало местных модниц, а иногда приводило к забавным ситуациям. Такая ситуация произошла и со мной.

Я сидел за своим письменным столом, пытаясь хоть что-то подготовить к следующему учебному дню, но делать уроки совсем не хотелось, чувствовалась усталость: я двадцать минут назад пришел с тренировки по плаванию, глаза невольно закрывались, очень хотелось спать. На улице моросил дождь, завывал ветер, через оконные щели прорывалось его дыхание в виде легкого ветерка.
«Нужно сказать маме, что пора заклеивать окна, а то так простудиться недолго», — подумал я, вертя в руке ручку.

Неожиданно сквозняк усилился. Хлопнула входная дверь, в квартиру вошла моя мама. Она вернулась с утренней смены. Мама работала в детском саду воспитателем, поэтому рабочий день ее начинался в 7 утра. Как правило, в два часа дня она уже возвращалась домой. Путь ее проходил через несколько крупных магазинов, где она покупала все необходимое для своих домочадцев. В этот раз она тоже пришла не с пустыми руками. Зайдя в квартиру, разложив продукты по холодильнику, быстро накинув халат, она устремилась в мою комнату, держа в руках какую-то белую коробку.
— Чем мой сын занимается? — произнесла мама громким строгим голосом.
— Уроки учу, — неуверенно ответил я.
— А ну-ка примерь, я тебе кеды купила, будешь на тренировку свою ходить.
Я резко захлопнул учебник математики, соскочил со стула, сделав несколько шагов ей навстречу.
Открыв белую коробку, я почувствовал запах новой обуви с легким оттенком резины. Белая резиновая подошва гармонично переходила в жесткую черную ткань. Посреди ткани проходила белая полоска, придавая кедам дополнительную элегантность.
— Китайские? — подняв голову, я вопросительно посмотрел на маму.
— Почему китайские? Польские! Посмотри, на коробке написано: сделано в Польше.
Присмотревшись, я увидел надпись, о которой говорила мама.
Кеды оказались на размер больше, моя нога свободно болталась, но я уже привык, что мне всегда покупали обувь на размер больше, «на вырост», мои ноги быстро росли.
— Ничего страшного, будешь сейчас носить с шерстяным носком, — твердым уверенным голосом произнесла мама.
Надев шерстяной носок, кеды действительно мне подошли.

На следующий день, примерно за час до начала тренировки, я стал примерять кеды, очень хотелось поскорее попробовать в деле новую обувь. В то время я занимался плаванием, но тренировки на суше всегда присутствовали. Мы бегали кросс, качались на тренажёрах, иногда играли в футбол или в баскетбол, так что испытать в деле новые кеды всегда был повод.

Первое испытание кеды прошли успешно. Мы жили на седьмом этаже, поэтому обычно пользовались лифтом. Выйдя из квартиры на тренировку и пройдя несколько метров, я услышал скрип открывающихся дверей лифта.
— Подождите! — закричал я в надежде заскочить в лифт.
Сесть в лифт я не успел. Мы жили в галерейном доме (выход из квартир был в галерею, которая представляла собой длинный общий балкон), и чтобы успеть зайти в лифт, мне нужно было пробежать метров пятнадцать-двадцать и еще завернуть за угол. Скорее всего, пассажир лифта меня не услышал. Дверь лифта закрылась у меня перед носом.
«Ничего, в новых кедах я легко его обгоню!» — подумал я.
Прыжками кенгуру я стал спускаться по лестнице. Такие соревнования с лифтом мы часто устраивали со своими друзьями, поэтому это было для меня не ново. Пролетев семь этажей, я увидел, как из лифта вышла бабушка, держа в руках какую-то авоську. Можно сказать, что в соревнованиях с лифтом у нас была ничья.
Кеды оказались очень удобными для спортивных тренировок.

