1-5. Кое-что о цветах и пчелах

Около нашего дома был небольшой огород и палисадник. За огород, в основном, отвечала бабушка, и там были грядки с огурцами, помидорами, морковкой и прочей огородной мелочью. Под окнами с одной стороны дома росли молодые берёзки, а в палисаднике были клумбы с цветами.
 
Клумбы сбоку, как кирпичиками, обкладывались дерном с травой. Причем весной, когда нужно было формировать клумбы и грядки, папа заказывал в исполкоме, где он работал, лошадь с телегой.  Он сам ездил за город в поле и там вырезал эти кусочки дёрна, причём трава была очень красивая, похожая на современную газонную траву. С таким травяным бордюрчиком клумбы выглядели очень здорово.

Цветами занималась мама. Там были и огромные пышные сортовые георгины, великолепные разноцветные гладиолусы и много цветов других сортов.  Это был лучший цветник в округе, и все соседи и те, кто проходили мимо, с удовольствием цветами любовались.
 
А теперь отвлечёмся от цветов и, как ни странно, скажем пару слов о письмах, газетах и журналах.  Кстати сказать, почту нам носил почтальон или точнее почтальонша «с толстой сумкой на ремне».  Это была молодая симпатичная девушка.
 
И однажды она не выдержала «цветового» искушения. Кто-то из детей случайно увидел, что она, уходя с нашего двора, крадучись срезала несколько красивых георгинов и гладиолусов. Взрослые этого не видели и, конечно, никаких претензий к ней предъявить не могли.  Но когда она пришла на следующий день и принесла газеты, дети начали кидать в неё камнями и кричать, что она воровка. Девушка заплакала и ушла. А на следующий день она пришла, когда мама была дома, во всем призналась и извинилась. Я не слышал, о чем они говорили, но видел, что в конце разговора мама сама нарезала ей букет.
 
И еще одна история, связанная с цветами. Как я уже говорил, цветы были замечательные. В силу этого они пользовались большой популярностью у разных насекомых, а особенно у пчел. Мне было года 3-4, и я еще с пчелами не сталкивался. И тут на одном из цветков я увидел красавца шмеля.
 
Недолго думая, я взял его в руку, чтобы получше рассмотреть. Мой вопль, наверное, было слышно квартала за два. Тут же выскочила бабушка и утащила меня домой. Мои товарищи, присутствовавшие на церемонии моего знакомства со шмелем, стояли притихшей кучкой и вполголоса обсуждали происшествие.

 Минут через двадцать я, умытый, уже успокоенный и с огромным толстым слоем бинта, намотанного на укушенный палец, появился во дворе.  Все меня окружили, а я, гордый всеобщим вниманием и, чувствуя свое превосходство, важно поднял свой палец с бинтом и громко хвастливо сказал: «Эллля, а меня-то пчела укусила!»