Пропавшая тетрадь Мини-рассказ

Однажды я прочитала у писателя Леонида Кряжева   короткие воспоминания http://proza.ru/2026/02/21/2100, которые начинались  словом «Однажды…». Решила попробовать в этом жанре мини-рассказы, случаи из жизни.
 

ПРОПАВШАЯ ТЕТРАДЬ

Однажды летним днём к нам во двор зашел, прихрамывая, незнакомый мужчина. Одет он был не по сезону, в теплой одежде.
– Здесь живет Пётр…? – незнакомец назвал нашу фамилию, затем остановился перед отцом, вглядываясь в его лицо.

 – А ты почти не изменился, Петька, узнаю тебя, – сказал он. – А меня ты узнал?
Отец пожал плечами и отрицательно покачал головой.
– Нет, не узнал.

– Более сорока лет назад мы с тобой в одном классе учились. Помнишь, Толян К., меня часто из уроков выгоняли, а однажды исключили из школы за драку.
 
– Не помню, – категорично и безучастно произнёс отец. По его лицу нельзя было понять, он действительно запамятовал, или не желает продолжать общение со странным человеком. 

– Да, я сильно изменился, – с досадой вздохнул мужчина. – Жизнь потрепала.
Немного помолчав, неожиданно взбодрился, в его прищуренных глазах вспыхнули озорные огоньки.

– А помнишь, Петя, как у тебя тетрадь пропала? Все искали, меня допрашивал сам директор. Тогда тетради были на вес золота…

– Это помню, – сказал отец, не в состоянии скрыть удивление. – Так и не нашлась та тетрадь.

– Прости, это я украл её! – неожиданно прозвучало запоздалое признание. – Я страшно завидовал тому, как ты учился, всегда такой чистенький, послушный, видно, из хорошей семьи, не то, что я. Отчим лупил меня, как сидорову козу, мать пила, куча детворы по лавкам, постоянно недоедал…

После паузы он продолжил:
– Но больше всего я завидовал тому, как ты писал. Красивым почерком, каллиграфическим, буквы были словно нарисованные, некоторые с завитками – "Т,П,Р".
И у меня появилась мечта – научиться так писать!

Твою тетрадь я прятал в посадке, затем на чердаке хаты, доставал, когда никого не было дома и каждую букву с твоей списывал… Можно сказать, срисовывал, по много раз…

Отец и мы с сестрой молча слушали исповедь пожилого мужчины, не сводя с него глаз. Неожиданно, он весело обратился к нам:
– А ну-ка, девчата, принесите листок бумаги и ручку!

Я мигом бросилась в дом; на этажерке лежала стопка чистых тетрадей, взяла одну из них.
– Пётр, напиши здесь своё имя и фамилию!


Все прошли в беседку, заплетённую густым вьющимся виноградом. Присев к столу, отец автоматически выполнил просьбу.

– А теперь я, вот только рука покалеченная…
Крепко зажав ручку между скрюченных пальцев, низко склонившись над тетрадью, он медленно стал писать. Затем выдохнул и отошёл в сторону на несколько шагов.   

Увиденное привело нас в полный восторг – почерк оказался один в один, отличить невозможно!

Отец, взволнованный, сделал шаг навстречу бывшему однокласснику и протянул руку для пожатия.

Неожиданно, словно не заметив этого жеста, мужчина резко развернулся и, сильно хромая, почти бегом бросился со двора.