Тренировка началась в назначенное время. Пробежав небольшой кросс, примерно два километра, вся группа пловцов направилась в бассейн. Перед входом в раздевалку все снимали обувь и ставили её на специальные обувные полки. Я тоже по старой привычке скинул кеды и поставил в одну из ячеек. Новые элегантные кеды ярко контрастировали со старой советской обувью остальных членов нашей группы. Я даже заметил легкую зависть своих товарищей, но открыто никто не высказывал своих чувств.

Тренировка в бассейне проходила примерно полтора часа. Проплыв запланированную тренером программу, я одним из первых направился в раздевалку. Я торопился, так как мне нужно было еще учить уроки. Быстро одевшись, я подошел к обувной полке. Глазами начал искать свои кеды. Внимательным взглядом я пробежал по всей полке, но не нашел их.
 «Что за хрень, — подумал я. — Где мои кеды? Наверное, кто-то решил пошутить надо мной, спрятал их.»
— Какой козел спрятал мои кеды! — закричал я.
Понятное дело, на «козла» никто не откликнулся.
Я стал метаться по всей раздевалке в надежде найти свои кеды. Заглянул за обувную полку, посмотрел во все углы, в открытые шкафы, за дверь раздевалки, но кед нигде не было.
— Пацаны, кто спрятал мои кеды? Пошутили и хватит, мне домой надо уроки учить!
— Мы все были с тобой в бассейне, как мы могли спрятать твои кеды! — возразил Рустик.
«Верно, из нашей группы это вряд ли мог кто-то сделать. Скорее всего, это был тот, у кого закончились занятия раньше нас, но они уже все давно ушли», - размышлял я.
Я еще раз попытался посмотреть по всем углам раздевалки, но все было тщетно, кед нигде не было. Я молча бродил по раздевалке, ожидая чуда, но кеды так никто не возвращал! Наша группа постепенно разошлась, уже стали приходить взрослые любители плавания, такие группы назывались «группами здоровья». Тренер тоже ушел домой, в тот день не стал я ему говорить о пропаже, думал, что это какая-то шутка.

На улице стемнело — в декабре рано темнеет. Мне нужно было как-то дойти до дома. Температура плюс пять, кругом лужи и грязь, а у меня нет обуви.
«Позвонить домой? Но дома тоже никого нет: мама работала во вторую смену и придет после семи, отец пошел преподавать на вечернем отделении института, брат уехал на практику в другой город.Надо все-таки попробовать позвонить», — подумал я.
Я подошел к администратору, спросил разрешения. В это время она, увлеченно о чем-то говоря с другой женщиной, особо не обращая на меня внимания, подвинула ко мне телефон. Набрав номер, я услышал длинные гудки, к телефону никто не подошел. Я решил позвонить Сереге, своему другу, но он тоже не ответил.

Вернувшись в раздевалку, взявшись за голову обеими руками, я стал напряженно думать. Смятение и отчаяние переполняли меня. Все чувства одновременно перемешались в моей душе: обида, злость, сожаление об утрате (ведь кеды были новые!). Тревога! Мне как-то нужно было дойти до дома. Страх! За утерянную обувь мне придется отвечать перед родителями. Нужно было принять решение: дождаться, когда родители вернутся с работы, и еще раз позвонить или идти домой без кед.

Я решил идти домой быстрым шагом. До дома можно было дойти минут за пятнадцать-двадцать; выручили шерстяные носки — «хорошо, что я не оставил их в кедах».
Бассейн находился на центральной улице. В это время там, как правило, многолюдно: люди возвращались с работы, но асфальт был мокрым, в многочисленных лужах отражался свет фонарей. Как назло, все фонари работали.

«Хорошо, что не идет дождь», — подумал я, выйдя на улицу.
Мне предстоял бег с препятствиями в шерстяных носках под удивленные взгляды многочисленных прохожих. В голове крутилась только одна мысль — «скорее бы дойти до дому.» Я пытался быть незаметным, но мальчик в декабре в шерстяных носках не мог остаться без внимания. Пожилая женщина в серебристой песцовой шапке и в черном пальто шла мне навстречу.
— Мальчик, ты почему зимой ходишь без обуви? — взяв меня за руку, спросила сердобольная прохожая.
Честно говоря, в этот момент мне никому ничего не хотелось объяснять, у меня было только одно желание — поскорее добраться до дому, поэтому ответ был немного грубоват:
— Я закаляюсь, бабушка, хочу стать комсомольцем!
— Разве стране нужны больные комсомольцы? Немедленно иди домой! — В ее интонации звучало не требование, а какая-то милая просьба.
— Хорошо, бабушка, я как раз иду домой!
После этого разговора, чтобы избежать подобных вопросов, я перешел с быстрого шага на бег. Минут через десять я подбежал к своему дому. Шерстяные носки уже не помогали: холодные ручейки воды хлюпали между пальцами каждый раз, когда я касался ногой асфальта. Мне совсем не было холодно, легкая пробежка разгоняла молодую кровь. До колен брюки были забрызганы грязью, рубашка вылезла из брюк и торчала из-под куртки, растрепанные волосы на голове свисали в разные стороны, спортивная шапка сползла на затылок. Я был похож на беспризорника из советского фильма «Республика ШКИД».

Мне повезло, что не пришлось долго ждать лифта. Вместе со мной в лифт зашел мужчина лет пятидесяти с черными усами, в шляпе и с портфелем. Такие портфели и шляпы обычно носят начальники или партийные деятели. Он внимательно осмотрел меня с ног до головы.
— Мальчик, ты откуда такой?
— Оттуда, — тяжело дыша, я показал в сторону бассейна. — Я плаванием занимаюсь, у нас сегодня задание на выносливость!
— Без обуви?
— Да, по японской системе «ниндзя»!
Мужчина снисходительно улыбнулся и понимающе махнул головой.
— Тебе какой этаж, «ниндзя»?
— Седьмой!
Двери заскрипели, лифт потихоньку стал подниматься наверх. Мужчина вышел на пятом. Когда лифт наконец доехал до седьмого этажа, я рванул к своей квартире, словно застоявшийся конь перед забегом, в надежде избежать встречи со своими соседями. К моему счастью, я никого не встретил. В квартире уже была мама. Она пришла с работы, но еще не переоделась.
— Что случилось? Где твои кеды?
Мне пришлось подробно объяснять пропажу моих кед. Я пообещал, что завтра попробую их найти. К моему удивлению, она меня не ругала. Если говорить по справедливости, ругать меня было не за что: кеды пропали не по моей вине.

На следующий день за сорок минут до начала тренировки я уже был возле бассейна. Я хотел пообщаться с ребятами, которые начинали тренироваться на час раньше. Они играли на соседней площадке в баскетбол. Я внимательно стал смотреть на их обувь. У большинства из них были китайские кеды или советские кроссовки. Минуты через три к тренеру подошел широкоплечий парнишка в красной шапке с бубенчиком, в руках у него была бордовая сумка с эмблемой Московской олимпиады-80 — силуэт беговых дорожек, переходящих в здание и увенчанных звездой. На его ногах были мои кеды!
«Вот, борзый, — подумал я, — вчера спер мои кеды, а сегодня пришел уже в них на тренировку!»
Он что-то стал объяснять тренеру; из его отрывочных фраз я понял, что он оправдывался за опоздание. Тренер, немного пожурив, направил его в проигрывающую команду.
Похититель моих кед ловко обыгрывал членов другой команды и постепенно сравнял счет. По внешнему виду он был года на два старше меня и выше на сантиметров десять.
«Да, с этим будет нелегко о чем-то договориться», — тяжело вздохнув, подумал я.
Я не хотел поднимать сильный шум и идти кому-то жаловаться — у спортсменов это было не принято, но как убедить этого здоровяка вернуть мне кеды, я не знал.
Прозвучал свисток тренера: игра окончена. Спортсмены направились в сторону бассейна. Я быстрым шагом пошел за ним.
— Пацан в красной шапке, можно тебя на минутку? — пытаясь скрыть волнение, произнес я.
— Это ты мне? — обернулся похититель кед.
— Снимай мои кеды в темпе вальса! — сходу заявил я.
Такой наглости даже я не ожидал от себя. Мне хотелось показать, что я его не боюсь, но слегка дрожащий голос все-таки выдавал мое волнение.
Моё самоуверенное поведение вначале ввело в замешательство и этого здоровяка, через секунду он пришел в себя:
— Ты че, «лошарик», совсем оборзел! Гоп-стопом решил заняться! В тыкву получить не хочешь!
— Это мои кеды! — продолжал настаивать я. — Ты вчера спер их у меня!
— На, попробуй сними! — вытянув ногу, предложил мне здоровяк. — Совсем молодняк оборзел!

Разговор был на повышенных тонах, поэтому привлек внимание впереди идущих спортсменов, несколько человек подошли и из нашей группы. Толпа любопытных спортсменов окружила нас.
— Прикиньте, пацаны, этот наглый «лошарик» хочет с меня кеды снять! — похоже, здоровяк даже не слышал, что я ему сказал.
— Не забрать, а вернуть, — возразил я.
На наш спор обратил внимание тренер группы здоровяка. Это был солидный мужчина лет сорока пяти; как я узнал позже, он еще был и главным тренером в нашем бассейне.
— Что за шум! Ты что, Карпов, разорался!
— Грабят, Владимир Иванович! — с надменной улыбкой ответил здоровяк.
— Это кто ж тебя грабит?
— Вот, этот «лошарик» кеды хочет с меня снять!
Тренер внимательным цепким взглядом посмотрел на меня. На его лице я одновременно увидел недоумение и удивление.
— Что за глупая шутка, Карпов?
— Это правда, спросите у наших пацанов, они все видели!
— Тебе что нужно от Карпова? — спокойным голосом спросил у меня Владимир Иванович.
Мне пришлось подробно рассказать, как я вчера остался без кед и сейчас пытаюсь вернуть их обратно.
— Карпов, ты где эти кеды взял? — строгим голосом спросил Владимир Иванович.
— Как где, родители мне купили! — не задумываясь, ответил Карпов.
На несколько секунд наступила пауза.
— Ты уверен, что это твои кеды? Ведь у Карпова размер должен быть явно больше, — снова обратился ко мне Владимир Иванович.
— Это точно такие же, какие были у меня, мне кеды купили на размер больше, — возразил я.
— Твоя мать сейчас дома? — спросил у Карпова Владимир Иванович.
— Да.
— Пошли к администратору, будем ей звонить.
Вся толпа спортсменов двинулась ко входу в бассейн, где находился администратор.
— Всем оставаться на улице, я сам во всем разберусь.
Минут десять нам пришлось подождать, пока Владимир Иванович созванивался с матерью Карпова.
Выйдя из администрации бассейна, Владимир Иванович сразу подошел ко мне.
— Ошибся ты, это действительно кеды Карпова, его мать подтвердила. Карпов, подойди к нам.
Карпов быстрым шагом подошел к нам.
— Ну что, подтвердила! Я же говорил, это мои кеды! — завопил Карпов.
— Извини, я перепутал! — с чувством разочарования пробормотал я.
— Пожмите друг другу руки и оставайтесь хорошими товарищами, — предложил Владимир Иванович.
Мы пожали друг другу руки, я пошел к своей группе, а Карпов продолжил тренировку в бассейне. Свои кеды я так и не нашел.

После этого случая я еще много раз встречался с Александром Карповым, он всегда был приветливым. Даже когда я перестал заниматься плаванием, он всегда первым махал мне рукой. Как-то лет через пять после этого случая при нашей случайной встрече он мне в шутку предложил свои кеды, если у меня опять украдут мои.